Девятый мир. Часть 2
1 января 2020 г., 15:24
Тсунаеши сидел на стуле около кровати и сверлил взглядом потолок, обдумывая свои дальнейшие планы. Так лучше думается — привычка от настоящего хозяина этого тела — Савада не заметил, когда именно это началось, но, примерно, в шестом или седьмом мире он начал постепенно «растворяться» между параллельными мирами, о чем предупреждал Кавахира еще в начале пути. И, если парень не найдет Реборна здесь или в ближайших мирах, то перестанет существовать. Нет, конечно просто взять и исчезнуть он не способен, но с каждым прыжком Тсунаеши будет терять часть себя и в конце-концов забудет даже зачем путешествует. Это пугало и наводило на мысли, что в последнем мире, где он сможет себя чувствовать более или менее вменяемо, придется остаться, даже если там нет его Реборна…
Мукуро беспокойно завозился на кровати — мальчик все-таки не выдержал напряжения, и у него из правого глаза, еще толком не прижившегося после операции, пошла кровь. Пришлось заехать по пути в аптеку и «вспомнить» чужие навыки врачевания. Ничего серьезного, но кровь нужно было остановить… Одеяло зашуршало, и пружины кровати прогнулись от перераспределения центра тяжести. Мукуро уселся, с удивлением взирая на Тсунаеши.
— Что такое? — поинтересовался парень, пододвигая стул к мальчишке, чтобы снять повязки и осмотреть глаз с иероглифом.
— Я думал, что вы альфа, у которого есть омега, но… вы омега да еще с пламенем неба! — воскликнул иллюзионист, даже не обращая внимания на то, что к нему прикасаются. Главное, что не больно. — Ничего не понимаю.
— А в том, что я омега и носитель небесного пламени, есть что-то необычное? — поинтересовался Савада, вдруг он что-то не так понял какой-нибудь фрагмент чужих воспоминаний.
— Ну, чаще всего небесами становятся альфы, им же потом возглавлять мафиозные семьи, — поморщился Мукуро, вспомнив о теневом мире.
— О, так я что-то типа редкого зверька? — иронично хмыкнул Тсунаеши. Нет, так могло повезти только ему.
— И вы так спокойно к этому относитесь?
— А что не так? Быть необычным — круто! — заявил Савада, удивив мальчика. — Просто делай лицо кирпичом и веди себя уверенно, словно так и надо. Верь в себя, и никто даже пикнуть недовольно в твою сторону не посмеет.
Мукуро с интересом слушал своего нового знакомого и удивлялся. Невероятный человек! Невероятное небо.
— А теперь, когда ты восстановился, приведем тебя в порядок, — Тсунаеши взял в руки расческу и осмотрел взъерошенные после душа и сна волосы ребенка, у которых даже не было четкого пробора, что уже говорить о хохолке, с которым привык видеть иллюзиониста Савада.
Пока парень занимался чужими волосами, познавая все секреты хохолка, он успевал еще и думать. Тсунаеши напрягало чересчур детское поведение мальчишки, словно тому далеко не тринадцать, а шесть или девять. Конечно, парень не был экспертом в детях, но даже Фуута в их первую встречу относился более подозрительно к окружающему миру. Посттравматическое стрессовое расстройство после всего, что пережил ребенок за свою короткую жизнь? Проблемы с психикой? Влияние проклятого глаза? Значит, это временно, пока Мукуро не научится управлять своей предсмертной волей?
— Готово.
На голове юного иллюзиониста появился зигзагообразный пробор и хохолок, который сразу же притянул внимание мальчика. Он явно был в восторге от новой прически.
Савада задумчиво складывал лекарства в кейс, чтобы не забыть потом их в номере гостиницы, где они сейчас остановились, потом направился в коридор, чтобы по телефону заказать еду в номер, но его внезапно остановили, потянув за рукав:
— В-вы… куда вы?
— Я… — Тсунаеши осекся, заметив страх на лице Мукуро. — Я никуда не собирался уходить, мне нужен телефон… нет, не важно. Собирайся, нам как можно быстрее нужно добраться до Палермо, где мы сможем затеряться и спрятаться, пока нас не хватились. И… давай на «ты», не такой уж я и старый.
— Угу, — замялся мальчик, потупив взгляд.
«Ну, и что прикажете мне с ним делать?» — обеспокоенно подумал Савада, присаживаясь перед иллюзионистом на колени. Парень надеялся, что такое поведение — временное влияние глаза на психику, поэтому окутал своим пламенем мальчика, словно мягким пледом. Небо должно помочь быстрее привыкнуть к обретенным способностям. — По дороге мы купим чего-нибудь поесть, идет?
— Да.
Почувствовав себя защищенным, Мукуро успокоился, взял кейс и, упрямо сопя, потащил его в третью по счету машину, которую Тсунаеши выбрал за весь период их путешествия, чтобы сбить возможных преследователей со следа. Эта машина, в отличие от предыдущих, не числилась в угоне и была зарегистрирована на несуществующее имя в липовом паспорте Савады. Босс Эстранео использовал эту машину в тайне от коллег, чтобы свободно передвигаться по Италии со своими личными делами, поэтому о ней никому не известно. Добравшись до нее, они уже оторвались на три шага вперед, но Тсунаеши не спешил расслабляться.
Сев в машину, парень поправил зеркало заднего вида, чтобы видеть усевшегося позади Мукуро, и завел машину. Их путь занял больше семи часов, не включая времени нахождения в городе. Предположив, что некоторые вещи в мирах могут все еще совпадать, со второй попытки Тсунаеши у надежного человека, не задающего лишних вопросов, снял квартиру.
Уже давно спящий Мукуро, укаченный долгой поездкой в машине и сытным обедом, даже не проснулся, когда Савада перетащил его на руках в комнату, уложив на диван. Мебели в помещении — минимум, никаких посторонних предметов и присутствие «холода» в атмосфере. Тут давно никто не жил, все запахи выветрились, уступив место пыли. Хорошее укрытие на первое время.
— Теперь можно немного перевести дух, — произнес Тсунаеши, разглядывая в окне город.
Как оказалось, в мафии действительно очень много альф, от которых Савада смог спрятаться под личиной беспламенной беты только благодаря спрею и качественному контролю своего пламени.
«Избавиться от преследователей можно двумя способами. Первый: схорониться так, что смерть тебя не сразу заметит. Второй: избавиться от преследователей», — Тсунаеши посмотрел на кейс, в котором лежали важные для Эстранео документы, но потом взгляд плавно переплыл на спящего Мукуро. — «Если бы я не взял его с собой, то мне не пришлось бы так торопиться. Мою пропажу обнаружили бы как минимум через неделю, как максимум — месяц. Но даже если так, я все равно забрал бы его оттуда».
— Значит, Эстранео будет уничтожена раньше, чем это кто-либо планировал, — фыркнул Савада, обдумывая то, как лучше продвинуть информацию в массы. Можно просто скинуть в сеть, а можно продать и жить припеваючи с «сынишкой» где-нибудь на отдаленной территории в вилле. Парень оправдывал себя тем, что все люди хотят жить с комфортом и подобная несвойственная ему жадность принадлежит настоящему хозяину тела. — Главное, чтобы я потом не пожалел о своем решении.
«Но кому же продать информацию?» — продолжал думать Тсунаеши, не заметив, что Мукуро давно проснулся и вслушивается в его бубнеж. Мальчику действительно стало лучше, он был благодарен Саваде, но не мог полностью доверять… все изменили дальнейшие планы парня, которые иллюзиониста порадовали.
Рокудо смиренно продолжал лежать на диване, разглядывая потолок и стены.
Тсунаеши поддел рукав куртки пальцем, оттягивая ткань. Татуировка уже налилась чернилами, готовая к новому прыжку. Он не ожидал, что символы так быстро перезарядятся и по привычке распланировал свои действия на несколько шагов вперед. Если уйти сейчас, то Мукуро окажется опять в лаборатории, а в Эстранео вернется их босс без хоть какого-то зачатка совести. Надо было закончить начатое.
«Кажется, я знаю кому продать информацию», — улыбнулся Савада.
Он не имел ничего против Ноно или Вонголы, но ему требовалось не только быстро проверить Реборна, но и обезопасить Мукуро. Все это можно будет провернуть с помощью Мельфиоре. Там есть Ария — сильные небеса (по крайней мере Тсунаеши надеялся на это, а то мало ли), она может помочь иллюзионисту с психикой, вправить мозги недо-альфе и дать совет ему самому. А где аркобалено неба, там и другие. Реборн — искомый. Верде — ученый, способный понять весь ужас той информации, которую парень взял с собой.
— Если мне не изменяет память, то Мельфиоре уже сформировано из двух семей. Отец Бьякурана додумался заключить союз с Джиглио Неро раньше своего сына… Может сработать! Осталось только заинтересовать.
Тсунаеши выбежал из квартиры и вернулся только спустя долгий час, во время которого Мукуро весь извелся, не зная, что и думать. Но вот парень появился в дверях с каким-то пакетом. Мукуро приподнялся, разглядывая его с немым вопросом.
— Поможешь мне? — неожиданно спросил иллюзиониста Савада, достав шариковую ручку и чистую дорогую бумагу. Не долго думая, парень присел рядом с подростком и начал писать ровными строчками витиеватые словосочетания.
— Ку-фу-фу, и чем же я могу помочь? — мальчик с интересом вчитывался в текст, поражаясь, как среди красивых слов затерялся основной смысл, о котором не каждому опытному человеку удастся понять с первого раза. И подписался он в конце необычным именем «Иэясу Савада». Кто это?
Тсунаеши вытащил еще один, но не такой плотный и красивый листок, нарисовал на нем какой-то герб:
— Сможешь создать такую печать?
— А не легче иллюзией создать «крепление» для письма, — поинтересовался Мукуро, когда Савада спрятал свое сочинение в конверт и стал своим пламенем нагревать сургуч, со своей же задачей подросток уже давно справился.
— Они могут что-то заподозрить, если от письма будет фонить пламенем тумана, а так на нем останется шлейф только моего. Когда-то давно подобным способом пользовались почти все боссы, он очень удобен: никто не может его открыть, кроме того, кому оно адресовано, — улыбнулся Тсунаеши, капнув на конверт растопленным сургучом темно-красного цвета, и незамедлительно прижал к жиже печать. Спустя несколько секунд письмо оказалось надежно запечатано и приобрело адресата «Ария Джиглио Неро».
— Кто это и что дальше? — поинтересовался иллюзионист.
— Это еще одни небеса. Скоро состоится наша встреча, а уже потом, если все пройдет гладко, я вас познакомлю, — расплывчато ответил Савада. — А дальше… мне придется съездить до особняка Мельфиоре и незаметно опустить письмо в почтовый ящик.
— Не легче отправить СМС?
— Не поверишь, но нет. Обычное сообщение никого не заинтересует, даже если ты отправишь сотню таких. Когда об информации ничего сказать лишнего при посторонних не можешь, то как выкручиваться-то? Мы не знакомы лично, чтобы брать доверием.
— Я понял-понял: нельзя полагаться на более простые варианты, надо все хорошенько продумать, перед тем, как что-то сделать, — надулся Мукуро, пытаясь видом показать, что сам все прекрасно знал.
— Только не перемудри, — хмыкнул Тсунаеши, получив в ответ обиженный взгляд. Но ничего, один чизбургер, и иллюзионист сразу забудет о своей обиде.
