Я подарю тебе крылья

*ЧО* Эндрю сидел в мягком кожаном кресле в кабинете доктора Гариэта. Он бывал уже здесь и не раз. Но по долгу службы приходилось по несколько раз допрашивать одних и тех же свидетелей, пускай даже об одном и том же. При первом допросе они могли что-то забыть или не досказать. Потом вспоминали какие-то детали, которые оказывались очень важны и сильно помогали в расследовании. Доктор сидел напротив детектива за своим столом. На нем, как всегда, был безупречно белый халат. Он откинулся на спинку своего кресла и повернулся к Гранту вполоборота. — …Мы ведь уже с вами говорили об этом месяц назад, — закончил предложение док. Он придвинулся к столу и, положив руки перед собой, сцепил пальцы в замок. — Ничего нового я вам не поведаю. И историю болезни Оливера вы тоже видели, там все написано. — Да, но я бы хотел еще раз все уточнить, — ответил на это Эндрю. — В деле появились новые детали. — Он что-то вспомнил? — док заметно оживился. — Не совсем, чтобы все. Кое-что выяснилось. — Что именно вы бы хотели уточнить? — доктор не сводил взгляда со своего собеседника. Их разговор прервал внезапно зазвонивший телефон в кармане пиджака Эндрю. Извинившись, он достал мобильный и посмотрел на экран. Звонила жена. — Да, — ответил он, понизив голос почти до шёпота. — Я сейчас занят… Очень… Нет, я не забыл… Хорошо, я помню… Не знаю… Как освобожусь, — и, сбросив вызов, спрятал телефон обратно в карман. — Скажите, доктор, когда к вам поступил Оливер, вы не замечали за ним никаких странностей? — продолжил допрос детектив. — Что вы имеете в виду? — переспросил Гариэт, не поняв вопроса. — Он ничего не преувеличивал в своих рассказах? Может, что-то было странным? — пояснил Эндрю. — То есть, вы думаете, что он может врать о том, что с ним произошло? — нахмурился доктор. — Вы его видели в ту ночь, когда он поступил к нам? А я видел, и половина персонала его видела. Можете спросить у них. Он был в очень плохом как физическом, так и душевном состоянии. Он говорить начал только спустя неделю. Вы же сами знаете. Вздрагивал при любом шорохе. Это просто чудо, что его душевное состояние восстановилось. Хотя я и рекомендовал ему посещение психолога. Эндрю сделал пометку в блокноте. — Угу, все-таки проблема есть? — уточнил он. — Естественно, — кивнул док. — То, что с ним произошло, отразилось на его психическом состоянии. Немногие после такого возвращаются к нормальной жизни. Оливер, можно сказать, справился со своими страхами. И это, частично, благодаря мистеру Бэйлу. — Насчет мистера Бэйла. Он часто к нему приходил? — Да. Довольно часто. Практически не было и дня, чтобы он не пришел. Хоть на пару минут, но он заезжал, — честно ответил доктор. Скрывать что-либо было бессмысленно. — Благодаря ему Оливер и пошел на поправку. Он доверял ему. Не знаю, с чем это было связано, но это было именно так. Они общались. Между ними сразу возникла связь. Удивительно, что совершенно посторонний человек заботился о нем лучше, чем бы это делали родные. — У Оливера никого нет. Ответ Гранта обескуражил доктора. — Теперь ясно, почему за две недели никто его не хватился. На мгновение в кабинете повисла тишина. — Вы намекнули на возникшую между ними связь. Насколько эта связь была тесной? — продолжал задавать вопросы Эндрю. — На что вы намекаете? — прищурившись, спросил Гариэт. — Они общались, как друзья или… это было что-то большее? Доктор снова откинулся на спинку своего кресла. — Если вы намекаете о сексуальной связи, то ничего подобного не происходило. По крайней мере, в стенах этого здания. Это была дружба, построенная на доверии. Мистер Бэйл очень порядочный человек, я знаю его не один год. Грант снова сделал пометку в блокноте. — Больше никто его не посещал? Может, кто-то звонил, интересовался им? — Нет. Больше никто к нему не приходил, — ответил доктор. Эндрю закрыл блокнот, спрятал его в свою сумку и, поднявшись, протянул руку Гариэту. — Спасибо за сведения, — поблагодарил он, пожимая руку. — Чем смог, — ответил док.

* * *

Эндрю припарковал свой автомобиль возле пятиэтажного здания, на первом этаже которого размещался ночной клуб «BOOM». Сейчас здесь не было ни ограждений, ни мнущегося у входа охранника, ни толпы посетителей. Яркая ночью вывеска сейчас была лишь тусклым набором четырех неприметных заглавных букв. До открытия клуба было еще очень много времени. Он уже было собрался открыть дверь и выйти, как снова зазвонил телефон. Чертыхнувшись, Эндрю достал мобильный и взглянул на экран. Номер был не подписан. Проведя пальцем по экрану, Грант ответил. — Эм… Мистер Грант, это Оливер. Вы сказали звонить, если я хоть что-то вспомню, — услышал он знакомый голос. Эндрю даже немного удивился. Надо же, вспомнил. Неужели те сведения, которые он узнал о себе, всколыхнули память? Достав блокнот, который был исписан вдоль и поперек, детектив принялся внимательно слушать. Оливер сообщил, что он вспомнил тот злосчастный день, который перевернул его жизнь с ног на голову. Эндрю слушал, делая пометки на страницах. — Я боюсь, что он может удерживать у себя человека, — с явным ужасом в голосе сообщил Оливер. Грант напрягся. Ничего себе заявка. Для этого должны быть веские основания. Эндрю выслушал Оливера, записав, как зовут новую предполагаемую жертву маньяка. Имя. Всего лишь имя. Сколько таких Майклов в городе? Сотня, а может и больше. Оливер явно что-то не договаривал. Эндрю стали одолевать сомнения насчет всего, что сказал Оливер. Но и не верить ему он не мог. Проверить этого Кевина все-таки стоило. — Хорошо, Оливер. Я отправлю к нему патрульных, пускай проверят. Но завтра ты должен прийти ко мне и все рассказать подробней, — и, услышав в ответ убедительное: «Хорошо», Эндрю сбросил вызов. Открыв дверь, он вышел из машины и двинулся в сторону клуба. Внутри было тихо, неярко горел свет. У стены за барной стойкой стоял высокий темноволосый парень. Он, вооруженный полотенцем, натирал бокалы, вешая их на специальные держатели над его головой. Грант спустился к бару. — Мы закрыты, — бросил парень, подумав, что перед ним обычный посетитель, перепутавший время открытия. — Я в курсе, — Эндрю достал свое удостоверение и показал его бармену. — О, полиция, — парень слегка удивился. — Чем обязан? Я, вроде бы, ничего не нарушал. — Пару дней назад здесь была вот эта девушка, — детектив достал из папки фото еще живой Марты и протянул его парню. — Вы ее видели? Бармен пожал плечами, продолжая вытирать бокал. — Красивая. Может и была. Их здесь за ночь столько мелькает - всех не запомнишь,— равнодушно ответил он. — А что случилось? — Ее убили, — сухо ответил Эндрю. — Охренеть, — от услышанного глаза бармена округлились. — Вот мне и нужно знать, была ли она в ту ночь в клубе. С кем пришла? И с кем и во сколько ушла? — К сожалению, я бы и рад помочь, но я ее не помню, — ответил парень. — Вы лучше спросите нашего охранника Фрэнки, может он ее видел. Вон он, за столиком, — бармен кивком указал на высокого, крепкого, коротко стриженного, мужчину в черной футболке и таких же брюках, одиноко сидящего за столиком, в самом дальнем углу зала. Эндрю отошел от барной стойки и направился к мужчине. — Вы Фрэнк? — Ну, — бросил мужчина. — Мне сказали, что вы могли видеть эту девушку, — Грант достал фото и показал его охраннику. — А ты, что, ее муж? — окинув взглядом детектива, спросил тот. Эндрю достал свое удостоверение и показал охраннику, тот сразу же стушевался. Он взял фото из рук детектива и долго всматривался в снимок. Помолчал с минуту, как бы вспоминая запечатленную на нем девушку, ответил: — Да, возможно я ее видел. Была здесь похожая. Пришла с подругой. А потом ушла. Вернее, ее вывел мужчина. Она вроде бы перебрала, мне так показалось, — он пожал плечами. — А в чем дело? — Ее убили. Вы не могли бы описать этого мужчину? — Я не привык рассматривать клиентов, но, кажется, смогу. Детектив достал блокнот, готовый внести описание возможного подозреваемого. — Высокий, где-то метр восемьдесят пять, может, выше. Темные волосы, — на этом описание закончилось. Эндрю мысленно разочарованно вздохнул. М-да уж, описание — лучше некуда. — Может что-то еще, шрам на лице, может, он говорил как-то с акцентом? — Эндрю не терял надежды узнать больше деталей. — Мое дело — следить за порядком на улице, а не рассматривать клиентов, — раздраженно ответил охранник. — Если что-то вспомните — обязательно мне позвоните, — и, прежде чем уйти, Эндрю протянул свою визитку с номером телефона. Фрэнк проводил детектива тяжелым пристальным взглядом, пока за ним не закрылась дверь. Он тут же достал свой телефон и набрал первый номер из списка звонков. Тот, кому он звонил, ответил быстро. — Приходил коп. Он сказал, что ту девчонку убили. Мне не нужны проблемы. Если это твоих рук дело — я сдам тебя и глазом не моргну, — и он сбросил вызов. Грант вышел из клуба. Небо стало затягивать тяжелыми серыми тучами. Ощущалось приближение дождя. Эндрю посмотрел на наручные часы - половина пятого. На семь у них с женой был заказан столик в ресторане. Но ему нужно было ещё допросить родителей убитой девушки. Детектив поспешил к своей машине, завел мотор, и авто покатило на юг, в один из лучших районов города. Кингс Роад славился не просто дорогими домами, они были непростительно дорогими -- они просто кричали об огромном состоянии их хозяев. Одно-, двух- а иногда и трехэтажные особняки, обнесенные высокими заборами, за которыми прятались от внешнего мира их владельцы. Эндрю припарковал машину возле одного из таких двухэтажных особняков и вышел из авто. На двустворчатых кованых воротах нажал на звонок домофона и стал ждать ответа. — Да, слушаю? — ответил мелодичный женский голос. — Добрый день. Меня зовут Эндрю Грант. Мне нужно поговорить с миссис Гавальдо. — По какому вопросу? — спросил голос. — Я расследую убийство их дочери, — ответил Эндрю. Голос затих, замок щелкнул, и ворота плавно отворились внутрь. Грант вернулся к авто, сел за руль, и машина плавно въехала во двор, по каменной подъездной дорожке. Внутренний двор был невелик, но это не портило общего впечатления от самого строения. Грант не был специалистом по архитектуре, но почему-то подумал, что дом построен в викторианском стиле. Он притормозил возле крыльца, заглушил мотор и вышел. Его встретила молодая девушка в униформе горничной. — Миссис Гавальдо вас ждет, — приветливо сообщила она. Эндрю вошел в дом следом за ней и осмотрелся. Достаточно было беглого взгляда на обстановку в доме, чтобы понять — здесь живут очень обеспеченные люди. Просторный холл с большим диваном из белой кожи и такими же креслами. Стеклянный столик, картины на стенах. Камин в половину стены. Прежде чем ехать, Эндрю, как уважающий себя детектив, навёл об этой семье справки. Тони Гавальдо, старший из трёх сыновей итальянского бизнесмена Антонио Гавальдо, который, несмотря на свой далеко не молодой возраст, а ему уже было семьдесят пять, до сих пор руководил бизнесом, который вырос хоть и в небольшую, но приносящую хорошие деньги, корпорацию «Гавальдо и сыновья». Часть бизнеса и больше половины акций принадлежала Тони. Тони же, к своим пятидесяти годам, заработал достаточно денег на переработке дерева, чтобы обеспечить безбедную жизнь не только себе, но и своим внукам. Которых, к сожалению, они с женой уже не дождутся, потому что Марта была их единственной дочерью. А что же насчёт его жены? Ничего интересного Эндрю не нашел. Типичная история Золушки. Сильвия Гавальдо, в девичестве Росси, работала секретарем у отца Тони. А дальше все по сценарию. Пока Эндрю рассматривал гостиную и висевшую над камином картину, он не заметил, как из глубины дома вышла красивая женщина, лет сорока пяти, а может чуть больше и неспеша двинулась к нему. На ней было строгое темно-синее платье, доходящее ей до середины колен, на ногах - черные туфли-лодочки на низком каблуке. Ее темно-каштановые волосы были уложены в аккуратную прическу. На лице - минимум макияжа. — Вам тоже нравится Дали? — подойдя ближе, спросила хозяйка дома. От неожиданности Эндрю даже вздрогнул. — Я не знаю. Не особо разбираюсь в живописи. — Эта картина называется «Постоянство памяти». Тони купил ее на одном из аукционов. Прошу вас, присаживайтесь, — указала она на мягкий диван. — Я полагаю, вы пришли сообщить мне, что нашли убийцу нашей Марты? — К сожалению — нет. Мы делаем все, чтобы его найти, — пояснил Эндрю, опускаясь на диван рядом с женщиной. — Скажите, она страдала? Моя девочка, — женщина смахнула выступившую слезу. — Нет, — соврал Грант лишь для того, чтобы утешить ее. — Миссис Гавальдо, расскажите мне о вашей дочери. Я понимаю, сейчас вам тяжело, но мне нужны любые подробности ее жизни. — Ничего. Спрашивайте все, что нужно, — со скорбным лицом сказала Сильвия. — Вы знали, с кем общалась ваша дочь? Меня интересует круг ее общения. Дело в том, что в ночь перед смертью она была замечена в одном из клубов с каким-то мужчиной. Предположительно, он может быть причастен к ее смерти. Вы не знаете, кто мог быть с ней в ту ночь в клубе? — У нее не так много было друзей, как могло казаться на первый взгляд. Девочка из богатой семьи. Она была не очень общительной. — Она вам не говорила, с кем собиралась идти в клуб? — У нее была подруга — Кейт. Скорее всего, они были вместе. — У вас с дочерью были хорошие отношения? — Да, у нас с Мартой были самые теплые отношения. Мы ее очень любили. Не то что ее муж, — при упоминании зятя она раздраженно хмыкнула. — Я была против их брака. Он очаровал ее, завлек. А она, как наивная девочка, попалась на его уловки. Сволочь! Это он погубил мою девочку. Эндрю слушал, внимая каждому ее слову. — И все-таки они прожили вместе пять лет. Если ей было так плохо с ним, почему она не ушла? Ее же ничего не держало. Насколько я знаю, детей они так и не успели завести, — заметил Эндрю. — Она жаловалась вам на мужа? Может, они ругались? — Ей было всего двадцать, когда они поженились. Он часто упрекал ее в том, что она не работала. А зачем ей было работать, у нее все было. И знаете, я даже рада тому факту, что они не успели завести детей. Грант почувствовал, как от ее слов повеяло холодом. — Ваш зять ее не обеспечивал? — Эндрю пристально посмотрел на Сильвию. — Я больше не хочу о нем говорить, — рассердилась она, но потом, совладав с эмоциями, продолжила: — Однажды они сильно поругались. Марта так переживала. Она пришла домой, а он был не один. Так Джо накричал на нее и выставил из их же дома. Представляете, он выгнал на улицу мою девочку?! — на этих словах она всхлипнула и промокнула глаза платком, который все время держала в руках. — Миссис Гавальдо, ваша дочь вам говорила, что она изменяла мистеру Бэйлу? — Эндрю посмотрел на Сильвию, ожидая ее реакции на сказанное. — Нет, я этого не знала, — она удивленно посмотрела на детектива. — И это неудивительно, ведь он не уделял ей должного внимания, как женщине. Вы понимаете, о чем я говорю? — она изогнула тонкую бровь, пристально посмотрев на него. — Я с самого начала говорила, что он ей не пара. Ведь до нее он предпочитал мужчин. Вы знали? Не удивлюсь, если моя дочь, узнав об этой пикантной подробности, ушла к другому мужчине. А Джо потом и убил ее, чтобы не всплыла эта грязная тайна. Вы знаете, кто его отец? — Да, я знаю, кто его отец, и у мистера Бэйла на момент смерти вашей дочери есть алиби, — огорчил ее детектив. Сильвия недовольно поджала губы. — Интересно, какое? Нашел себе очередную подстилку? — ее губы дернулись в подобии злой улыбки. — Однажды она пришла вся в слезах и говорила, что он ее избивал. Эндрю поднял на мать Марты удивленный взгляд. Сейчас либо врала она, выставляя в неприглядном свете своего зятя, выгораживая дочь, либо врал Бэйл. — Вы видели следы побоев на ее теле? Она заявляла об этом в полицию? — Вы сомневаетесь в моих словах? — Сильвия вздернула подбородок. — Я так понимаю, вы безоговорочно верили своей дочери? — Естественно. А вы бы не верили своему ребенку? — она буквально прожигала Эндрю взглядом. — Спасибо, миссис Гавальдо. Если что-то выяснится, я сразу вам сообщу. — Эндрю поднялся, спрятал блокнот и поспешил на выход. — Пожалуйста, найдите убийцу, — провожая гостя, сказала Сильвия и, уже стоя в дверях, добавила: — Жаль, что у нас отменили смертную казнь. Я желаю ему смерти! — от этих слов Грант поежился. Они явно были адресованы Бэйлу. Эндрю ехал домой с острым чувством, что ему срочно нужно принять душ. Смыть с себя всю ту грязь, что он услышал от матери Марты. То, что все слова, сказанные ею, были брошены в адрес ее зятя, Грант не сомневался. И смерти она желала именно ему. Репутация семьи Бэйл бежала впереди них. Вот только непонятно, почему она считала Джо неподходящей партией для своей дочери, там явно содержался личный подтекст. Только из-за того, что Бэйл-младший по молодости увлекался мужчинами? Но он же остепенился и взял Марту Гавальдо в жены. Поговорить бы с самим Малкольмом Бэйлом, может, он что-то да рассказал бы о своем сыне. Такой завидный жених, как сын одного из членов парламента, был достойной партией для любой девушки. За что же она его невзлюбила? Может, не оправдал надежд? Не стал таким, как его отец? А пошел другим путем. Она прямым текстом намекнула, что Джо предпочитает мужчин. Эндрю свел брови к переносице. Теперь ему стала ясна причина, по которой Бэйл поселил у себя спасенного им парня. Не стала ли эта связь причиной разрыва между ним и его уже мертвой женой? Марта явно была не так проста, как казалось. Погруженный в мысли, Эндрю не заметил, как подъехал к своему дому. Заглушив мотор и закрыв авто, он вошел в подъезд и поднялся к себе на этаж. Открыл дверь своим ключом. В коридоре горел свет. Грант скинул пиджак и повесил его в шкаф. — Ну наконец-то, — из спальни выглянула его жена. — Я уже подумала, что мне самой придется ехать в ресторан или, хуже того, отменить заказ. На ней было приталенное бежевое платье до колена, удачно подчеркивающее ее фигуру. Она подошла ближе к мужу и повернулась к нему спиной. — Я же сказал, что успею, — устало проговорил Эндрю, помогая ей застегнуть молнию. — У нас остался час, — она повернулась к нему лицом и заглянула мужу в глаза. — Ты устал? — Очень, — ответил Грант. — Дай мне десять минут. Я приму душ, переоденусь и можем ехать. И, будь добра, вызови такси. Эндрю обошел ее и направился в ванную. Скинув с себя всю одежду, он запихнул ее в стиральную машину и, включив воду, шагнул под душ.

* * *

Через полтора часа после звонка Оливера детективу Гранту, к дому Кевина подъехала патрульная машина. Из нее вышли двое полицейских и подошли к воротам. Нажав на звонок домофона, они стали ждать ответа. — Да, — через мгновение ответил мужской голос. — Кевин Томпсон? — спросил полицейский. — Да, — ответил Кевин. — Мистер Томпсон, это полиция. Нам нужно задать вам несколько вопросов, — ответил полицейский. Замок щелкнул, и калитка плавно открылась. Полицейский толкнул ее, и они вошли во двор. Из дома навстречу им вышел мужчина в сером спортивном костюме. — Мистер Томпсон, я констебль Джонсон, а это констебль Гриффин. — представился полицейский, — Где ваша машина, сэр? — В гараже. А в чем такая заинтересованность моей машиной?! — спросил Кевин, вопросительно смотря на полицейских, переводя взгляд с одного на другого. — Поступило сообщение, что машина, похожая на вашу, может быть причастна к серии похищений людей, — пояснил Джонсон. — Почему именно моя? Чем она особенная? — удивленно вздернув брови, спросил Кевин. — Мы можем осмотреть ваш автомобиль, сэр? — вопросом на вопрос ответил констебль. — Да. Пройдёмте, — Кевин не стал препятствовать полиции. Он спустился с порога, прикрыл за собой дверь и последовал к гаражу. Полицейские шли за Кевином. Он открыл гараж и все трое вошли внутрь. Перед ними стоял черный «Dodge». Джонсон обошел его вокруг, внимательно осматривая со всех сторон, но никаких рисунков или чего-то подобного на нем не было. Он подошёл к напарнику, что-то шепнул ему, тот в ответ молча кивнул. Тогда Джонсон повернулся к Кевину и сказал: — Мистер Томпсон, вы живёте один? — Да. — Мы можем осмотреть еще и ваш дом? — полицейский испытующе смотрел на него. — Это действительно так необходимо? — Кевин старался держаться спокойно, хотя эти двое начинали уже раздражать. Не впусти их, хотя он знал, что имеет на это полное право, то вызовет подозрение. — Хорошо, пойдемте. Вся троица вышла из гаража и направилась в дом. Полицейские прошлись по комнатам,зашли на кухню и, не найдя ничего подозрительного, вышли. — Извините, сэр, что побеспокоили, — извинился Джонсон. — Ничего. А в чём дело? — спросил Кевин, делая озабоченное лицо. — Нам надо было проверить. Еще раз извините, что побеспокоили вас. Проводив полицейских и закрыв за ними калитку, Кевин вернулся в дом. Он прошел вглубь комнаты, направляясь к одной из стен. Замаскированная под книжный шкаф, дверь не вызвала бы подозрения даже у самого наблюдательного человека. Шкаф как шкаф, с кучей литературы, вот только некоторые из книг были самой обычной бутафорией. Кев коснулся потайной ручки, и дверь отворилась внутрь. Он по ступенькам спустился вниз, в подвал. Коснулся рукой стены там, где был выключатель, щёлкнул им, и помещение залил яркий свет. Кевин прошел вглубь и встал возле стола, упершись в него руками. — Знаешь, кто это был, Майкл? — обратился Кевин к сидящему в углу на грязном матрасе, мужчине. — Полиция. А я недооценил мальчишку. Ему таки хватило смелости позвонить им. Знаешь, что они проверяли? Мою машину. Мою, черт побери, машину! — Кевин со злостью скинул все, что было на столе. Стеклянные колбы, банки — все полетело на бетонный пол, разбившись на сотню осколков. — Я его убью! Майкл смотрел на него из-под опущенных век. Его волосы спутались, а некоторые пряди противно прилипли ко лбу. У правого виска засохла кровь. Он сидел, опустив голову. Руки и ноги были скованы. Майкл хмыкнул. — Ты боишься, — пробормотал он пересохшими губами. Действие наркотика постепенно отпускало, и начинала болеть голова. Было больно даже говорить. Тело ломило, как в лихорадке. Немного знобило. Майкл понимал, что у него началась ломка. Кевин повернул голову и, прищурив взгляд, спросил: — Ты что-то сказал? — Ты боишься, — повторил Майкл чуть громче, — Он заявил на тебя, потому что узнал. Тебя вычислили, и ты боишься. Послышался скрежет зубов. Кевин так сильно сжал зубы, что они заболели. — Заткнись, — прорычал он, подскакивая к своей жертве. — Или тебе жить надоело? — Ты все равно меня живым не отпустишь, — дернув уголками губ, ответил Майкл. — Ты мне еще нужен. Иначе я бы тебя давно прикончил, — в ответ зло просипел Кевин. — Зачем я тебе? — Майкл поднял на него слегка затуманенный взгляд и поморщился. Яркий свет ударил в воспаленные глаза. — У тебя, Майкл, будет очень ответственное задание, — как-то нехорошо ухмыльнулся Кевин, отходя от него. — Я ничего не буду для тебя делать, — силясь, крикнул Майкл вслед. — Будешь, еще как будешь, — язвительно ответил Кев, гася свет и начиная подниматься по лестнице.

* * *

Дверь закрылась. Комната погрузилась во мрак. Майкл отодвинулся к стене, прислонившись к ней спиной. Холодный, даже ледяной бетон, обжег кожу. Тонкая ткань футболки не спасала. Но ему было все равно. Майкл подтянул ноги к груди и положил на них руки. Цепи лязгнули, ударившись друг о друга. Майкл положил голову на руки и прикрыл глаза. Боль в голове становилась все сильнее, ее словно разрывало, тело трясло и бросало в холодный липкий пот. Нужно было хоть немного поспать. Хотя на сон это было мало похоже, скорее — бред воспалённого мозга. Сколько Майкл спал, а точнее пребывал на грани между сном и бредом, то просыпаясь, то снова погружаясь в сон, он не понимал. Может, час, может, два, а может и больше. Во рту пересохло, а футболка прилипла к телу. Он медленно открыл глаза, вокруг все было погружено во мрак. Ночь сейчас или ещё день, ощущалось с трудом. От долгого сидения в одном положении болела спина и затекла шея. Ноги словно налились свинцом. Майкл попытался выровнять затекшую спину, повел шеей и тихо застонал. Сделав над собой усилие, он прислонился к стене и выпрямил затекшие конечности. Кровь тут же устремилась вверх по венам, отчего ноги стало покалывать, словно миллионами острых иголок. — Черт! — тихо выругался Майкл и стал растирать ноги, насколько это ему позволяли скованные руки. — Больной ублюдок, и долго он будет меня здесь держать? Ну все, я схожу с ума, говорю уже сам с собой. Послышался звук открывающейся двери, Майкл притих. Зажегся свет, и в комнату вошел Кевин. — Не так долго, как ты думаешь, — сказал Кев. Пока он спускался, то слышал, о чем говорил пленник. Кевин подошел к столу и положил на него, принесенный с собой, ноутбук. Майкл следил за каждым его движением. Он заметил, как в руке у Кевина мелькнуло что-то похожее на бутылку воды. Майкл облизнул пересохшие губы. — О, мы будем смотреть кино? — с сарказмом спросил Майкл. — А где пиво, попкорн? Я бы не отказался. Помнишь, как раньше? Собирались у Бэйлов, в их огромном доме… — продолжал он язвить. — Шутишь, да? Это хорошо, — недобро ухмыльнулся Кевин, зыркнув на него холодным взглядом. Он открыл крышку, и на экране появился видеоплеер. — Майки, ты любишь сюрпризы? Я вот не очень. Никогда не знаешь, чего ожидать. Ты со мной согласен? Но, этот должен тебе понравиться, — лицо Кевина исказила злая ухмылка, наподобие оскала. Майкл поежился, предчувствуя недоброе. Что можно ожидать от человека с больной фантазией? Чего угодно. — Помнишь, я сказал, что ты мне кое в чем поможешь? — Кев пристально смотрел на своего пленника. — Я ни в чем тебе не буду помогать, — просипел Майкл. Пересохшее горло саднило, и ужасно хотелось пить. Что он ему вколол, что его так сушило? Майкл готов был душу продать за глоток воды. Он попытался сглотнуть, но во рту было сухо. Мужчина с вожделением смотрел на пол-литровую бутылку, в которой, казалось, была вода, и это не осталось незамеченным. Кевин увидел, что взгляд его пленника прикован к ёмкости с водой, которую он принес специально. Кев знал, что препарат, который он вколол Майклу, через пять часов вызывал ужасную жажду. Он демонстративно взял бутылку, повернул крышку, и из-под нее послышалось характерное шипение. Кевин смотрел, как его пленник наблюдает за ним. Он медленно поднес бутылку ко рту и, прикоснувшись губами к горлышку, стал пить, не отводя взгляда от Майкла. Несколько капель скатились по подбородку и упали на футболку, оставив на ней темные пятна. Майкл наблюдал, как его, когда-то лучший друг, издевался над ним. Как он делал большие глотки, и вода стекала по горлу. Если бы не цепи, сковывающие его руки и ноги, он забрал бы этот кусок пластика и заставил его сожрать. Но сначала выпил бы всю воду. Выпив почти половину, Кевин поставил бутылку обратно на стол и сказал: — Как скажешь, — пожал он плечами, чем ввел Майкла в ступор. — Но я посмотрю, как ты запоешь после просмотра этого занимательного ролика, — в последней фразе было что-то пугающее. Майкл насторожился. Но он еще не представлял, что ему предстояло пережить дальше. Кевин взял стул и поставил его перед Майклом так, чтобы ему было видно, но он не смог бы до него дотянуться, и поставил на него ноут. На экране зависла картинка. Но она была очень расплывчатой, поэтому Майкл не мог различить силуэт человека. Кевин присел на корточки рядом со стулом и нажал на кнопку «Play». Видео возобновилось. Глаза Майкла тут же округлились от ужаса и от увиденного на экране. Посреди пустой комнаты стоял стул, на нем сидела светловолосая девушка. Ее рот был заклеен скотчем, а руки заведены за спину и явно были связаны. Платье разорвано на груди, а длинные волосы растрепались. Она тихонько всхлипывала и оглядывалась по сторонам. За ее спиной возник мужчина, в котором Майкл узнал Кевина. — Господи, Джена! — прошептал Майкл, узнав свою девушку. — Я тебя убью. Дай только выберусь, — вскочив на ноги, прорычал он. — Т-с-с, — Кевин приложил палец к губам. — Сядь и смотри, — приказал он. Но Майкл остался стоять. «Ну что, ты будешь хорошей девочкой? Больше не будешь кусаться? Иначе я выбью тебе все зубы. — Кевин на видео, стоя сзади, убрал ее волосы назад, накрутил их на руку и дернул. Она вскрикнула, — Ты же не хочешь этого, ведь так? Давай мы передадим привет Майклу. Он так по тебе скучает, — Кевин на видео сорвал с ее губ скотч. Джена испуганно смотрела в камеру. Слезы текли по ее щекам…» — Выключи! Выключи! — прокричал Майкл. Он дернул руками, и наручники больно впились в кожу. Его раздирало от желания дотянуться до ноутбука и разбить его о голову Кевина. — Заткнись и слушай, — Кев подскочил на ноги, вмиг оказался возле Майкла. Он толкнул его в грудь, отчего тот больно ударился спиной и головой о стену. — Ты сделаешь все, как я скажу, иначе следующее видео будет о том, как я выпотрошу твою девку. А я это сделаю, будь уверен, — зловеще прошипел Кевин прямо в лицо пленнику. — Лучше убей меня. Но отпусти Джену и не трогай Оливера, — сквозь зубы проговорил Майкл, смотря в глаза бывшему другу. — Как благородно, — насмешливо сказал Кев, отходя от него. — Не думаю, что кто-то оценит твой поступок. Думаешь, твоя девушка? А она знает, что ты ей изменил с женой лучшего друга? Нет? Я думаю, ей будет интересно узнать. Или, думаешь, Джо? Он ведь так и не простил тебе предательства. Так что, Майки, всем плевать на тебя. И Джо тоже. У него сейчас другая забота. А вот тебе лучше подумать о ней и о том, что с ней может случиться, если ты надумаешь взбрыкнуть, — и Кевин указал на экран, где застыла картинка с искаженным от ужаса лицом девушки. — Да пошел ты, — зло выплюнул Майкл. — Я-то пойду. А вот ты сдохнешь в этом подвале, так и не узнав, где твоя подружка и что с ней случилось, — Кевин развернулся и направился к выходу. Спиной он чувствовал на себе прожигающий взгляд Майкла и мысленно усмехался, ожидая, когда тот сломается. Ведь он буквально умирал от жажды. А за воду и еду люди готовы были убивать. — Что нужно делать? — прошептал Майкл. — Не слышу, — издевательски сказал Кевин, желая услышать еще раз ответ. — Я сказал, что сделаю то, что ты хочешь, только отпусти ее, — последнюю фразу Майкл буквально выдавил из себя. Он любил Джену и готов был ради нее сделать все, что бы ни сказал Кевин, даже убить, кого нужно или отдать за нее жизнь. — Вот и отлично. Я знал, что с тобой можно иметь дело. Завтра получишь инструкции, — и Кевин стал подниматься по лестнице. — Дай мне воды, — послышалось сзади, но Кев не остановился. Уходя, он оставил ноут включенным. Как напоминание, что настроен он очень серьезно.

* * *

В ресторане было людно. Приглушенно играла музыка, что не мешало разговаривать. — Что ты выяснил? Ты же ездил сегодня к матери Марты Бэйл? — спросил Том у Эндрю. — Так, мальчики, давайте не о работе, — остановила их Мая, девушка довольно симпатичная. Она была лет на шесть моложе своего мужа Тома. — Мы отдыхаем. А о работе поговорите завтра. — Да, Том, твоя жена права. Давай не о работе. Разговор был не из приятных. Допрос никогда не бывает приятным, особенно если это касается родителей умерших, — согласился Эндрю. — Саманта, кого вы ждете, мальчика или девочку? — спросила Мая, заглядывая в глаза девушке в бежевом платье. — Что же тебе такого рассказала ее мамаша, что ты не хочешь вспоминать? — обратился Том к Эндрю, перейдя на шёпот, чтобы их не слышали женщины, а то можно было нарваться на повторную волну гнева. — Да она ненавидит своего зятя и подозревает его. Но, у Бэйла твердое алиби на ту ночь, — так же шепотом ответил Эндрю. — Ты уверен, что он говорит правду? — вопросительно посмотрел на друга Том. — Мальчики, о чем вы там шепчетесь. Снова о работе? — спросила Мая, грозно посмотрев на мужчин. — Нет, — соврал Том, улыбнувшись ей. — Да, да. Мы же договаривались. Вы лучше скажите: имя уже для ребенка выбрали? — с восторгом спросила Мая. — Ну что ты пристала. Они еще не знают, кто это будет, а ты уже «имя», — пожурил ее Том. — Да ничего, — ответил Эндрю, — Конечно, мы уже думали. Если девочка — то Эмили, а если мальчик — то Джейк. — А если двойня? — Мая не унималась, допрашивая пару, сияя от восторга. Поняв, что дельного разговора у них не получится, мужчины принялись за еду и стали активно участвовать в беседе с женами. Обсуждая так интересовавшую Маю тему, как будущие дети семьи Грант. Через пару часов компания покинула ресторан. — Мы так замечательно посидели, — лепетала Мая, держа мужа за руку, стоя у входа в ресторан. Вызванное такси обещало быть с минуты на минуту. — Ты всё-таки поговори с Бэйлом ещё раз, — сказал Том. — И с этим, как его? — Оливер, — уточнил Грант. — Завтра так и сделаю.