Я подарю тебе крылья

Оливер с волнением шел по коридору знакомой ему больницы. От запахов лекарств и болезней сдавливало горло. Он старался не думать о тех днях, которые он провел здесь, запертый в палате отделения неврологии. На несколько шагов впереди шел Джо. Он остановился возле стойки регистратуры и подозвал медсестру. Оливер остановился рядом. — Да, мистер Гиллмор пришел в себя. Но, он все еще плохо себя чувствует. Вам нужно разрешение его лечащего врача, — говорила девушка. — Джо! Знакомый голос заставил обернуться. Увидев детектива, Джо ни капельки не удивился. — Эндрю. Закон не спит? — Как видите, — ответил тот подойдя. — Оливер, как ты? — Уже хорошо. — Хотите увидеться с другом? — спросил Эндрю. Вопрос был риторический, и он не ждал на него ответа. Эндрю и так понимал, что по своей воле Джо сюда бы ни за какие деньги не пришел, только ради Майкла. — Другой причины находиться здесь у меня нет, — ответил Джо, сунув руки в карманы своих брюк. — Пойдемте, я вас проведу. У его палаты выставили охрану. Обернувшись, Эндрю зашагал по коридору. — Боитесь, чтобы не сбежал? — съерничал Джо, идя следом. Его задело то, что Майкла считали преступником, а не жертвой во всей этой истории. Эндрю не ответил, а лишь бросил многозначительный взгляд на Джо. Возле палаты, по обе стороны двери, стояла охрана из двух полицейских. Эндрю кивнул им и те, отступив, впустили их в плату. — Я вам уже все рассказал. Больше я ничего не знаю, — зло бросил Майкл, гипнотизируя стену напротив. Джо робко вошел в палату. За ним следом юркнул Оливер и замялся на пороге. — Привет, Майкл, — придав голосу мягкости, обозначил себя Джо. Повернув голову, Майкл бросил на него растерянный, виноватый взгляд и снова отвернулся к стене. — Зачем ты пришёл? — холодно спросил он. — Узнать, как ты. — Никак. Без надзора даже в туалет сходить не могу. Они думают, что я опять что-то себе сделаю, — говорил Майкл, сверля стену взглядом, а потом, повернувшись, горько добавил: — Вот, даже руку пристегнули, — и, откинув простынь, показал, прикованную к кровати, руку. — Так что я в полной безопасности, — с иронией добавил он. Джо напрягся и поджал губы. Ему стало обидно за Майкла. Горько и больно. Вот такого он точно не ожидал. Держат на привязи, словно пса. — Я поговорю с детективом, — сказал Джо, чувствуя себя виноватым. — Не утруждайся, — хмыкнул Майкл. — Тебе есть о ком беспокоиться, — и он снова отвернулся. Джо подошел ближе и присел на край кровати. — Майкл, я хочу тебе помочь, — он потянулся и положил свою руку поверх его. — Чем? Чем ты мне можешь помочь, Джо? Возьмешь часть вины на себя? Я соучастник, Джо! Я виновен, — голос Майкла дрогнул, и он забрал руку. — Ты ни в чем не виноват. Кевин манипулировал тобой и запугивал. Ты так поступил, потому что беспокоился за Джину. — Я поступил так, потому что — трус. Джо покачал головой, не соглашаясь с ним. — Все живы, Майки. И Оливер, и Джина. Но ты должен был мне рассказать всё еще в тот день. Майкл снова повернулся и посмотрел Джо в глаза. — И ты бы поверил? Скажи честно. Ты бы поверил мне? Джо молча смотрел на Майкла. Тот ждал ответа. — Вот и я о том же, — разочарованно сказал Майкл, не дождавшись ответа на свой вопрос. На мгновение в палате повисло гнетущее молчание. Джо чувствовал, что между ними выросла стена, пускай не такая высокая, но она приобретала реальные очертания. Майкл отгораживался от него, прячась за этой стеной. — Кевин. Он… — заговорил Джо. — Я знаю, — резко оборвал его Майкл, а потом посмотрел туда, где стоял Оливер. Он все время, пока Джо разговаривал с Майклом, стоял тихо, не проронив ни слова, словно его и не было в помещении. Майкл виновато посмотрел на него. — Прости меня, Оливер. — Все нормально, — проговорил тот. — Не нормально! Слышишь? Не нормально, — возразил Майкл. — Я бы поступил так же, будь там Джо, — и, поймав на себе удивленный взгляд Джо, опустил голову. — Я должен был что-то сделать. А я только и смог, что наглотаться таблеток. Джо, как мы могли так ошибаться? Он же был нормальным. Правда ведь? — Я не знаю, — пожал тот плечами. — Меня будут судить. Завтра придет мой адвокат. — Майкл, ты ведь разбираешься в законе? И сможешь защитить себя сам. — Могу, но на подготовку уйдет много времени, и мне нужен мой ноутбук, а ещё все материалы по этому делу. Только, кто мне их предоставит? — Если нужны деньги — ты только скажи. Майкл кивнул. — Спасибо, что не бросил меня. Джо наклонился и коснулся губами лба Майкла. Тот прикрыл глаза. — Все будет хорошо, — кивнул Джо. Он поднялся, собираясь уйти. Обернулся, стоя уже в дверях. Майкл смотрел на них. Джо заметил, что его взгляд немного изменился. Стал не таким холодным, и в нем появилась даже искра надежды. Прежде, чем скрыться за дверью, Джо кивнул Майклу, как бы говоря: «Все будет хорошо. Я с тобой, что бы ни случилось». В коридоре, подпирая стену, их ждал Эндрю. Увидев, что Джо и Оливер вышли из палаты, он отлип от стены и двинулся к ним. — Джо, не уходите, — окликнул он его. — Мне есть, что вам рассказать. Джо и Оливер остановились. — Можем посидеть в сквере, — предложил Джо. Найдя укромное место в самом конце сквера они разместились на скамье под большим разлогим кленом. — Вы не спросили, что с Кевином? — Эндрю пристально посмотрел на Джо. Тот нахмурился. Стало ясно, что он не хотел говорить о том, кто причинил столько боли его родным людям. Даже, пускай, он был его другом. — Он в глубокой коме. Не реагирует ни на какие раздражители. Жизнь в его теле поддерживают только благодаря ИВЛ. — Джо поджал губы, а Эндрю продолжил: — Вы знали, что при рождении у Кевина была другая фамилия? Что фамилия Томпсон была дана ему при усыновлении? Его родная мать, в данный момент, находится на пожизненном лечении в психиатрической больнице, с диагнозом шизофрения и диссоциативное расстройство идентичности. Когда Кевину было шесть, она оставила его на заправке. Он долгих десять лет скитался по приемным семьям. Нигде подолгу не задерживался. И знаете, почему? — Джо шокированно посмотрел на Эндрю. Ему хотелось закричать — хватит. Хватит! — Из-за его диагноза. У Кевина тяжелое психическое расстройство. Скорее всего, унаследованное от матери. — Я не знал. Он всегда казался нормальным, — проговорил Джо. — Пока Кевин принимал терапию, все было хорошо. Но, что-то пошло не так. Он перестал посещать своего врача. И это привело к ужасным последствиям. Джо покачал головой, полез в карман брюк и вынул пачку Бонд. Достал сигарету и, зажав ее губами, попытался прикурить. От волнения руки подрагивали и палец всё время соскальзывал с колёсика зажигалки. Когда десятая попытка высечь огонь из зажигалки с треском провалилась, Эндрю забрал ее из рук Джо, и щелкнув один раз, поднес к сигарете. Джо с жадностью затянулся. Горький дым заполнил лёгкие, и никотин ударил в голову. Но желаемое облегчение не наступило. Джо выдохнул сизое облачко дыма и оно, подхваченное лёгким, едва ощутимым ветерком, поднялось вверх и растаяло. Ему хотелось, чтобы все то, что только что рассказал Эндрю, было лишь фантазией, выдумкой, чтобы все пережитое за последние часы так же развеялось, как сигаретный дым. — Как вы спите? — с горечью спросил Джо, посмотрев на Эндрю. — Как и все. Только кошмары снятся часто, — ответил тот. Джо снова глубоко затянулся. — Мы с Майклом никогда не придавали большого значения чудачествам Кевина. Мы все были слегка сумасшедшие в семнадцать. Однажды, мы решили прогулять уроки и подбили на это Кева. Он с радостью согласился. Мы пошли к заброшенному зданию. У меня была травка и мы решили его раскрутить. Кевин говорил, что ему нельзя. Что он даже никогда не пил, не то, чтобы лёгкие наркотики. Майкл начал подшучивать над ним, ну и Кевин решил, что если он хочет быть таким, как все, должен делать то же, что и все, — Джо горько усмехнулся. — Таким, как все, господи. Мы же не понимали, что для него значило быть «Таким, как все». Нам нужно было быть внимательнее к нему. — Я не думаю, что этот случай привел к тому, кем он стал, — сказал Эндрю. — Должно было быть что-то более конкретное. Что-то, что запустило часовой механизм в его голове. Джо поднял на него взгляд. — Вы знали, что Кевин пытался покончить с собой? — спросил Эндрю. — Нет. — Он вскрыл себе вены. Вы видели шрам на его левом запястье? Джо отрицательно покачал головой. — Он сказал, что я похож на него, — отозвался Оливер. Джо и Эндрю удивлённо посмотрели в его сторону. — Его звали Кайл. — Боже мой! — воскликнул Джо. — Кайл Фоули?! — он подскочил на ноги. — Он учился с нами в одной школе, в параллельном классе. Да-да. Это точно он. — Джо поймал на себе удивлённый взгляд Эндрю. Тот смотрел на него, как на сумасшедшего. — Когда Кевин вернулся в город, мы с ним встретились. И он рассказал, что был тайно влюблен в парня из параллельного класса. Я и подумать не мог, что это был Кайл. Он мне тогда не сказал его имени, только, что тот был блондином с голубыми глазами, — сказав это, Джо посмотрел на Оливера. — Теперь понятно, почему он выбирал жертв из этого типажа, — сделал вывод Эндрю. — А мне не понятно, как со всеми убийствами связан Кайл? — Джо испытывающе посмотрел на Эндрю, ожидая от него пояснений. — Он отказал Кевину, — отозвался Оливер. — Кайл посмеялся над ним, когда Кевин признался ему в чувствах. Джо удивленно посмотрел на Оливера, а потом сказал: — Да, я теперь вспомнил. Кевин сказал, что на выпускном он признался ему. И что после отказа он хотел наложить на себя руки. Но не успел, его мама вовремя зашла. Теперь я понял, куда он так быстро пропал с выпускного. Даже не дождался вручения аттестатов. Мы с Майклом всю школу оббегали, искали. — А почему не пошли к нему домой? — спросил Эндрю. Джо пожал плечами. — Не знаю. Нам было по семнадцать. Хотелось веселиться. Вот только возникает еще один вопрос. Если у Кевина было психическое заболевание, как он смог выучиться на стоматолога? — Он не доучился, — ответил Эндрю. Услышанное шокировало Джо еще больше. Оказалось, что они совершенно не знали Кевина. — Не может этого быть, — возразил Джо. — Мы общались, не часто, но общались. И Кевин говорил, что у него практика в Нью-Йорке. Он врал? — На последнем курсе Кевин лег в клинику. Заболевание прогрессировало, ему становилось хуже. Он слышал голоса, которые диктовали ему — что делать. У его лечащего врача целый томик с наблюдениями. Ложь — это еще не самое худшее. — Куда еще хуже, — Джо снова присел на скамью. Эндрю посмотрел на часы. — Мне нужно идти. Не покидайте город, Джо, — с этими словами он развернулся и зашагал прочь. Джо посмотрел ему вслед. На душе было гадко. Хотелось выпить. — Что ты будешь делать? — проронил Оли, присев рядом. Он вопросительно заглядывал Джо в глаза и видел там грусть и печаль. — Майкл не может отвечать за то, чего не совершал. — Я знаю, Оли, я знаю. И сделаю все, что в моих силах, чтобы он не оказался за решеткой, — ответил Джо. Он приобнял Оливера за плечи и, притянув к себе, зарылся носом в его волосы. Они пахли солнцем. — И, думаю, Эндрю тоже сделает все возможное и зависящее от него, чтобы этого не произошло. Оливер отстранился и улыбнулся. — Помнишь, как ты впервые пригласил меня на свидание? — спросил он. Джо удивленно посмотрел на него. О чем это он сейчас говорил? Оливер хохотнул. Джо улыбнулся. Он любил, когда Оливер смеялся, в этот момент в его глазах появлялись озорные огоньки. — Прости, не помню, — смутился Джо. — Мы сидели вон в той беседке. И ты спросил меня, какое я люблю мороженое. Джо просиял от, внезапно вспыхнувшего, воспоминания. — Ты ответил — ванильное и шоколадное. Ты посчитал, что это было свидание? — А ты нет? — Да, конечно же — да, — Джо снова обнял Оливера и поцеловал в макушку. — Конечно, это было свидание. Самое настоящее. — Давай снова поедем в тот парк и купим два больших рожка из трёх шариков разного мороженого. — С большим удовольствием, — сказал Джо. Глаза Оливера засияли детской наивностью и радостью. В парке они отыскали тот же вагончик с мороженым и купили два больших рожка с тремя разными шариками. Все, как и в тот раз. Только теперь Оливер не боялся, когда к нему прикасались. И им не пришлось уходить подальше, чтобы избежать большого скопления людей. Они свободно бродили по парку, обсуждая предстоящую поездку в Мейденхед. Оливер пообещал, что, как только они приедут, он поведет Джо знакомиться с родителями. И, пускай, их давно нет в живых, он был уверен, что Джо им обязательно понравится. А дом… Дом можно было продать. Ведь он не собирался там жить. — Нет, что ты, — возразил Джо, услышав размышления Оливера о продаже дома. — Его не нужно продавать. — Но, ведь ты даже не видел его. Он старый, и ему нужен ремонт. Там много лет никто не жил. Если я и приезжал, то это случалось не чаще, чем раз в несколько лет. Там давно все покрылось пылью. — Но ведь это твой родной дом. Ты родился в нем и вырос. Оливер пожал плечами, словно ему было все равно. Да, ему было бы жаль расставаться с той частью своей жизни. С детскими воспоминаниями, пускай не всегда радостными. — Где мы будем останавливаться, когда будем приезжать навещать твоих родителей? — Там куча ненужного хлама. — Все можно продать или выкинуть, — Оливер покачал головой. — Вдруг я увижу его и захочу там остаться. Оливер остановился и вопросительно посмотрел на Джо. — А что? Сделаем ремонт, заведем собаку, а может и две. Я буду рисовать, а ты читать свои любимые книги, сидя в плетёном кресле. Будем выращивать томаты и цветы. — А как же твой бизнес? — Мое присутствие в офисе необязательно. Я могу раздавать указания и по телефону. Всем остальным сможет заниматься и Майкл, — Джо взял Оливера за руки, видя, что он в замешательстве и немного напуган. — Оли, я хочу состариться с тобой. Хочу спорить с тобой о том, какого цвета будет детская, или в какую школу отдавать наших детей. — Ты хочешь детей? — едва дыша спросил Оливер. — С тобой — да. Когда я сказал, что хочу, чтобы мы поженились, это не было мимолётным порывом, я говорил серьезно. Я не тороплю тебя с ответом. Я буду ждать сколько угодно. Хоть до скончания века. — Не нужно ждать так долго. Я согласен. Согласен на все, — сказал Оливер. Сердце в его груди волнительно билось. Джо не помнил себя от счастья. Он уже и не надеялся, что Оли когда-то скажет ему — «Да, я выйду за тебя». Джо взял лицо Оливера в свои ладони и припал к его губам в трепетном, нежном поцелуе. Он почувствовал, как за его спиной словно выросли два крыла. — Двое, — выдохнул в поцелуй Оливер. — Что? — Я хочу, чтобы у нас было двое детей. И чтобы один был похож на тебя, а другой, если позволишь, на меня. Джо нежно погладил щеку Оливера большим пальцем. Они обнялись. Солнце медленно садилось за горизонт, отбрасывая последние лучи на все вокруг. Забирая с собой день, оно забирало и все пережитое в нем, не важно — плохое или хорошее. Джо вел машину, изредка поглядывая на, сидящего на пассажирском сидении, Оливера. Тот с задумчивым видом смотрел в окно. Джо протянул руку и коснулся его бедра, несильно сжав. Оливер повернул голову и устало улыбнулся. Джо подумал, что стало бы с Оли, не остановись он тогда? Или выбери он совершенно другую дорогу? Или, что стало бы с ним, перестань он ходить к нему в больницу? Страшно было подумать. Они столько пережили за эти четыре месяца, что хватило бы на всю жизнь. А сколько ещё предстояло. Джо старался не думать об этом. Для него важнее всего было знать, что его ангел счастлив, и что больше никто не обрежет ему его белоснежные крылья.