There's nothing like us

Запах крови пробирается в ноздри, щекочет стенки гортани и идёт дальше. Блаженство! Если бы была другая обстановка, он бы точно закатил глаза и откинул голову от наслаждения. — Гос…подин! — лежащий на земле парень говорит отрывками. Его тело дрожит от холода бетона, на котором оно лежит, от большой потери крови или причина в простреленном животе? — Меня под…ставили, — хрипит из последних сил и свои окровавленные руки тянет к лакированным туфлям. Мужчина криво ухмыляется и садится на корточки перед парнем, в глазах которого уже читается глупая, наивная надежда. — Кто тебя подставил? — Это Чхве Инук! — без запинки, бодро, словно сейчас не истекает кровью, вскрикнул парень. — Он заплатил поставщикам и меня заставил, он… — договорить ему не дали. Пуля попала точно в лоб, и мужчина несколько секунд безэмоционально смотрел на широко раскрытые, мёртвые глаза. — Уберите здесь всё, — он встаёт и уходит из грязного, сырого помещения. Разочарованный вздох пронзает ночную тишину. — Испачкал, — лицо приобретает гримасу отвращения, но он продолжает твёрдым шагом идти к своей машине. — Сейчас куда? — интересуется Намджун, открывая дверь для своего господина. — В главный офис, — помощник понятливо кивает, садится на водительское сиденье и уезжает с этого убогого места.

***

— На сегодня всё. Завтра вечером мы снова ждём вас в нашем прямом эфире. Не пропустите главные события и хорошего вам вечера. С вами была Ли Нунг из отдела криминалистики, — девушка продолжает улыбаться и смотреть в камеру, ровно держа спину. — Снято! — кричит менеджер и благодарит всех за упорную работу. С прямыми эфирами на сегодня покончено. Нунг устало улыбается и идёт в гримёрку. Сейчас тут она никому не нужна. Вся информация выложена на всю страну, и на ближайшие две недели она может отдохнуть от камер, посвятить себя спокойному написанию очередных статеек и, возможно, нарваться на маленькое приключение.

***

Сегодня настроение довольно неплохое, несмотря на кратковременные дожди, но в середине октября это нормально. И мой жёлтый зонт сильно выделяется среди чёрных. Это забавно! Иметь квартиру чуть дальше от центра просто отлично. Я могу дойти до нужных мне мест пешком и меньше тратиться на транспорт. Квартира в такое время пуста. Отец возвращается с работы всегда поздно или ночует в офисе, но сегодня он пообещал, что мы, наконец, сможем нормально поужинать вместе, с гарантиями на то, что он снова не убежит из-за важного вызова. Я повесила пальто на вешалку в маленькой прихожей, обклеенной обоями с бабочками, которые остались с последнего ремонта. На кухне я сразу надеваю фартук и начинаю готовку. Сегодня в меню у меня все любимые блюда отца. Когда мама исчезла, то все хозяйственные обязанности, в том числе и приготовление пищи, легли на мои хрупкие плечи, поэтому все нужные навыки у меня имеются. Пока в кастрюле варились овощи, я нарезала мясо. Делая одно дело за другим, я и не заметила, как почти всё было готово. Уже представляю, что отец придёт, спокойно сядет, и мы сможем поговорить. Хочется пищать от радости. Когда последняя конфорка на плите была выключена, а блюда аккуратно выложены на тарелках, я побежала одеваться. Не хотелось предстать перед отцом в деловом костюме. Перерыв весь шкаф, словно собираюсь на какую-то крутую вечеринку, решаю, что спортивные штаны с футболкой вполне сойдут. Стоило мне только надеть штаны, как дверь в квартиру хлопает.

Отец!

Немедленно натягиваю на себя футболку и замираю у двери. Он быстро шёл к своему кабинету и, судя по голосам, вместе с ним был Юнги — его помощник. Неужели сегодня опять всё сорвётся? Выхожу из спальни и подхожу к кабинету отца. Дверь приоткрыта, что позволяло видеть всё, что там происходит. — Юнги, сегодня мы точно должны с этим покончить. Я обязан найти эти документы, — отец говорил громко, разъярённо выворачивая полки в поисках нужных бумаг. — Сэр, а вы не думаете, что он невиновен? Ведь доказательств не так много, — сказал беловолосый парень, который одним только взглядом внушал мне всегда холод. Неплохая способность, учитывая его работу. — Юнги, поверь мне, он точно виновен. Я после тебе всё объясню, и ты должен меня понять. Нашёл! — вскрикивает мужчина, беря нужную папку синего цвета. Никогда не видела отца таким, он словно обезумел. — Пошли. Сегодня Чон Чонгуку ничего не сойдёт с рук, — он хватает своё пальто и быстрыми шагами идёт к двери. Я прижимаюсь к стене, и когда дверь открывается, то закрывает меня, так нагло подслушивающую разговор. — Кто такой Чон Чонгук? — выдаю в пустоту. — Лучше тебе не знать, — приходит неожиданно ответ. Дёргаюсь, когда вижу помощника отца рядом. — Здравствуйте, помощник Мин, — проговариваю растерянно, готовясь к причитаниям со стороны мужчины. Он ухмыляется и, тихо цокнув, выдаёт: —  Неизвестность — хреновая штука. Можно гадать до бесконечности, но обычно все догадки рушатся прахом, потому что ты всё равно не готов к тому, что тебя ждёт.  Так говорил мой отец. Не вмешивайся и не думай об этом. Доброго вечера, — он кланяется и удаляется из квартиры, я поняла это по щелчку двери. Этот парень очень странный. Он появился в роли заместителя и помощника отца неожиданно. Я его не знаю, до этого мы просто иногда здоровались, когда удавалось пересечься. — Но почему он говорит такие вещи? Куда мне не вмешиваться? Кто же такой Чон Чонгук?

***

— Да, дорогая, отправление завтра. Отдохните хорошо, — мужчина заходит в свой кабинет, говоря по телефону и просматривая документы. Что-то холодное прислоняется к затылку, и он будет дураком, если не поймёт что это. — Я-я перезвоню… — мужчины нервно сглатывает, боясь даже пошевелиться. Его кресло поворачивается, и мужчина выдыхает. — Господин Чон… — он собирается сделать шаг вперёд, но останавливается, когда кинжал пролетает совсем рядом с его бедром. — Добрый вечер, заместитель Чхве, — на красивых устах читается недобрая усмешка. — Добрый, что заставило Вас… — Что там с товаром для китайцев? — перебивает его Чон, играя с ксифосом в руках. — Господин, я знаю, что виновен Юн Бао. Он заплатил поставщикам и после перепродажи товара японцам загрёб себе всю сумму. — Но на его счёт пришло даже меньше, чем половина, за весь товар, — выдал мужчина, смотря на свою жертву. Чхве Инук растерялся. — Я не знаю. Возможно, у него были сообщники. Нам стоит выпытать у него это, и тогда госпо… — Ах! Какая жалость, что его уже нет в живых. Я случайно пустил ему пулю в лоб. И знаешь… — мужчина провёл рукой по лезвию. — Он рассказал мне кое-что интересное. — пытающий взгляд и вот… Чхве проваливается полностью, сжимает губы и, как ему кажется, незаметно тянется к карману пиджака. Ошибается! Он видит и слышит всё, даже стук его уже скоро небьющегося сердца. — Только попробуй! — грозно провозглашает Чон. Чхве Инук опускает руки. Он уже труп — это просто вопрос времени. Повезёт, если его смогут похоронить нормально, а не находить частями по разным уголкам страны. — Рассказывай! — приказывает и встаёт с кресла, подходя ближе. — Это секретарь Вэй, — начинает заместитель. И Чон мысленно ухмыляется, удивляясь, что не убил такую крысу ещё раньше. Ну ничего… Он послушает, поиздевается. — Он предложил нам эту сделку, обещая Юну 10%, мне 25%. Он сказал, если мы не согласимся, то он убьёт наши семьи. Господин! Нам не оставалось выбора, — смотрит в глаза своего господина и пугается. Чон лукаво улыбается, а после, не сдерживаясь, смеётся. Смех демона. — Ты смешон! Заместитель Чхве, тебе ли не знать, как защитить свою семью и как уничтожить чужую. — Но вы должны мне… — Я никому ничего не должен, — выдаёт спокойно мужчина, даже не целясь, попадая заместителю в плечо. Острый клинок с характерным звуком проходит через кожу и, кажется, вонзается в кость. — А-а-а-а! — вскрикивает Чхве, падая на пол. — Я не люблю, когда мне лгут. А твою вонючую ложь я всеми фибрами чувствую, — садится на корточки перед ним и резким движением вынимает ксифос, любуясь алой жидкостью на холодном металле. Вдыхает запах свежей крови, облизываясь под шокирующий взгляд своего бывшего работника. — Ты же понимаешь, что всё уже бессмысленно. Неужели за столько лет ты не понял, что переходить мне дорогу не стоит? Ну, ничего… Сейчас ты учтёшь этот урок на всю жизнь, — острый клинок прикладывается к шее, идёт ниже, надавливая на живот, а после неожиданно быстро вонзается в бедро. Крик разносится по пустому офису. Чон встаёт и отходит, чтобы полюбоваться мучениями со стороны. Взгляд припечатывается к двери, которая в этот же момент открывается. — Господин, следователь Пак на одном из наших складов с ордером на обыск, — говорит Намджун, кидая мимолётный, безразличный взгляд на Чхве. — Чёрт! Этот старый дурак всё никак не успокоится. Вцепился в меня зубами и не отпускает. Какой склад? — былое спокойствие исчезает мгновенно. — Южный порт Инчхона, — мужчина задумывается, а после выдаёт итоговое: — Сука! — это не входил в его планы. Кричавший недавно заместитель истерически смеётся на полу. Чон стреляет во второе бедро, и Чхве снова захлёбывается новым воплем боли. — В подвал его, и приведите к нему его любимую жену с детьми, — смотрит в испуганные глаза бывшего работника. — Пусть смотрят, как он подыхает. — Господин Чон! Нет! Прошу! Не трогайте мою семью. Убейте меня. Не трогайте мою семью. Господин Чон! — трое мужчин подхватывают вопящего мужчину, унося из кабинета. — Он уже на складе? — интересуется у Кима. — Нет. Без вас они не имеют права войти. — Отлично!