The Omega

      Клэри вздрогнула и проснулась. Девушка посмотрела в сторону часов, они показывали 5:14 утра. Что-то явно было не так. У охотницы словно сосало под ложечкой, и это всё исходило из их с Алеком парабатайской связи.        Страх и ужас. Именно эти эмоции бурлили в нём.       «Но почему…» — подумала Клэри.       Что же могло вызвать такой страх у её парабатая? Александр был самым бесстрашным и сильным воином в мире. Алека ничто не пугало, кроме собственной сексуальности. Что же могло произойти такого ужасного, чтобы вселить овладевающий ужас в самого бесстрашного человека, которого только знала Фэирчайлд? Девушка не имела и единого понятия, но собиралась это выяснить.       Выбравшись из-под руки спящего супруга, охотница соскользнула с кровати. Джейс пошевелился, но не проснулся. Её прекрасный альфа спал слишком крепко. Джейс являлся альфой Клэри, а она — его бетой, они поженились в прошлом месяце, после её восемнадцатого дня рождения, именно это было подарком девушки своему уже супругу. Эрондейл всего на месяц старше Клэри. Алек же являлся самым старшим из Лайтвудов и носил звание лидера.       Натянув длинный халат, она быстро завязала его и направилась к двери. Потянувшись к ручке, охотница остановилась.       «Может быть, ему просто приснился кошмар».       Они мучили его с тех пор, как три месяца назад он представился омегой.       С того дня все в Институте стали относиться к Алеку по-другому. Словно он был недостоин находиться рядом с ними, больше не был одним из них. Не помогало и то, что Роберт и Мариз тоже ужасно относились к нему, говоря самые отвратительные вещи, которые только могут сказать родители своему ребёнку. Казалось, они использовали любую возможность, чтобы высказать самые мерзкие и обидные слова. Они отчитывали его даже за малейшие ошибки в тренировках, добавляя дополнительные занятия, установленные в изнурительном темпе.       Каждая ошибка, допущенная на поле боя, была так или иначе виной Алека, даже без учёта его присутствия. Если Александр был там, то предполагалось, что он не сумел должным образом руководить и прикрывать свою команду, что делало его ответственным за любые неудачи или травмы. Когда же парня не было, его обвиняли в том, что он не присутствовал со всеми, так как будь он там и возглавляй команду, сражаясь вместе с ними, то ничего бы не случилось. Как ни крути, но именно Александр Лайтвуд являлся всеобщим козлом отпущения. Иззи, его сестра-близнец, тоже была возмущена родительским обращением.       Они разговаривали с ним так, словно он больше не лучший Сумеречный охотник в Институте. Будто это не он самый опытный воин, пользующийся любым видом оружия. Так, будто бы Александр больше не был лучшим лучником, которого когда-либо знал Конклав. Он ни разу не промахнулся мимо цели. Казалось, что всё, ради чего он работал и чему учился в течение первых семнадцати лет своей жизни, исчезло в мгновение ока в его восемнадцатый день рождения, когда он оказался омегой. POV.Клэри       Альфы считаются самыми сильными в нашей расе. Беты тоже авторитетны, но не настолько как альфы, а омеги — самые беззащитные. Теперь, когда стало известно, что Александр омега, большинство Сумеречных Охотников в Институте обращались с ним так, как будто он не был сильным воином с ангельской кровью, текущей по венам, и не являлся лучшим из Сумеречных Охотников. Так, словно Лайтвуд - старший больше не был одним из них.       Ситуацию не спасло и то, что открылось после принятия Алеком своей омежьей сущности. Омеги мужского пола всегда были гомосексуалистами. Они могли быть оплодотворены только другими мужчинами. Алек годами скрывал свою ориентацию. Только Иззи и я знали, что он гей. Теперь, когда его омега проснулась, Александр получал необъятно большое количество дерьма в своей адрес, его запугивали и оскорбляли подопечные, его «друзья».       Но Александр Лайтвуд не мог терпеть этого. Он не смирился с насмешками и оскорблениями. Алек всегда доказывал обратное во время рукопашного боя. Никто никогда не мог его победить. Только мы четверо — я, Иззи, Саймон и Джейс - знаем, что он в течение многих лет тайно посещал различные людские занятия по боевым искусствам и включал то, что узнавал, в наши тренировки. Алек освоил каждый курс, который прошел. Мы — лучшее, что когда-либо видел Нью-Йоркский Институт. Лучшие из лучших. Даже Конклав обратил внимание на наши боевые навыки. А что касается слабости омег? Это полный бред.       И что с того, что Алек омега, он сильнее любого альфы, которого я когда-либо знала. Он не подчиняется воле альф, даже своим родителям. Почему он такой? Мы не знаем. Но Алек — это Алек, омега он или нет. Мой парабатай был рожден и воспитан, чтобы стать сильным альфой. Имея двух альф-родителей, предполагалось, что он тоже окажется представителем сильных, из-за чего его воспитание отличалось от других.       Роберт и Мариз были смущены и пристыжены после презентации собственного сына, это они ясно дали понять. Лайтвуды хотели отослать Александра куда-нибудь подальше. — Омеги — это скотоводы, а не воины. — Но Конклав был против всего этого, так как Алек всё ещё оставался человеком и лучшим Сумеречным охотником, который у них был. Проблема заключалась только в том, что омега-нефилим не появлялся уже много веков. Александр был первым за этот долгий период.       После Тёмной Войны Конклав отчаянно нуждался в новых Сумеречных охотниках. Наши ряды значительно сократились из-за потерь. Именно мой отец, Валентин, и начал эту Тёмную Войну. К счастью, Алек пустил стрелу ему в сердце. В тот же миг я отчётливо почувствовала вину друга за убийство отца своей парабатаи. Но для меня это не имело значения. В большей степени, случившееся являлось даже неким облегчением.       Я не любила своего отца, и он не любил меня. Поэтому и не горевала по поводу его смерти, успокоив Александра. Попытался убедить его, что ему не в чем себя винить. Мой отец был безумным монстром, который развязал войну против нас, своего народа, чтобы заполучить смертельные артефакты. И использовать их для призыва Ангела Разиэля.       Во времена Джонатана Шадоухантера — самого первого нефилима, Ангел Разиэль дал ему три смертельных артефакта. Если случится что-то катастрофическое, они могут быть использованы для вызова ангела-создателя, а призывателю будет даровано исполнение одного желания.       Валентин собирался использовать это желание, чтобы убить всех жителей Нижнего мира.       Жители Нижнего мира состояли из четырех видов: вампиров, оборотней, видящих и колдунов. Вместе представители Нижнего мира превосходили нас числом где-то в три раза.       Как бы то ни было, нам нельзя было позволить Моргенштерну осуществить свой план, в меньшинстве он или нет. Хоть мы и сражались с демонами и арестовывали нижнемирцев, которые нарушали законы, установленные Конклавом, но они всё ещё оставались людьми. Так Сумеречные охотники и жители Нижнего мира объединились, чтобы сразиться против него в этой войне. Каждая сторона понесла огромные потери, но теперь они все были в безопасности от Валентина и его извращенных взглядов и ненависти к Нижним.       Алека называли героем за то, что он убил Валентина, и за его боевые навыки во время сражения. Он бился без остановки более девяти часов, убивая неисчисляемое количество демонов, а затем и прикончил Валентина. Александр бесстрашно боролся с сотнями демонов, выпущенными Моргенштерном из глубин Ада.       И именно сейчас он боится? Его переполняет страх и ужас. Ни один кошмар не мог вселить в моего парабатая такие чувства. Что-то явно было не так. И я собирался выяснить причину.