Пейзаж со звездным разрушителем

— Император Рен? Оторвав взгляд от голографической карты сектора Чопани, которую рассматривал вместе с Верховным командованием Первого Ордена, Кайло посмотрел на лейтенанта, вошедшего в зал заседаний. — Я же приказал не беспокоить меня, — сказал он Митаке. До него дошли слухи, что во Внешнем Кольце были замечены крестокрылы. Он планировал провести вечер, выясняя правдивы ли они. — Так точно, Ваше Величество. Виноват, Ваше Величество, — сказал лейтенант, запинаясь. И, отдав честь дрожащей рукой, вытянулся по струнке. — Вы поручили докладывать о всех сообщениях с Хейпса в любое время. Императрица на связи, сэр. Большая часть Верховного командования осталась совершенно беспристрастной, разве что голограмма их теперь интересовала намного сильнее, чем раньше. Кроме Хакса, чье лицо с обозначившимися резкими чертами, побледнело. — Пусть вызов перенаправят в мою комнату, — сказал Кайло, обращаясь к Митаке, а другим: — По возвращению жду от вас отчёта о материально-техническом обеспечении поисковой операции в секторе на наличие флота Сопротивления. Быстрым шагом он покинул зал, сказав себе поторопится принять вызов и вернуться обратно. В некотором роде, так и было. Он не желал оставлять Хакса, этого скользкого типа, без присмотра, хотя бы на секунду дольше, чем необходимо. А ещё он хотел видеть Рей. Нет, не хотел. Ему всего лишь интересно. Да, так и есть. Интересно, почему она связалась с ним. Это всё. Когда он зашёл в комнату, на глаза попалась стопка аккуратно сложенных на столе книг. В одной из них он спрятал записку, которую обнаружил на своей подушке на следующее утро после наказания Сноука. Месяц назад Кайло проснулся от запаха свежих простыней, с притупившимся воспоминанием о боли и о том, как о нём заботилась Рей. Несмотря на отсутствие ран, он готов был списать это на лихорадочный бред. До тех пор, пока не увидел записку. «Мой лорд», криво нацарапала Рей на высшем галактическом, что говорило о том, что она прошла только краткий курс языка. «Я возвращаюсь на Хейпс. Видя твоё состояние, когда дроид менял простыни, я решила, что тебе необходим отдых, поэтому не стала тебя будить.» После точки следовало несколько клякс, как будто она размышляла, что писать дальше, а чернила капали на бумагу. «Прости, что воспользовалась твоим набором для каллиграфии. Береги себя.» Она начала подписываться своим настоящим именем, как, вероятно, успела привыкнуть, потом зачеркнула его жирной чертой и вывела «Рей». Кайло читал эту записку снова и снова, пока не почувствовал, что помнит наизусть, каждую букву, написанную отвратительным почерком. В течение этого невероятно длинного месяца, один день которого казался неделей, он думал, что скажет ей при встрече. Но все его размышления померкли, потому что сейчас он увидит её вновь. Мигнул сигнал входящего видеосообщения, и на экране появилось лицо Рей. — Привет, — сказала она. Кайло утонул бы в этих лучистых карих глазах, если бы из осторожности не начал рассматривать фон за её спиной. Место было ему не знакомо. Она вздёрнула бровь, но не стала комментировать его молчание. — Рифовая крепость, — пояснила она. — Об этом я и хотела с тобой поговорить. Я… то есть мы с тобой, устраиваем здесь праздник. — Мы? — Кайло удивлённо моргнул. — Это теперь твоя резиденция. Поэтому, вполне естественно, что ты должен присутствовать. — В Рей было что-то новое. Решительность, уверенность в себе, что делало её больше похожей на бабушку, но выражение лица было мягким. Даже слишком. Может быть, она просто пожалела его, увидев в плачевном состоянии месяц назад. Ему сразу захотелось сказать ей какую-нибудь грубость, но она опять заговорила: — Маскарад мародёров — один из трёх крупнейших ежегодных праздников Консорциума. В этом году он приурочен к новоселью. — Зачем мне резиденция, Чуми’Да? Я мог бы обойтись десятком обычных домов. Она закатила глаза. — Тогда увидимся послезавтра. Ты же будешь? Кайло ухмыльнулся. Или, по крайней мере, попытался. Вместо обычной кривой, презрительной усмешки, губы сами собой сложились в чуть лукавую улыбку. — Похоже, мне не оставили выбора. — Хорошо, — Рей задумалась, спокойная уверенность сменилась внутренним напряжением. — Если хочешь, можешь прилететь раньше. И взять с собой всё, что сочтёшь нужным. Уже соскучилась по мне? Кайло прикусил язык, чтобы не произнести это вслух. Возможно, ему действительно стоит прихватить кое-что из личных вещей, как предлагала Таа Чуми. Он не планировал проводить в Рифовой крепости много времени, но идея иметь свой дом приобрела некую особую привлекательность. Ведь там будет Рей. А кроме того, он хотел выяснить у неё причину, по которой она помогла ему и пробыла с ним до утра, хотя в этом не было необходимости. — Дворяне огорчены, что мы были вынуждены расстаться сразу после свадьбы, — сказала она, будто отвечая на его незаданный вопрос. Ну, конечно. Дело в политике. — А я подумала, что тебе было бы неплохо развеяться, Бен. Значит, ему не приснилось, что в ту ночь, она называла его этим именем. И в её глазах была не жалость, а участие. То же самое, что он испытывал к ней, когда она, словно вихрь, ворвалась в его жизнь, и когда он увидел, насколько она одинока. Сейчас она предлагала ему убежище. От суеты Цитадели. От Сноука. — Сегодня у меня есть дела, но, думаю, что смогу завтра, — услышал Кайло свои слова. — Но у меня одно условие, — сказала Рей. — Когда я была на Корусанте, на моих фрейлин напали Меридия и Мефала. Поэтому им здесь не рады. Ты меня понял? — Они мои рыцари, — напомнил он вежливо. — Они угрожали моим дамам, — парировала она, начиная раздражаться. — Ты же не хочешь ссориться из-за этого? — Нет. — Я тоже. — Она глубоко вздохнула, успокаиваясь. — Можешь взять с собой кого угодно, только не их. Взглянув на это с её точки зрения, он согласился. Близнецы были самыми непредсказуемыми из его рыцарей, а Рей просто заботилась о безопасности своих людей. — Хорошо, — согласился он с неохотой. — Договорились, и я поговорю с ними. До завтра? — он спросил это потому, что был не уверен, что после их небольшого спора, она не будет возражать, чтобы он прилетел на день раньше. К его удивлению, она кивнула: — Спасибо, Бен. Опять это имя. Он должен сказать ей, убедить не называть его так. Но он лишь кивнул, сохраняя внешнее спокойствие, пока экран не потух.

***

«Все прошло не так уж плохо», — подумала Рей после окончания сеанса связи. На прошлой неделе она встретилась на Сталсинек IV с Люком и Леей, и они сообща наметили план действий, решив, что нужно оградить Кайло от влияния Сноука, а для этого под любыми предлогами заставлять его покидать Корусант, как можно чаще. Маскарад мародёров был отличной возможностью. «Я все сделала правильно», — заверила она себя, хотя ей казалось, что он легко догадается об истинной причине их разговора. Наверняка он уже понял, что ей откуда-то стало известно о его прошлом. Это беспокоило Рей, но куда больше её взволновала реакция Леи. У той началась настоящая истерика, когда она услышала о том, что Сноук сотворил с Кайло. «Почему Бен служит этому монстру?» — кричала генерал сквозь слезы. «Потому что у него нет выбора», — ответил Люк. Заглянув в свой датапад, она с превеликим удовольствием обнаружила, что остаток дня у неё свободен. Последний месяц она провела, вникая в тонкости правления. Кое-что ей нравилось, например смотреть, как враждующие дворяне поливают друг друга грязью, воздерживаясь при этом от оскорблений в присутствии Королевы-матери. А вот после пяти часов обсуждения налоговой реформы хотелось сжечь Дворец фонтанов дотла. В другое время Рей училась управляться с персоналом Рифовой крепости или сопровождала отца в частых поездках. Таа Чуми следила за настроением среди аристократии, но именно Изольдер замечал и сглаживал любые конфликты. Принца любили и уважали на всех планетах Консорциума, Королеву-мать почитали, как божество, а Чуми’Ду… Её опасались, перед ней трепетали, потому что она была Той, Кто Придёт После. Иной раз проливали скупую слезу, глядя на вернувшуюся наследницу, но она по-прежнему оставалась для них незнакомкой. Иностранкой, не знающей культуры и традиций, полукровкой, не говоря уже о том, что она владела Силой, которую все привыкли бояться. Её супруг тоже был иностранцем, но к удивлению Рей, это не вызвало недовольства населения. Люди находили свадьбу потрясающе романтичной, особенно поцелуй перед алтарем дракона. Теперь она понимала почему, хотя причина казалась нелепой. Народ оценил красоту и зрелищность церемонии. «Это делает их счастливыми», как сказала Таа Чуми на Корусанте. Жизнь в Рифовой крепости давала больше свободы, и Рей могла улетать и возвращаться в любое время. И хотя Сопротивление покинуло Хейпс, она периодически бывала на Сталсинек IV, пытаясь поговорить с богиней, но пока безуспешно. Люк предположил, что богиня непредсказуема, как и ведьмы Датомира. Конечно, это было до их ссоры.

***

Переодевшись в походную одежду, Рей выскользнула из покоев и прошла по извилистым коридорам, вырезанным в базальтовой скале, черным, в отличие от коридоров из белого мрамора в Пер’Агтре. Ей не было нужды оглядываться по сторонам, поскольку телохранители охраняли вход в замок, а не следовали за ней по пятам. В крепости, расположенной на острове посреди моря, ей не грозила опасность — кроме того Рей доказала, что способна сама себя защитить. А её фрейлины были заняты подготовкой к приближающемуся празднику, что сводилось, в основном, к спорам с прислугой. Истребитель располагался на крыше дворца. Это был Мий’тил, который ей подарил Изольдер в день отъезда из столицы. «Чтобы тебя не мучила совесть», — сказал он насмешливым тоном. Рей с благодарностью обняла его. Когда она жила на Джакку, подобное проявление чувств было для неё так же чуждо, как для дворян Хейпса. Но после встречи с Финном все изменилось. Её новый Мий’тил был больше других истребителей, снабжён улучшенным стелс-режимом и несколькими дополнительными ракетными установками. Своими изящными линиями, боевой мощью и маневренностью, он напомнил ей Сокол. Спустя пару часов она пробиралась через заросли на Сталсинек IV, следуя за песней Силы. Но там кто-то был. Во дворе храма стоял Антерес Эллерон. Она увидела его удивление на фоне потоков энергии, ощущаемых в этом месте ярче всего. — Ваша милость, — поприветствовал он её и тут же поправил себя: — Простите, Ваше Величество. — Я была для вас Чуми’Дой, задолго до того, как стала Императрицей, — Рей отмахнулась от его извинений. — А до этого вы были моей пленницей, — сказал он с сожалением. — Я… — Все в порядке, — поспешила заверить она. В конце концов, благодаря ему она познакомилась с отцом. — Вы выполняли свой долг. Но почему вы здесь? Он кивнул на серебряный фонтан. — Ваша мать, леди Тенениель, часто посещала храм. Иногда я прихожу сюда, чтобы почтить её память. — О, — Рей испытала неловкость оттого, что не знала, что Эллерон и её мать были знакомы. Должно быть, эти мысли были написаны у неё на лице, потому что он поспешил объяснить. — Во дворце она чувствовала себя одинокой. Ей не нравились все эти политические игры, она терпеть не могла официальные приёмы и интриги. Я был одним из немногих, кому она доверяла. — Вы служили во дворце? — спросила Рей. Его слова запутали её ещё больше. А затем она вспомнила, как Изольдер упомянул почти три года назад, что капитана понизили в звании. — Теперь я капитан гарнизона на забытой планете, — грустно улыбнулся Эллерон. — Мне потребовались все мои связи, чтобы добиться этого. Я отвечал за охрану Таа’Чуми’Дана во время восстания Калена, но не справился. — Повстанцы же проиграли. — Благодаря вашему отцу, а не мне, — сказал он. — Я совершил столько ошибок при подготовке к эвакуации Королевы-матери и вас. Из-за меня был потерян сигнал вашего корабля. Со стороны Таа Чуми было очень великодушно разрешить мне остаться в скоплении Хейпс. Наверное, Рей должна была разозлиться, но не могла. Она ведь собиралась стать справедливым правителем, а этот человек был верен престолу. — Извините, что помешал вам, — сказал капитан, видимо, сообразив, что сболтнул лишнее. — Я пойду. — Вам не обязательно уходить, — запротестовала Рей. Она ему помешала, а не наоборот. Ей не нравилось, когда люди старались услужить ей только из-за её высокого положения. — Вы дочь Тенениель, и у вас больше прав находиться здесь, — он отдал честь и добавил: — Я принял присягу, но я также был другом Тенениель, поэтому не могу не сказать: ваша мать и королева недолюбливали друг друга. Таа Чуми не смогла принять её отказ стать наследницей, а леди Тенениель хотела, чтобы вы сами выбрали свою судьбу. Он исчез за стеной колючих кустов, а Рей ещё долго размышляла над его словами. Эти мысли отвлекали и мешали погрузиться в транс. Изольдер как-то говорил, что между Тенениель и бабушкой были натянутые отношения, но не вдавался в подробности. Возможно, он щадил её чувства, и кто-нибудь другой мог поведать больше. Например, Лайрелосс или сплетницы-фрейлины. Рей была вынуждена напомнить себе для чего пришла сюда. В конце концов, ей все же удалось выбросить из головы земные заботы и объединить сознание с потоком Силы, унестись в темноту, в которой светились нити энергии. Спустя несколько секунд, минут или даже часов — время ничего не значило в этом мире — перед её внутренним взором раскрылись два белоснежных крыла. — Ты одна? — богиня казалась слегка удивлённой и любопытной, а не мстительной и злобной, хотя её настроение было изменчиво. — А где тот красивый вандал? Ты убила его? — Нет, — сглотнула Рей. — Я вышла за него замуж. — Полагаю, это почти то же самое, — улыбнулась богиня. — Я хочу знать, что меня ждёт? — Ты по-прежнему нетерпелива и задаешь не те вопросы. — Раздался тихий вздох. — Если я скажу тебе, будет ли это тем будущим, которое ты выбрала сама? — Зашелестели её перья. — Тебе решать каким оно станет. Если, конечно, ты не в отчаянии. Рей увидела трон. Возможно, он был белым, но лунный свет имеет обыкновение искажать цвета, превращать все, чего коснется, в серебристые очертания. Это же лунный свет? «Нет», — подумала Рей: «Это Сила. Такая, какой я её представляю.» Она обтекала трон, сливаясь в реку из темной и светлой энергии, мерцающей, словно изображение голопроектора, пульсирующей в такт биению сердца. На мгновение ей показалось, что она увидела островок безмятежности посреди хаоса. Но только на мгновение, а потом видение развеялось, а перед ней снова было лицо богини. — Что ты видела? — Трон, — прошептала Рей. — И… равновесие. — Что ещё? — Это все. — Значит, ты не готова. — Что мне нужно делать? — Учиться и найти путь к океану, о котором я говорила. — Так научи меня! Богиня покачала головой. — Чтобы идти вперёд, тебе следует вернуться назад, туда, где похоронены твои предки. — Датомир, — выдохнула Рей. — Я должна попасть на Датомир? — Все верно, — улыбнулась богиня. Она не могла просто взять и исчезнуть, вероятно, на долгий срок. На недели или месяцы, Рей не представляла, сколько понадобится времени. Она надеялась только, что ей не придется обивать пороги ведьм, умоляя обучать её, как это было с Люком. Лучше заняться приготовлениями к отъезду после праздника, а пока подумать, как убедить Таа Чуми её отпустить. По пути на Хейпс Прайм, Рей пыталась понять, что означают слова «Это почти то же самое», сказанные богиней после того, как та узнала об их свадьбе. Точнее, что они значат с позиции существа, которое говорило, что Рей и Кайло когда-нибудь погубят друг друга. Она вспомнила ночь после коронации, его ладонь, гладящую её по спине. Несмотря на неудобное положение, она задремала в его объятиях. Было так приятно чувствовать под щекой его твердую грудь, особенно, когда он касался губами её виска. Разве похоже, что они губят друг друга? Но то, что случилось в брачную ночь, совсем другая история. Тогда она будто сгорала изнутри. Но почему один и тот же человек вызывает у неё столь противоречивые эмоции? И как она сама могла ненавидеть его до глубины души, а в следующую секунду так же сильно… чего бы там ни было. Звёзды, у неё скрутило живот от предчувствия, что в ближайшие дни, ей точно не будет скучно.

***

На горизонте появились тёмные очертания зубчатых башен и стен Рифовой крепости, словно парящих над чернильно-черной гладью моря Вечности. Когда Ипсилон приблизился, Кайло различил серебристо-белый истребитель Мий’тил на квадратной посадочной площадке, расположенной с восточной стороны крыши. Рядом с дворцом, в море выдавалась решетчатая платформа, на которой стояло несколько космических кораблей, и там же группа встречающих ожидала приземления его шаттла. Кроме членов экипажа с ним были только Митака, Боэтия и Хирсин. Некоторые офицеры протестовали против почти полного отсутствия охраны. Кайло их запомнил, потому что других, кажется, не особо заботила его безопасность. Многим была бы на руку его смерть, поэтому он может доверять лишь тем, чья верность Первому Ордену сильнее амбиций, чтобы с их помощью позже устранить остальных. Рей не было среди встречающих. «Ну и ладно», — сказал он сам себе, но на самом деле он был оскорблен. Именно так. Оскорблен таким грубым нарушением правил. Мужчина средних лет в ало-голубой ливрее вышел вперёд и поклонился, что послужило сигналом остальным сделать то же самое. Своим нескладным телосложением, нехарактерным для жителей Хейпса, он напомнил Кайло С-ЗПО. — Добро пожаловать в Рифовую крепость, Император Рен. Меня зовут Зан, я управляющий. Её милость сейчас занята. Если хотите, я могу проводить вас в ваши комнаты. — Лучше в её, — сказал Кайло резче, чем намеревался. Зан побледнел. — Но у Чуми’Ды неотложные дела. Она на кухне… — Тогда веди меня на кухню. Зан открыл рот, чтобы возразить, но, увидев грозный взгляд Кайло, передумал. — Хорошо, Ваше Величество, прошу следовать за мной. Пока Зан вёл Кайло на кухню, расположенную в южном крыле дворца, прислуга принялась за работу. Одни сопровождали Боэтию и Хирсина в их комнаты, другие разгружали вещи под руководством Митаки. Проходя по узким залам, Кайло смотрел по сторонам. Под светом панелей сверкали жилы кварца. Они пронизывали каменные стены, украшенные гобеленами пурпурных, светло-зеленых, темно-синих тонов и картинами с изображениями бушующих волн и морских животных. Подумав о том, что всегда энергичная и живая Рей вынуждена жить в этой гнетущей, мрачной обстановке, он испытал острое чувство вины. Должен ли он бывать здесь чаще? Но империя требовала его присутствия, а, кроме того, вряд ли его пребывание в Рифовой крепости улучшит её настроение. Нечто уродливое на задворках его сознания издало презрительный смешок. Неужели он настолько глуп, что всерьёз полагает, что Рей оценит этот поступок? — Её милость здесь, — сказал Зан, открывая двери. Кайло никак не ожидал увидеть свою Императрицу у плиты, да ещё с ног до головы облитую какой-то густой розовой субстанцией. С закрытыми глазами и протянутой рукой, она ждала, когда полная дама подаст ей полотенце. При его появлении прислуга в испуге отпрянула от двери. — Все в порядке, честно, — сказала Рей, пытаясь успокоить их. — Это все из-за меня. Я предложила добавить эти ягоды, не зная, что они такие взрывоопасные… Кайло приложил ладонь ко рту, подавляя смех. Она выглядела очень забавно: розовая жижа стекала с распущенных каштановых волос на лоб, капала с подбородка на расшитое золотом платье и струилась по складкам подола. Даже с закрытыми глазами она узнала его, несомненно, ощутив колебания Силы. — Бен, — выдохнула она, застыв на месте. Нервное напряжение, которое годами сковывало его душу, к которому он настолько привык, что перестал замечать, внезапно отпустило. Он подошёл к ней, прихватив со стола полотенце для рук. Венья и Сейл отошли, освобождая ему дорогу, каким-то образом сумев разминуться с ним в тесном пространстве. Должно быть, Рей услышала его шаги, так как затаила дыхание и выпрямилась во весь рост. — Ты не могла выбрать более подходящее время для приготовления кулинарного шедевра? — пробормотал Кайло, стирая тесто с её лица. — Не начинай, — проворчала она. — Мы готовили угощения к празднику. И когда мне сообщили о твоём прибытии, я как раз ставила торт в печь, а он взорвался. — Ты не обожглась? — обеспокоенно спросил он. — Нет, печь ещё не нагрелась. Он аккуратно провел полотенцем вокруг её глаз, и она сразу же уставилась на него. Он частично стёр косметику, и теперь на её щеках стали видны веснушки, делая её лицо ещё более красивым. — Ну привет, — сказала она, чуть дыша. — Привет, — ответил Кайло, глядя на жену и чувствуя, как сердце наполняется теплом.