220 вольт

- Слушай, ты же не просто так пришёл покаяться, - сообразил наконец Чонин, когда они перебрались на кухню. – Просто вот два месяца терпел и молчал, а утром рабочего дня, когда до тренировки часа два, тебя вдруг скрутило? Так, что ли? - Нет, - Сехун нахмурился. – Я давно хотел тебе сказать. - Я понял, что давно. Но сегодня тебя чего принесло с утра пораньше? - Какое уже утро? - Раннее, я на больничном, - Чонин удобнее пристроил ногу и привычно обнял руками горячую чашку. – Так что выкладывай, что тебе от меня нужно в такую рань, что ты сам прибежал. Обычно за тобой такого не водилось. - С чего ты взял, что мне что-то нужно? - Я тебе объяснил уже, с чего я это взял, - Чонин шмыгнул носом. – Давай, выкладывай, что я должен сделать. - Ты должен пойти со мной, - выпалил Сехун. - Куда и когда? – Чонин покосился на свою больную ногу. – Ты же видишь, что из меня сейчас ходок не ахти. - Я вижу, - Сехун вздохнул. – В том и проблема, что ты мне нужен сегодня вечером. - Сегодня? Ты бы ещё завтра пришёл с этим! – возмутился Чонин. - Когда узнал, тогда и пришёл, - Сехун помешал ложечкой свой чай. – Ты сможешь? - Сехун, что я должен смочь? Давай ты расскажешь сначала, что у тебя там за дела такие, а я тебе потом скажу. - Хорошо, - Сехун поднялся, вышел в коридор, но вскоре вернулся с красивым тиснёным конвертом. – Вот смотри… - Что это у нас? – Чонин бесцеремонно влез в конверт и вынул оттуда два пригласительных билета. – Ага, билетики. Куда билетики? - Там всё написано. - Закрытый премьерный показ… Отель… Бла-бла-бла, - Чонин почесал лоб. – Это у твоего любовника, что ли, премьера? - Да, - Сехун дёрнул головой нервно, словно ему не терпелось узнать, пойдёт с ним Чонин или нет. – Ну так что? - Подожди, - Чонин снова посмотрел на приглашения. – Это же крутое мероприятие, там куча всяких известных людей будет. Ты себе как это представляешь? - Так и представляю, - Сехун пожал плечами. – Оденемся нормально и поедем на такси, Кёнсу мне денег дал. Приедем, покажем пригласительные, зайдём и сядем, потом, если захочешь, коктейлей попьём. - На коктейли тебе тоже денег дал твой Кёнсу? - Конечно, - Сехун кивнул. – Ты же знаешь, что у меня денег нет. Я всё, что нам заплатили, маме отдал, они с папой ремонт затеяли. - Прекрасно, - Чонин вздохнул. – А что ты надевать собираешься. Я сомневаюсь, что у нас есть вещи, которые годятся для таких мероприятий. - У меня есть, - Сехун чуть смутился. – Вот, я в этом пойду, - он открыл галерею в телефоне, полистал и нашёл фотографию себя в каком-то явно дорогом магазине. - Что? – вытаращился Чонин. – Прада? Серьёзно? Рубашка от Прада? - А что такого? - Заебись! - Не выражайся! - Да пошёл ты! – искренне обиделся Чонин. – А мне что делать? У меня нет богатого любовника, который мне купит рубашку Прада, чтобы я на его премьеру пришёл. - А Кристи? - Что Кристи? Кристи мне может только дозу купить, и ту потом отрабатывать придётся, - Чонин представил себе, как берёт деньги у Кристи, и его передёрнуло. – Даже думать об этом противно. - Так не думай, - Сехун пожал плечами. – Думай, что ты наденешь, - он полюбовался на себя в вызывающе алой струящейся рубашке и вздохнул, полистал галерею ещё немного и нашёл другое фото: - Смотри. Чонин послушно посмотрел. Снимок оказался для него полной неожиданностью. Внезапно стало ясно, что услышанное не произвело на него такого разрушительного впечатления, как увиденное. Он оказался не готов увидеть Сехуна, которого поперёк груди обнимал его… любовник? Парень? Это даже сформулировать трудно было. Чонин рассматривал фотографию До Кёнсу с Сехуном и осознавал, что лучший друг не солгал. Между ними и правда что-то было. Что-то такое, чему можно было найти название только в курсе химии или физики. Связь, напряжение, электрическое поле. Или магнитное? Не важно! Чонин вздохнул, перехватил телефон и всмотрелся пристальнее. Они были такими разными: До Кёнсу постарше, Сехун посимпатичнее, но даже одного этого фото было достаточно, чтобы поверить, что им хорошо вместе. - А вы хорошо смотритесь, - наконец выдавил из себя Чонин, возвратив телефон с фотографией владельцу. – Но я бы такие вещи не хранил при себе, мало ли что. - Да я не храню, одну фотографию эту оставил… - Сехун вздохнул, сам полюбовался немного, а потом спрятал телефон в карман. – Так что? Мы идём? - Сехун! Я хромаю и едва дохожу до туалета от кухни, мне нечего надеть… Куда я пойду? Иди один, - Чонин представил себя рядом с Сехуном в его алом шёлке от Прада и поморщился, словно у него разом разболелись все зубы. - Я не могу один! - Почему? - Потому что я боюсь туда идти! – Сехун посмотрел на Чонина, как на полного идиота. – Ты бы один пошёл? - Меня в такие места не приглашают, мне нечего тебе ответить, - Чонин пожал плечами. – Я тебе ещё раз говорю, мне там нечего делать. И я просто не дойду. И если кто-то узнает… - Да никто не узнает! Там не будет журналистов вообще! - Так не бывает, - Чонин не поверил. – Как минимум снаружи будет толпа. И внутрь кто-то непременно прощемится, - Чонин с тоской посмотрел в пустую чашку: он даже не заметил, как выпил весь свой чай. - Да даже если прощемится, мы там никому не нужны. - Не скажи, - Чонин фыркнул. – Если ты посреди зала начнёшь сосаться со своим папиком… - С кем? - Ну со своим спонсором… - Чонин не успел закончить фразу. В ухе зазвенело, а голова мотнулась назад. Всё случилось так быстро, что Чонин даже не понял сразу, что произошло. Осознание пришло позже, когда левая щека запульсировала горячей болью. Сехун потёр ладонь, отпечаток которой моментально проступил у Чонина на коже, и сказал очень сухо и страшно: - Не называй его так. Чонин не нашёлся, что на это сказать. Наверное, ему нужно было обидеться, выставить друга вон, но он не мог. Наоборот, ему даже стыдно стало, что он так себя повёл. Мог же выбрать слова и получше. Но сказанного не воротишь, он уже обидел своего лучшего друга. И теперь нужно было судорожно решать, как быть дальше. - Прости, - Чонин решился. – Я не должен был так говорить. - Не должен был, - согласился Сехун. - Просто… - Не оправдывайся, - Сехун посмотрел на него очень серьёзным, взрослым взглядом человека, который многое повидал. – Я понимаю, как ты думаешь. Он старше меня, он известен, а я никто и звать никак, я сплю с ним и беру у него деньги… Но это, Чонин, совсем не то, что между нами на самом деле происходит. Я его люблю! Не потому, что он покупает мне дорогие вещи и приглашает на крутые мероприятия, куда многим дорога закрыта. Я его люблю, потому что мне с ним хорошо. Он слушает меня, беспокоится обо мне, он очень занят, но всегда старается найти для меня хотя бы полчаса, чтобы просто обнять. Он со своих съёмок бесконечных едет домой вечером, чтобы мне ужин приготовить, потому что я с тренировки приползаю, а не прихожу даже… - Прости, - Чонин покраснел весь, даже уши загорелись. – Прости меня, пожалуйста, я больше… Больше не буду так говорить. И думать тоже. - Ладно, - Сехун встал, собрал со стола грязные чашки и принялся мыть их в раковине. – Так ты пойдёшь со мной? - Я не знаю, - Чонин уронил голову на руки. – Мне правда не в чем идти. Ты представляешь, ты будешь красавец такой – и я рядом как нищенка. Да на нас там все пялиться будут. - Не будет там никто пялиться, кому мы там нужны, - Сехун пожал плечами. Он пристроил чашки на сушилку. – Пойдём, посмотрим, что у тебя есть. - Да ничего нет! – взвыл Чонин, но из-за стола всё-таки выбрался, поковылял в свою спальню, держась за стенку и размышляя, что далеко он так не уйдёт. - Не может такого быть, чтобы ничего не было, - Сехун выговорился и снова обрёл состояние невозмутимого спокойствия. – Сядь, я сам посмотрю, - он распахнул створки шкафа и принялся перебирать вешалки. – Нет, нет, это не то… Это тоже не то. О, а вот это может сработать, - Сехун покопался ещё немного, а потом положил на кровать Чонина свободные чёрные брюки и такую же чёрную рубашку. – Вот, смотри. - Терпеть эти брюки не могу, они как женские, блин. - Как раз так сейчас модно, - Сехун пожал плечами. – И рубашка клёвая, почему ты её раньше не носил. - Потому что там две пуговицы, блин! – Чонин стянул её с вешалки, надел на себя и застегнул. По его скромному мнению, ничего особенно не изменилось. – Это не рубашка, а мечта стриптизёра просто. - Ну и нормально, - Сехун подошёл ближе. – А брюки надень? - Ты серьёзно? - Я серьёзно! Надевай! –Сехун потёр виски. – У твоей мамы есть какие-нибудь украшения? - У мамы? Есть, конечно, - Чонин выпутался из пижамных штанов и кое-как нацепил брюки, которые искренне терпеть не мог и не носил ни разу с того дня, как их зачем-то купили. – Ну, нищенка есть нищенка. Зеркала в комнате Чонина не было, так что попытки рассмотреть себя были не слишком успешны. Чонин покрутился немного, а потом посмотрел на Сехуна, мол, дальше что. - Пойдём, мне надо какое-нибудь длинное украшение, желательно золотое, - Сехун заметил большую шкатулку и потёр руки. – Сядь вон там, я сейчас найду, что мне надо – и ты потом посмотришь. - Ладно, - Чонин смирился со своей судьбой. В конце концов, он всё ещё чувствовал вину перед Сехуном, и если, чтобы загладить её, нужно было пойти куда-то в женских брюках, он собирался этому покориться. Сехун быстро нашёл то, что хотел, надел Чонину на шею, взъерошил ему волосы и довольно отступил: - Иди смотри. - Иду, - Чонин поднялся и доковылял до зеркала. – Я в этом не пойду! – он едва не завопил, увидев себя в зеркале. - Да что тебе не нравится? - Мне всё не нравится! – Чонин едва ли не закричал, чтобы Сехун не понял его истинных мотивов. На самом деле, Чонин соврал. То, что он увидел в зеркале, ему понравилось невероятно. В отражении высокий смуглый парень в чёрном выглядел взрослым, зрелым и неожиданно сексуальным. Чонин смотрел на себя и не узнавал. Но, с другой стороны, он боялся представить себя в этой одежде вне дома. Он не умел носить такие вещи, он стеснялся, а проклятая рубашка как назло открывал всю грудь, а длинное золотое украшение выполняло роль путеводной стрелки. Только надписи не хватало: «Руки совать сюда». - Не ври, - Сехун усмехнулся. – Ты сейчас сам от себя тащишься, я же вижу, - он подошёл и ещё немного взлохматил Чонину волосы. - Вот так совсем хорошо. И никто даже не подумает, что вот этот сексуальный мужчина с внешностью модели – трейни из захудалой конторки среднего звена. - Что-то ты загнул про конторку-то, - Чонин даже обиделся немного за TM Entertainment. – Полно у нас и похуже конторок. - Похуже-то полно, но там, где мы будем… Там наша контора так, на один зуб, - Сехун вздохнул. – Я об этом уже не первый день думаю. - О чём? - О том, что мы с тобой идиоты. Нужно было идти на прослушивание в SH Entertainment или ещё куда-нибудь, а мы доползли до нашей дыры – и всё, выдохнули и расслабились, зачем ещё что-то искать. - Да кому мы нужны в SH Entertainment были бы? – Чонин неожиданно покраснел. - Кому-нибудь, - Сехун пожал плечами. – Я спрашивал у Кёнсу, правда ли, что туда одних только гениев и набирают? Он сказал, что ничего подобного. Мол, иногда их главный с улицы приводит человека, и тот ничего не может. Просто ничего вообще, полный ноль. Но несколько занятий с педагогами, пара тренировок – и понеслась. - Это уже магия какая-то вне Хогвартса, - Чонин очень старался говорить убедительно, но у него плохо получалось. - Кёнсу говорит, что у их главного дар. - Делать деньги из воздуха? - Да, но не только этот. У него дар видеть алмазы в толще породы, это Кёнсу так сказал, - тут же уточнил Сехун. - Алмаз ещё нужно достать, очистить и огранить, чтобы он засиял, - Чонин припомнил свой разговор с Ким Чунмёном. - А для этого SH Entertainment и существует. Чтобы алмазы становились редчайшей красоты бриллиантами, - Сехун посмотрел на часы. – Так, слушай, я уже опаздываю, надо же ещё тренировку пережить. Я скажу, что ты болеешь, хочешь, могу твои бумажки отнести, чтобы не было вопросов? - Отнеси, - Чонин кивнул. - К восьми будь готов, хорошо? Я за тобой заеду. - На такси? - Нет, блин, на метле! Конечно, на такси, - Сехун спрятал приглашения обратно в свой рюкзак. – И пальто надень вечером. - Где я тебе его возьму, у меня нет! - У папы твоего есть, я точно помню. Кстати, довольно хорошее, - Сехун спешно обулся, потопал ногой, чтобы кроссовок сел лучше, и улыбнулся: - Не ссы, прорвёмся. - Или опозоримся, подумаешь, беда-то какая, - Чонин был настроен пессимистично. - Опозорился бы ты, если бы поехал с Кристи кокс нюхать. А здесь культурное мероприятие, мы приглашены, так что всё будет хорошо. - Ну-ну.