220 вольт

- Что, так и сказал? – искренне удивился Сехун. - Тебя это удивляет? - Честно говоря, да, - Сехун кивнул. Он проверил, крепко ли зашнурованы кеды, а потом поднялся со скамейки в раздевалке, в которую Чонин не мог входить без содрогания. Вот и сейчас он испытывал огромное желание бежать прочь отсюда. - Думаешь, любить можно только тебя? - Да причём тут это вообще? – Сехун вздохнул. – Вот скажи, будь ты супер успешным бизнесменом, ты бы взял к себе человека, который осознанно нарушил контракт и вылетел за это с работы? Ну и попался, как идиот. - Тебя же берут, - Чонин пожал плечами. – Сехун, я пока не попался. - Это дело времени, как мне кажется, - Сехун очень легко, демонстративно дотянулся пальцами до носков своих кедов, а потом и вовсе положил ладони на пол. – Просто пока журналистам интересна только Кристи. Сейчас первый шок уляжется – и всё начнётся. - Да что начнётся? – Чонин уже с ума сходил от этого напряжения, от этих разговоров о том, что ещё могло и не произойти. - Чонин! За тобой пришёл менеджер, - в раздевалку заглянул Чжан Исин. – У тебя десять минут. И упаси тебя бог опоздать, будете ставить свой номер сами. - Я понял, - Чонин бросил встревоженный взгляд на Сехуна, но тот только развёл руками, мол, я же тебе говорил. – Что-то случилось? – он подошёл к менеджеру, но вместо ответа неожиданно огрёб подзатыльник. – Больно же! - Заслужил! – менеджер был не в духе и не скрывал этого. - Что я сделал? - А то ты не знаешь! – ещё один подзатыльник, и Чонин едва успел отшатнуться. – Это же надо… Девчонки попроще не нашлось? - Я её не искал! – Чонин приотстал немного, чтобы не оставаться на расстоянии удара. – Вы думаете… - Молчи, щенок, - менеджер посмотрел на него таким взглядом, что Чонину стало дурно. – Я думаю, что теперь тебя до сортира провожать придётся, чтобы больше ничего подобного не было. Небось сам же и слил… - Я что, дурак? - А что, нет? - Нет! – Чонин искренне обиделся, но высказаться в свою защиту не успел, менеджер открыл дверь и буквально втолкнул его в кабинет, где и без Чонина яблоку негде было упасть. Начальства собралось столько, что Чонину мгновенно захотелось признаться во всех смертных грехах. Два десятка взрослых солидных мужчин смотрели на него с брезгливостью и презрением. Чонин не мог не понимать, что сейчас они видели в нём проблему. Его талант, его навыки, его желание танцевать сейчас никого не волновали. Волновали потери в деньгах, репутация компании, котировки акций на бирже, что угодно, но только не живой горячий мальчишка, который совершил ошибку. - А вот и наш герой-любовник, - тон, избранный господином Мином, менеджером по связям с общественностью, Чонину не понравился. Ещё сильнее ему не понравилось, что он стоял перед всеми этими людьми один, словно для того, чтобы завести роман, достаточно было желания одного человека. - Явился… - Кто бы мог подумать, с виду сама наивность. - Такие всегда самые первые… - Ещё и с Кристи… - Да ладно, там как раз много не надо… - Так, тихо, - господин Мин взял на себя ведущую роль. – Времени у нас мало, нужно спешно решать проблемы, которые ты нам создал. - Я? – искренне удивился Чонин. - А кто же ещё? Ты же не думаешь, что эти снимки сами собой просочились в сеть? – поинтересовался господин Мин, но Чонин в кои-то веки не растерялся и поспешил ответить: - Вы же не думаете, что я бы стал перед своим дебютом сливать такие вещи в сеть? Да и где бы я их взял? - Взять как раз не проблема, - господин Мин пожал плечами. – Достаточно договориться со знакомым журналистом… - А он у меня есть? – Чонин смотрел на руководство с таким безграничным удивлением, что некоторые участники импровизированного суда занервничали и стали переглядываться между собой. Их стройная теория дала трещину. - Ты же не первый день в шоу-бизнесе. - Вот именно, - Чонин понимал, что от его поведения на этом судилище зависела его дальнейшая карьера не только в этой компании, но и в индустрии вообще. - Что ты имеешь в виду? - Я бы не стал топить сам себя, я ещё слишком… никто, - Чонин вздохнул. – Это же глупо… Ну правда. Зачем это мне? - Но ты же завёл роман, хотя контракт это запрещает, - довольно доброжелательно заметил господин Ли. – Или у тебя есть особые обстоятельства. - Это меня завели в этом романе, - Чонин вздохнул. – Я понимаю, что я ошибся, что нарушил условия контракта… Но я бы хотел это исправить. - То есть, ты готов прекратить? – уточнил господин Ли. - Давно, - Чонин кивнул. – И можете даже приставить ко мне менеджера, пусть водит меня за руку до туалета, я не против. - Вот как, - господин Мин постучал пальцами по столу. Чонин взглянул на часы и тяжело вздохнул. Десять минут, отпущенные ему Чжан Исином, давно истекли. - Ты спешишь? – господин Ли заметил его тоскливый взгляд. - У меня тренировка, Кристи выбрала меня для своего номера, - только сказав вслух, Чонин понял, как это прозвучало. - И отказаться ты не мог? - Как вы себе это представляете? – Чонин в очередной раз окинул взрослых и серьёзных мужчин серьёзным взглядом. – Я хочу дебютировать, я хочу на сцену, конечно, я буду хвататься за любую возможность, лишь бы показать себя. Но я могу сказать сразу же, я её об этом не просил. Тем более, я был уверен, что решать будет хореограф, а не Кристи. - Но решала в итоге Кристи, правильно? – уточнил господин Мин. - Похоже на то, - Чонин вздохнул. – Она передо мной не отчитывалась, просто сказала, что танцевать буду я, хореограф с ней спорить не стал. - Что странно, - заметил господин Ли. – Потому что он даже с нами спорит, если его что-то не устраивает. Вот уже где сучий характер. - У кого? – уточнил кто-то, кого Чонин ещё не знал, но по кабинету пронёсся смешок. - У обоих. - Так, ладно, - господин Мин хлопнул по столу ладонью, пресекая дальнейшие смешки и разговоры. – Ким Чонин… Ты же понимаешь, что твоё положение в компании крайне шаткое. Если ты ещё что-нибудь подобное выкинешь, ты вылетишь отсюда. - Я понимаю, - согласился Чонин, который уже и рад бы был вылететь, только каким-нибудь более мирным способом, чем тот, что его ожидал. - Значит, мы договорились. Ты ведёшь себя тише воды ниже травы, везде ходишь с менеджером, с Кристи контактируешь строго во время тренировок и выступлений. А дальше разберёмся. Если ты нарушаешь условия, ты вылетаешь из компании, а твои родители в кратчайшие сроки выплачивают неустойку, - господин Мин озвучил именно то, чего Чонин боялся. Несмотря на обещание Чунмёна, он всё равно продолжал бояться. Он не хотел создавать проблемы родителям, не хотел, чтобы мама переживала, читая статьи о нём и выслушивая рассуждения соседок и коллег по работе. Чонин хотел, чтобы родители им гордились. А для этого мало было спать с создателем SH Entertainment. Чонин чувствовал эту борьбу внутри себя. Она изводила его, мучила, а однозначного ответа, что же ему надо, у Чонина не было. Чего он хотел? Любви или славы? Пока он был рядом с Чунмёном, ответ был для него очевиден. В магнитном поле, которое словно окутывало фигуру Чунмёна, Чонин терял волю и разум, становился зависимым и слабым. Рядом с Чунмёном он мог хотеть только забраться к нему на руки, прижаться и так сидеть. Но едва он отдалялся, как к нему возвращались амбиции, желания и жажда творчества. А ещё стремление показать всему миру – и Чунмёну, разумеется, - что тот всё равно выбрал бы Чонина. Даже если бы их не связывало ничего личного. Чонин хотел блистать, хотел быть лучше других, а для этого он должен был стоять на сцене. - Всё, Чонин, можешь быть свободен. Но имей в виду, мы всё равно будем искать источник утечки… - Конечно, - Чонин кивнул. Об этом он не беспокоился, потому что знал наверняка, информация в сеть просочилась не от него. Конечно, он сам рассказал о своём романе Чунмёну, маме и Сехуну. Но едва ли кто-то из них стал бы охотиться за снимками и публиковать статьи сомнительного содержания. - Тогда можешь идти, - господин Мин жестом отпустил его, и Чонин поспешил выскочить из кабинета, едва не забыв поклониться. - Вот же дурила, - менеджер снова отвесил ему подзатыльник, но сейчас это было уже что-то такое отцовское, если не ласковое, то с ноткой заботы и тревоги. – Как ты влип так? - Ну вот так, - Чонин развёл руками. – Только не надо меня больше бить. - Да я ещё не начинал даже, - менеджер вздохнул. – После тренировки сразу же домой. Матери сдам в руки и утром заберу. Понятно? - Понятно, - в какой-то мере такое развитие событий Чонина даже устраивало. - Если ты куда-то собирался вечером, отменяй свои планы. - Никуда не собирался, - Чонин покачал головой. Как нарочно, именно в этот момент телефон в его кармане завибрировал звуком входящего сообщения. Только этого ему и не хватало. Чонин секунду поколебался, но потом решил всё же телефон не доставать и внимания менеджера к своей переписке не привлекать. Ещё не хватало лишиться телефона и единственного способа связи с Чунмёном. Размышляя подобным образом, Чонин добрался до тренировочного зала, где огрёб ещё один подзатыльник, на сей раз от самого великого хореографа с сучьим характером. - Я сказал, чтобы ты уложился в десять минут… - Я прошу прощения, - Чонин на сей раз уклоняться не стал, виновато опустил голову и принялся рассматривать пол под ногами. Сехун маялся у стены, бросал на него встревоженные взгляды, но пока у Чонина не было возможности его успокаивать. - Не трогай моего котёночка, - вмешалась Кристи, которая тоже была в зале. Сегодня она была одета даже прилично, по крайней мере, ткани на её теле было больше, чем когда-либо прежде. Правда, эта самая ткань облегала её как вторая кожа, но Чонин был рад хоть какому-то разнообразию. – Больно маленькому? - Я в порядке, - Чонин не придумал ничего лучше, чем присесть, как будто его чрезвычайно заинтересовал шнурок его кроссовка. – Мы будем сегодня тренироваться? - Я это у тебя хотел спросить, - Чжан Исин смотрел на него с откровенным отвращением. – Или ты думаешь, что раз мы тебя уже полчаса подождали, то и ещё подождём? - Я не по своей воле задержался, - Чонин встал в исходную позицию. – Я готов начинать. - Котичек злится, - проворковала Кристи, шлёпнула его пониже спины, но форсировать ситуацию не стала. – Давай, малыш, покажи мне, каким страстным ты можешь быть. Чонин передёрнул плечами, мысленно извинился перед Чунмёном и перед мамой, которая была так права, советуя ему думать не только членом, а потом принялся за работу. В конце концов, если он собирался выступать на сцене, он должен был делать это в любых обстоятельствах. Физическая боль и слабость, душевные страдания, неприязнь к людям, которые могли быть рядом с ним – ничего из этого не должно было ему мешать. И поэтому сейчас Чонин усилием воли выбросил их головы всё лишнее и сосредоточился на танце. Чжан Исин тоже не собирался спускать Чонину с рук опоздание и пренебрежение к своим словам. Он затягивал тренировку до тех пор, пока от усталости не начали падать другие танцоры, которые не столько разучивали номер, сколько разминались и повторяли ключевые связки и элементы. Кристи уже откровенно халтурила, материлась и даже не пыталась этого скрывать, а Чонин держался. В какой-то момент он понял, что это своего рода война. Чжан Исин хотел его капитуляции, его просьбы об окончании тренировки. Тогда он мог бы утвердиться в мысли, что Чонин потерян для сцены, он безнадёжен и ничем не выделяется из ряда других посредственных трейни. Чонин не мог этого допустить, поэтому продолжал танцевать, несмотря на усталость и боль, которые ощущались всё сильнее. Сначала он мотивировал себя примером других известных танцовщиков и танцовщиц, а потом просто начал представлять, что на него смотрит Чунмён. Отчего-то это оказалось самым действенным. Как если бы он стоял в комнате по ту сторону зеркала и мог видеть, как Чонин старался. - Всё, я устала, - Кристи уселась прямо посреди танцевального класса, дав понять, что больше тренироваться не намерена. – Ты как хочешь, - она посмотрела на Исина, - а я собираюсь домой. - Домой ты будешь собираться, когда я скажу. - Ну-ну, - суровый тон хореографа Кристи не впечатлил от слова совсем. Вместо того, чтобы встать и продолжить, она разлеглась на полу, демонстративно раскидав руки и ноги, чтобы никто больше не смог нормально заниматься. – Исинчик, ты бы сходил что ли потрахался. Серьёзно, задолбал уже на людей бросаться. Хочешь, дам телефончик безотказной девочки. Или ты у нас по мальчикам? Мальчика тоже могу посоветовать, - Кристи не выбирала выражений, уверенная, что никто из стажёров не посмеет пересказать эти слова за пределами класса. - Ты бы меньше трахаться ходила, не падала бы в середине тренировки, - Чжан Исин с презрением посмотрел почему-то на Чонина, но тот продолжал стоять в балетной позиции, готовый в любой момент продолжать движение. На самом деле, Чонин был готов в любой момент упасть лицом в пол и не подниматься до утра, но он буквально на зубах держался, потому что не мог оказать Чжан Исину такую услугу и сдаться. - Всё, давай, расходимся, - Кристи помахала рукой. – Тошнит уже от твоих нелепых прыжков и ужимок. В следующий раз попрошу себе другого хореографа, от тебя одна тоска и пошлость. - Попробуй надевать штаны, - Чжан Исин не собирался так просто сдаваться. – Свободны. Завтра в семь утра чтобы все были здесь. Вопросы есть? - А зачем все-то? Номер же сольный, - искренне удивилась Йерим, о существовании которой Чонин успел позабыть. - Затем, что я так хочу, - Чжан Исин пожал плечами. – И будьте готовы, что завтра вы так рано не освободитесь. - Вот изверг, - пробормотал Сехун, когда они с Чонином кое-как дотащились до душевых. – Зачем он это делает? - Потому что может, - Чонин хотел было пожать плечами, но даже на это движение у него не хватило сил. – Завтра ещё хуже будет, попомни мои слова. - Куда уж хуже? - Сехун откинул мокрые волосы назад, фыркнул, потому что вода попала в нос, и продолжил. – Я хотел сегодня к Кёнсу ехать… - И что? - И всё, - Сехун фыркнул снова. – Меня ноги не держат. Куда мне ехать? И зачем? - А что, просто поговорить уже не катит? Нужно только в постели колесом ходить? – Чонин сейчас был бы рад даже просто посидеть возле Чунмёна, поговорить с ним. - Да каким колесом? О чём ты вообще думаешь? Да я до выхода не доползу. И засну сразу же, едва ты перестанешь со мной разговаривать. Какой из меня разговорщик? - Херовенький, - признал Чонин. – Может, такси вызовем тогда? Я на автобусе сам не доеду. Хотя, может, меня менеджер отвезёт. Хочешь, с нами поедешь? - Менеджер? - Это моё наказание, - пояснил Чонин. - Типа, чтобы ты к Кристи не приставал? - Ага, - Чонин кивнул. – Я же герой-любовник, что ты будешь делать, - смыв с себя пену, Чонин выбрался из душа и принялся вытираться. – Представляешь, они решили, что это я сам… - Но зачем? - Вот и я о том же, - Чонин смотрел, как дрожали его руки, но ничего не мог с этим поделать. – Но они уже придумали себе всё, так что мои объяснения там мало кого интересовали. - И что теперь? - Ничего, - Чонин вздохнул. – Один прокол – и я на улице. Сехун не удержался: - Я же тебе говорил.