Ученик

- Готово, - Михоук отбрасывает в медицинский лоток хирургические ножницы и пинцет. - Сестра, обработайте пациенту послеоперационные рубцы антисептическим раствором и закройте стерильными повязками. - Ну я бы и сама догадалась! Зоро морщится от ее крика, но никак его не комментирует. - Как долго мне придется еще расхаживать в бинтах? - Нагноений нет, поэтому еще пару дней, - отвечает Михоук, сосредоточенно смешивая лекарства в ампуле. - И предвосхищая твой следующий вопрос, сегодня последние инъекции. - А… - Капельницы - еще дней пять. - Ладно, - на недоверчивый взгляд золотых глаз, Зоро отвлекается на Перону, с интересом рассматривающую одну из его некогда глубоких ран на боку. - Я хорошо помню эту рану, - задумчиво произносит она. - Ты прибыл с ней на остров. Я старалась заклеить ее, как могла, но с каждым днем она становилась хуже. Точнее, все твои раны открывались заново и гноились, но именно эта пугала меня. А Соколиноглазый смог наложить швы так, что практически не осталось рубца… это удивительно, а ведь он даже не врач! - Возможно следствие атаки одной из Пацифист… - Зоро мрачнеет. Он вспоминает Архипелаг Сабаоди и столкновение с киборгами правительства. Но правда в том, что рану оставила не копия Кумы, а адмирал. Адмирал, который чуть было не лишил его жизни, если бы не старик Рейли. Зоро стискивает зубы. Произошедшее явно показало насколько пираты Соломенной Шляпы были еще слабы для Нового Мира. Насколько ничтожны. - Паци… фисты? Это кто? - Копии того шичибукая, который отправил нас сюда. Благо хоть не обладают способностями его дьявольского фруктааа… - грудь резко болезненно сжимается, по телу волнами проходят судороги. Но как же так… до сих пор?.. Михоук толкает его плечи, заставляя лечь на спину. - Девчонка, слишком долго возишься. Я сам его забинтую. Отнеси использованные инструменты обратно. - Что с ним?! - Иди. Перона, демонстративно надувшись, уходит. Зоро, отдышавшись, приподнимается на локтях. - Тело снова предает тебя, а, Ророноа Зоро? - Я совладал с этим приступом. Совладаю и с другим. - Бестолковый заносчивый ребенок, - Дракуль заполняет лекарство в шприц. - К твоему сведению, у нас закончились обезболивающие. Поэтому терпи. Зоро фыркает, но моментом позже бедро, в которое Михоук ставит укол, будто бы охватывает огнем, неприятные ощущения постепенно растекаются по всему телу. - Неожиданно, я знаю. Терпи. Сколько бы боли не пришлось пережить, боль всегда остается болью. Тело человека не становится менее восприимчивым к ней со временем, поэтому люди и придумали анальгетики… которые вшивый курьер не привез в том количестве, о котором я просил, - Дракуль раздраженно отшвыривает пустой шприц на прикроватный столик. - Это не тот опыт, который я бы хотел давать твоему организму, тем более сейчас, но увы. Поэтому терпи. - Но с другой стороны, - Зоро сопит и смаргивает выступившие слезы. - Превозмогая боль, мы становимся сильнее. Разве нет? Дракуль садится рядом с ним на кровать. - Возможно. В неком… - Михоук начинает массировать себе виски. - В неком метафизическом смысле. Но твои психосоматические болевые приступы меня как-то не восхищают, уж прости. - Я же сказал, я справлюсь с ними… Они… они не должны волновать тебя! - Дерзишь, - золотые глаза пронзают его недовольством. - Невыносимый ребёнок. Я видел как из-за этих фантомных болей ты теряешь концентрацию на поле боя. Именно из-за них, по сути, ты и лишился глаза. Разве этого недостаточно, чтобы они волновали меня? - Такова цена милосердия, оказанному мне и моей команде. И я готов оплатить ее сполна. - “По милости Божьей мы не исчезли, ибо милосердие Его не истощилось”? - Я не верю в Бога, - Зоро садится с учителем рядом, свешивает ноги с кровати. - У милосердия нет цены, Ророноа. Платить за добродетель, значит обесценивать ее. Человек же, проявивший к вам милость, никогда не расстается с Библией, но при этом известен как жестокий пират по прозвищу “Тиран”. Это ли не ирония? - Михоук сжимает его колено, прежде чем встать. - Так или иначе, снятие швов - кульминация твоего выздоровления. С чем тебя и поздравляю. Через неделю ты сможешь приступить к полноценным тренировкам, но… - Но? - Зоро вздыхает. - Но лишь в том случае, если в течении этой недели сможешь избавиться от своих фантомных приступов, по каким-то причинам связанных с именем Бартоломью Кумы. С моей помощью или без. - Это же какой-то абсурд! - Зоро еле сдерживается, чтобы не вскочить в гневе. - Абсурдно будет начинать тренировки, когда в любой момент ты рискуешь скрутиться в агонии и стать из-за этого калекой. Лишись ты руки, вместо глаза, я бы не принял более вызов от тебя. Михоук берется бинтовать его. Зоро опасливо наблюдает за ним. - Поэтому ты так разозлился, когда услышал историю про мои шрамы на ногах? Но я же мог лишиться руки и от Сандай Китэцу! - И в таком случае перестал бы называться фехтовальщиком, разве нет? - Пожалуй… я попросту не рассматривал такой исход событий. - У тебя есть неделя, ученик. Неделя, чтобы доказать мне, что ты восстановлен не только физически, но и морально. И знай, что я больше не поведусь на твою спесь и спешку. Будешь заниматься уборкой всего замка, вместо тренировок, если попытаешься обмануть меня. Вопросы? - Почему уборка? - Потому что простой физический труд облагораживает… И раз уж мы затронули эту тему, как тебе идея начать сельскохозяйственную деятельность? Пф, и удумал же… Нет, он все-таки серьезно?!