Full circle

      - Ахм, - Гарри уставился на огромное существо перед собой.       Тролль ответил ему тем же. И когда его губы растянулись в рычании, Гарри развернулся и побежал что было сил.       («Вундеркинд» или нет, но ему, ради Мерлина, было всего одиннадцать! В последний раз они выбрались из этой передряги живыми по чистой случайности, и он не собирался надеяться на чудо во второй раз, совсем один.)       Когда он ворвался в Большой Зал, где уже во всю праздновали Хэллоуин, несколько студентов обернулись в его сторону и несколько профессоров отметили его опоздание неодобрительными и раздраженными взглядами. Так что Гарри сказал единственное, что мог в подобной ситуации:       - Почему в подземельях тролль?       Снейп поднялся, выглядя взбешенным:       - Мистер Поттер, это не то, что-       И тогда профессор Квиррелл вбежал в Большой зал и, не замечая царящую атмосферу, воскликнул:       - Тролль в подземельях!       Было очевидно, что слова профессора перевешивали слова Гарри: люди начали паниковать.       И среди этого хаоса, во время попыток профессоров отправить студентов в их спальни, Невилл подступился к Гарри, таща за собой Рона.       - Гермиона в женском туалете, и она ничего не знает!       Гарри тут же одарил Рона взглядом, совмещающим в себе «Я разочарован в тебе» и «Ты что, блять, меня разыгрываешь?» Рон покраснел.       - Эм? - заскулил Рон. - Почему ты думаешь, что это моя вина?       - Потому что так и есть, - хором ответили три голоса. Драко подошел как раз вовремя, чтобы услышать конец вопроса.       - Никто даже не задумывается, что комнаты Слизерина находятся в подземельях. Там, где сейчас должен быть тролль, - невозмутимо протянул Драко, когда коллектив из вопросительных взглядов остановился на нем. Паника в его глазах и то, как он держал Гарри за руку, сказали все за него.       И вот так число входящих в «Команда Спаси Гермиону от Тролля» возросло в два раза, сравнивая с первой разом.       Вингардиум Левиоса на дубину тролля? Классика.       Когда они были неизбежно пойманы профессорами в полуразрушенном туалете с бессознательным троллем, Гермиона ударилась в слезы (всерьез, осознав, что могла умереть) и рассказала историю, которая была частично правдивой, а частично бредом, пока мальчики неловко переминались с ноги на ногу, избегая смотреть в глаза своих деканов.       Вот это. Это было больше похоже на Золотое Трио. Даже если теперь их было на два больше.       - Люди начинают болтать, - прошипел Драко после того, как Гермиона присоединилась к группе.       - Люди всегда болтают; это то, что они делают, - ненапряжно ответил Гарри, поворачиваясь к слизеринцу. - О чём, вот где различие. Что не так, Драко?       Драко бросил на него упрекающий взгляд.       - Ты должен прекратить коллекционировать гриффиндорцев. Уизли не так плох, но Грейнджер? Ты пытаешься убить меня в моих же спальнях?       - Знаешь, тебе не нужно дружить со мной на публике, - сказал Гарри момент спустя необычайно серьезно и сочувствующе. - Я знаю, что однофакультетники не дают тебе покоя из-за этого.       Драко, удивленный, смутился.       - Ничего такого, с чем бы я не справился, - он слегка фыркнул. И сразу же добавил тише:       - Кроме того, наша дружба - первая, которую я создал сам, без вмешательства отца.       Давно похороненный отцовский/материнский инстинкт, который был у Гарри в течение многих жизней, нежданно в нём пробудился, и он прикусил губу, чтобы не начать ворковать (Мерлин упаси) над Малфоем.       - Ну, если тебе когда-нибудь понадобится помощь в укреплении своей позиции в иерархии факультета, я здесь, чтобы помочь, - вместо этого пообещал он.       Довольно странно, но Драко выглядел обеспокоенным. За слизеринцев.       - А тебе никогда не приходило в голову, - медленно начал Том через сквозное зеркало, - что Квиррелл мог хотеть Камень для себя?       Гарри моргнул и почувствовал себя невозможно глупым.       - Гарри, - произнес Том с интонацией, будто разговаривая с ребенком, - ты же помнишь, что Философский Камень - не какая-то безделушка, которую я хотел только потому, что блестит, да? Это всего лишь один из важнейших магических артефактов.       - Ты постоянно делал так много стремных вещей, что я просто сдался, пытаясь понять твои мотивы, - надулся Гарри, защищаясь, и Том громко вздохнул от такого оправдания. Затем Гарри лучезарно улыбнулся:       - Значит, я всё-таки собираюсь украсть Философский Камень.       Том вздохнул еще громче.       (Во время праздничного завтрака на Рождество в Дурмстранге много глаз смогло проследить за тем, как Гонт, получив посылку от снежно-белой совы, издал сдавленный звук, когда ею оказалось обычное кольцо с притягивающим взгляд красным камнем.       Гарри, в ответ, получил старинный фолиант со снятым сглазом (после его изъятия из Дурмстранговской собственной Запретной Секции). «Секреты Десяти Самых Темных Искусств от Алексея Кузнецова» было написано русскими буквами на обложке, и Гарри не мог не засмеяться.       В конце концов, он и был Алексеем Кузнецовым.)       А четвертого июня Невилл, Рон и Гермиона затащили Гарри и Драко в угол после ужина на пути в библиотеку.       - Мы думаем, Снейп собирается украсть Философский Камень из Запретного Коридора на третьем этаже сегодня, - выпалил Рон, и не-гриффиндорцы обменялись взглядами.       Драко усмехнулся.       - Профессор Снейп никогда бы не сделал подобного, - сказал он твердо. Гарри знал больше, чем кто-либо, правду этого утверждения. - И почему это должно быть сегодня?       - Дамблдора нету в школе, - небрежно отметил Гарри, и глаза Гермионы расширились от того, что она увидела в его тщательно подготовленной улыбке. Умная девочка.       - Ты знал! - она подавилась воздухом. - Гарри! Почему ты никому не сказал?!       Все взгляды перевелись на Гарри, и это, пожалуй, был первый раз, когда он показал свою не-хаффлпаффскую сторону.       - Три причины. Первое, кто поверит мне или вам, если мы даже не должны знать об этом; и второе, Квиррелл - тот, о ком стоит беспокоиться.       - А третье? - проницательно спросил Невилл, ставший много увереннее за последние несколько месяцев.       Гарри озорно улыбнулся.       - Третье, - промурлыкал он. - Камня нет в замке уже месяцы.       Гарри таки отговорил гриффиндорскую троицу продолжать расследование, и они, пусть неохотно, но отступили. Не имело значения, попыталось бы трио добраться до коридора или нет, ибо без преимущества мантии-невидимки Гарри (которую, Дамблдор понял, что не имеет права скрывать, и анонимно подарил ему на Рождество) им будет очень, очень трудно ускользнуть.       Что привело Гарри в последнюю комнату коридора третьего этажа, одного-одинёшенького с профессором Квирреллом и Зеркалом Еиналеж.       - Почему? - спросил Гарри не столь обвиняюще, чем любопытсвующе. - Зачем вам Камень? Бессмертие?       Квиррелл улыбнулся.       - Возможно, да. Но не для меня, - он задумчиво погладил стекло. - Довольно странно, как работает это зеркало. Я думал, что если пожелаю использовать не для себя, то он появится... Возможно, я был не прав.       - Если не для вас, то для кого? - настаивал Гарри, потому что был пытливым маленьким засранцем. - Для родственника? Любовника? - глаза Гарри загорелись, как он продолжил:       - Лорда Волдеморта?       И Квиррелл рассмеялся.       - Вы скрываете намного больше, чем многие думают, не так ли, мистер Поттер? Неудивительно, что Директор и Северус так с вами осторожны.       Гарри оскалился:       - Вы не знаете и половины.       К обеду следующего дня вся школа знала, что профессор Квиррелл попытался украсть что-то из Хогвартса, а затем исчез в никуда посреди ночи. Директор Дамблдор сохранял серьезную мину втечение всего объяснения, что выделяло его среди скрытно и выраженно обеспокоенных профессоров, и это заставило Гарри почти улыбнуться. А когда он получил записку, призывающую его в кабинет директора, ему пришлось постараться, чтобы подавить свою зубастую ухмылку.       - Входите, мистер Поттер, - поприветствовал его Дамблдор из-за своего стола. - Пожалуйста, присаживайтесь.       - Что-то не так, Директор? - его голос был достаточно резок, чтобы перейти черту неуважения, но достаточно вежлив, чтобы на это можно было не обратить внимание. Он произносил слова так же, как это делал Том Риддл в свое время, старательно пряча лицо.       - Ничего такого, мой мальчик, - улыбнулся ему Дамблдор, тем не менее напрягшись. - Я слышал от одной маленькой птички, что, вполне возможно, ты встречался с профессором Квирреллом до его исчезновения.       Гермиона, без сомнений, которая все еще питала нездоровое доверие к авторитетным фигурам и упрямую праведность.       - К сожалению, нет, - и он решительно встретился с глазами Дамблдора. Сигнальный укол легилименции пощекотал его разум, и Гарри вообразил злобно шипящую кобру, должную служить ему «защитой». Притворившись, что не замечает вторжения и удивленных подергиваний Дамблдора, Гарри вежливо улыбнулся:       - Это все, директор?       Дамблдор остановился и мягко надавил:       - Ты можешь рассказать мне что угодно, мой мальчик.       На лице Гарри промелькнула тень уязвимости.       - Приют, - тихо сказал он. - Я никому не нужен там. Могу ли я остаться на лето в Хогвартсе?       Дамблдор делает резкий вздох и слишком долго колеблется. Гарри восстанавливает свою нейтральную маску на отсутствие ответа и направляется к выходу.       - Тогда, Директор, мне нечего сказать.       - Гарри, постой-       Дверь захлопывается, и Дамблдор мрачнеет. Спустя мгновение Снейп снимает дезиллюминационные чары и морщится:       - Альбус?       - Боюсь, я сделал ужасную ошибку, Северус, - угрюмо отвечает ему Дамблдор спустя некоторое время. - Я верю, что Темный Лорд возродился в Гарри Поттере.       - Пиши мне, ладно? - практически потребовал Драко в конце их поездки. - Мы можем вместе сходить за покупками в Косой Переулок или даже просто развеяться.       - Конечно, - радостно согласился Гарри.       Не то, что бы у него были планы, кроме как докучать своему сообщнику.       - Что насчёт вас троих? Присоединитесь?       Невилл пожал плечами:       - Если бабушка будет не против.       Рон неопределенно хмыкнул, что Драко демонстративно проигнорировал, а Гермиона просияла. (Она была рада, что Гарри не обиделся на нее за честность с директором.)       - О, мы, конечно, только что уехали, но я уже волнуюсь, думая о следующем годе! Интересно, когда придут наши оценки? До того, как появится список школьных принадлежностей, так? Надеюсь, я справилась. Знаю, немного облажалась в Защите...       Ах, такие дети.       Они даже не представляют, что ожидает их в следующем году.