Госпожа Энния

Альтонир нехотя открывал глаза, готовясь встретить разгневанное лицо жреца, но его ждала почти ставшая родной за несколько прошедших дней поляна. Поморщившись от досады, что в очередной раз план проникновения в Дивнозвучье самым непонятным образом провалился, мужчина сел и попытался собрать мысли в кучку. Последнее, что осталось в памяти, - нападение неведомого существа со спины. Потом темнота забытья... И вот он здесь, целый и невредимый, совсем один... - Мгм... Здрасте... Нет, не один. Кальдрес, будущий господин, наконец-то вернулся. На краткий миг сердце замерло от ужаса: узнал, увидел, понял? Но парень, странно пришибленный и молчаливый, казалось, даже и не подозревал о запретной отлучке Альтонир. - О! Здравствуйте, господин! - с искренней радостью воскликнул мужчина. - Как долго мы вас ждали! И... Я тут заснул немного... - Да, Эльмин так не смог вас дождаться... - пробормотал в ответ ничуть не воодушевлённый и будто расстроенный Кальдрес, встряхивая головой, чтобы прогнать оцепенение. - Отправляемся домой? - Вообще-то мы должны подождать Дирквена, - Альтонир продолжал задумчиво изучать парня, пытаясь понять его странное состояние. - Да? Ну ладно. * * * Кальдрес чувствовал себя на редкость паршиво с вынужденным уходом жреца - единственного человека, который мог объяснить хоть что-то. Уход Эльмина казался малодушным побегом, если бы не грозный гулкий шум, неспешно и даже величаво разраставшийся в самом сердце Дивнозвучья, прекратившийся, как только нога жреца коснулась незримой границы. Странно всё это. Ещё остроухий никак не желал приходить в себя. Неужели тут ещё и эльфы водятся? Эльмин говорил - одни люди, никаких других рас пока не наблюдалось. Пока не наблюдалось! Кальдрес почти равнодушно наблюдал, как мелкая пичужка с красной ленточкой на ножке испуганно верещит около эльфа, прыгая вокруг на манер истеричной сиделки. Может, хоть она разбудит? Вот, наконец-то остроухий зашевелился! Наблюдая за пробуждением незнакомца, парень весело хмыкнул на забавно дёргающиеся острые уши. Да они жили своей жизнью! Если, к примеру, легонько пощекотать, оно вздрогнет и прижмётся к голове! Два зеленоватых глаза с явным трудом распахнулись, осоловело глядя по сторонам. Вот теперь можно и познакомиться, наверное... Вот не мог Эльмин потерпеть, убежал так не вовремя... - Мгм... Здрасте... - произнёс Кальдрес, привлекая внимание ушастого. Тот едва заметно вздрогнул и удивлённо уставился на парня, и вскоре лицо его прояснилось: - О! Здравствуйте, господин! - с искренней радостью воскликнул мужчина, явно хорошо знакомый с прежним Кальдресом, что было плохо. - Как долго мы вас ждали! И... Я тут заснул немного... - пытается скрыть явно запретную отлучку? Надо обязательно в ближайшее время заглянуть к жрецу! - Да, Эльмин так не смог вас дождаться... Отправляемся домой? - Вообще-то мы должны подождать Дирквена, - Альтонир продолжал задумчиво изучать парня, пытаясь понять его странное состояние. Упоминание нового лица, едва не заставило Кальдреса досадливо поморщиться, но тот сдержался, гадая, как скоро у него начнутся настоящие проблемы. Пришлось старательно разыгрывать равнодушие и усталость: - Да? Ну ладно. Ждать пришлось недолго. Вскоре со стороны простого леса послышались отдалённые шаги, кто-то быстро приближался, тихо ругаясь себе под нос.Кальдрес обернулся, рассматривая силуэт крупного коренастого мужчины с роскошной, взлохмаченной гривой тёмных волос. Из-за спины его виднелись лук со стрелами, в правой руке - странное белое существо, отдалённо напоминающее зайца. Парень попытался напрячь зрение сильнее, чтобы рассмотреть забавную зверушку, и у него, к его удивлению, удалось: у "зайца" было четыре пары ушей с тёмными кисточками на концах, длинный пушистый хвост и три тёмные полоски вдоль позвоночника. Зверь брыкался и молотил мощными задними лапами в воздухе, пытаясь дотянуться ими до похитителя. - Кальдрес! Наконец-то! - раздался мощный бас Дирквена, вышедшего на поляну. - Что так долго? - Со жрецом разговорились... - пожал плечами парень. - Говорит, я лучшевсего подхожу на роль его преемника. - Ну, это ещё подумать надо, - нахмурился мужик с "зайцем". - Времена, ты знаешь, неспокойные, бунтари кругом, врагов много. Заветы предков позабыли! Почему раньше не спросили совета у госпожи Эннии?! Тут подумать надо... Да что там, смотри, сама природа бунтует! - Дирквен взмахнул своей добычей, горестновзывая к отвернувшимся предкам. - Где это видано, такие монстры! - Вполне милый, - рискнул не согласиться Кальдрес. На него глянули с подозрением, но промолчали. - Вот и забирай себе! - хмыкнул темноволосый и швырнул пушистика парню в лицо. Тот ловко перехватил его, с живым любопытством разглядывая вблизи. - Твои будут проблемы, когда оно проявит свой характер. У зверька оказались огромные синие глаза и серые "носочки". В руках клыкастого человека он испуганно дёрнулся и затих, внимательно следя за малейшим его движением. - Вы и правда собираетесь его оставить себе? - поражённо выдохнул остроухий, неслышно подобравшись сзади. - Да. А что такого? - Странные вы сегодня... - напряжённо пробормотал "эльф", внимательно вглядываясь в глаза Кальдреса ("Началось!" - промелькнуло у того в голове). - Ладно, собирайтесь, назад едем. А зайца вашего... в мешок хоть положить, разве? Давай сюда! Пока странного зайца упрятывали, Кальдрес настороженно смотрел на лошадей. Такой вид транспорта был ему в диковинку, а тот, чьё место ему пришлось невольно занять, скорее всего был превосходным всадником. и вот что теперь делать? Парень осторожно приблизился к оставшейся в стороне лошади, рассудив, что она далжна быть его собственной, и попытался хотя бы прикоснуться. Лошадь шарахнулась почти в ужасе, привлекая внимания спутников. Этого ещё не хватало! "Тихо! Спокойно! Я мирный добрый человек! Что ж ты дёргаешься?!" - Кальдресу не пришло в голову ничего другого, как зашептать ей что-нибудь успокаивающее. - "Вот так, хорошо... Тише... Я твой хозяин, слышишь? Понмаешь?" - С вами всё хорошо? - раздался внезапно настороженный шёпот над ухом. Кальдрес обернулся: то был "эльф". - Да. - Вы как будто не в себе сегодня. Как будто другой человек, - напряжённое молчание. - Вы скоро там?! Чего застряли?! - возмущённый окрик мужика с огромным охотничим луком заставил обернуться и на миг забыть о разговоре. - Ладно, давайте помогу, - нехотя согласился остроухий. Пока он возился с лошадью, по-особому уговаривая ту принять всадника, Дирквен закончил сборы и, не дожидаясь остальных, отправился по дороге вниз. Кальдрес же разглядывал помощника и думал, откуда бы здесь ему взяться, если кругом должны быть одни люди, один народ без всяких чужаков? Или... он такой же пострадавший, как и сам Ник? Был в своё время простым человеком, а после обряда превратился в кого-то другого. Только ему повезло больше - слишком большие клыки иногда здорово так мешают. * * * Дорога лентой вилась через поля и перелески, спускалась в узкую ложбину меж вересковых холмов. Поразительно чистый и сладкий воздух буквально пьянил. Где-то сбоку в холщовом мешке брыкался многоухий заяц, которого странный хозяин решил забрать себе, совершенно не заботясь о том, что ему может попасть от старейшин за такое невиданное "чудо"... Кажется, не так уж и плохо, если учесть, что никто и слова не сказал о его отлучке в Дивнозвучный лес! Но почему сын Эннии так внимательно осматривается за спиной у всех? И ведёт себя так, словно впервые верхом! Вот он, мешком болтается на своей лошади и старается держаться в хвосте, чтобы никто не мешал ему осматривать окрестности. Слишком странно... - Слушайте, господин, если вас что тревожит, говорите! - Альтонир обернулся, смерив подозрительным взглядом Кальдреса. Тот досадливо поморщился: - Нет, всё правда хорошо. В ответ остроухий изучил затылок Дирквена, успевшего оторваться от своих спутников и приблизился к молодому человеку почти вплотную, чтобы уверенно шепнуть тому на ухо: - Вы слишком плохо притворяетесь, - получив в ответ чуть испуганный взгляд огромных глаз, Альтонир сжалился и продолжил: - Клянусь оставить всё между нами! Говорите, господин, что с вами стряслось у жреца, и, быть может, вместе мы отыщем выход из лабиринта. Мой род всегда был верен вождям, пускай в последнее время клеветники и пытаются опорочить моё имя. - Лабиринт?... - растерянно переспросил парень, задумчиво нахмурясь. - Ну да! Помогу вам справиться с бедой, хоть ты мне и не доверял никогда! Я пойму, если что... Ведь и сам приходил когда-то к жрецу, тому, прежнему. - Эх... ладно! - молодой господин с таким решительным видом развернулся к Альтониру, что тому на миг стало не по себе. - На самом деле никакой я не Кальдрес. Я Ник. И если я не ошибаюсь в местных порядках, которые должны царить у вас, вы... Э... или лучше ты?... Короче, ты должен под страхом смерти сохранить мою тайну. Всё равно мне нужен верный проводник по моему новому дому. Там у жреца... кое-что сломалось и перенесло меня к вам... ну... сильно издалека. Очень сильно издалека. И да: если ты меня предашь, скажу, что сам придумал и вообще выступаешь в оппозиции! - Оппозиции? - обиженно переспросил Альтонир, никак не ожидавший, что с ним могут заговорить в таком сердитом тоне. - Ох ты ж... Скажу, что ты противник власти! - исправился Кальдрес... который Ник, и вопросительно глянул на собеседника, с сожалением отмечая, что несколько перегнул палку. - ладно, мне просто необходимо на кого-то опереться, остроухий. Ва... тебя как зовут, хоть? Альтонир вопрос услышал далеко не сразу. "Остроухий" - он всё-таки раскрыл свою тайну! Хотя... так даже справедливее и надёжнее. - Я... Я - Альтонир. И прошу вас, господин, не говорите никому про мои уши! Умоляю вас, мне жить охота! Вы доверили мне свою тайну, так сберегите мою! Вы же знаете, что... Или не знаете? - Уже знаю, - согласился юноша, тяжело вздыхая. - Эльмин рассказал, жрец. Что ж... тайна за тайну, и мы в одной команде! - удовлетворённо проговорил Кальдрес и клыкасто улыбнулся. Так Альтонир узнал, что никогда нельзя сказать заранее, где найдёшь врага, а где - товарища. По счастью, Дирквен ехал впереди и ничего не слышал из их любопытной беседы, а даже если и слышал, то вида не подавал. Но двое новых товарищей понадеялись, что тот и правда был слишком занят своим мыслям, а молодому господину доверял почти безоговорочно (о чём тайно поведал Альтонир). Дорога тем временем сделала крутой поворот, направляясь прямиком к крохотной деревушке с одной единственной улицей, на коротой можно было разглядеть играющих детей. Старые деревянные избёнки с крохотными оконцами, затянутыми чем-то мутным, служили домами местным жителям. Ник подумал, что если к пейзажу добавить допотопный советский мотоцикл и грохот проржавелого насквозь трактора, то получится типичная русская глубинка, как представляют её себе изнеженные городские детишки. Вот только что-то в реальности не сходилось с отчаянным желанием увидеть хоть что-то родное в чужой местности. Быть может, чужая одежда, отдалённо напоминавшия традиционные скандинавские костюмы? Или то, что каждый встречный кланялся всадникам до земли? - Что это они? - испуганно спросил Кальдрес, изо всех сил стараясь сохранить как можно более невозмутимый вид. - Так ты здесь самый главный после госпожи Эннии! - почти весело усмехнулся Альтонир. - Только давай как-нибудь потом обо всём поговорим - здесь слишком много лишних ушей. Пригласишь меня с собой на охоту, к примеру... - Но я не... - ...Или сопровождающим на прогулку. * * * Всё ещё молодая госпожа в дорогом, но каком-то тусклом платье - вдова Энния - сидела у окна со старинным свитком в руках. Он хмурилась, поджимала губы, время от времени вскидывала в волнении голову, но всё равно продолжала читать. Когда за порогом просторной комнаты раздались шаги служанки (то была Кирья - госпожа Энния за сорок лет своей жизни научилась прекрасно различать их всех), женщина вскочила со своего насиженного места и, торопливо оглядевшись, небрежно запихала свиток между разбросанными по кушетке подушками. Сама же прилегла рядом так, что вошедшая по её разрешению служанка решила, что хозяйка провела целый день, предаваясь отдыху в неге и бездействии. Ленивая надменность и немного капризов сделали своё дело - Кирья поспешила оставить обед и даже не стала спрашивать, надо ли что ещё. Но стоило двери закрыться, как Энния торопливо выхватила изрядно помятый свиток и вернулась читать на прежнее место. Обед был съеден уже холодным, но никого это не заботило.