Так, как ты хочешь

— ...А ещё мне показалось, что мадам Трейси нравится наш сержант-ведьмолов, — Азирафель мечтательно улыбнулся. — Это так мило. — Тот, из-за которого ты развоплотился? — уточнил демон. — По мне так Шедвелл и «мило» — понятия из разных вселенных. — Дорогой мой, я же был сам во всём виноват. Простая невнимательность... Вторая бутылка шампанского подходила к концу, и Кроули лениво размышлял, заказать ли третью. В принципе, особо напиваться не хотелось — тех пузырьков с градусами, что уже плескались в организме (не говоря уже о присутствии рядом ангела, действовавшем примерно так же), было достаточно, чтобы воспоминания о горящем книжном и райском правосудии отошли на задний план, стали прошлым. В настоящем же остался весь этот мир, «Ритц» — и рука Азирафеля, лежащая на краешке стола. Возможно, просто так. А возможно, и нет. В любом случае, ангел далеко не дурак и давно всё понял. И не допустил бы со своей стороны ничего хоть отдалённо напоминающего провокацию, если бы был категорически против. — ...Зато в результате я получил бесценный опыт. Подумать только, считалось, что только демоны могут вселяться в человеческие тела! Это ещё раз доказывает, что мы одной природы. — Ну, мы-то с тобой давно знали о нашей природе и даже применяли знание на практике. — Но лишнее доказательство не повредит, — улыбнулся Азирафель. Всё получилось на удивление легко; Кроули много раз представлял себе, как прикоснётся к ангелу — не зачем-то, а просто так, потому что хочется и тянет, и в его фантазиях это прикосновение имело эффект удара током. Или удара молнии. На самом деле ощущение тёплой кожи под пальцами не оглушило, а лишь отозвалось внутри почти слышным тонким звоном, сладким и болезненным одновременно. Он поднял взгляд на Азирафеля — тот сидел с закрытыми глазами, возможно, тоже прислушиваясь к себе. Демон дорого бы дал за то, чтобы узнать, что он слышит. Трубу Гавриила? Такой же нежный звон? Или тишину? Время замедлилось, окружающие двигались, словно под водой. Шелест голосов и стук столовых приборов слились в низкий неразличимый гул, и Кроули с отчаянием подумал, что он всё испортил. В очередной раз. Как всегда. Стараясь, чтобы движение выглядело как можно более естественным, он убрал руку с руки ангела, взял свой бокал и допил последний глоток уже подвыдохшегося шампанского. — Дорогой мой, — тише обычного произёс Азирафель, — не будешь ли ты так любезен подвезти меня до дома? — Конечно. Никаких проблем. От «Ритца» до букинистического магазина некоего А.З. Фелла даже по вечно забитым лондонским улицам ехать было минут десять от силы, и то если соблюдать правила дорожного движения, чем демон, понятное дело, не заморачивался. Обычно не заморачивался. Сегодня он вёл машину предельно аккуратно, не превышая скорость (по крайней мере, намного) и даже останавливаясь на светофорах. Но поездка всё равно закончилась слишком быстро. Азирафель не спешил выходить из «Бентли». — Я, наверное, должен... ну, дать какой-то ответ? — наконец спросил он, старательно глядя на мигающую рекламу соседнего заведения. — Ничего ты мне не должен, — Кроули крепче сжал руль, который не отпускал с того момента, как автомобиль остановился. — Не бери в голову. Я переживу. Если нужно подождать — ну что ж, время у нас теперь есть, не знаю, сколько, но есть. Только не вздумай обижаться или ещё что-нибудь такое, я ведь, в конце концов, демон и этого не изменить. Но в любом случае всё будет так, как ты хочешь, и никак иначе. — Хорошо. Зайдёшь ко мне? От изумления Кроули выпустил наконец руль и перевёл взгляд на ангела. Тот улыбался, одними уголками губ и как-то неуверенно, но несомненно улыбался, его глаза в сгустившихся сумерках казались тёмными и непроницаемыми. Ну и вот что с ним, таким, делать? — Почему бы и нет? Войдя в магазин, Азирафель метнулся было к новым книгам, но долг хозяина перевесил. — Будешь кофе или вино? — Сегодня утром я мельком видел в задней комнате недопитый нами графин с виски. Если, конечно, Адам не превратил его во что-нибудь вроде яблочного сока. Не беспокойся, обнимайся со своими драгоценными книжками, я сам схожу, — махнул рукой Кроули и направился вглубь помещения. Как ни странно, виски остался виски. Демон плеснул в стакан на два пальца и начудесил несколько кубиков нетающего льда, решив не задумываться, как юный Антихрист восстанавливал то, о чём вряд ли имел хоть какое-то понятие, — это было, пожалуй, не менее непостижимо, чем Божественный План. Тем более что гораздо более актуальным на данный момент представлялся другой вопрос — зачем Азирафель пригласил его в гости в знаменательный вечер воссоединения с магазином. Нет, он как никто другой понимал ангела, сам не удержался и сгонял за «Бентли» — было важно не просто знать, но и своими глазами увидеть, что малышка цела и невредима. Но зачем он, Энтони Дж. Кроули, здесь и сейчас? — О, вот ты где, — хозяин появился в дверях задней комнаты с книгой в красной обложке. — Я так полагаю, это подарок от Адама? — Цени, — усмехнулся демон. — Меня он оставил без подарков. — Я ценю, — с достоинством кивнул Азирафель. — Тем более что Кромптон я не читал, меж тем как её работы считаются классикой детской литературы. Но издание довольно новое, а я же букинист, между прочим! — Значит, пора расширять ассортимент. Думаю, Адам на это и намекал. Приключения, сказки, комиксы. Можно начать с небольшого отдела — скажем, справа от входа. Или ближе к кассе? Куда люди идут охотнее и чаще? — Не знаю, — растерянно признался Азирафель, считавший, что покупатели в магазине — неизбежное, но несомненное зло. И тут до него дошло: — Ты что, предлагаешь действительно продавать книги? Дорогой мой, это истинно демоническая идея... Вечер вошёл в привычную колею, как будто бы и не было неловкой сцены в ресторане. Похоже, ангел просто забыл или решил не обращать внимания на его эскападу, подумал Кроули со смесью облегчения и разочарования. Последнее, впрочем, удалось удачно отконвоировать в глубины сознания, наслаждаясь тем, что есть, — покоем и приятным общением. Тем более что, оказывается, Азирафель понятия не имел, что такое маркетинг, и демон не преминул просветить его насчёт одного из самых удачных своих изобретений. Но последнее слово всё же осталось за светлой стороной. — Если ты хочешь поспать, можешь сделать это здесь, — как бы между прочим заметил ангел, когда стрелки часов перевалили за полночь. — Прошлой ночью ты меня приютил, и я был бы рад оказать ответную любезность. Кроули вспомнил единственную мебель в магазине, более-менее подходящую для того, чтобы на неё лечь: короткий продавленный диванчик, лучшие годы которого пришлись на прошлый, а то и позапрошлый век. И свою шикарную стильную кровать с новейшим (и очень дорогим) матрасом, принимающим форму тела, с горой пуховых подушек и одеял. Но к кровати не прилагался Азирафель, пьющий какао и читающий книгу где-то рядом, так что у неё не было ни единого шанса. Диван чудом удалось удлинить на фут с небольшим — до ближайшего стеллажа. Клетчатый плед, принесённый ангелом, выглядел ужасно, но оказался большим и тёплым. Настольная лампа пряталась за полками, её мягкий свет скорее угадывался, не давая помещению полностью погрузиться во тьму; пахло воском, старой бумагой, совсем немного — ванилью. И Азирафелем — тоже довольно слабо, на грани восприятия. Плед удерживал этот запах лучше, и Кроули уснул, уткнувшись в него носом. В конце концов, он изрядно вымотался за последние дни.