Иной взгляд

В доме номер пятнадцать всегда царил небольшой беспорядок и суета, но сегодня за завтраком было удивительно спокойно и тихо. Никто не бегал в поисках свежего галстука, никто не ронял в прихожей вешалку для курток, неизвестно зачем стоявшую там в августе, не пригорала каша на плите. Мистер и миссис Грейнджер чинно пили кофе, тихо переговариваясь. За окном светило ласковое августовское солнышко.  — Доброе утро мам, пап! — с лестницы сбежала кудрявая девочка с книгой в руках. — Доброе утро, дорогая, — деловито ответила мама, одним глотком допивая кофе и поставив перед девочкой тарелку с дымящейся аппетитной яичницей с беконом, — Мы с папой уходим на работу, чем ты будешь заниматься? — Как? Вы же обещали сходить погулять в парк! — обиженно воскликнула дочь, нахмурив бровки. Аппетит тотчас пропал. — Извини, пожалуйста, я тебе обещаю, мы пойдем гулять завтра, может даже зайдем в кондитерскую, — подмигнула ребенку женщина. — Но вы уже неделю обещаете мне провести время вместе, и каждый раз все равно находите дела по работе! — сердилась дочь. — Зайка, поверь, мы тоже очень хотим провести с тобой время, просто сейчас самая загруженная неделя за все лето, не обижайся на нас, — попыталась не накалять обстановку мама. — Ладно, тогда я почитаю, — со вздохом ответила девочка, взяв вилку. — Вот и молодец, — миссис Грейнджер потрепала дочь по макушке и улыбнулась, — Не скучай! Слушая копошения в коридоре, Гермиона грустно подперла щеку рукой и подумала о том, что давно не случалось ничего из ряда вон выходящего, и пора бы уже чему-нибудь произойти. Дело в том, что с ней регулярно что-то приключалось. В школе ее не очень любили, называли заучкой и притворно сюсюкали, что, несомненно, очень раздражало. Однажды ее достаточно сильно толкнул один из главных задир в школе, Джонсон, а она, вместо того, чтобы упасть, внезапно проехала по лестнице, как на катке, а потом мягко остановилась прямо перед классом, в котором должен был быть урок. А еще, когда девочки обсуждали ее непослушные вьющиеся волосы, хихикали над ней практически в открытую, в столовой она подсыпала в картофельное пюре самой противной из них перца, а затем каким-то непостижимым образом заставляла ее есть жгучую пищу против ее воли. О да, она упивалась тем, что могла заставить Маргарет Рей давиться, плакать, но все равно есть жутко острый обед. Потом она, правда, наябедничала родителям, и Гермионе было стыдно, но какой-то серьезный разговор с родителями стоил мучений Маргарет. За родителями давно закрылась дверь, а Гермиона все еще вяло ковырялась в тарелке с, несомненно, аппетитным, но уже остывшим завтраком. Внезапно в дверь постучали. Девочка посмотрела на часы: десять тридцать. Должно быть, это был почтальон. По возможности пригладив торчащую шевелюру, Гермиона открыла дверь и забрала утреннюю почту. Конверт с приглашениями для родителей на очередную конференцию, письмо от тети, какие-то счета… в почте не было ничего необычного. В очередной раз вздохнув, девочка взяла книгу и вышла в сад, чтобы почитать на качелях. Даже чтение уже слегка приелось. Гермиона зевнула и оглянулась. Вот соседская кошка ползет по забору, не спуская глаз с чирикающим воробьем, вот медленно покачивается розовый куст, вот молочник идет с пустыми пакетами… внезапно какое-то порхание крыльев сзади заставило девочку нервно вздрогнуть и оглянуться. На спинке садовых качелей сидела сова. Гермиона вскрикнула и соскочила с них, однако сова и не думала улетать. Она качнула головой и опустила взгляд вниз. Девочка тоже посмотрела вниз и ахнула. К лапе совы был привязан какой-то конверт. Пытаться взять конверт было страшно, вдруг сова клюнет и заразит Гермиону чем-нибудь, но было очень интересно, что же там и почему его принесла сова. Кажется, желание Гермионы о странных происшествиях начинало реализовываться. Решившись, девочка осторожно приблизилась к сове, стараясь не делать резких движений, а затем протянула руки, смертельно боясь, что та ее клюнет. Сова не шелохнулась, лишь выжидающе уставилась на Гермиону. Заполучив драгоценный конверт, девочка не стала спешить его распаковывать, а начала осматривать со всех сторон, пытаясь угадать таинственного отправителя. На конверте была надпись, гласившая «Ленточная улица, дом 15. Госпоже Г. Д. Грейнджер лично в руки», сделанная изумрудными чернилами. Гермиона перевернула конверт и наткнулась взглядом на пурпурную восковую печать, на которой была большая витиеватая «Н», а по бокам от нее виднелись еще какие-то очертания животных. «Дорогая мисс Грейнджер! Мы рады проинформировать вас, что вы зачислены в Школу чародейства и волшебства «Хогвартс». Просим вас ознакомиться с перечнем необходимых предметов и книг. Занятия начинаются 1 сентября. Ждем вашу сову не позднее 20 августа. Искренне ваша, Минерва Макгонагалл, заместитель директора» — Это какая-то ошибка. Этого не может быть, — девочка подняла голову и встретилась взглядом с совой, по прежнему сидящей на спинке качели. Она махнула рукой, попытавшись прогнать сову. Сова гулко ухнула, взлетела и села на плечо к Гермионе. — Кыш! Улетай! — закричала Гермиона, бешено размахивая руками, — Это все неправда, кто-то пытается меня разыграть, я не верю! Сова еще раз ухнула, будто бы укоризненно, больно царапнула когтями по плечу Гермионы и улетела.

***

Мама с папой выслушали рассказ девочки и переглянулись. Затем попытались мягко, но настойчиво отправить ее спать, но девочка быстро раскусила маневр и уже была готова устроить скандал, как вдруг отец хлопнул ладонью по столу. — Довольно, — заявил он, — Гермиона, пойми, все это вряд ли является правдой. Придумать такое мог любой, особенно из тех, кто задирает тебя в школе. Напомни, как зовут ту девочку, которой ты сделала гадость в столовой?  Гермионе стало стыдно. Она понимала, что родители говорят все это не просто так, что у этого действительно есть множество объяснений, но какая-то маленькая ее часть хотела, чтобы все это оказалось правдой. Первая слеза медленно скатилась по носу и капнула на пол. Девочка всхлипнула, затем еще раз, затем схватила книгу с кухонного стола и убежала наверх, в свою комнату. Мистер Грейнджер тяжело вздохнул, взял жену за руку, и произнес: — Джин, почему она так тяжело все воспринимает? Что с этим делать? — Не знаю, милый, но, возможно, стоит поговорить с ней об этом завтра, — женщина поцеловала мужа, и они отправились в спальню. Старших Грейнджеров давно уже одолел сон, а Гермиона все еще всхлипывала, лежа в своей комнате. Почему папа внезапно так агрессивно отреагировал? Она ведь ничего такого не сделала, а просто рассказала про странное событие. Так что же случилось, что всегда тихий и позитивный папа вдруг повысил голос? С этими мыслями девочка и уснула.

***

На следующий день девочка демонстративно отказалась от завтрака и выскочила на улицу. Там она осознала, что делать все равно нечего, поэтому пришлось пойти в парк в гордом одиночестве. Несмотря на плохое настроение, ей очень нравилась здешняя обстановка: аккуратные скамеечки с витиеватыми подлокотниками, красивые ажурные фонари, маленькие птички, чирикающие милые мелодии, зеленые растения, припекающее солнышко — любой человек, попавший сюда впервые, пришел бы в восторг. Спустя время Гермиона осознала, что позавтракать все-таки стоило, потому что в животе противно бурлило, а голова слегка кружилась. Домой не хотелось, но и бродить дальше было бессмысленно. Девочка закатила глаза, представляя лекцию, которую ей, скорее всего, прочитают родители, если они опять не уехали на работу. Развернувшись, она нос к носу столкнулась с высокой сухопарой женщиной в очках. Она была одета крайне странно — изумрудно-зеленая мантия в пол и с длинными рукавами никак не вязалась с жаркой августовской погодой. Гермиона могла поклясться, что она появилась из ниоткуда и секунду назад ее здесь не было. — Извините, пожалуйста, я не хотела вас задеть, — залепетала девочка, во все глаза разглядывая странную незнакомку. Та лишь недовольно повела плечами, в упор посмотрела на девочку, после чего произнесла: — Ничего страшного, я в порядке. Не беспокойтесь, — испуганная Гермиона лишь сглотнула слюну и кивнула, после чего поспешила домой, преодолевая неохоту. При входе в дом Гермиона первым делом услышала какие-то голоса. Два из них точно принадлежали родителям, а вот третий был строгим и каким-то слегка пугающим. Девочка невольно представила свою учительницу по биологии, мисс Смит и испугалась: вдруг это действительно она? Тихо, как мышь, она прокралась на кухню и замерла от удивления. На уютном бежевом диване сидела та самая женщина, которую она чуть не сбила с ног в парке. Всем телом подавшись вперед, Гермиона не удержалась на ногах и с жутким грохотом упала, увлекая за собой вешалку, на которой была изумрудно-зеленая мантия женщины. На резкие движения и громкие звуки незнакомка отреагировала моментально. Она подскочила с дивана, зачем-то достала лакированную палочку и направила на девочку. Но затем увидев, что источник беспокойства не опасен, недовольно фыркнула, убрала её и отвернулась. — Гермиона, привет, милая, — произнесла миссис Грейнджер, нервно сглатывая, — У нас для тебя есть новости.