Пушистая клубника

- Друзья, все минуточку внимания, - все перевели взгляд на блондинку. - Семья Энджела приглашает нас на званый ужин, - с энтузиазмом в глазах и улыбкой на лице выкрикнула Чарли и начала трепать щёчки. - Чего? - спросил блондин. Он, конечно, понимал, о чём говорит его новая подруга, но переспросил всё-таки для уверенности. - Ну, того самого! Твоя семья любезно пригласила нас на званный ужин, да ещё и предлагает на следующий день съездить на мёртвые равнины и сыграть в гольф, - Чарли положила, нет, даже буквально подложила бумагу Энджи. - Нет! - резко и категорично ответил Даст. Его лицо было, на удивление, серьёзным. Все удивились такому ответу, ведь считали что Паучок не может быть серьёзным. Только Нифти и Аластор сидели спокойно. Аластор - потому что знал об этой стороне Даста, а Нифти - потому что давно замечала, что всё, что связано с семьёй, Энджи воспринимает в штыки. - Они обещают нам хороший пиар и переговоры на тему рекламы, - начала вслух говорить плюсы блондинка, но Энджел опять её заткнул и грозно на неё посмотрел. - Ну Энджи... - начала было блондинка, но была остановлена раздражённым взглядом Белобрысика. - Если что, я у себя, - кинул кратко вслед Энджи и быстрым шагом поднялся наверх. В комнате раздался крик, а затем и хлюпанье. Для Энджела было болезненно вспоминать своё прошлое. Отец его всячески предавал: он давал сына в аренду, он всячески презирал его, можно сказать, ненавидел. Один раз отец даже при сестре начал творить с ним непотребства за то, что Энджел сделал домашку лучше, чем старший брат. Он ненавидел и Арахнисса. Он вечно старался быть папиной гордостью. Тем, кто возглавит бизнес отца, но стоило только всем попасть в ад и всё, Энджел самый лучший, Энджел много зарабатывает и знаменит. Это заставляло Даста биться костяшками об стену. Он так давно не плакал и не выпускал гнев, что даже и забыл, как это помогает. Он вроде бы только отошёл от своей истерики, но как-то внезапно нахлынула ещё одна волна эмоций, и виной ей уже были не родственники, а Клубничный сутенёр. - Почему он не может понять очевидного?! Почему я не могу сказать простейших слов? Почему быть мёртвым это так сложно? - Энджел задавал себе всякие разные вопросы и вскоре заснул. Где-то примерно в 2 часа ночи Пушистик проснулся от сильной жажды. Он быстро нацепил тапочки и поскакал к бару. Быстро преодолев препятствие в виде лестницы и обойдя пару столиков, Паучок добрался до бара. Он зашёл за стойку, откопал там только бутылку водки. Все остальные бутылки были выпиты уже давно. По видимому Хаск работает просто „замечательно”. Блондин взял рюмку и уже было собрался идти к себе в номер, как вдруг приятная мелодия заиграла из холла напротив бара. Это была до жути знакомая Дасту мелодия, но что именно это была за мелодия - никак не удавалось вспомнить. Пушистик прикрыл глаза и медленно начал идти вслед за мелодией. Вдруг сзади кто-то окликнул Энджела. Ходячий пух оборачивается и видит перед собой Клубничку. - Это ты включал мелодию, клубничка? - сонно спрашивает Паучок, поставив водку на стол. - Тебе не спится, друг мой? - спросил Аластор, пытаясь найти нужную частоту для радио. - Да, - отрезал Ангелок, открывая бутылку чистого спирта. Крышка резко щёлкнула и Пушистик открутил её. Энджи налил себе целую рюмку водки и залпом её выпил. Поначалу он сморщился, но потом начал более адекватно воспринимать её горькость и терпкость. Он, конечно, хотел бы ликёру или малибу, но пришлось пить, что было. Вот так всё и продолжалось: Аластор настраивал радио, а Энджел заливал в себя рюмку за рюмкой.