Отражение

Valhalla - Deliverance Why've you ever forgotten me... Blind Guardian В Зоне не столь уж много развлечений. Строго говоря, из увеселительных заведений здесь только цирк мутантов на главной базе «Долга», да стрелковый тир там же. Еще среди стандартного набора развлечений у народа Зоны числятся: контрабанда (по большей части алкоголем и сигаретами), развод ближних своих на деньги и карточные игры. Но главным способом проведения досуга является выпивка. Причем не столь важно пьянствовать веселой компанией или просто в одиночестве посидеть в углу со стаканом водки. Не то, чтобы местные жители были такими уж горькими пьяницами, просто… Просто тому, кто не сидел ночь напролет в засаде, выжидая пока по тропинке пройдут убийцы твоего друга… кто не пытался бочком протиснуться между двумя «воронками», сжимаясь от страха и постоянно ожидая, что вот-вот раздастся зловещее шипение всасываемого воздуха… кто не возвращался из рейда после долгих недель блуждания в одиночестве по диким землям, прижимая к себе драгоценный артефакт, оплаченный жизнями соратников… Словом, кто не был в Зоне, тому не понять, какое это наслаждение, опрокинуть в себя стопку хмельного прозрачного напитка и почувствовать, как горячая волна стекает вниз по пищеводу, напоминая тебе, что ты живой, ты настоящий. Что ты еще человек. В этом смысле Валькирия ничуть не отличалась от остальных. Разве что пила не водку, а пиво, которое в Зоне стоило очень дорого и привозилось очень редко, ну и позволяла это себе чуть реже, потому что работы у нее всегда хватало. Сюда, на Кордон, она явилась именно за этим. За пивом, которое добыл для нее Сидорович. Ну и само собой за заданием, потому что у Сидоровича никогда и ничего просто так не бывает. С первых же минут встречи Вика поняла, что не ошиблась. Достаточно было увидеть блеск в глубине глаз торговца – тщательно дозированный, чтобы не дай боже лишнего не сказать даже взглядом! – и услышать слова «за символическую цену». Хитрому старому лису не за прилавком бы в вонючем подвале сидеть, а в секретном офисе, рассылая распоряжения своим агентам-приказчикам. Однако ж вот сидит. То ли привык вести дела в одиночку и не доверяет другим, что вполне разумно в Зоне, то ли просто ностальгия. Маленький каприз, большого и влиятельного человека. Но есть в природе такие, что не считаются с мнением даже самых сильных мира сего. Одну из таких нахалок чаще всего зовут Судьбой. И своенравной мадам было угодно, чтобы пиво сегодня осталось в холодильнике, несмотря на символическую цену, а задание Сидоровича отложилось на неопределенный срок. Требовательный писк КПК заставил Валькирию сбивчиво извиниться и отойти в сторонку. Жест чисто символический, потому что в подвале была прекрасная акустика. Сидорович сделал вид, что ничего не слышит. Тоже, видать, из вежливости. – Вика… – прохрипел динамик голосом Угрюмого. Изображение отсутствовало, стенки «магазина» сильно заглушали сигнал. – Медведь пропал… Спина девушки вмиг покрылась холодным потом. Она знала, что рано или поздно этот момент наступит. И в ее КПК, в специальном файле с именами разыскиваемых людей, появится еще одно имя. Или не одно. Имя не просто «клиента», а товарища и друга. Имя, кличка, список примет и координаты последнего известного местонахождения… Словно эпитафия на еще не появившейся могиле. – Как? Когда? – она с трудом удержала голос от дрожи. – Дней пять назад. Дядька сказал, он отправился на Янтарь. – Один??? Динамик вздохнул. Вика словно наяву увидела, как Угрюмый разводит руками. – Сказал, что это только его задание. Дядька хотел не пустить, да только ты ж знаешь… Валькирия знала. Однажды Медведь, негласный лидер отряда, к которому неожиданно прибилась и Валькирия, просто взял ее за шиворот и переставил с место на место. С тех пор она не решалась с ним спорить, для этого нужно было, как минимум, держать в руках ствол, а направлять оружие на соратника и друга казалось Вике абсолютно невозможным. – Погоди, «задание»? – Угу. Так и сказал: «только мое задание». Странно, раньше он от нас секретов не имел… Краем глаза девушка отметила, что Сидорович внимательно, хоть и ненавязчиво прислушивается к разговору, но особого значения этому не придала. Мысли у нее в тот момент были заняты другим. – Скинь мне координаты и имя последнего контакта, – бросила Валькирия. – Я отправляюсь немедленно. – Одна? – возмутился Угрюмый. – Я всегда иду в поиск одна. – Что за фокусы? Не валяй… Вика нажала кнопку, обрывая сеанс связи. – Сидорович… – Да понял я уже, – усмехнулся торговец. – Вернешься, договорим. И вот еще что… Держи, – он кинул ей небольшой предмет, напоминающий флешку. Валькирия повертела вещицу в руках. Обычный USB-брелок, на торце два маленьких светодиода, желтый и зеленый. Девушка вопросительно посмотрела на Сидоровича. – Когда будет нужно, вставишь в КПК и запустишь исполняемый файл. – Что это такое? – с нажимом спросила Вика. – Ключ от всех дверей, – хохотнул мужчина. – Да расслабься ты. Даже будь это шпионская программа, у тебя в КПК нет абсолютно ничего, что могло бы меня заинтересовать. Ну разве что у тебя там пара гигабайт гейской порнухи. Мы б с приятелями поржали, да. Валькирия не сводила с него внимательного взгляда. Торговец вздохнул и посерьезнел. – Слушай, девочка, я не опускаюсь до столь мелких подстав. Если я что-то даю – бесплатно, прошу заметить! – то эта вещь сослужит тебе добрую службу. Ну и мне заодно, – он все же усмехнулся. – Так что бери, только пользуйся с умом. Говорят, деньги открывают любые двери. Так вот, эта штука сработает не хуже. Поколебавшись пару секунд, Вика все же положила флешку в нагрудный карман. – Увидимся. – Бывай, Валькирия, – прогудел вслед торговец. – Удачи. Координаты последнего местопребывания Медведя указывали на старое депо на Свалке, а последним контактом значился сталкер по кличке Бес. С этим хмурым парнем Вика была знакома не понаслышке, так что получить информацию (а она в Зоне является такой же валютой, как и деньги) удалось без труда. Правда, были ее сущие крупицы. – Был здесь твой Медведь, – хмыкнул Бес, вскрыв ножом две банки консервы и протянув одну девушке. – Три дня назад. Ушел в сторону Агропрома. Зачем – не знаю. Но купил у одного из моих новенький детектор, и еще у перекупщиков, ну знаешь, что в разрушенном управлении сидят, накупил каких-то микросхем, тонкой проволоки и тому подобного барахла. – Все? – разочарованно протянула Валькирия, уминая тушенку. – Припасов много не взял. Ушел налегке. – М-да. Бес виновато развел руками. – Извини, сестренка. Ботинки выбивали из земли белесую пыль, шуршала трава, цепляясь стеблями за плотную ткань штанов, солнце, словно на цветной мозаике, играло в буйном разнотравье. Гиблое место Зона. Для людей гиблое, а вот растительность здесь роскошная. И природа вокруг безмятежная, насыщенная, даже какая-то контрастная. Степь, так бескрайнее море трав, колышущееся на ветру и пахнущее сотнями ароматов. Если лес, то ясные осиновые и дубовые рощи, перемежающиеся темными пятнами ельника, одинаково мрачного и пугающего, что днем, что ночью. А выйди на болото, увидишь глубокие зеркала бочагов, узкие тропки, колышущийся камыш и осоку… того и гляди раздастся вой собаки Баскервилей. Ни одного серого пятна, ни одного полутона, все яркое, живое. И смертельно опасное, потому что по всей этой живописной красоте щедро рассыпаны аномалии. Зазевайся на мгновение, залюбуйся пейзажем и все, нет тебя, остались только окровавленные ошметки, разбросанные на десяток метров вокруг. Или пятно гари на земле. Или… Словом, все здесь против тебя, сталкер. Даже природа. Хоть и красивая, аж завидно. Ноги Валькирии сами несли ее на север, через сочные луга, окружающие НИИ Агропром, а мысли девушки вращались вокруг Медведя. Микросхемы, электродетали, текстолит для плат, тридцать метров тонкой медной проволоки. Странный список покупок… Уж во всяком случае это не то снаряжение, которое обычно берут с собой в поход. Он шел на Янтарь. Может, в лагерь ученых? Но если он просто нес нужные им детали, то почему ничего не сказал? И почему до сих пор не вернулся? Ноги по колено утопали в пышном зеленом ковре, не желая попадаться на глаза возможным патрулям армейских, зачастивших в последнее время на Агропром, Валькирия сильно забрала к западу, обходя комплекс НИИ дальней дорогой. Однако этих мер предосторожности оказалось недостаточно. Вдруг ожил КПК и выплюнул из себя короткую фразу: – Ни с места, сталкер. Назови себя. Давило на виски и жутко зудела правая щека. Валькирия знала отчего. Это был взгляд. Спокойный и уверенный взгляд человека, глядящего на тебя сквозь прицел снайперской винтовки. Она послушалась и не стала делать резких движений. Осторожно выудила из кармана КПК. Входящий вызов не был подписан, но характерные интонации выдавали в заговорившем человека военного. И были смутно знакомыми. – Синицын, ты что ли? Вояка на том конце «провода» удивленно взбулькнул. – Валькирия? Какого черта тебе здесь понадобилось? – Я в поиске. Иду на Янтарь. – Твой поиск окончен, – отрубил лейтенант Синицын. Жестко отрубил, будто и не он в свое время дал Валькирии заказ на поиск пропавшей разведгруппы, а потом подбивал к девушке клинья. – Но… – Никаких «но». Обойдется твой заказчик. А может именно потому. – Слушай, Дима… – выдохнула Вика. – Нет никакого заказчика. Я друга ищу. Лейтенант замялся. – Соболезную, – он прокашлялся. – Но пропустить не могу. – Да почему, черт тебя дери? – взъярилась девушка, но офицер ее перебил: – Вика… Послушай. Я не могу тебе ничего объяснять. Будь на твоем месте кто другой, я бы даже разговаривать не стал. У меня приказ… стрелять на поражение. А теперь, пожалуйста, развернись и уходи. Правую щеку прямо-таки жгло огнем. Вика словно наяву видела, как ожидающий приказа снайпер, перебирает пальцами по ложу винтовки, проводит языком по пересохшим губам. И все же она медленно достала из кармана флешку Сидоровича и вставила ее в КПК, не прерывая разговора. Ключ от всех дверей, говорите? На брелке замигал желтый огонек. На экране появилось небольшое окошко со всего двумя кнопками «Send» и «Cancel». Недолго думая, Валькирия нажала на первую. Желтый огонек загорелся ровно, зеленый светодиод часто-часто заморгал. – Какого… – выдохнул собеседник. И спустя несколько секунд, изменившимся голосом продолжил: – Проходи. «И что это было? – удивленно подумала Вика. – Гипноз, психическое оружие, зомбирование типа двадцать пятого кадра? Или своего рода взятка? Деньги ведь открывают любые двери». – Может, все-таки объяснишь, что случилось? Синицын кашлянул. – Хоть у тебя и влиятельные знакомые, Вика, но не настолько, чтобы я делился с тобой секретной информацией. Скажу только одно: увидишь свечение – беги. С тихим треском связь прервалась. Ощущение пристального взгляда исчезло. Девушка покачала головой, сглотнула наполнившую рот тягучую слюну и вытащила флешку из КПК. Все это воняло, как вылезший из болота снорк. Интересно, как Медведь пробрался мимо дозора вояк? Или этот дозор поставили уже после того, как он прошел здесь? Остаток пути прошел как обычно. «Как обычно» в походе на Янтарь означало долгое и выматывающее лавирование по полю с «вывертами» (но все лучше, чем лезть на озеро с Дикой территории через тоннель полный «жарки») и периодические стычки с зомби. Наконец взору Валькирии предстало знаменитое озеро, давным-давно высохшее и превратившееся в мелкое болотце. Посередине угловатой тенью серела лаборатория экологов. Увы, получить у ученых информацию не удалось и даже волшебная флешка не смогла помочь. Никто попросту не ответил на запрос связи, КПК и интерком у входа молчали. Вика пожала плечами и отошла от безмолвной двери. Пытаться выбить ее не было никакого смысла, это не удалось даже отряду наемников штурмовавших преграду с помощью гранатомета. Захватить же с собой тяжелый танк девушка как-то не догадалась. Да и ни к чему это. Если Медведь не сидит в бункере (а будь это так, ответил бы на вызов), значит, ушел дальше на север, к заводу. Туда, куда соваться никак нельзя. Туда, откуда не возвращаются. Вскоре нашлось косвенное подтверждение последнему умозаключению. У края болота обнаружился труп зомби с разнесенным дробью черепом. Мертвец был свежим и умер, если уместно так говорить о «пустышках», день или два назад. Тряхнув головой, Валькирия решительно захлюпала по мелкой ржавой и мутной воде. «За каким лешим тебя туда понесло, дружище? Вы с Дядькой и Угрюмым так рвались на Янтарь... зачем? Затем, чтобы ты один пошел туда, бросив своих товарищей? Или ты пошел один именно потому, что хотел сохранить им жизнь?» Забор из ржавой сетки-рабицы приближался. Удивительно, но в пределах видимости не было заметно ни одного зомби, хотя больше всего Вику поразило не это. Над главным корпусом завода в небо поднимался светящийся молочно-белый вихрь. Будто огромный рой светлячков медленно вращался в воздухе. И судя по тому как увеличивался диаметр воронки, новые светлячки все прибывали. «Увидишь свечение – беги», – вспомнила она слова Синицына. «Прости, Димка, но я не последую твоему совету. Мне поздно отступать». Она и сама не знала, почему поздно. Просто знала и все. В ушах шумела кровь, в глазах плыло от нарастающей мощности пси-излучения, но Вика упрямо сделала шаг вперед. И еще один. Где-то в глубине сознания, куда еще не добрался низкий вибрирующий гул, мелькнула мысль о том, что нужно остановиться, что впереди только смерть или нечто даже хуже смерти. Поздно. Ноги сделали еще один шаг, и Валькирия оказалась за прохудившимся забором. Вихрь светлячков налетел на нее, запорошил взор. Нет, не светлячки. Снег. Холодная северная вьюга промчалась перед глазами, и свет померк… …А когда вновь появился, не было никакого завода, не было ржавых труб и полуразваленных кирпичных зданий. Была широкая, насколько хватало глаз, каменистая долина, по краям окаймленная хмурым сосновым лесом. В небе зависли тяжелые тучи, но света было вполне достаточно. Лишь редкие снежинки кружились в морозном воздухе, оседали на тяжелый плотный плащ, отороченный волчьим мехом, скользили по вороненой стали кольчуги. Изумиться произошедшей с ней перемене Вика попросту не успела. Да и не было никакого удивления, будто крылатый шлем, броня до колен и копье в руке, это ее обычный наряд. К тому же перед ней стоял Медведь. Живой и здоровый, жизнерадостно ухмыляющийся… и весело поигрывающий двуручным топором. Одет он был примерно так же, с той лишь разницей, что его головной убор венчали рога, а не крылья. Рыжая борода и непокорные вихры, торчавшие из-под шлема, делали его еще больше похожим на средневекового викинга. – Наконец-то ты явилась, – прогудел Медведь. – Я уж заждался. Вика хотела улыбнуться, ответить в том же духе, мол, рада тебя видеть… А вместо этого чужой холодный и сильный голос произнес ее губами: – Что ты делаешь здесь, человек? Последнее слово прозвучало едва ли не с презрением. Рыжий дернулся, словно от пощечины, улыбка сползла с его лица. – Странно слышать от тебя такое, – пробормотал он. – Ведь мы… – Что ты делаешь здесь? – прозвенел все тот же чужой голос. Улыбка Медведя окончательно погасла. – Наслаждаюсь дарами посмертия! – сердито рыкнул воин. – Уж ты-то должна об этом знать! – По какому праву? – рука в стальной перчатке сжалась на древке копья. – По какому? Я это заслужил! – Молчи! – в голосе звенела ярость. Она сделала шаг вперед, и мужчина крепче сжал топор. – Кто дал тебе право решать, что будет после смерти? Кто дал тебе право бежать от своей судьбы? Открой глаза и прими свою смерть, как подобает мужчине! – Что ты несешь, сучка? – взревел Медведь. – Где ты, по-твоему, находишься? – вместо ответа прошипела девушка. – Как это где?! Посмотри вокруг, чокнутая! Мы в Вальгалле! – Ты дурак, – в голосе Валькирии растеклась усталость. – Вальгалла – творение Асов, туда попадают с поля боя, с оружием в руках. Так ли ты встретил свою смерть? Ну, скажи мне, где десятки поверженных врагов? Где голос земли, подпевающей твоей предсмертной песне? Она надвигалась на него, заставляя пятиться и тискать топорище. – За свою жизнь я убил достаточно врагов, – глухо прорычал Медведь. – Я заслужил покой! Я заслужил место в зале славы! И вот я здесь! – Ты просто воспользовался выжигающей силой пси-излучателя, чтобы сотворить себе уютный мирок из грез, – слова лились мерным, почти торжественным речитативом. – Ты сбежал. Ты бросил друзей. Ты слаб. Таким как ты не место в чертогах Вальгаллы, ее пиры не для тебя. Ты должен уйти. Воин остановился. Оскалился и замотал головой. – И стать бессловесной «пустышкой»? Черта с два! – Уходи. И прими свою судьбу. – Нет! Валькирия остановилась. Склонила голову, будто принимая решение человека, хоть и осуждая его. – Что ж… Копье, словно живое, рванулось вперед, опутывая рыжего паутиной выпадов. Медведь взревел, отмахнулся топором, но Валькирия легко разорвала дистанцию. Налетела вновь, распахнулись за спиной белые крылья, и кончики перьев вдруг сверкнули острой сталью. Бородач взвыл, поджимая располосованную до кости руку. Топор ударился об землю, и в морозном воздухе мелькнуло копье. Тяжелые алые капли, смешиваясь с легкими снежинками, упали на землю. Следом тяжело рухнул на колени Медведь. – Дева Битвы… – прошептали белеющие губы. – Унеси меня с собой… – Прости, – печально склонила голову Валькирия. – Ты упустил свой шанс. Налетевший порыв ветра взметнул с земли снежную пыль… …И вновь вокруг были развалины завода, ржавый покосившийся забор, летняя жара. Никаких светящихся вихрей светлячков или чего там еще. А в двух шагах от Вики лежал Медведь. Остекленевшие глаза равнодушно пялились в ярко-голубое небо, в руках он сжимал какой-то металлический обруч с проводами. На груди сталкера расплывалось кровавое пятно. Вика упала на колени рядом с трупом и расплакалась. * * *