British Warlock

Осеннее утро 2 сентября 1995 года было достаточно свежим, несмотря на пасмурную погоду. Чрезмерно темные тучи, буквально кричащие о надвигающейся буре, не пугали предпочитающего дожди Деймона, поэтому Фрей, переодевшись в привычную полувоенную маггловскую одежду – черную куртку с капюшоном, ботинки и камуфляжные штаны – и нацепив легкий рюкзачок для съестного из хогсмидских лавок, выскочил из подземелий и направился на улицу. — Куда-то спешите, мистер Фрей? – прозвучал сбоку знакомый голос декана. Слизеринец усмехнулся: — Доброе утро, сэр. Сегодня у нас нет занятий, поэтому я решил пройтись возле Черного озера. А заодно – изучить местность. Старая привычка, что тут скажешь. — Не возражаю. Разрешение на посещение вами Хогсмида я уже получил, так что ваша свобода передвижения не ограничена... в разумных пределах. – Северус пронзительным взглядом осмотрел студента, но его лицо осталось незыблемым. – Можете идти. В ответ пятикурсник кивнул и двинулся к выходу. *** Вдох. Выдох... Вдох. Выдох... Парень прибавил темп, переходя практически на спринт. Небо из серо-голубого стало буро-фиолетовым: циклон приближался все ближе. Наконец, когда парень добрался до места, где небольшая речка впадала в озеро, начался мощный ливень, сопровождаемый шумом грома и вспышками молний. Спрятавшись под деревом и наложив простенький щитовой барьер, Деймон уселся спиной к стволу. Обогнуть все Черное озеро и добраться до замка он все-таки не успел... Свежий воздух пьянил, словно выталкивая из тела и разума всю пыль от слизеринских подземелий. Слегка расслабившийся Фрей развалился у дерева и взглянул на озеро: вся местная живность лихорадочно носилась туда-сюда, перепугавшись вспышек молний. Чем-то напоминает Британию в целом: пока не происходит эксцесс, перетряхивающий все до основания, каждый человек бездействует, полагаясь на милость судьбы. Вот только с человеком постоянно происходит все самое отвратное... Закон Мерфи как он есть. Итак, нужно каким-то образом добраться до старых сводок и отчетов об операциях аврорского корпуса во время войны. Герр Дитер говорил, что на пятом курсе учится племянница главы Департамента магического правопорядка, Сьюзен... Боунс, кажется. Вот только очередной змеюке, да еще пришедшей из темномагической европейской школы, она вряд ли что-то скажет. Вполне справедливо. Второй вариант – заручиться поддержкой кого-то из чистокровных слизеринцев. Зависит от того, как себя поставить... однако есть одна проблема. Нет, даже две. Во-первых, мне, как не вполне чистокровному волшебнику, могут отказаться помогать. Во-вторых, Драко Малфой, мнящий себя не менее чем местным принцем, явно начнет играть на этом факте против меня. Можно попробовать уточнить у Гринграсс... Деймон ухмыльнулся, вспомнив, как Дафна отреагировала на его размышления о политике Темных Лордов, и практически сразу же отбросил эту затею. Легким движением руки Фрей приблизил к себе лежавший рядом камень и швырнул его в воду, после чего поднялся на ноги и легким бегом двинулся обратно к замку. *** — Так-так-так, смотрите, кто тут у нас! – манерно растягивая слова, выплюнул Драко Малфой, подходя к бывшему кадету со скрещенными на груди руками. Стоявшая позади него парочка горилл расправила пальцы рук с показным хрустом и вытащила палочки. Фрей хмыкнул и, взмахнув руками, щелкнул пальцами. Экспеллиармус! Оружие оппонентов тут же выскочило из их рук. Да, герр Дитер был прав: таскать в рукавах пару контрабандных палочек никогда не помешает. Главное, чтобы ищейки потом не прицепились... — Ты всегда таскаешь с собой телохранителей? Не забывай, им надо есть, спать, размножаться... – с ухмылкой ответил Деймон. – Или у вас с этим проблемы, парни? А может, Драко предпочитает и девушек, и... — Заткнись, выскочка! – прошипел белобрысый. – Ты думаешь, что можешь просто заявиться сюда и игнорировать местный порядок? Устало вздохнув, Фрей покачал головой и осмотрел школьный дворик. Людей вроде бы не видно, так что... Правая рука резко врезается в солнечное сплетение аристократа, мгновенно выбив из него весь воздух и заставляя согнуться от боли, а затем деловито вытаскивает из внутреннего кармана дорогого пиджака палочку. Левая, одетая в чёрную непроницаемую перчатку, сжимает горло Драко, буквально вдавливая кадык как можно глубже. "Принц" оседает на землю, но так и не касается ее коленями – Деймон держит противника на весу, вжав острие палочки в его грудь. — Дернетесь – и я сломаю ему шею. А потом вы оба скажете, что это вы его прикончили. Ведь... Империо способно и не на такое, правда? Или ты так и не усвоил прошлогодний урок защиты от Темных Искусств? — Мой отец... — Твоего отца здесь нет, – вкрадчиво прошипел Деймон на ухо Малфоя, резко изменившегося в лице: с Фрея моментально слетела насквозь лживая маска джентльмена, а голос новичка стал походить на хриплый шепот бешеного зверя, готового сорваться с поводка по первому же приказу. – А без него ты никто. Пока что я вижу лишь тряпку и труса, который даже шагу ступить не может без ручных собачек, в которых он превратил не кого-нибудь, а лучших друзей. Конечно, мистер Малфой может отправить меня в Азкабан... но ты не забывай, кто верен Темному Лорду по-настоящему. Пока Малфой осознавал сказанное и не верил, что кто-то вот так запросто может наплевать на его статус, Деймон резко встряхнул его, приводя в чувство, и сдавил горло еще сильнее: — Тебе, как высшему слою общества, было дано пять гребаных лет на то, чтобы поднять Слизерин со дна, в которое он рухнул. Ты и только ты должен был обеспечить плацдарм для возвращения господина. Должен был убедить и наших, и другие факультеты в том, что идея милорда заслуживает право на существование. А вместо этого сами слизеринцы говорят лишь о высокомерии богатенького папиного сынка, которого давно пора вывалять в гиппогрифьем дерьме! Крэбб и Гойл отшатнулись. Кто этот мальчишка? Никто не смел так разговаривать с самим Драко Малфоем, а тем более – бить его! И даже тот случай с этой грязнокровкой Грейнджер на третьем курсе... — Ты, Малфой, просрал все, что можно. Поэтому проблему изоляции змеек придется решать мне. Здесь и сейчас. Будешь мне мешать или прикажешь своим прихвостням это сделать – отработка у Филча покажется тебе раем. Если я узнаю – а я узнаю, можешь даже не сомневаться – что Люциус Малфой делает что-то помимо промывания Фаджу мозгов, то эти самые мозги я буду промывать уже тебе. Насовсем и полностью. И еще – хоть одно слово в адрес Гринграсс, и... ну ты понимаешь, верно? У меня на нее свои планы. Только знать об этом посторонним необязательно. — Ты... об этом... пожалеешь!.. – Драко захрипел, и Фрей слегка ослабил хватку. — Возможно. Но если тебе действительно важно, чтобы мы наконец избавились от грязнокровок и прочего сброда, ты заткнешься и сделаешь так, как я сказал. Тебе все ясно? В ответ Малфой лишь кивнул головой. — Вот и молодец. Мы многое можем сделать во имя Темного Лорда, не правда ли? Наконец бывший кадет ослабил хватку и помог однокурснику приподняться, после чего деловито стянул с плеча рюкзак и одним движением вытащил бутылку с апельсиновым соком. — К вам обоим никаких претензий, – и напиток медленно перелетел к ладони Крэбба. – Хорошего дня, парни. И Деймон Фрей вальяжно направился ко входу в замок, готовясь получить заклятие в спину... но оно так и не прозвучало. *** Следующие часы его выходного ушли на то, чтобы осмотреть замок. Несмотря на древность, Хогвартс был неплохо спроектирован, но Фрей до сих пор ругался на неуправляемые лестницы, способные в любой момент сменить направление. Кабинет завхоза на удивление органично сочетал бытовые и пыточные инструменты, а кладовая для преподавателя зельеварения возле с Больничного крыла оказалась закрыта чрезмерно сложным паролем. Для прохождения в Запретную секцию школьной библиотеки требовалось разрешение от декана. Впрочем, новичок не строил иллюзий на этот счет – наверняка после Магической войны содержимое основательно вычистили или спрятали подальше. А вот в Дурмстранге отводились некоторые часы для изучения "отдельных аспектов истории магии", однако за красивыми словами прятались фактически запрещенные книги, повествующие о Темных искусствах и Темных волшебниках различных времен. Отдельным подарком судьбы стал приз за лучшую успеваемость на четвертом курсе: отрядный, Борис Дерюжка (1*), вручил Деймону Фрею фолиант про вклад института в магические войны – оказывается, и Геллерт Гринделвальд, и Антонин Долохов были крайне могущественными колдунами с уклоном в чернокнижие. Приятным сюрпризом оказалась ванная старост, но Деймон с заметным сожалением оставил затею как-нибудь пробраться внутрь – никто, кроме слизеринцев, и то не всех, вряд ли захочет с ним общаться, а сравнительно симпатичная мисс Паркинсон (и почему ее называют мопсом?) ни на кого, кроме своего мерзкого коллеги, даже смотреть не хочет. А жаль. Слизеринец впервые искренне благодарил дурмстрангских преподавателей и даже Каркарова: именно они дали ему толчок для развития. Планируешь авантюру? Изучи место, чары, преимущества и слабости предполагаемого противника – и бей без колебаний. А самым лучшим местом в Хогвартсе оказалась Астрономическая башня: высоко, тихо и живописный вид, прямо как в Баварских Альпах. Фрей встал возле перил и облокотился на них, впервые за последние два дня искренне улыбнувшись. Горная цепь где-то вдалеке пробудила воспоминания... — ...Герр Дитер! А почему мы поднялись так высоко? Немец хмыкнул и показал мальчику рукой на одну из соседних горных вершин, засыпанных снегом. Деймон перевел взгляд на скалу и кивнул. — Догадался, да? Я слегка поколдовал над местностью, здесь снега меньше. Ты же не хочешь, чтобы нас накрыло лавиной? Фрей покачал головой. Он до сих пор не мог взять в толк, зачем Вюрхе принес с собой это маггловское оружие. Ведь у него уже есть волшебная палочка, которая круче любого автомата! — Мы что, будем стрелять? — Верно, молодой человек. — Но мы же волшебники! Зачем нам эта... простецкая штука? Вюрхе засмеялся и потрепал воспитанника по голове, а затем присел на камень рядом с ним, вытащив странный пистолет темно-серого цвета. Легкий щелчок – и обойма выскользнула в руку Дитера, который мгновенно перебросил оружие своими пальцами так, что верхняя часть отъехала назад, выплюнув наружу маленький кусочек металла (2*). Немец убедился, что теперь разряженный "Глок" абсолютно безопасен, и протянул его Деймону. — Как ощущения? — Он... холодный. Но держать удобно. И вроде не очень тяжелый, чуть тяжелее пачки конфет. — А знаешь, что самое интересное? На недоуменный взгляд Фрей опекун поднялся с камня и вытащил из кармана пальто три маленьких человечка красного цвета. Один взмах палочкой – и они увеличились в размерах до нормального роста. Дитер отошел на десять шагов, воткнул острия мишеней в землю и наложил щитовой барьер. Затем немец вернулся к Деймону, взял у него из рук пистолет и зарядил его. — Я уверен в своих расчетах, но все-таки попрошу тебя использовать Щитовые чары. Вас же этому уже учили? — Да, герр Дитер. – и мальчик не очень умело провел палочкой вокруг себя, формируя плотную магическую пленку. Вюрхе кивнул и вскинул оружие. Три выстрела слились в один. Затем немец постепенно выпустил по мишеням все оставшиеся четырнадцать патронов. Фрей помотал головой, отходя от гула в голове, и взглянул на опекуна, после чего тот взглядом отправил его к мишеням, в которых появилось семнадцать отверстий. Но... но как? — Стойте, вы ведь... — Именно, парень. Так что, ты все еще считаешь пистолет "простецкой штукой", которую переплюнет любое заклинание? – и в ответ на мотание головой Дитер перезарядил "Глок" и осторожно протянул его воспитаннику. – Думаю, будет справедливо, если ты сам попробуешь. Пока что вот тебе два правила. Первое – оружие нельзя наводить на людей просто так. Второе – не надо резко нажимать на спуск, то есть вот этот крючок. Нужно действовать плавно и спокойно. Школьник осторожно взял "Глок" в руки и при помощи Дитера прицелился в ближайшую мишень. Бах! От неожиданности и непривычки парня отбросило назад, а ладони слегка заныли. Красное плечо ближайшей мишени лишилось кусочка. Второй выстрел проделал дыру в ее "животе". — Заметь, Деймон, барьер все еще работает. (3*) *** Шаги на лестнице выдернули Деймона из воспоминаний. Повернув голову на полоборота, Фрей увидел, как к нему приближается силуэт – судя по юбке и стройным ножкам в колготках, женский. — Вообще-то сюда запрещают подниматься в дни, когда нет занятий по астрономии. — Зря, – хмыкнул новичок, узнав голос. – Такой красивый вид, а его откровенно игнорируют в угоду учебе. В этот момент Деймон наконец разглядел говорившую. Девушка, ниже него, с короткими черными волосами и белой кожей. Паркинсон, вчерашняя помощница Малфоя, слизеринская староста. — Хорошо, что тебя поймала именно я. — Поймала? – Фрей применил самую добродушную и обезоруживающую улыбку. – А мы что, на месте преступления? Паркинсон тоже улыбнулась: новичок, несмотря на слова Драко о наглой и самодовольной сволочи без уважения к его персоне, оказался совсем не... не дурмстрангцем. Когда Панси пыталась представить себе европейских студентов, то в голову ей приходили исключительно суровые семикурсники вроде Виктора Крама, приехавшие год назад на Турнир Трех Волшебников. На Турнир, где один из чемпионов погиб, и волшебников действительно стало трое. Слизеринка не забывала, что Фреи – не аристократы, а Деймон вообще на четверть нечистокровный волшебник, и тем более не понимала, почему, несмотря на свое происхождение, Фрей так яростно поддерживал политику Темного Лорда. — Извини меня, но я не знаю твое имя... — Персефона, но друзья зовут меня Панси. — Звучит интересно, – усмехнулся бывший кадет и кивнул, – но как я понимаю, пока что я в число твоих друзей не вхожу? — У нас тут не откровенничают и не говорят правды, Фрей. — Я слишком прямолинеен для Слизерина? Значит, мне еще долго вытаскивать Дурмстранг из мозгов... – Деймон пожал плечами и достал из рюкзака вторую бутылку с апельсиновым соком, после чего наколдовал из воздуха пару стаканов. Хммм... а насколько она откровенна? Судя по слухам, мисс Паркинсон от принца не отходит, а тут внезапно одна, да и еще так далеко от подземелий. Я, конечно, могу ошибаться, но либо парочка поссорилась, либо Малфой отправил ее шпионить за мной. Впрочем, если вести себя правильно... — Мисс Паркинсон, – брякнул Фрей, пародируя голос Снейпа, – мне даже не надо угадывать ваши мысли, написанные на лице. "Я староста факультета и должна подумать над серьезным вопросом". Неожиданно для него эта фраза обезоружила девушку напрочь, и она рассмеялась, взяв стакан. В ответ слизеринец издал лишь каркающий смешок. Еще где-то три минуты они стояли рядом, глядя на освещаемые солнцем горы. — Почему ты... ну, за Темного Лорда, несмотря на... – Панси наконец решилась разорвать тишину "серьезным вопросом". — Не лучшую родословную? – вздохнул Деймон. – Последнему выжившему Фрею можно было отказаться от наследия и памяти моей семьи, можно было остаться в Германии, но... как смешно это ни звучит, я британец, и мне, как моим родителям, не плевать на свою страну. Я против того, чтобы магглы и магглорожденные волшебники лезли к нам со своими порядками. Против того, чтобы факультет великого Салазара Слизерина, где учились мои предки, превратился в прибежище для изгоев. И это, как ни странно, даже правда. — Прибежище для изгоев? – Панси определенно оскорбилась этими словами. — За последние пятнадцать лет наш факультет залит грязью от основания до самого верха, потому что здесь учился и Темный Лорд, и почти весь его ближний круг, не считая Долохова. В нашу идею не верят, поэтому борьбу за мозги мы проигрываем. Кто такой слизеринец? Человек с клеймом злодея и темного волшебника. А других, по их мнению, здесь не выращивают. — Да, засилье грязнокровок в Хогвартсе – это проблема. Вечно суются не в свои дела и мешают нормально жить! – прошипела Паркинсон. — Что-то мне подсказывает, леди Персефона, что на этих самых грязнокровок вам плевать. И тебя, и нашего несравненного мистера Малфоя раздражает исключительно одна гриффиндорская личность, которая ходит под ручку с другой, – Фрей вновь усмехнулся, заметив недовольный взгляд девушки. – Не удивляйся, в Хогвартс-экспрессе можно услышать много интересного. — Эта Грейнджер ведет себя так, словно ей известно о магическом мире все! Даже Драко не может обставить ее на уроках, вот она и зазнается! Да еще ее дружок Поттер... Вот оно что! Малфой не сдружился с Мальчиком-Который-Выжил, затаил обиду и решил мстить своей аристократичностью. Просто "гениальный" ход, достойный богатея-придурка. — Меня бы больше беспокоил... или интересовал тот факт, что девчонка, которая до одиннадцати лет не знала, что такое волшебство, учится лучше человека, который с детства живет исключительно в магическом мире. Тебя ничего не смущает? — Потому что мы слизеринцы. Как ты и сказал, нас ненавидят три других факультета и все преподаватели, кроме профессора Снейпа, – Паркинсон устало покачала головой. – Мы дети проигравшей в кровавой войне стороны, вот на нас и отрываются как могут. И через Грейнджер в том числе. — Поэтому вы и огрызаетесь, правильно? – Деймон втянул в себя последние капли из стакана. – Решили изолироваться от остальных и заявить, что вы и без них неплохо проживете. В принципе, все логично... только ситуацию не решает. Это лишь бег по кругу. Панси замолчала, обдумывая услышанное: такую позицию она еще не встречала. Хотя... А какой выход может предложить Фрей? Сдаться под напором грязнокровок? Не будет этого! — И самое паршивое, что я тоже не знаю решения этой проблемы, – словно прочитав ее мысли, процедил Деймон. – В той войне Темный Лорд был традиционалистом, если я правильно читал нормальные книги. Он, мои и... твои родители? – слизеринка покачала головой, – воевали за то, чтобы наш мир не рвали на куски в угоду реформам. А сейчас все изменилось. Змейки открыто презирают грязнокровок, а отдельные, вроде твоего коллеги, призывают едва ли не уничтожать таковых. Да что там, даже на нашем факультете явно не все поддержат Темного Лорда – кому-то хочется отойти от политики и просто жить. Вон, та же Гринграсс: наш принц к ней клеится, а она даже его отшивает... Паркинсон практически сразу же побледнела. Фрей ухмыльнулся про себя: Мордред, она точно влюблена в Малфоя, а он тут такое наговорил! Прямое попадание! Благодарность кадету Фрею! Осталось только немного дожать... — Как по мне, надо было просто дать грязнокровкам понять: хоть мы и проиграли войну, но вы, безродные, пришли в новый, чужой для вас и принадлежащий нам мир, и если хотите стать в нем своими, то должны учесть старые порядки. Но увы, историю не перепишешь. Если бы Диппет додумался хотя бы до создания дошкольного пансиона при Хогвартсе, насколько все было бы проще... — Странная у тебя теория, словно тебе плевать на чистокровных волшебников. – Персефона наконец справилась с собой и прищурилась, словно нунду перед прыжком. Ну естественно, другому-то пониманию вещей тебя и не учили. Мордашка симпатичная, тело тоже ничего... а с мозгами еще работать и работать. — Даже если истребить всех грязнокровок, а редких уцелевших выгнать из магического мира, факт остается фактом: после Великой волшебной и Британской магической войн магов стало слишком мало. Мы вымираем. Я не говорю уже про тех чистокровных, которые поддерживают Дамблдора и предпочтут эмигрировать или погибнуть в бою. И даже если нам с тобой прикажут превратиться в "поставщиков" нового поколения волшебников, кровосмешение опять идет по кругу, раз за разом. Итог? Маги из Англии, Уэльса, Ирландии и Шотландии превратятся в безмозглых уродов. Генетика – вещь упрямая. — Это маггловская наука! – вскричала Панси, отшатнувшись. — Это наука, и ее не интересует наше происхождение. — Да ты себя слышишь? Ты фактически... изменник! — Скорее еретик. Не забывай, я слишком долго учился в Дурмстранге, где магический и маггловский мир связаны теснее, чем здесь, – Деймон пожал плечами. – Но не беспокойся: моя семья была верна Темному Лорду, и я последую по их стопам. Единственное, чего я точно не хочу, так это того, чтобы наша победа в грядущей Второй войне обесценилась вот таким жутким образом. Поэтому планировать будущее надо уже сейчас. Слизеринка помотала головой, пытаясь переварить всю полученную информацию, и покачнулась. Драко был прав, Деймон действительно пренебрегает традициями... но остается верным Темному Лорду до конца, а его слова не лишены логики. И почему Гринграсс? Чем она лучше нее? Ледяная Королева, хоть и красива, это правда, но она безэмоциональная, сухая стерва! Почему Драко хочет именно ее?! Дафна Малфой – даже звучит отвратительно! Ведь... ведь идеальный мир не должен так выглядеть! Не должен же, да? — Мир никогда не бывает идеальным, – произнес Фрей, и в этот момент Панси поняла, что последняя фраза прозвучала вслух. Она лишь медленно развернулась, сбросив руку Деймона со своего плеча, и пошла к ведущей вниз лестнице. Бывший кадет взглянул вслед однокурснице и тяжело вздохнул. Вот и посмотрим, что будет дальше. Вот такая она, верность Волан-де-Морту, с двойным дном. А ты теперь думай, Паркинсон. Не поверишь сейчас – пожалуйста, утешайся с Драко, если сможешь... ну, пока он окончательно не наиграется с тобой и не убежит к кому-нибудь посмазливее. А Деймон Фрей – весьма открытый человек: и Блейзу посоветует пару коктейлей, и жилеткой для разбитых девчачьих сердец послужит... Мимолетная ухмылка, возникшая на лице Фрея, тут же исчезла с его лица.