British Warlock

Это определенно непросто. Нет, не так. Это практически невозможно. До нового урока Отряда Хогвартса оставалось меньше часа, когда Деймон с задумчивым выражением лица кинул в рюкзак трактат по менталистике – теперь он выучил новые формы защиты своих воспоминаний. Если бы Ульрик Диркемиттер, вручивший Фрею запрещенный фолиант за авторством бойца Падшей Армии, стоял рядом, то удостоился бы медвежьих объятий и как минимум пяти бесплатных зачарований артефактов. Хранилище Памяти оказалось порождением профессиональной легилиментки Куинни Голдштейн, присоединившейся к Гринделвальду в 1927 году. Ввиду постоянных сражений и захвата пленных с обеих сторон она каким-то образом смогла использовать разум волшебника и превратить его в некий гибрид сейфа, Омута памяти и системы паролей на двери факультетских гостиных. По изначальному плану предполагалось прятать часть информации от окружающих – сам же носитель или его непосредственный куратор знал "отпирающую" и "запирающую" фразы, служившие некими ключами для доступа к сознанию и последующему извлечению воспоминаний. Нюансов было порядочно. Во-первых, отделение воспоминаний и помещение их в "ячейку" было делом крайне неспешным – в противном случае недостаток концентрации у волшебника приведет к тому, что "ячейка" полностью поглотит не только конкретные факты, как положено, а все сознание с минимальной возможностью его извлечения. Вдобавок требовался краткий период "реабилитации" для мягкого сращивания фрагментов памяти – хотя бы несколько часов сна, иначе легилимент догадается, что проводились корректировки. Во-вторых, описывался негативный процесс "замены" воспоминаний. Оказывается, один из неназванных испытателей негласно попытался сформировать в "ячейке" вторую, противоположную личность, но из-за того же недостатка концентрации маска наложилась на оригинал, создав самое настоящее раздвоение – из-за чего работу над Хранилищем временно приостановили. Автор фолианта считал, что данный метод позволяет произвести "копирование" личности – что в сочетании с предоставленным куратору паролем делало волшебника устойчивым даже к радикальному Обливиэйту. Чем-то напоминает плотный пузырь, содержащий жидкость и эластичную стенку посередине. Расслабил преграду и переместил часть воды – все, теперь она не вытечет. Вот если сместить всю воду и залить порцию, скажем, серной кислоты, а затем открыть барьер... Мда. Нехорошо как-то получилось. Рекомендовалось комбинировать эту методику с другой, которую практиковал Дитер Вюрхе-Краффт, то есть со сменой точки зрения на факты и обстоятельства при помощи собственного воображения. Обладая опытом использования как легилименции, так и окклюменции, можно было подменять собственные воспоминания, поверив в их истинность – это доставило бы проблемы дознавателям противника: как легилименту, так и обладателю порции веритасерума. Следовательно, все зависит от корректности поставленного вопроса: нужно знать, что, как и у кого спрашивать. "Вы убили человека с помощью Убивающего заклятия? Конечно же, нет! Это моя палочка осуществила смерть несчастного". Умопомрачительная наглость, конечно, но ничего не поделаешь. А если использовать параллельно Хранилище и созданные с помощью самовнушения поддельные воспоминания... ох, даже представить страшно. "Кто убил волшебника? Кто-то". Или вовсе "нет, я его не убивал, это сделал абстрактный Джон Смит или какой-нибудь конкретный Драко Малфой". Правда – это не истина, это лишь слишком субъективное восприятие реальности. (1*) Перед Фреем вставали все новые и новые вопросы без четких ответов. Как к Диркемиттеру попала эта книга? Либо трофей, либо напротив, являлась подарком от предков. Полузаброшенный штаб Гриндельвальда обнаружили уже после предательства Дамблдора, осенью, – а версия, что многие экземпляры из архива, библиотеки и лабораторий были спрятаны, подтверждается потайной секцией в Краффт-хаусе. И ведь додумались наложить защиту от копирования! Почему тогда эту методику никто не использовал? Судя по 1945 году издания трактата, применить Хранилище в массовом порядке солдаты Гринделвальда попросту не успели – слишком поздно оно было доведено до ума. А если я воспользуюсь непроверенными чарами, то мои крайне скудные ментальные навыки скорее сварят мне остатки мозгов, чем помогут. Так или иначе, плана нет. Надо формировать ментальную проекцию хотя бы на уровне Гринграсс, и такую, чтобы ее визуал отталкивал вторженца прямиком в ловушки. Белый коридор с серыми железными дверями? Или, чем Мордред не шутит, парящий в пустоте островок из черного камня? (2*) Подхватив рюкзак одной рукой, Фрей вышел из пятьсот седьмого кабинета. Обычный путь через три этажа на этот раз занял аж вдвое больше времени, чем обычно – как назло, сегодняшнее перемещение лестниц словно пыталось помешать слизеринцу добраться до места назначения. Еще Деймона заставило насторожиться подозрительное поведение некоторых портретов: как минимум трое почивших магов пристально наблюдали за его передвижением, или отворачиваясь в последний момент, или демонстративно переводя взгляд в стиле "вот еще, буду я на тебя пялиться". Когда Деймон все-таки добрался до Выручай-комнаты, он вспомнил, что Амбридж так и не смогла попасть в кабинет Дамблдора, содержащий бесчисленное портретов директоров Хогвартса и других важных персоналий. А поскольку мертвые волшебники могли перемещаться по собственным и не только портретам, то старикан все еще был способен наблюдать за школьными коридорами... Фрей добавил в список еще один пункт: избавиться от слежки, при этом не повреждая сами картины. Он не знал, что запас сюрпризов за сегодняшний вечер еще не иссяк. *** — Стоп-стоп-стоп, что?! — А чему ты удивляешься? – спросил Поттер, глядя на Фрея. – Ты был кадетом Дурмстранга, тебе знакома манера командования... Количество членов Отряда медленно, но верно растет, теперь сюда приходят и младшекурсники. Мне сложно справляться с ними одновременно, вот я и решил, что... Деймон отмахнулся и фыркнул. — Умопомрачительно: ты – и принял решение самостоятельно! Ладно, пускай так. Все равно ваше трехцветное сборище не признает меня вторым инструктором хотя бы потому, что я слизеринец и член Инспекционной дружины в придачу. Не говоря уже о прочих трудностях. Кратковременный мозговой штурм дал Фрею понять: данный шаг Поттера был одновременно и в чем-то логичным, и в чем-то совершенно сумасбродным. Число сторонников Поттера, судя по именам в списке гриффиндорской заучки, медленно, но верно приближалось к полусотне человек – поэтому второй командир был действительно необходим. Проблема заключалась в том, что Уизли не подходил из-за неусыпных зачатков инфантильности, а Грейнджер – из-за неумения действовать нестандартно в экстренной ситуации. Отсутствие боевого опыта разносило в пух и прах обе кандидатуры сразу. (3*) Однако решение допускать до руководства подпольной организацией потенциального агента Волан-де-Морта было еще большим идиотизмом. На что рассчитывал Золотой Мальчик? Проверить уровень компетентности бывшего кадета могли все, кто видел схватку в Хогсмиде, а объект его лояльности (в зависимости от кругов общения) вряд ли подвергался сомнению. Интересно, что сказать на следующем собрании Пожирателей? "Прошу простить, милорд, но меня тут зачислили в добровольческое подполье и требуют учить убивать чистокровных". Отличные последние слова! Но гриффиндорец, несмотря на все откровения, верил в новоиспеченного... друга? – и тем самым как укреплял маскировку Фрею в виде двойного агента, так и проверял ее на прочность. Обстоятельства дополняли картину таким образом, что у Деймона не оставалось других вариантов: управлять ситуацией из тени получалось все меньше, а играть на публику требовалось уже сейчас. Сокрушенно вздохнув, Деймон бросил: — Там было всего одно отделение, и то потом... А, неважно. Я согласен. Но с одним условием: из меня слишком крепко вышибали всю дурь, чтобы сделать некое подобие универсального солдата. Поэтому мои методы могут быть несколько... жестковаты. Такой ответ тебя устроит? Не успел Поттер ответить, как внутрь Выручай-комнаты начали постепенно просачиваться студенты. Как только в помещение зашли близнецы Уизли, от стен отразился звук щелкнувшего замка. — Хорошо. Перед тем, как мы начнем, я бы хотел сделать небольшое объявление, – Поттер в один момент растерял всю свою неуверенность. – Поскольку Отряд Хогвартса значительно разросся, я решил взять в качестве своего заместителя еще одного человека, владеющего Защитой от Темных искусств. И это Деймон Фрей. Гермиона мгновенно замерла на месте, шокированно раскрыв рот. Рон же насупился. Реакция остальных не слишком отличалась. Большинство из присутствующих смерили Фрея недовольными или изучающими взглядами – они смогли примириться с существованием слизеринца-дружинника, но не в качестве заместителя лидера сопротивления. И лишь некоторые, вроде второкурсника-хаффлпаффца Патрика Холидея, близнецов Уизли или Мариэтты Эджкомб, отреагировали на это известие более-менее позитивно. Почувствовав, что стоит внести свой вклад в обращение, Деймон язвительно произнес: — Скажу сразу, я никого об этом не просил. И я прекрасно знаю, что почти – ну или не почти, – каждый из вас готов увидеть во мне потенциального предателя. – Услышав эти слова, грязнокровка прищурилась, а шестой Уизли заскрежетал зубами, почти не скрывая своего презрения. – Что вполне оправданно, учитывая мою биографию. Я не стану требовать от вас улыбаться и кивать в ответ на каждое мое слово, но советую запомнить одну важную вещь: если вам охота повысить свои навыки, то настоятельно рекомендую не плеваться на пол в моем присутствии, а прислушаться к парочке советов. Все ясно? — Почему мы должны ему верить? – пробурчал кто-то из рейвенкловцев, кажется, Майкл Корнер. — Потому что мне совершенно не интересно наблюдать, – Фрей не дал Поттеру заговорить, – как ваши окоченевшие трупы валяются на полу. Еще вопросы? Неожиданно для всех обстановку разрядила Луна Лавгуд: наматывая на палец один из своих локонов, с мечтательным выражением лица она пролепетала: — Деймон Уолтер Фрей не такой плохой, каким кажется. Ухмылка, которая выросла на лице Деймона после этих слов, была сравнима разве что с волчьим оскалом. *** Очередное заклинание пятого курса давалось Фрею откровенно легко, и он начал бродить между студентами, изредка делая замечания. Внезапно Деймона подхватили под руки два рыжих гриффиндорца и аккуратно подтащили к ближайшей скамейке. — Фордж, ты не думаешь, что... — Одна небезызвестная личность... — Слишком сильно скучает? — Да. А знаешь, почему, Дред? — Конечно. Ведь здесь отсутствует... — Его прекрасная дама! Недоуменно оглядев близнецов, Фрей фыркнул. Если они подразумевали под прекрасной дамой Панси Паркинсон, то это была ошибка – дальше дружеского общения дело так пока и не зашло. А если Уизли решили, что эту роль занимает Дафна Гринграсс, то они не способны отличить сарказм и подколки от беззлобного переругивания старой супружеской пары. О Милли Буллстроуд или Трейси Дэвис и говорить не стоило. — Нет, рыжики, не угадали. Мне скучно, потому что я вынужден наблюдать за сборищем этих неопытных остолопов и вспоминать жаркие бои в Дурмстранге. Что касается прекрасной дамы, то она должна обладать мозгами, внешностью и соответствующими магическими способностями. Надо ли говорить, что я здесь таких не вижу? — О, так Темному Принцу нужна... — Темная Принцесса... — Или еще один Принц! — И тоже темный! Веселье близнецов было таким заразительным, что слизеринец не смог удержаться и выдавил ухмылку, покачивая головой. Переведя взгляд на тренирующуюся толпу, он выплюнул: — К вашему сведению, я предпочитаю принцесс... но не будем об этом. Мне вот что интересно: если вы всегда продолжаете фразы друг за друга, то и колдуете примерно так же? — Вроде того. Макгонагалл поначалу пыталась это исправить, но в итоге у нее не получилось, и она махнула рукой на эту затею, – ответил Фред... или Джордж. – Ничего, подкопим денег, расквитаемся за Дамблдора и свалим из этого гадюшника... без обид, Деймон. В этот момент у ног Фрея приземлилась чья-то палочка. Подняв ее, Деймон сунул оружие подбежавшей Лавгуд и брякнул: — Допустим, вы свалите, чтобы открыть магазинчик. А потом к вам заявятся цепные псы Министерства и прожарят ваши задницы до хрустящей корочки, поскольку вся продукция произведена недоучками без лицензии на создание и распространение некоторых видов товаров. В качестве бонуса – или штраф, или тюремный срок. Зато вы сэкономили полгода времени и пожертвовали своим будущим ради старикана, который не заслуживает столь широкого жеста. Как вам такая перспектива? Фред и Джордж замолчали. Ненадолго. — Мы не хотим в Азкабан... — Мы, конечно, не любим экзамены... — Но сделаете все, чтобы их сдать, – съязвил Фрей. – Молодцы. Хотя бы немного думать вы умеете. — И все же, о том, как мы колдуем... Почти каждая собака знает о том, что ты подрался с Малфоем в Хогсмиде, поэтому мы решили спросить: не слабо ли тебе выйти против кого-нибудь со старших курсов? Звучит заманчиво. Если сумею победить – то дела при директорстве Дамблдора шли отвратительнее некуда. Если меня все-таки отделают – что ж, печально, зато можно попробовать выявить парочку излюбленных приемов противника. Вот только надо найти серьезных противников, проигрыш которым не спустит меня на самое дно. Двое семикурсников против одного пятикурсника. Почему бы и нет? Все равно это умиротворение уже начинает раздражать. — Я один против вас обоих. Идет? *** На создание отдельного дуэльного помоста, огражденного стеклом с щитовыми чарами, отвлеклись все остальные. Деймон был готов поспорить, что представление получится эффектным: он, как считалось, был в заведомо проигрышном положении и имел откровенно зловещий стиль – трансфигурация придала найденному потертому плащу черный цвет и наложенную на левое предплечье зеленую вьющуюся змею. Близнецы Уизли оценили белые гербовые накидки с изображением гриффиндорских львов. — Итак, леди и джентльмены, мы представляем вам... – начал один из близнецов, перетягивая на себя внимание. — Поединок между двумя рыцарями Света... — И настоящим слугой Тьмы, вызвавшим их на бой! – молчавший Фрей насмешливо поклонился и занял свою позицию. – Согласно установленным правилам, запрещены особо травматичные и серьезно калечащие заклинания! Деймон сам предоставил оппонентам право на первую атаку, которую тут же поглотил щитовыми чарами. То, что близнецы действуют чересчур слаженно, было заметно невооруженным глазом – сразу после атаки Фреда что-то другое использовал Джордж, поэтому слизеринцу приходилось защищаться и уворачиваться от разных видов заклинаний. Еще одной ошибкой стала недооценка противника: невербальные чары Уизли знали, хоть и не все. Два Жалящих от близнецов спокойно разбились о Щитовые чары, но уже прилетевший в него вал из трех Ступефаев, Фурункулуса и Локотомор Мортис раскрошил щит в мелкие осколки. Таранталлегра! Петрификус Тоталус! Из-за того, что в этот момент в лицо Деймона чуть не врезалось что-то очень похожее на Импедимента, ему пришлось сместиться в сторону, и второе заклинание ушло левее. Врезавшись в барьер для зрителей, луч отрикошетил, значительно потускнев, и врезался в ногу одного из Уизли. Фред (или Джордж?) запрыгал на одной ноге. Сняв слабое Обездвиживающее с брата, близнец выпустил в противника стайку маленьких птичек – если Фрей правильно помнил, это был "Авис". Времени на размышления не было, поэтому слизеринец резко взмахнул палочкой, как кнутом, и... Акваменти Трио! Бойлио! Баубиллиус! На птиц обрушилась кипящая вода объемом с добрую кастрюлю, а следом – разряд тока, заставивший их рухнуть на пол. Взглянув сквозь облако пара на обугленные и дымящиеся перья, Деймон осклабился. Зря. В него уже летел выкрикнутый в азарте боя Экспеллиармус, а следом за ним – что-то невербальное, переливающееся красным, желтым и синим цветами. Выход был только один: перебросить палочку в другую кисть, попытаться уклониться от заклятия и наколдовать щиты самостоятельно, используя лишь собственную магию. В реальном бою такая тактика приравнивалась к фактической гибели. Деймон бросил оружие в левую руку, однако ставшее почти бессмысленным Обезоруживающее лишь пролетело мимо, едва не задев его плечо. Второе, неизвестное заклятие заставило Фрея пригнуться – и прорезало воздух над головой, заставив волосы наэлектризоваться. Один из близнецов уже смотрел на палочку... — Акци... — Протего! – оглушительно каркнул Деймон, с силой щелкая пальцами правой руки и молясь Мордреду, чтобы его затея сработала. Повезло – мощная волна врезалась в обоих Уизли, чуть не сбив их с ног и замедлив на пару секунд. Незамедлительно воспользовавшийся паузой Фрей вновь схватил оружие рабочей рукой и глубоко вдохнул. Venenum! Domino torkue! Зажав нос и рот рукавом, Фрей смотрел, как отравляющий зеленоватый дым заполняет дуэльную секцию. Домино же с легкостью прошло через сдвоенный щит, и слизеринец швырнул парочку "Инкарцеро Тоталум": что-что, а тяжелые цепи должны замедлить нападающих. Однако дым, на который Деймон так рассчитывал... растворился в воздухе! В том, что близнецы были мастерами в плане чар и зельеварения, Фрей больше не сомневался – иначе как объяснить, что они смогли развеять заклятие, иммунное к бытовым чарам? Lapis vigil! Ну же, давай! Прямо из пола вырос массивный каменный щит. Спрятавшись за ним, Деймон лихорадочно пытался отладить стратегию боя: стандартные заклинания Уизли блокировали довольно легко, а боевые темномагические оставались на случай смертоубийства. К счастью, Домино все-таки угодило в... видимо, Джорджа, поэтому сейчас нужно было сделать упор именно на него. Сонорус! — Арррр! – как можно громче рявкнул Фрей и выскочил из укрытия, стараясь не обращать внимания на гул в голове. Вовремя: Бомбарда угодила прямиком в глыбу, разнеся ее на куски, и толпа отшатнулась от завибрировавшего стекла. – Эвада кадабра!.. Прозвучал испуганный девичий вскрик, но смеющемуся Деймону было уже плевать: пользуясь возникшей суматохой, он встал и зашагал прямо на оторопевших от такой выходки гриффиндорцев, бросая одно заклятие за другим. Ступефай! Конъюнктивитус! Инсендио! Протего тоталум! Щит задрожал и треснул, получив еще несколько попаданий. Если в арсенале Уизли имели что-нибудь еще, они попросту пробьют барьер. А значит, оставалось только укреплять щиты, идти вперед и выбивать зубы кулаком. — Протего! Он уже и забыл, что увеличил громкость собственного голоса. Ко всеобщему удивлению, Джордж выпустил аналогичное заклятие. Две столкнувшиеся волны лопнули, отбрасывая противников в разные стороны. (4*) Сдавленно выругавшись от неудачного приземления на правую кисть, почти сразу подскочивший Деймон стиснул зубы и поднял оружие, пытаясь не разжать ноющие от боли пальцы. Инкарцеро Тоталум! Похоже, один из близнецов выронил свою палочку, поэтому предпочел не отбить атаку, а оттолкнуть брата и принять удар на себя. Будучи обвитым цепями, Фред (или Джордж – неспособность различать их уже начинала раздражать) раскрыл глаза и грохнулся на пол, хрипя от боли в сдавленной груди, чем заставил Деймона зловеще оскалиться. Акцио палочка Фреда Уизли! Тут Фрей понял, как и где именно он ошибся: оказывается, Инкарцеро схлопотал другой из близнецов, Джордж. Манящие чары чуть не вырвали оружие из рук Фреда и даже ускорили вылетевший из него луч. Увернувшись от заклятия, слизеринец выстроил еще одну каменную преграду, более толстую, и спрятался за нее. Акцио палочка Джорджа Уизли! – укрытие Фрея тут же ощутимо тряхнуло, а его самого обдало крошкой и пылью. Заклинание все же достигло цели: в руки Деймона приземлилась палочка рыжего. Нужно было торопиться: если уцелевший близнец расколдует второго, он обнулит все потраченные усилия – мышцы бывшего кадета и так уже ныли от перегрузки, свидетельствуя об усталости, а еще одного раунда против двоих противников Фрей попросту не выдержит. Ведь исключать наличие у Уизли третьего оружия тоже не стоило... Velamen respicere! Судя по силуэтам, подсвеченным Взором Бездны, Фред уже успел расколдовать брата, и сейчас они с двух сторон подступали к укрытию Деймона. Выбор был очевиден. Квиетус максима! Дезиллюминио! Успев подмигнуть смотрящей прямо на него Мариэтте, Деймон растворился в пустоте. Из толпы зазвучали крики "Он невидим!", но это уже не имело никакого значения: за пару секунд форы слизеринец выскочил прямо на вооруженного Фреда и с силой врезал ему по запястью, выбив оружие. Поспешивший на помощь брату Джордж не успел ничего сделать – парню оставалось лишь наблюдать, как материализовавшийся за спиной другого близнеца Деймон бьет того Петрификусом, а затем отправляет аналогичное заклятие в него самого. Повисла гнетущая тишина. Ленивым движением сняв собственные заклинания вместе со зрительским барьером, Деймон уселся на пол и устало бросил: — Надеюсь, Уизли, вы любите огневиски, потому что я должен вам обоим по бутылке. *** — Итак, кто какие выводы извлек из этой... будем откровенны, ничьей? – выплюнул Фрей и тут же зашипел от боли: Эпискеи от Лавгуд оперативно вправило слегка вывернутую, как оказалось после спада адреналина, руку. – Спасибо. — Ничьей? – хором выдали близнецы. — Да. Я никак не могу сосчитать, сколько раз был близок к провалу. Поэтому ничьей. — Мы... облажались, – невесело прозвучало со стороны Фреда, который все еще потирал ушибленное запястье. Деймон засмеялся и хлопнул его по плечу. — Вы смогли придавить меня так сильно, что мне пришлось импровизировать, использовать личный арсенал и злостно эксплуатировать окружение. А ваше разноцветное нечто не врезалось мне в лоб только благодаря везению – в общем, виски вы заслужили однозначно... Кстати, а что это вообще такое было? — Модифицированные чары для Блевательных батончиков. Производственная тайна, между прочим! — Тайна так тайна, для дела пойдет. — А вот ты явно использовал темные заклинания! – обвинительным тоном проворчал Рон. — Как и положено нормальному темному магу, если речь идет о том зеленом облачке, которое мне ничем не помогло. А что касается момента, когда я брякнул сущий бред, созвучный с Непростительным... в общем, все использованные мной чары абсолютно легальны. — Там были крутые щиты! – Джастин в очередной раз восхищенно пересказывал эту сцену: его впечатлили каменные плиты-преграды и прочные барьеры. Усмехнувшись, Фрей поднялся на ноги. — Боевая трансфигурация. Открывайте дурмстрангский учебник по заклинаниям за пятый курс. В Хогвартсе это седьмой, кажется... Если интересуют цепи с захватом врага – обычный Инкарцеро Тоталум. А бытовые чары, как выяснилось, могут быть использованы не только в домашних условиях... Ну ладно. Кто еще назовет отличительные черты? Студенты тут же зашумели, периодически пытаясь перекричать друг друга. — Протего как атакующее! Заклинания без слов! Уизли вообще были как одно целое!.. — О, следует сказать насчет этого. Вы же все в курсе, что среди нас целых две пары близнецов, но только одна из них неразличима? Так вот, я что подумал... вам что-нибудь известно о понятии "синхроны"? Падма Патил незамедлительно выдала ответ: — Это волшебники, являющиеся близкими родственниками и способными... — Действовать соответствующим образом в любой сфере. Точно. – Фрей усмехнулся, глядя на близнецов. – Собственно, этим синхроны, в нашем случае Уизли отличаются от других магов. Несмотря на фактическое отсутствие знаний по Защите по вине большинства ваших преподавателей, Фред и Джордж, как бы мне не хотелось это признавать, почти смогли одолеть меня. Их слабое место – малый перечень заклинаний в арсенале, иначе первым на пол отправился бы я. А вы оба помните: при работе в команде вам по зубам почти любой противник. Умолчал Деймон только об одном: эта же связь могла стать и деморализующим фактором. Когда один из близнецов оказался обезвреженным, второй попытался вернуть брата в бой вместо того, чтобы добить помятого и измотанного противника – что и стало роковой ошибкой. — И все близнецы так умеют? — М-м-м... увы, все-таки нет. В частности, мисс Патил и мисс Патил несколько разные: Парвати – более веселая и быстрая, Падма – более вдумчивая и внимательная. Если сравнивать на примере зелий, то Уизли – две сообщающиеся колбы с одинаковым зельем, а девушки – две разные колбы с мощным результатом при соединении. Как-то так. Еще пятнадцать минут члены Отряда разговаривали на тему примененных заклинаний, но вскоре начали расходиться. *** Легкое искажение пространства, сопровождаемое вспышкой – и перед воротами Крауч-мэнора возник Северус Снейп. Одним легким движением поправив вздыбившуюся мантию, зельевар быстро двинулся к зданию: несмотря на то, что ему дозволялось опаздывать на встречи Пожирателей, взамен на отсутствие порции Круциатуса от Северуса требовалось предоставлять ценную информацию. Однако испытания начались ровно в ту же секунду, как Снейп перешагнул через порог дома – в гостиной обнаружился еще один человек. — Т-т-тебя ждет милорд, Снейп, – даже голос Питера Петтигрю, судорожно сжавшего палочку трясущейся левой рукой, за четырнадцать лет претерпел колоссальные изменения: вместо человеческой речи раздалась какая-то смесь шипения и крысиного писка. Чтобы сдержаться и не швырнуть в палача Лили Эванс какое-нибудь особо изощренное заклятие, Пожиратель призвал на помощь все свои таланты к окклюменции. Хвост даже не заподозрил, что под непроницаемым выражением лица Снейп скрывал всепоглощающую ненависть. Ступая по коридорам мэнора к пиршественному залу, Северус думал о том, что именно стоит сказать Волан-де-Морту. Ключевой задачей Ордена было формирование негативного мнения Темного Лорда и его нового рекрута друг о друге – и основой этой стратегии было самое настоящее предательство. Снейп невесело усмехнулся. Какая ирония – клявшийся защищать своих учеников Альбус Дамблдор решился выдать талантливого слизеринца-пятикурсника на ужин Нагайне, ибо ничего другого Деймона Фрея не ждет... разве что он выкрутится из ситуации с помощью чуда. Чем же бывший дурмстрангский кадет так насолил Альбусу, что стал пригодным на роль "жертвы ради общего блага"? Вряд ли только тем, что сдружился с Поттером и заигрался в могущественного политика. Наконец Северус распахнул двери зала и ощутил, как его мозг буквально движется внутри головы – Темный Лорд, восседавший во главе гигантского стола, встретил его атакой легилименции. Бросив взгляд на сидящего слева от господина Люциуса Малфоя, Снейп вспомнил собрания Ближнего круга: тогда место справа занимала Беллатрикс Лестрейндж, завораживающая и смертоносная. Сейчас же Волан-де-Морт почему-то предпочел ограничиться лишь Малфоем. Волан-де-Морт неуклюже улыбнулся. — Я гляжу, ты скучаешь по прошедшим дням, Северус. Нас, – на стол выползла гигантская красноглазая змея, – тоже порой одолевает ностальгия... все вы, более молодые, сильные и уверенные в истинности идеи... Но это дело прошлое. В данный момент меня интересует, скажешь ли ты мне нечто важное и ценное для меня? — Как пожелаете, милорд, – кивнул Снейп. – Хотелось бы начать с последнего собрания Ордена Феникса. Дамблдор сообщил, что некий Деймон Фрей наложил на Долорес Амбридж, заместителя министра магии и нового директора Хогвартса, заклятие Империус. — Фрей? Ах да... Люциус, это же тот самый Деймон Уолтер Фрей, который посмел принизить тебя на моих глазах. – Волан-де-Морт театрально погладил Нагайну по голове. — Это связано с предложенным Амбридж эдиктом о чрезвычайном положении? – спросил Малфой. – Фадж отодвинул нас от себя, мы теряем позиции в Министерстве, на наши места встают нейтралы. Теперь понятно, в чем дело. Мальчишка предал нас, милорд! Снейп отвел взгляд к столешнице, обдумывая сложившуюся ситуацию. Вспомнились прочитанные воспоминания грязнокровки Грейнджер, которой Фрей поведал о порядках в змеиных подземельях. Неважно, было ли это искренностью или притворством, но новичок постепенно завоевывал влияние на своем факультете – несмотря на то, что слизеринцы презирали Розовую Жабу и ее особо ретивых лакеев, занимаемая Деймоном должность "старшего дружинника" совсем не портила отношение к нему. "Он научился использовать власть в личных целях, оставаясь при этом добропорядочным служащим. Полезный талант, если вдуматься". — Мне никак не удается найти подходящий момент, чтобы прочитать его память, милорд. На людях манеры Деймона почти безупречны... но за моей спиной Фрей практически не скрывает неприязнь ко мне, используя в качестве аргумента мое вынужденное сотрудничество с Дамблдором. Волан-де-Морт замолчал, обдумывая сказанное. Периодически он общался на парселтанге со вьющейся вокруг него Нагайной, и лишь спустя несколько минут вновь заговорил по-человечески. — Выясни, что именно скрывает Деймон Фрей. Любым способом. Если он действительно плетет интриги против нас, то заплатит за это жизнью. А теперь... У тебя есть что-то еще, Северус?