Куроо, ты бака

Ноябрь никогда не отличался хорошей погодой, хотя понятие хорошая погода достаточно субъективно. Для кого-то погода будет хорошей лишь тогда, когда на улице тепло, и яркое солнышко ласкает лицо своими горячими ладошками, а для кого-то нет ничего лучше холодного проливного дождя, когда можно сидеть дома, закутавшись в теплый флисовый пледик, и смотреть любимый сериал или фильм, параллельно попивая зелёный чай с бергамотом. Но эта осень выдалась достаточно прохладной, поэтому в некоторых префектурах даже выпал снег, что являлось крайне редким явлением, учитывая климатические условия страны восходящего солнца, но к глубочайшему сожалению не в Токио. Да и не в снеге счастье, ведь в этот день это и не так важно. К этому дню Т/и готовилась заранее, готовила подарок, подбирала праздничное меню, договаривалась с родителями и друзьями, а шестнадцатого вечером заранее украшала квартиру, да-да их собственную квартиру, купленную на общие сбережения. Две большие комнаты, одна из них с небольшим балконом с устроенным там зимним садом, мало кто верит, но это было задумкой высокого и лохматого циника, именно он увлекался цветоводством, хотя по внешнему виду и не скажешь, что этот почти двадцатипятилетний хозяин IT компании в выходные любит покопаться в земле. И вот наступил он, день Х, а если быть точнее 17 ноября. Именно день, ведь после тяжёлой трудовой недели, Куроо спал почти до самого обеда. Двенадцать дня на часах, и нежный запах миндального капучино разнесся по всему дому лишь человек с самой крепкой волей не поднялся бы, чтобы отведать чудотворного напитка (а что, звучит, как травяной отвар). Тетсуро, имея не только крепкую волю, но и хороший нюх, лениво поднялся и сонно, словно кот, поплёлся на кухню. Белые резные шкафчики, сделанные на заказ, которые уже давно не озаряли ласковые лучики солнца, сверкали, как новенькие, а на плите и столешнице кипела полным ходом работа. В турке варился свежемолотый кофе, а на соседней конфорке в черной чугунной сковороде пёкся блинчик. Тесто стояло неподалёку, дабы не таскать ёмкость, в которой оно находилось, по комнате. Т/и же стояла рядом с варочной поверхностью и ожидала готовности энного блина, чтобы залить новый, как вдруг эту идиллию прервал звук открывающейся двери. — Уже проснулся? — глухо произнесла девушка. — Как видишь, котёнок. — прошептал Тетсуро прямо на ухо своей девушке. — Давай, умывайся, и за стол. — не отвлекаясь от процесса, скомандовала Т/и. В ответ не последовало ни слова, и через некоторое время за столом уже сидел переодевшийся молодой человек. — Ну, что, принцесса, я готов отведать твой подарок. — С днём рождения, а теперь ешь и не отвлекайся, а я пока что пойду освежусь.— сказала Т/и, поставив тарелку на стол. *Через некоторое время* Выйдя из ванной комнаты, Т/и, завернутая лишь в полотенце, пошла садиться за стол. — Ты мокрая. Идём, я высушу тебе волосы. — предложил Куроо. — И голодная! — капризно отвечает ему девушка. — Сначала волосы, не хочу, чтобы ты простудилась. Т/и возмущенно бурчит что-то себе под нос о занудстве, совсем по-детски дуя губы, и складывает руки замком под грудью. Но это всё показное. Тетсуро и сам знает, что ей нравится его забота, проявляющаяся даже в таких мелочах. Молодой человек промакивает девичьи волосы чистым полотенцем. Аккуратно разбирает тяжёлые от воды, спутанные пряди, проводит деревянным гребнем (давним подарком матери). Т/и лишь урчит довольно — ей приятна эта нехитрая ласка, приятны мягкие прикосновения к голове. — У вас, господин большой начальник, потрясающие руки, — её хитрая улыбка отражается в зеркале, пока парень разматывает провод фена. — Особенно пальцы. А как вы ими владеете… У девушки блестят глаза — она довольна своей новой провокационной шуткой. Тетсуро лишь с обычной ухмылкой качает головой, вставляя вилку в розетку. Его возлюбленная всегда любила такие шуточки, полные завуалированных намёков и скабрезностей, ещё со школьной скамьи. И вроде бы давно уже пора привыкнуть. Сколько лет они знакомы и сколько вместе? Но даже спустя столько времени Тетсуро все равно ведется на них. — Стой смирно, — командует Куроо, включая средний температурный режим. Он быстро сушит волосы, но не успевает собрать причёску, ведь его объект обожания слишком быстро убегает на кухню, ведь зов живота нужно было прекратить. Когда парень заходит на кухню, Т/и уже уплетает второй блин, пачкая лицо сметаной. — Кстати, как тебе блины? — Принцесса, не говори с полным ртом.  Девушка лишь заливисто смеётся и, конечно, едва не давится блинчиком. — Какой же ты всё-таки зану-у-уда, — тянет Т/и, шумно сглатывая большой кусок, и откидывается на спинку стула.      Абсолютно неподобающая поза. Тетсуро бы обязательно сделал бы ей замечание, если бы не одно «но»: полотенце, державшееся всего лишь на честном слове, от столь простого действия расходится, сползая с девичьей груди. Теперь шумно сглатывает уже сам Куроо. — У тебя...кхмм...полотенце сползло. — Да? Т/и заливисто и искренне смеётся, заметив наконец собственную оголившуюся грудь. И… Не делает абсолютно ничего. — Жа-а-арко! Я так посижу… — Ты же понимаешь, киса, что мое терпение не резиновое? — протянул парень и завлек девушку в сладкий страстный поцелуй. Теплая мягкая кожа под рукой — Куроо резко, но не грубо, берет девушку за предплечье, заставляет подняться. А вторая рука уже уверенно ложится на девичье бедро, сжимая и сминая податливую плоть. Т/и жарко выдыхает в его рот. — Не ешь меня ,котя , я не блинчик! — возражает девушка. — Ты вкуснее. Т/и обхватывает бедра Тетсу своими ногами, чувствует его возбуждение и, конечно же, не может удержаться от того, чтобы не потереться промежностью о ткань штанов. Тетсуро отвечает мгновенно — он больно сжимает ягодицы, притягивает девушку еще ближе, вжимая в себя, целуя её так, что становится тяжело дышать. Принцесса вплетает свои пальцы в лохматые черные волосы, прижимаясь настолько близко, насколько это вообще возможно. Он опускается на кровать, аккурат между ее бедер (которыми она мгновенно обнимает его) и заводит тонкие девичьи руки за голову. — Господин, прошу~ Выстанывает вконец возбужденная девушка, после чего ее желание исполняется. Увидев, что девушка уже начала сама насаживаться, Тетсуро стал ускоряться. Комнату наполнили стоны удовлетворения..... — Как тебе мой подарок? — Я что-то не распробовал, давай еще раз....