Blood Sweat & Tears

Всё помещение было буквально пропитано аппетитными запахами приготовленной еды. У Чимина непроизвольно усилилось слюноотделение, когда они с Юнги только ступили на порог небольшого ресторанчика, расположенного в том же районе, что и их агентство. Заведение было хоть и маленькое, но очень уютное. С какой-то уникальной домашней атмосферой. Пак сразу же проникся симпатией к улыбающейся женщине — управляющей ресторана. Она усадила парней за прибранный деревянный столик и выдала им меню. Чимин принялся изучать его содержимое, изредка поднимая взгляд на сидящего напротив Мина. Тот, с самым серьёзным выражением лица, чуть прищурившись, бегал глазами по позициям из меню. Честно говоря, Пак редко бывал в подобных местах. Настолько редко, что даже и вспомнить не мог, когда это случалось в последний раз. Возможно, в совсем ещё детском возрасте. Родители Чимина были владельцами своего кафе, поэтому единственным местом общественного питания, которое и посещал Пак, было их семейное заведение. А так, мама всегда готовила дома. Поэтому потребности, чтобы поесть в ресторане, у Чимина не возникало. А с друзьями из Пусана он предпочитал просто гулять или посещать развлекательные центры. Сейчас же Пак чувствовал себя немного неловко и надеялся, что Юнги просто выберет блюдо для них двоих. Собственно, так и произошло. Мин убрал меню в сторону и посмотрел на парня. — Ты не против пулькоги? — спросил рэпер, на что Чимин замотал головой из стороны в сторону, давая понять, что только за. — Хорошо, — кивнул тот и пошёл к стойке, чтобы сделать заказ. Пак, оставшись в одиночестве на какое-то время, принялся изучать интерьер ресторана. Он был выдержан в классическом стиле подобного рода заведений. Много дерева, которое присутствовало, как в мебели, так и в качестве дизайна стен. Чуть приглушённый свет, дающий какой-то небольшой романтический оттенок царящей здесь атмосфере. Посетителей было немного, но ароматы, доносящиеся от их столов, заставляли желудок Чимина жалобно скулить. Есть хотелось неимоверно. За весь сегодняшний день парень съел только плошку с рисом и маленький кусочек вареного куриного филе. — Скоро принесут, — сказал Юнги, вернувшись за стол и переводя внимание Пака на себя. — Хорошо, — улыбнулся тот. — Здесь уютно. — Да, и мясо очень вкусное, — задумчиво произнёс рэпер. — Ну, рассказывай, — вдруг сменил он тему. — Как ты себя довёл до такого состояния? — Менеджер выдал мне список продуктов, которые я могу есть, — ответил Чимин нехотя. Он не был расположен к тому, чтобы выслушивать нотации со стороны кого бы то ни было. Но почему-то Мину перечить не хотелось. — Он сказал, что мне нужно сбросить минимум десять килограмм. Я уже скинул около шести. Так что это ещё не конец. — Бред какой-то, — фыркнул Юнги. — Ты уже, на мой взгляд, худощавый. Куда уж больше? — Тебе кажется, хённим, — снова улыбнулся Пак. — На моих боках ещё достаточно жира. — Что-то я его не заметил в душевых, — проворчал было рэпер и тут же замолчал, понимая, что сейчас поднял ту самую тему, которой касаться ой, как не хотел. Чимин тоже не нашёлся, что ответить на эти слова. Он слегка покраснел и опустил взгляд. Воспоминания вырисовывались во все ещё ярких красках, отчего сердце начинало биться чаще, а на душе возникла тревога. Пак не врал тогда, когда говорил, что не жалеет. Но всё же он озвучил Мину не всю правду. Да, ему в тот раз понравилось. Всё. Абсолютно. До такой степени понравилось, что Чимина начали посещать сны эротического содержания. Да такие красочные и пошлые, что парень почти каждый раз просыпался с мокрыми трусами. Становилось настолько стыдно, что он просто боялся вылезти из-под одеяла и лежал в ней до тех пор, пока пятна не подсыхали. В этих снах рэпер заходил гораздо дальше, чем в реальности. Раньше Паку и в голову бы не пришли те сцены, которые он видел по ночам. В его сновидениях Юнги ласкал его своими длинными музыкальными пальцами, проникая ими в самые глубины тела Чимина и вызывая у того дрожь и пошлые стоны. А когда дело доходило до более серьёзных вещей, парень просыпался. Он абсолютно не понимал, по какой причине ему снилось подобное. Геем Пак точно не был. Он знал это. По крайней мере, до агентства Чимин никогда не засматривался на других парней и даже подумать не мог, что с ними можно заниматься чем-то непристойным. Но с недавнего времени Мин поселился в его голове. И Паку было страшно. Ему начало казаться, что он превращается в какого-то нового человека. В человека, которого совершенно не знал. Понравится ли ему быть таким человеком? Неизвестно. Позволит ли Чимин ситуации повториться? А если да, то к чему приведут последствия? Размышления не приносили ни радости, ни печали. Только боязнь неизвестности. Пак неуверенно поднял взгляд на Юнги и отметил про себя, что тот выглядит не менее смущённым, чем он сам. Чимин вспомнил свой недавний разговор с Хосоком. Чон поведал парню, как на духу, что Мин — интроверт. Да причём такой, чисто классический его пример. Хмурый и саркастичный рэпер снаружи оказался очень замкнутым и ранимым внутри. По крайней мере, со слов Хосока. Он также говорил, что у Юнги социофобия. То есть ему очень трудно давалась сама жизнь в агентстве, в принципе. Мин боялся больших скоплений людей, пристального внимания с их стороны к себе, публичных выступлений. Всё то, чем все стажёры здесь и занимались. То, собственно к чему они все и стремились. Ведь цель их обучения — стать айдолами. А какой же айдол без известности, фанатов, выступлений и так далее? Список можно продолжать бесконечно. Чем дольше Пак слушал Чона, тем больше поражался тому, как настолько закрытый в себе человек, как Юнги, мог решить, что хочет стать айдолом? Эти мысли не давали Чимину покоя. Но, что он действительно знал, так это то, что Мин — очень храбрый. Только по-настоящему мужественный человек способен так отважно бороться с собственными страхами, не сворачивая с пути к своей мечте. И после разговора с Хосоком Пак проникся к рэперу ещё большим уважением. Неловкую тишину между парнями нарушила женщина, которая принесла к ним на стол большие тарелки с мясом и небольшие, но многочисленные, пиалы с различными солениями. Юнги словно встрепенулся и поспешно поблагодарил владелицу ресторана за еду. Чимин закусил нижнюю губу. Хотелось вернуть тот позитивный настрой, с которым они пришли сюда. Но парень не знал, с чего начать. Однако Мин решил нарушить паузу первым. — Я тебе говорю, здесь лучшее мясо в городе. Пальчики оближешь, — будничным тоном сказал он, уже раскладывая лоскуты мяса на горячую сковороду. — Ты часто здесь бываешь? — спросил Пак, всё ещё немного нервничая с недавно затронутой щепетильной темы. — Не то, чтобы, — ответил рэпер, разливая по стаканам газировку. — Иногда. С друзьями. — Ким Намджун и Чон Хосок? — Да, они. Те ещё балбесы, но хорошие ребята. Губы Чимина тронула улыбка. Буквально эти же слова он мог бы приписать и к Тэхёну с Чонгуком, ставшими для него за столь короткое время по-настоящему близкими людьми. Сейчас Пак уже и представить не мог своей жизни без них. И втайне мечтал, что дебютирует вместе с ними в какой-нибудь группе. Если, конечно, его вообще выберут для неё. Но надежды всё же оставались. Надо признаться, мясо Мин готовить умел. Пак чуть ли не пальцы съел, когда отправил первый кусочек мяса, завёрнутый в лист салата, в рот. Настолько вкусным оно оказалось. Идеально прожаренное, но не пересушенное и очень сочное. Наслаждаясь вкусом, Чимин даже глаза прикрыл. — Хённим, это божественно, — признался он, проглотив первую порцию. — Ты умеешь готовить? — Начнём с того, что я просто пожарил уже замаринованное не мной мясо, — усмехнулся Юнги. — Но да, готовить я умею. Приходилось какое-то время жить самостоятельно, без помощи родителей. Так что научился. Нужда заставила. — Ты жил один? — заинтересованно спросил Пак, продолжая поедать мясо и закуски. — Да, уходил из дома, — неуверенно ответил Мин. Он редко кому говорил о своих проблемах в отношениях с родителями. Но почему-то Чимину хотелось довериться. Рэпер был уверен, что тот никому не проболтается. — Мы сильно ссорились с родителями. Они против моего увлечения музыкой. Смешно, но мама сама в детстве купила мне пианино. Странно было видеть её удивление, когда я заявил, что буду музыкантом. Неужели она думала, что это для меня просто хобби? Как бы то ни было, мы серьёзно разругались, и я ушёл из дома. Жил сначала у друзей, потом начал снимать комнату. Как-то так и жил до агентства. Писал музыку, читал рэп в переходах, работал на нескольких работах одновременно. А сейчас я здесь. Надеюсь, что всё это было не напрасно. Пак внимательно слушал откровения Юнги, и в его голове потихоньку всё начинало становиться на свои места. Значит вот, что имел в виду рэпер, когда кричал ему в первый день их знакомства, что Чимин в своей жизни никогда не ощущал реальных проблем. Он был прав. По сравнению с ним, Пак просто утопал в удовольствиях. Все его переживания были связаны исключительно с промахами в танцах или плохой памятью, которая мешала быстро заучивать новые движения. С родителями и братом у Чимина были очень тёплые и доверительные отношения. Паку стало жаль Мина. Быть может он и замкнутым таким был потому, что его семья его не поддерживала. Насколько же тяжело ему пришлось! — Хённим, мне так жаль, — пробормотал Пак. — Я правда не знал тогда.. ну, в тот раз, когда я... Извини. — Это в прошлом, Чимин-а. Всё в порядке, — заверил его Юнги. — Ты лучше кушай. Главное, что я смог попасть в агентство. А значит, не такой уж я и кусок дерьма, которым меня считают мои родители. — Ты очень талантливый, — нахмурился парень. — Все стажёры только о вашей тройке и говорят. Я уверен, что когда твоя семья услышит твои песни, она изменит своё мнение. Мин промолчал, принявшись задумчиво пережевывать поджаренное мясо. Пак последовал его примеру, тоже погрузившись в свои мысли. Атмосфера вновь приобрела напряжённый оттенок. А спустя пару часов парни вернулись в общежитие. Они уже выбросили из головы неприятную тему, связанную с семейными проблемами, и просто болтали о всяком. Чимин только диву давался, насколько ему комфортно было общаться с Юнги. Рэпер оказался весьма осведомлённым в самых разных сферах, и с ним было очень интересно разговаривать. Когда они попрощались друг с другом около дверей в свои соседние комнаты, и Пак зашёл в спальню, у него возникла в голове одна мысль. Та, из-за которой он смог уснуть потом только под утро, и затем провести весь день в сонном затуманенном состоянии. Это что было? Свидание?