Blood Sweat & Tears

Сердце у Юнги колотилось, словно сумасшедшее. Он смотрел на Чимина, видел желание в его глазах, то, как тот машинально облизывал свои припухшие от поцелуя губы, и хотел умереть. Потому что эмоции, которые переполняли сейчас Мина, были слишком сильными. Чересчур сильные для его организма. Рэпер плавно перевёл свой взгляд с глаз Пака, остановив своё внимание на его пухлых, невероятно сладких губах. Мгновения казались ему вечностью. Они рождали страх и неуверенность, давили на психику и буквально сводили с ума. И вот, спустя эти мучительные секунды выжидания неизвестно чего, Юнги медленно потянулся к губам Чимина и вновь поцеловал их. Нежно и тягуче, наслаждаясь каждым мгновением. Рэпер хотел запомнить этот момент на всю свою жизнь. У него закружилась голова, когда он почувствовал, как руки Пака обвили его шею и настойчиво притянули к себе, углубляя поцелуй. — Чимин-и, — хрипло прошептал Юнги, нехотя отрываясь от соблазнительных губ парня, — ты уверен? — Да, — тихо ответил тот, затуманено смотря на рэпера. Мин мягко провёл пальцами по щеке Пака. В голове у него всё ещё соревновались между собой здравый смысл и желание. И парень уже готов был переступить через собственную похоть и остановиться, но когда он заглянул в тёплые, словно карамель, глаза Чимина, то понял, что больше всего на свете сейчас хотел бы утонуть в их глубинах. Поддавшись желанию, Юнги вновь приблизился к лицу Пака, на этот раз целуя не в губы, а в висок, медленно рисуя дорожку из коротких нежных поцелуев вниз до шеи парня. Запах горячей, чуть солоноватой на вкус кожи одурманивал, а тихие стоны Чимина возбуждали. Мин мягко водил губами по выступающей сонной артерии парня, изредка помечая ее почти невесомыми поцелуями. Эмоции переполняли голову и затуманивали разум. Желание, родившееся в мыслях, постепенно разлилось по всему телу, заставляя гореть те места, о существовании которых Юнги долгое время, до прихода Пака в агентство, и не вспоминал. Он обнял парня, прижав к себе настолько сильно, словно желал стать его частью. Губы беззастенчиво изучали изящную шею Чимина, периодически поднимаясь к мочке уха и позволяя кончику языка скользить по чувствительной коже. Пак кусал свои губы от невыносимых ласк и только сильнее прижимался к Мину. Рэперу казалось, что его голова скоро взорвётся от бесчисленных мыслей, которые подобно рою пчёл кружились в ней. Он сходил с ума от переполняющего желания. Пока его руки изучали тело Чимина, а губы ласкали чувствительную шею, сам парень успел сильно возбудиться. Он чувствовал, как с каждой последующей минутой становилось всё теснее в его нижнем белье, и как бы ему хотелось сейчас избавиться от этого столь ненужного в данной ситуации предмета гардероба. Очевидно, что Пак ощущал то же самое, потому что в какой-то момент, уже не в силах терпеть, он легонько толкнул Мина своими руками, укладывая того на спину и тут же впиваясь в его губы страстным поцелуем. Юнги ответил на него с не менее мощным порывом эмоций. Их языки сплелись друг с другом, лаская и даря парням невероятное ощущение единства. Мин чувствовал, что задыхается, но прерываться было бы ещё более смертельно опасно, чем продолжать эту сладкую пытку. Он не хотел отдаляться от Чимина ни на секунду. Но в какой-то момент всё-таки пришлось. Оба парня прервали поцелуй, тяжело дыша от нехватки кислорода и страсти. Пак выглядел очень сексуально, как отметил про себя Юнги. Его щеки покрывал розовый румянец, а губы распухли и налились алым цветом. Слишком соблазнительный. Он сидел верхом на Мине и пытался отдышаться. Возбуждение дурманило разум Юнги. А когда Чимин недвусмысленно потёрся бедрами об уже давно жаждущий свободы член парня, у того не осталось абсолютно никаких "но" в рукаве, и он полностью отдал себя на растерзание животным первобытным инстинктам. Одним резким рывком вперёд Мин уложил Пака на спину, а сам устроился у него между ног, в полной мере ощутив его возбуждение. Он впился в губы парня пылким поцелуем, а рукой тем временем начал стягивать с того футболку. И после того, как Юнги отбросил куда подальше ненужную часть гардероба, он прервал ласки губ Чимина и начал покрывать поцелуями столь полюбившуюся ему шею парня, опускаясь ниже, к ключицам, изучая кончиком влажного языка их рельеф. Пак прикрыл глаза, наслаждаясь ощущениями. Осмелев, Мин направил свою руку к паху Чимина, ощутимо сжав его своими длинными сильными пальцами. Тот в ответ простонал и слегка прогнулся в пояснице, подаваясь вперёд. Губы Юнги начали медленно вести путь от ключиц к грудной клетке, осторожно оттягивая кожу и изредка позволяя себе помечать наиболее чувствительные места яркими метками, которые тут же проявлялись на них. Страсть, которую Мин видел в глазах Пака, которую ощущал всем своим телом, заставляла его сходить с ума. Он растворился в горячем возбуждении, когда сильные натренированные ноги парня обхватили его где-то в районе поясницы. Стоны Чимина затмевали все остатки самообладания Юнги. В его голове рождались настолько безумные идеи, что он начинал пугать сам себя. Ему хотелось с силой ворваться в это жаждущее его тело, сделать больно, подчинить своей воле, терзать его до тех пор, пока не услышит мольбу о помиловании. Но Мин мысленно отрезвил сам себя. У Пака всё же был первый раз. И нужно было сделать всё нежно и красиво. Однако тот, видимо, думал иначе. И в одно мгновение Юнги оказался прямо под Чимином. Тот настолько быстро перевернул рэпера на спину, а сам устроился на нём сверху, что Мин даже не сразу осознал, что произошло. Соблазнительно облизав свои губы, Пак принялся избавлять Юнги от лишней одежды. Оставшись абсолютно голым, рэпер почувствовал лёгкий стыд за свою наготу. Старые подростковые комплексы вновь возникли в его голове. "Что если я ему не понравлюсь? Если вдруг он посчитает меня уродом?" — такие мысли посещали Мина, но он постарался заблокировать их и сосредоточиться на более важных сейчас вещах. Юнги плавно провёл кончиками пальцев от шеи до живота Чимина, остановился на пуговице джинсов и поспешил расстегнуть её, чтобы исправить столь несправедливое положение — находиться обнажённым в одиночестве. Но снять штаны с того, кто сидит на тебе, оказалось не самым простым занятием. Мину пришлось приподнять Пака, обхватив руками его бедра, и медленно стянуть с них брюки. Открывшаяся картина заставила Юнги судорожно сглотнуть образовавшийся в горле комок. Одно дело — ощущать чужое возбуждение. Совсем другое дело — созерцать это собственными глазами. Мин поднёс свою руку к члену Пака, который столь отчетливо виднелся через тонкую ткань боксеров и осторожно освободил его, сняв нижнее белье и откинув его к чертям в сторону. Чимин хрипло простонал, когда Юнги обхватил его возбуждённую плоть, несильно сжав её и совершив пару движений вверх и вниз по всей длине. Рэпер перевёл свой взгляд наверх, сфокусировавшись на лице парня и наблюдая за его реакцией. А рука тем временем не прекращала своих движений. — Х-Хённим.. — стонал Пак, непроизвольно толкаясь бёдрами, выпрашивая ещё больше ощущений, а у Мина от такой картины голова кругом пошла. Он облизал собственные пальцы на свободной руке и, слегка приподняв Чимина, наощупь нашёл его напряжённый сфинктер и медленно ввёл средний палец в жаркие глубины тела парня. Пак прикрыл глаза и закусил нижнюю губу, вновь срываясь на стоны. Юнги растягивал Чимина долго и тщательно. Он не хотел причинять тому боль, поэтому палец за пальцем, рэпер медленно разрабатывал его дырочку, стараясь действовать максимально осторожно. А когда Пак начал уже сам насаживаться на них, Мин понял, что можно переходить к следующему этапу. Он подставил свой истекающий предъэякулятом возбуждённый член к подготовленному входу парня и начал медленно опускать на него Чимина. Тот слегка поморщился от непривычных ощущений, но спустя пару минут уже сам пытался насадиться как можно глубже. Юнги глухо простонал, когда Пак начал медленно двигаться на нём. Ощущения были несравнимы ни с чем. Секс с женщиной, конечно, имеет свои бесспорные преимущества. Но сейчас Мин готов был спорить с кем угодно и на что угодно, что секс между мужчинами сводит с ума в разы сильнее, чем тот же процесс, но с прекрасным полом. Как в физическом плане, благодаря более обостренным ощущениям, при проникновении, так и в психологическом, когда ты осознаёшь тот факт, что твой партнер такого же пола, что и ты. Движения были осторожными и медленными. Юнги старался сдерживать собственные желания и оставался максимально нежным. Его руки находились на бёдрах Чимина, несильно сжимая их, задавая скорость и направление. Пак выглядел раскрасневшимся и растрёпанным. Сейчас он очень сильно напоминал взъерошенного птенца, и от этого казался ещё более беззащитным и милым, чем был. Мин медленно поднял руку с его бёдер и осторожно прикоснулся кончиками пальцев щеки парня. Кожа была приятной и тёплой, и этот почти невесомый контакт создавал удивительную атмосферу между ними. Она дарила покой и ощущение домашнего уюта. Странное, ранее неизвестное Юнги, чувство. Чимин наклонился к рэперу и припал к его губам. Поцелуй был жарким и страстным. Оба парня вложили в него всю свою жажду. Казалось, что они целовались целую вечность, кусая в порывах страсти губы друг друга, едва ли не до крови, не давая возможности вдохнуть полной грудью, задыхаясь от сумасшедшей смеси чувств и эмоций, бушевавших в телах и душах. Глоток воздуха показался Мину настоящим благословением. Он чувствовал, как сильно и быстро бьётся его сердце. Рэпер приоткрыл рот, пытаясь восстановить дыхание, и изредка облизывал быстро пересыхающие после поцелуя губы. Он обхватил спину Чимина и осторожно уложил того на спину, нависая над ним сверху. Юнги медленно толкнулся бедрами вперёд, продолжая двигаться внутри горячего тела Пака и срывая с его губ всё новые и новые стоны. Одной рукой он приподнял ногу парня, и заставил его согнуть её в колене. Вторую же он вплёл в волосы Пака, слегка сжав их у корней. Движения бёдер Мина постепенно стали более частыми и резкими. Парень закрыл глаза, полностью отдаваясь ощущениям блаженства, иногда глухо постанывая, уткнувшись в шею Чимина и покрывая её рваными поцелуями. Рэперу казалось, что нет ничего лучше в мире, чем прижимать к себе разгорячённое тело Пака, ощущать его мокрые поцелуи на своей шее, ключицах, пальцах, слышать его прерывистое шумное дыхание и редкие пошлые фразы, заставляющие щёки гореть пунцовым цветом. — Хённим... я уже... скоро.. — пробормотал Пак между собственными стонами. Юнги и сам чувствовал, что уже находится на грани. Голова закипала от избытка совершенно сумасшедших ощущений. Чимин импульсивно сжимал его внутри себя, и даже без произнесённых им вслух слов становилось понятно, что он уже находится на финишной полосе. Мин увеличил темп и силу толчков. Он буквально вдалбливался в тело Пака, уже смутно понимая, что происходит. Мысли смешались, а разум затуманился. Когда рэпер услышал громкий протяжный стон Чимина и почувствовал, как сильно сжались тугие мышцы вокруг его члена, а живот мгновенно увлажнился от выстрелившей на него спермы парня, времени до собственного финала практически не осталось. Оргазм был сильным. На мгновение Мину показалось, что он умер. Он не дышал и не чувствовал собственное тело, словно все его нервные окончания на доли секунды перестали работать. Но постепенно мир начал возвращаться, равно как и ощущение себя. Сначала вернулись звуки, а затем по чуть-чуть стала проявляться картинка происходящего вокруг. Чимин лежал под ним, запыхавшийся, мокрый и с затуманенными от оргазма глазами. Юнги наклонился к его губам и нежно поцеловал их. Они были слегка солоноваты и отдавали тонким привкусом железа от пота и мелких капелек крови. — Ты в порядке, малыш? — собственный голос показался рэперу чужим, до такой степени хрипло и прерывисто он прозвучал. Тот кивнул головой, улыбаясь. Мину ужасно не хотелось выходить из горячего тела Пака, но в какой-то момент всё же пришлось это сделать. Он тихо простонал, когда сделал это, после чего освободил Чимина от тяжести своего тела и лёг сбоку от него, приобняв парня за талию и положив голову ему на плечо. — Это было волшебно, хённим.