Blood Sweat & Tears

— Так что он теперь тоже в группе! — восторженно закончил Тэхён и взглянул на лежащего Чимина. Тот никак не отреагировал. — Чимин-а, ты меня слушаешь? — Ким закатил глаза. — М? — промычал тот, изучая глазами абсолютно белый потолок. Он лежал на кровати, положив руки себе за голову в качестве подушки, полностью погружённый в свои мысли. — Эй, ты хотя бы что-то услышал из того, что я сказал? — обиженно пробормотал Ким. — Прости, — Пак повернулся к другу. — Я задумался. — О чём? — Ммм... я тебе потом расскажу, — смутился Чимин и решил тут же сменить тему. — Так о чём ты говорил? — Ким Сокджина определили в группу к нашим рэперам! Представляешь! — Тэхён округлил глаза. — Бан Шихёк решил всё-таки не создавать чисто рэперскую группу, и теперь он подбирает подходящих стажёров из вокалистов. Пока только Сокджина-хёна выбрали. Но будут и другие. Так что нам нужно постараться изо всех сил, да? — Точно! — с жаром ответил Пак, чувствуя, как его сердце набирает обороты в груди. — Нужно поздравить хёна с этим. Интересно, почему он не рассказал сам? — немного грустно добавил он. — Ты же знаешь его, — тут же ответил Ким. — Хён очень скромный. Наверное, просто не хотел хвастаться. Ну, или нас расстраивать. — Расстраивать? — изумлённо переспросил Чимин. — Какое расстройство? Я так рад за него! — Я тоже, — улыбнулся Тэхён. Новость о внезапном включении Ким Сокджина в начинающую группу быстро разнеслась по всему агентству. Тут же пошли и переговоры между другими стажёрами. Одни считали, что парень был достоин этого. Но были и такие, которые из чувства зависти оскорбляли его за спиной, говоря, что у того нет ни слуха, ни голоса. Ким не обращал внимания на все эти разговоры. Его больше волновало собственное будущее и то, как он может улучшиться, чтобы не упасть в грязь лицом во время дебюта. А ведь слухи о нём уже давно витали в воздухе. Раз продюсер так активно начал искать подходящих кандидатов, значило, что не так и много времени оставалось до дебюта новой группы. Плюс ко всему Сокджин слегка переживал от того, что не знал, сможет ли сработаться с рэперами. Он не знал, как его примут ребята, и из-за этого нервничал. За время своего нахождения в агентстве, Ким не так уж и много общался с ними. Он часто пересекался на кухне с Юнги, так как тот тоже любил готовить. Но даже тогда они, в основном, молча выполняли все действия, лишь изредка прося друг друга передать какой-нибудь ингредиент. С Намджуном у Сокджина было совсем всё плохо. У них совершенно не было никаких точек прикосновения, просто ноль общих интересов. Да и Джун часто говорил, что абсолютно не понимает таких людей, как старший Ким. Тот и не навязывался на общение. Проще всех было с Хосоком. Да и то, потому что Чон был очень общительным и весёлым. С такими людьми всегда легко найти тему для разговора. — Да ты не переживай, хён, — пытался подбодрить Сокджина Хосок. — Джун-и хороший. Даже если вам не о чем с ним разговаривать, он не считает тебя каким-то ужасным. Я уверен, что вы сможете найти общий язык. Со временем. А Юнги-хён просто такой со всеми. Я тебя уверяю! Он только кажется грубияном несусветным, но на самом деле очень заботливый и внимательный. — Спасибо, — улыбнулся Ким. — Я просто волнуюсь, что не смогу быть нужным вам. — Ой, хён, не говори ерунды! — нахмурился Чон. — Ты офигенный вокалист! Мы такие хиты будем пилить все вместе, вот увидишь! Чимин одним из первых поздравил Сокджина с повышением. Искренне, от всего сердца. Он обнял парня за его невероятно широкие плечи и пожелал ему успехов. Ким едва не прослезился от такого порыва Пака. Он поблагодарил его за тёплые слова и добавил, что был бы очень рад, если бы директор обратил внимание и на Чимина. — Было бы здорово, если бы мы оказались в одной группе. Пак счастливо улыбнулся. Он бы и сам был совершенно не против. Тем более ещё, что в той группе был Мин Юнги. Чимин пока так и не решился рассказать Тэхёну об их отношениях с рэпером. Он вообще никому не стал говорить об этом. Хотя желание поделиться с кем-то с каждым днём росло. Тем более, что было так много поводов и новых моментов, про которые хотелось рассказать. Юнги всё также продолжал готовить для Чимина и угощать его вкусностями. Вот только теперь он ещё и обнимал его, и целовал, и прижимал к себе так, словно боялся, что тот исчезнет в воздухе. Пак терялся в ощущениях. Он чувствовал такое тепло к Мину. Парню хотелось раствориться в нём. Чимин прижимался к рэперу всем телом, вдыхая уже ставший для него родным до одури приятный аромат его кожи, и нежно целовал того в шею и за ухом. Юнги отчаянно краснел, но только сильнее сжимал кольцо объятий. — Я люблю тебя, хён, — шептал Пак ему на ухо, прикрывая глаза и кратко целуя мочку. — Чимин-и, — шумно выдыхал Мин, чувствуя дикое возбуждение и невероятную нежность к парню одновременно. Разве такое вообще возможно? Юнги всю свою жизнь считал, что его никто и никогда не полюбит. Не то чтобы он был ужасным человеком. Требовательным? Да. Зажатым? Чересчур. Но Мин умел заботиться о тех, кто был ему дорог. И, безусловно, он мог быть нежным. К Чимину рэпер чувствовал то, чего раньше никогда не испытывал настолько сильно. За какое-то ничтожное время, что они знали друг-друга, Пак стал ему настолько близким и родным, что это пугало до чёртиков. Юнги боялся погрязнуть в любви. Он помнил те неудачные попытки устроить свою личную жизнь в прошлом. И недоумевал, как такой светлый человек, как Чимин, смог полюбить такого угрюмого и саркастичного Мина. Но Пак каждый день доказывал ему, что это возможно. Он так трогательно целовал его в губы и кончик носа, что Юнги хотелось верещать, как влюблённой школьнице от передоза милоты. Разумеется, вслух он не кричал, но смущённо улыбался и обнимал парня, чувствуя себя в такие моменты самым счастливым на свете. Что же касалось Чимина, он ощущал то же самое. Всё его существо просто нуждалось в постоянном контакте с Мином. Паку хотелось быть рядом с ним, обниматься и утыкаться носом в его густые волосы, вдыхая чарующий запах. Юнги казался ему каким-то нереальным. Чимин думал о нём чаще, чем о самом себе. И даже каждодневные тренировки не помогали устранить эти мысли. А желание рассказать о своём счастье Тэхёну выросло до невозможных размеров. И в какой-то из вечеров Пак, наконец, решился. — Слушай, — неуверенно начал он, разминая маленькими ладошками затёкшую шею друга. — Чтооо? — протянул Ким, жмурясь от лёгкой боли. — Я хочу тебе кое-что рассказать. Но я боюсь. — Что же там такого страшного, м? Говори, я всегда пойму тебя. — Я влюблён. Тэхён даже повернул голову после произнесённой Чимином фразы. Он во все свои большие глаза смотрел на парня, пытаясь переварить в голове полученную неожиданную информацию. Пак слегка смутился и опустил взгляд, но продолжил говорить. — Это Мин Юнги. — МИН ЮНГИИИ?! Чимин резко накрыл рот Кима ладошкой, округлив от страха глаза, и зашипел: — Не кричи. Мало ли, кто услышит. Тэхён закивал головой, давая Паку негласное обещание не быть таким громким. После этого тот убрал ладонь от губ парня и продолжил. — У нас с ним отношения. — Чимин-а, — серьёзно сказал Ким, — ты уверен, что мы говорим об одном и том же Мине Юнги? Он же ужасный человек. Грубиян. — Он не ужасный, — помотал головой Пак. — Это его... ммм... как бы сказать? Защитная оболочка. А на самом деле, он очень милый. Я люблю его. Тэхён был готов поверить во что угодно. В инопланетян, единорогов и Санта-Клауса. Но не в милого Юнги. Однако, Чимин выглядел таким уверенным и... влюблённым? Ким с минуту посомневался в истинности его слов, но поняв, что его друг и правда искренен в своих чувствах, не мог сделать ничего более, чем поддержать его. — Я очень рад за тебя! Честно. Если ты счастлив, то и я счастлив! — Ким широко улыбнулся. — То есть, ты не считаешь меня каким-нибудь извращенцем? — неуверенно спросил Пак, на что Тэхён громко рассмеялся. — Нет, конечно! Ты же мой друг! Я люблю тебя таким, какой ты есть. — Спасибо, Тэхён-и, — Чимин был тронут до глубины души и обнял парня, обвив его шею своими руками. Как же всё-таки ему повезло повстречать такого хорошего друга.