Ханьлун

Пока они добирались до аэропорта, словили на себе столько взглядов, что впору было деньги за это собирать. Конечно, нечасто жители Чэнду видели заклинателей из ордена Лань, которые отличались от простых людей примерно как дорогой фарфор от грубого глиняного горшка. Кто-то просто зависал с открытым ртом, кто-то даже пугался и немедленно уходил с дороги, но большинство же (в основном женщины, но не только) восторженно восклицали и пытались привлечь к себе внимание, едва завидев богоподобную фигуру Лань Сичэня. Глава ордена Лань с безупречной осанкой и сдержанным благородным выражением лица абсолютно спокойно переносил шумиху вокруг себя. В городской резиденции Лань - что в Пекине - люди давно уже привыкли к внешнему виду ланьцев, и, хотя все мужчины ордена традиционно отличались весьма незаурядной внешностью, местные жители если и выражали свой восторг, то гораздо сдержаннее. А может, дело в том, что эти северяне сами по себе были холоднее. Вэй Усянь же откровенно развлекался. Адепты Цзян вообще никак внешне не отличались от обычных людей, не носили каких-то опознавательных знаков, не вели себя как не от мира сего. Собственно, если человек прямо не спросит, то может никогда и не узнать, что случайный знакомый, с которым он провел время в закусочной около дома, попивая рисовую водку, был заклинателем. И, хотя Вэй Усянь был признанным красавчиком, он выглядел лишь как красивый человек, не более того. Впрочем, это не помешало ему направо и налево подмигивать особо симпатичным девушкам. До Пекина было чуть меньше трёх часов на самолёте, и Усянь, после того как Цзэу-цзюнь ему всё расскажет, намеревался как следует поспать, потому что за последние дни кошмары, мучающие его всё чаще и чаще, совершенно не давали ему отдохнуть. Ему надо было немного набраться сил… особенно перед встречей с братом Лань Сичэня. Хах. Интересно, он его ещё не забыл? *** Мир заклинателей за столетия сильно изменился. Когда-то, много веков назад, когда карта Поднебесной выглядела совсем иначе (как минимум в несколько раз меньше), главные ставки орденов в основном располагались в центральном Китае. Ордены довольно близко соседствовали друг с другом, и не было большой проблемы добраться из Гусу в Ланьлин, из Ланьлина в Цинхэ… Сейчас, с приростом территорий, увеличились и расстояния. Карта подконтрольных территорий орденов перекраивалась много раз и только последние пятьдесят лет выглядела более или менее стабильной. Ставки главных орденов так и остались в тех исторических местах, что и много лет назад: в Гусу, Ланьлине, Цинхэ, Юньмэне и Цишане по-прежнему располагались старинные обители заклинателей, где жили старейшины и учителя орденов, там хранились бесчисленные древние артефакты и содержались огромные библиотеки. Эти обители были обособлены и защищены от людских городов и деревень, чтобы обычные люди не ошивались попусту рядом с такими местами. Но ведь основная миссия заклинателей – защищать людей от нечисти и темных сил, и со временем ордены начали открывать свои резиденции в крупных и средних городах людей, чтобы быть рядом, если понадобится их помощь. Так, помимо Цзян в Чэнду, орден Лань в конце концов открыл резиденцию в Пекине и присматривал за всеми провинциями севернее Хэбэя. Практически все побережные провинции к северу и к югу от Шанхая контролировал орден Цзинь. За центральные: Хубэй, и все, что граничили с ним - взял ответственность орден Не с резиденцией в Ухане. Ну и южный Китай, в том числе вечно проблемный Гонконг, были под присмотром вэньцев. Впрочем, благодаря людям, расстояния теперь тоже не были помехой. Не обладая способностью к заклинательству, те нашли себя в науке и изобрели множество способов преодоления больших расстояний, не прибегая к странным и немного смешным сейчас полётам на мечах. Да и мечами заклинатели уже не пользовались, как основным оружием. Нет, конечно, во время учёбы каждый адепт абсолютно любого без исключения ордена изучал искусство фехтования и стрельбу из лука, но сейчас это было скорее данью традициям. Способы ведения войны также усовершенствовались, и заклинатели посчитали логичным не пользоваться устаревшими методами, когда у людей уже существует огнестрельное и другие виды оружия. Так что заклинатели ничуть не отставали и вовсе не гнушались всеми человеческими достижениями. У Вэй Усяня с двадцати лет были водительские права, а вместо меча за спиной он носил Дезерт Игл за поясом. Как и в мечи когда-то, сейчас в свое оружие заклинатели тоже вкладывали духовные силы для истребления нечисти. Единственное, что осталось неизменным – это талисманы и музыкальное искусство. Вэй Ину вполне хватало самой обыкновенной пластиковой флейты, купленной на Али-экспрессе, хотя Цзян Чэн обещал в этом году подарить ему «настоящую», не за копейки. В самолете их ожидали места бизнес-класса, отгороженные от остальных тонкой перегородкой, поэтому сразу после взлета Цзэу-цзюнь незаметно повёл рукой, и их двоих покрыла незаметная простому человеку шаль заклятия, не позволяющего любым звукам проникнуть наружу. Вэй Усянь хмыкнул еще раз каким-то своим мыслям и приготовился внимательно слушать. Тихий размеренный голос Лань Сичэня звучал так, словно он не рассказывал о происшествии, а читал длинную лекцию. Как по-ланьски… Около месяца назад в абсолютно пустой степи Внутренней Монголии, близ местечка Чифэн, вдруг появились ожившие мертвецы. Такое случалось иногда, когда по некоторым природным причинам где-то нарушался баланс Инь и Ян, заклинатели справлялись с этим на раз-два. Так же произошло и в этот раз. Местный орден заклинателей послал туда своих адептов, которые за несколько часов зачистили местность и удалились. Проблем не возникло никаких – мертвецы были самые простейшие, слабые, никто из местных не пострадал, только отделались легким испугом. Но через каких-то два дня ситуация повторилась. Абсолютно неагрессивные, но все равно крайне неприятные мертвецы тянулись в пустую, ничем не примечательную степь. Заклинатели снова зачистили местность и прочесали всю округу, пытаясь найти причину. Причины не было, всё было чисто. И через два дня… снова, то же самое. Около недели местные заклинатели как по вахте ездили на зачистку в эту несчастную степь, но потом не выдержали и обратились к более сильному клану Цзинь. Лань были ближе, конечно, но с цзиньцами у местных были какие-то дальние родственные связи, которые они заодно хотели укрепить, занявшись «общим делом», так сказать. Цзинь орден большой, насчитывает тысячи адептов, конечно, им не составило труда найти желающих помочь другому клану, а заодно и снискать славы. В богом забытый Чифэн прибыло не менее пяти десятков адептов, они с пафосом развернули целую кампанию против мертвецов, которые падали от одного выстрела, и с гордо поднятой головой заявили об уничтожении напасти. И мертвые и правда исчезли. Всего на неделю. В общем, не углубляясь в перечисление всех этих попыток справиться с проблемой, итог один: мертвые упорно лезут в степь. Они мирные, очень слабые, пару раз всё-таки поцарапали местных, но это скорее по неосторожности последних. Никто не умер, никого не съели. Просто сотни воняющих трупов ходят по степи без определенной цели. - И поэтому там так понадобились я и Лань Чжань? – недоверчиво уточнил Усянь, когда глава ордена закончил. Губы мужчины вновь тронула улыбка. - Именно так, молодой господин Вэй. Высокопоставленные члены кланов вдруг вспомнили, что ещё во время обучения в Академии именно вы с моим братом показали небывалую силу управления мертвецами при помощи дуэта флейты и гуциня. Ну… тут Усянь согласился. Никогда не думал, что этот странный эффект когда-нибудь сможет пригодиться на практике в реальной жизни, но тогда, во время учёбы, многие преподаватели были поражены. Их совместно исполненные мелодии обладали феноменальной силой: мелодии «Призыва», «Истребления», «Омовения» и особенно «Покоя» подчиняли себе даже особо лютых мертвецов. - Так вы хотите, чтобы мы не уничтожили мертвецов, а поняли, что им нужно? – догадался Вэй Усянь. Лань Сичэнь кивнул. - Вы всегда были очень догадливы, молодой господин Вэй. Мой брат уже ждёт вас, сегодня передохнёте, а завтра отправитесь в путь. Ждёт его. Ну что ж. Вэй Усянь смотрел на красивое лицо главы ордена Лань, и невольно в его памяти всплывало другое, похожее, но гораздо более холодное лицо его младшего брата. Длинные волосы, перевязанные лобной лентой, прямые, даже острые брови, ледяной взгляд светлых, но совершенно лишённых любых эмоций глаз, прямой нос, полные, но почти всегда сомкнутые губы, на которых он ни разу не видел и тени улыбки, гордая осанка, широкие плечи, но тонкая, даже почти хрупкая талия, изящные, слишком красивые для мужчины и слишком сильные для человека руки… Усянь отвёл взгляд. Он был знаком с Лань Чжанем почти с самого детства, хотя после завершения обучения в Академии не видел его уже пять лет. Он даже с юмором называл того приятелем, с чем тот был абсолютно не согласен. Их связывали слишком непростые отношения, но, пожалуй, не существовало больше в мире ни одного человека, которого Вэй Усяню было так же интересно донимать. Он не сдержал озорной улыбки на губах. Лань Чжань, Лань Чжань, скучал ли ты по мне? Я - да.