Ханьлун

До четырнадцати лет все адепты обучались заклинательским искусствам в своих орденах и кланах. Но начиная с пятнадцати и до девятнадцати лет, ежегодно на три летних месяца каждый по очереди из пяти крупных орденов собирал учеников-одногодок в своих стенах для межкланового обмена опытом. Так за пять лет юные ученики могли на своей шкуре понять, что такое обучаться в других орденах, познакомиться с их историей и правилами, поохотиться в чужой местности на порой совсем незнакомых тварей. Старейшины называли это Академией, и по завершении этих пяти лет ученик считался прошедшим все ступени обучения и становился полноценным заклинателем. Хотя, конечно, многие низшие заклинатели обходились и без этого, но главные отпрыски кланов традиционно считали за честь пройти эту школу жизни. Кроме того, это хорошо способствовало укреплению межклановой дружбы ещё с юных лет. И вот, летом своего пятнадцатилетия Вэй Ин со своим другом и будущим главой ордена Цзян Чэном и ещё пятью адептами отправился грызть гранит науки в Цинхэ. Мрачная Нечистая Юдоль, окруженная тёмными неприступными скалами, разительно отличалась от светлой и уютной Пристани Лотоса. Эта разница была столь велика, что, только завидев это место издали, Вэй Ина охватила жуткая тоска по родным местам. - Посмотри, - разочарованно бросил он Чэну, - ни одного озера, ни одной речушки, как здесь ходить на рыбалку? - Какая тебе рыбалка? - прошипел тот в ответ. – Мы приехали сюда учиться, а ты уже думаешь о развлечениях! Вэй Ин только закатил глаза и начал заинтересованно озираться по сторонам. Они добирались до места на обыкновенном человеческом семиместном внедорожнике. Усянь посмотрел в покрытое приличным слоем пыли окно. Там, на стыке равнины и взмывающих в небо горных хребтов, стояла их обитель на ближайшие три месяца. Три месяца лета! Когда нужно отдыхать, развлекаться, ловить рыбу, охотиться на птиц и зайцев, и просто, в конце концов, безбожно убивать время в интернете! Просто катастрофа! Боль от этого скрашивало только то, что Вэй Усяню не терпелось встретиться со старыми друзьями. Некоторых он не видел так давно, что сейчас боялся даже не узнать. Только, пожалуй, с Не Хуайсаном они виделись чаще всего: его старший брат и отец Цзян Чэна часто встречались и так же часто брали на эти встречи ребят. Не Хуайсан Усяня просто обожал, впрочем, хоть тот и не показывал, но это было взаимно. Отпрыска клана Цзинь – Цзысюаня - они с Цзян Чэном не видели лет с десяти, но до сих пор со смехом вспоминали, как устраивали с ним битвы на деревянных мечах, и Цзысюань, получив от обоих по голове не один раз, в слезах бежал плакаться своей матушке. Но был ещё кое-кто, кого Вэй Усянь страсть как хотел увидеть. Они встречались всего два раза, будучи совсем детьми в возрасте шести и восьми, кажется, лет. Но каждая из этих встреч оставила Вэй Ину яркие воспоминания. Сейчас слава второго нефрита клана Лань летела впереди него. Говорили, что он в свои пятнадцать лет и фехтует лучше всех молодых учеников, и стреляет из лука и из револьвера, и заклинает на гуцине, и что только ещё ни говорили. Что он самый красивый среди заклинателей после своего старшего брата, вот что еще говорили. Неизвестно, что там с первыми пунктами, но в последнем Вэй Усянь не посмел даже усомниться. Уже тогда, в детстве, тот был самым красивым ребенком, которого Усянь когда-либо видел. И сейчас у него не то что руки, у него всё тело чесалось, как же хотелось посмотреть на этого нефрита. Посмотреть и что-нибудь натворить! *** Всех учеников разместили в отдельном доме, чуть поодаль от главного здания. Было велено поужинать и хорошенько отдохнуть, чтобы завтра рано утром явиться на первый урок. На обучение (не все, но большую часть занятий) надлежало надевать традиционный ханьфу, и Вэй Усянь, облачившись на следующее утро в три слоя одежды*, уже представлял, как ему будет жарко все эти три месяца. Они с Цзян Чэном и остальными братьями еще так и не видели других учеников и столпились в симпатичном дворике, усаженном цветами. Вэй Усянь как раз спорил со своими шиди относительно того, что в горах тоже есть на что поохотиться, как краем глаза заметил выходящую группу учеников в кипенно-белых одеяниях. - Так что, как выдастся свободная минутка, мы… Он поднял взгляд на идущего впереди… И слова зависли где-то в глубинах лёгких, сразу потеряв всякий смысл. Живой человек. Просто. Не может быть… Таким! Чёрные прямые волосы до лопаток, перевязанные лобной лентой, острые брови вразлёт, ледяное выражение лица и светлые, абсолютно непроницаемые глаза из-под длинных ресниц. Цзян Чэн больно ткнул его локтем в бок. - Вэй Усянь, закрой рот! - раздражённо зашипел он ему на ухо. – Прекрати так на него смотреть. Идеальная осанка, правая рука чинно убрана за спину, он был гораздо выше Усяня. Как же так? В шесть и восемь лет он точно был ниже него! Лань Ванцзи размеренной, но твёрдой поступью шел вперед, никого не замечая вокруг. Даже его поясное украшение с нефритом идеально покачивалось в такт шагам. Казалось, что он плывёт в нескольких сантиметрах над землёй. Сбоку снова последовал тычок под рёбра. - Вэй Усянь, пожалуйста, закрой рот. Взгляд Лань Ванцзи из-под полуприкрытых век ледяной стрелой пронзил Вэй Усяня, застав буквально врасплох. Ресницы предательски дрогнули, и Усянь опустил взгляд вниз, закусывая губу. Чёрт возьми, он не был готов к тому, что второй нефрит клана Лань из «маленького принца» превратится в «Нефритового Императора». Ланьцы ушли вперед, а Цзян Чэн начал снова пихать его под рёбра. - И чего ты так завис, словно никогда его не видел? - Моему чувству прекрасного сейчас был нанесён непоправимый ущерб! Я чувствую вопиющую несправедливость, потому что некоторым, - он кивнул в спину ланьцев, - достаётся всё, а остальным - что останется. - Что ты несёшь, - фыркнул Чэн, - они всегда были красивыми, вот уж открытие. И не вздумай приставать к Лань Чжаню, как в детстве. Сейчас он второй в списке заклинателей, олицетворение воспитанности и благочестия, не лезь к нему со своими тупыми приколами. Вэй Усянь только усмехнулся и скрестил руки на груди. Ну уж нет. Зря он, что ли, сюда приехал? Ну не верил он, что в двадцать первом веке могут быть у пятнадцатилетних подростков жёсткие рамки благочестия. И он намеревался эти рамки прощупать лично. На крепость. Жалко, побиться об заклад не с кем. Не Хуайсан поддержал бы его, если бы это не был его дом, где он круглые сутки под присмотром своего старшего брата, которого боится так же, как Вэй Усянь собак. Лань Чжань был идеален. Безоговорочно. Весь он от кончиков волос до самых кончиков красивых пальцев был идеален. Вэй Усянь посмотрел на свою грубоватую руку и сжал её в кулак. Но он не даст этой красоте помешать ему как следует повеселиться! Вэй Усянь завёл руки за голову и, насвистывая, пошел в сторону залов для занятий. Этой ночью он прекрасно выспался и был полон сил творить хаос! Собственно, хаос и не надо было даже творить. Он сам по себе появлялся там, где появлялся Вэй Усянь. Так как первый учебный день показался ему длинным и вопиюще скучным, то вечером, когда все старшие разошлись по своим покоям, он с лёгкой руки и без особого труда организовал попойку с более чем дюжиной адептов разных кланов в своей просторной комнате. Даже Не Хуайсан, помолившись предварительно всем, кому умел, присоединился к ним. Спиртное достать не было проблемой, особенно для Вэй Усяня: кое-что он купил по дороге в Цинхэ, кое-что раздобыл в самом городке. Отведенная ему комната очень кстати находилась в самом конце самого дальнего коридора, поэтому он был почти полностью уверен, что их не спалят. Ну, а если спалят, то не страшно. В Нечистой Юдоли не запрещён алкоголь (как у некоторых), единственная проблема была в том, что им всем тут по пятнадцать лет, но Усянь готов был в случае чего взять ответственность на себя. В конце концов, они просто обязаны были отметить первый учебный день и новые знакомства. Ребята переоделись из ханьфу в нормальную человеческую одежду, и, когда все уже порядком набрались и расслабились, Вэй Усянь подсел поближе к немногочисленным присоединившимся к празднику ланьцам. Всё же они были самыми интересными. - И что, у вас действительно запрещён алкоголь не только в Гусу, но даже за его пределами? Какой кошмар! - Да, но только до достижения совершеннолетия, молодой господин Вэй, поэтому, если нас сегодня застукают, Учитель Лань Цижэнь с нас потом три шкуры спустит и заставит переписывать четыре с половиной тысячи правил ордена Лань. - Подождите, как четыре с половиной, было же три, когда успели добавить ещё полторы тысячи правил? - Не-ет, три тысячи было давно, вы что. Если изучали историю мира заклинателей, то должны знать о том, что после событий, связанных со Старейшиной Илин, к этому списку добавили ещё тысячу. И это было в древности. А с тех пор до нашего времени постепенно добавились и ещё полтысячи. Вэй Усянь только покачал головой. - Да, я, конечно, знаю эти события, которые тогда крутились вокруг Аннигиляции Солнца, но вот то, что столько правил добавили – это что-то совсем жёсткое, – он улыбнулся, - не завидую я вам. Их отвлёк шум с другой стороны комнаты. Кажется, Цзян Чэн поспорил о чём-то с Цзинь Цзысюанем, и теперь они начали шуточный бой на мечах, прямо не доставая их из ножен. Постепенно в драку влились остальные, мечи были отброшены подальше, и ребята смешанным комом, из которого только и торчали руки-ноги, катались по комнате, сшибая немногочисленную мебель. В самый разгар веселья дверь в комнату Вэй Усяня распахнулась, словно от пинка ногой, и на пороге, источая просто леденящую душу ауру, возник второй молодой господин клана Лань. Ком из рук и ног мгновенно замер. - Бл***, – коротко прокомментировал Вэй Усянь.