Ханьлун

Все его планы от души поприкалываться над вторым молодым господином Лань шли под хвост. Как-то незаметно в их отношениях произошёл какой-то излом. Ещё несколько дней Вэй Усяню удавалось старательно обходить стороной второго молодого господина Лань. У того на лице была его обычная маска холодного сухаря, но по каким-то едва уловимым изменениям, по какой-то тончайшей микромимике Вэй Ин так и видел, что тот хотел спросить его насчёт шрама на груди, и того, чем они занимались, когда выпили. Потому что всё поведение Лань Чжаня говорило о том, что он ничего не помнит. Совершенно. Вэй Усянь даже обрадовался этому. На самом деле, это было довольно удобно, ведь если когда-нибудь ему выдастся шанс ещё разок выпить со вторым молодым господином Лань, он будет чувствовать и вести себя свободнее, зная, что тот на утро всё равно не вспомнит ничего из того, что натворит. Маленький Вэй Ин в красных одеяниях внутри него ехидно потирал ручки, а сам он прикидывал в голове, как лучше ответить Лань Чжаню на его вопросы так, чтобы он не подумал, что вёл себя как-то неблагопристойно, потому что в этом случае вряд ли ещё когда-нибудь захочет выпить. Пока Вэй Ин увиливал от разговора, вернулся глава ордена Цзян, и тут же объявил, что уроков в классах больше не будет. Хватит с них теории, пора переходить к практике. Ученики, казалось, только того и ждали (потому что после занятий с Вэй Усянем не хотели возвращаться к унылым лекциям). И для молодых заклинателей началась активная тренировка в «диких» условиях. Пожалуй, этот год обучения запомнится всем надолго, потому что дядя Цзян был классным мужиком, и после утомительного дня, благодаря его подсказкам невзначай, ученики всегда знали, где достать хорошего юньмэнского лёгкого вина. Вопреки ожиданиям, такая вседозволенность возымела обратный эффект. Юноши никогда не перебарщивали вечером и наутро, как огурчики, являлись на занятия полные сил и в хорошем расположении духа. Кроме, разумеется, второго молодого господина Лань. Он вёл себя подчеркнуто отстранённо и зачастую вообще не покидал своих покоев без необходимости. Несколько раз Усянь видел того по вечерам, сидящего на помосте перед водой и тихо играющего на гуцине. Вэй Усянь отчего-то вдруг сжалился над ним и не собирал шумные компании в своих комнатах. Ему не составляло труда найти для этого подходящее помещение подальше от их стороны, и их гулянки совсем не мешали второму молодому господину Лань отдыхать. Вот только чем дольше они никак не пересекались, тем больше росла в Вэй Усяне жажда нашкодить. Ну не мог он просто жить и смотреть, как этот сухарь ходит с каменным лицом и живёт в покое. Уже прошло достаточно времени с того момента, как Вэй Усянь напоил его, и однажды вечером, когда он возвращался с очередной пьянки чуть более весёлым, ноги сами свернули на соседнюю дорожку к дому Ванцзи. Тот явно не был готов встречать гостей. Кажется, он собирался отходить ко сну. Прежде чем войти, Вэй Ин замер перед открытым настежь окном и невольно залюбовался Лань Чжанем. Он в первый раз видел его без лобной ленты, которая лежала перед ним на столе, аккуратно свёрнутая. Ванцзи медленно расчёсывал свои распущенные длинные волосы, и это зрелище было, пожалуй, даже интимнее того момента, когда они проснулись в одной постели. Что-то было в этом такое… слишком личное. Лань Чжань был в нательной рубашке и штанах, а поверх плеч была просто накинута одна мантия. Потоптавшись несколько минут на месте, Усянь всё же задвинул куда подальше голос разума и тихо постучал в дверь. Естественно, ответа не последовало. Когда он отворил дверь, его встретил резкий, абсолютно негостеприимный взгляд Ванцзи. Секунда, и он отвернулся, хмуря брови: - Уходи. - Очень дружелюбно, браво, - не сдержался Вэй Ин и, вопреки его словам, вошёл в комнату и подошёл к столу, за которым сидел Лань Чжань. Он довольно бесцеремонно уселся напротив него и улыбнулся. Кажется, он по этому скучал. Лань Ванцзи всё ещё не смотрел на него, словно скрывал что-то, он только холодно произнёс: - Ты не можешь видеть меня в таком виде. Уходи. Брови Вэй Усяня поползли вверх. - В таком - это в каком? – он окинул Ванцзи цепким взглядом с головы до ног. – Не вижу ничего постыдного, ты одет, и мы, в конце концов, оба мужчины. Лань Чжань на это только вздохнул, понимая, что объяснять тут бесполезно. Но Вэй Ин уже не мог закрыть рот, из которого так и лились лишние слова: - К тому же, чего я там не видел… Вот этого не надо было говорить. Взгляд Ванцзи просто продырявил его насквозь. Вэй Усянь буквально почувствовал это телом. Он замер и поспешно захлопнул рот. Чёрт! Лань Чжань очень медленно выдохнул, его голос был предельно ровным: - Что мы делали той ночью? - А-ха… ха, - Вэй Усянь закусил губу с такой силой, что почувствовал боль. – На самом деле, ничего предосудительного, тебе не следует волноваться. Лань Чжань даже не моргнул. - И всё же? - Ну, - Вэй Ин выдохнул, как-никак он уже давно знал, что этого разговора было не избежать. – Мы купались. Кстати, ты очень хорошо плаваешь, удивительно для человека, выросшего в горах. И, разумеется, мы делали это не без одежды! – поспешно добавил он. – Именно поэтому после нам пришлось переодеться, у меня не было ничего кроме халатов. Ты сделал это самостоятельно, так что не переживай, я не осквернил тебя своим взглядом. И Вэй Усянь, в общем-то, говорил правду. Голая грудь ведь не считается, а ничего другого он не видел. Но Лань Чжань по-прежнему очень мрачно изучал его взглядом, словно ещё сомневаясь. - Мы проснулись в одной постели. - Да, - Вэй Усянь почесал затылок, - это досадное недоразумение. Но ты можешь быть спокоен, твои честь и достоинство остались при тебе, я ничего с тобой не делал! Взгляд Ванцзи дрогнул и опустился вниз. - И ты со мной, разумеется, тоже. – Вэй Усянь округлил глаза. Не мог же Лань Ванцзи подумать что-то такое про себя?! Он вдруг запоздало понял, как должно быть скверно чувствовал себя все эти дни второй молодой господин Лань, мучаясь в догадках о событиях той ночи. Вэй Ину на секунду стало совестно. - Лань Ванцзи, - тихо позвал он, надеясь, что тот вновь посмотрит на него. – Я говорю правду, даже под действием алкоголя ты сохранил всю свою благопристойность и в словах, и в поступках, я даже был сбит с толку, потому что далеко не сразу понял, что ты захмелел. Но ты отобрал у меня флейту, и только это раскрыло тебя. Видать, она тебе совсем не нравится, - Вэй Усянь тихо похихикал, а вот Лань Чжаня, кажется, его слова успокоили. Второй нефрит клана Лань прикрыл на секунду глаза, будто выдыхая с облегчением, но потом его взгляд снова тяжёлым грузом опустился на Усяня, точнее, на его грудь, скрытую сейчас простой чёрной футболкой с логотипом группы «Kiss». - Почему у тебя остался шрам? Ты обращался к кому-нибудь? Вот этот вопрос Вэй Усянь хоть и ожидал, но всё же не хотел услышать. - Не бери в голову, Лань Чжань. Да, я пробовал несколько разных средств, но мне ничего не помогло. Видно, я тебя тогда реально сильно разозлил, - он скованно усмехнулся, - в любом случае, сам виноват. И он мог поклясться кому угодно, что, чёрт возьми, видел на дне глаз Лань Ванцзи сожаление. Похоже, тот корил себя за тот удар мечом. Ланец молчал несколько секунд, а потом тихо попросил, отворачиваясь: - Пожалуйста, уходи. Правилами запрещено находиться перед чужими людьми без лобной ленты. - Э-эй, ну, опять ты начинаешь, - расплылся в улыбке Вэй Усянь. – Так и подбиваешь меня снова говорить тебе о том, что мы приятели. - Мы не… - Да-да, - замахал руками Вэй Ин, поднимаясь с колен. – Можешь говорить что угодно и успокаивать себя сколько хочешь, но мы как минимум уже не чужие. Хочешь ты этого или нет. Недосказанные слова так и застыли на губах Лань Ванцзи. Вэй Усянь лёгкой походкой дошёл до дверей и развернулся напоследок. - Можно попросить тебя об одном, Лань Чжань? – спросил Вэй Ин заигрывающим голосом. Ванцзи промолчал в ответ, но его взгляд был более чем красноречив: «выслушаю, но откажу». - Пожалуйста, - Вэй Усянь лукаво поднял уголки губ, - не пей алкоголь больше ни с кем, кроме меня. Губы Ванцзи на секунду округлились, как будто он ожидал чего угодно, кроме этого. И Вэй Усянь качнул головой, а залетевший в открытую дверь ветерок взъерошил его волосы: - Потому что ты как цзяожэнь: когда выпиваешь немного, становишься ещё прекраснее. Лань Чжань моргнул. И мочки его ушей плавно, но очень заметно начали краснеть. Вэй Усянь чуть к потолку не подпрыгнул. Впервые! За всё это время, впервые! Ему удалось смутить самого Лань Ванцзи!