Ханьлун

Сегодня было пасмурно и немного влажно. Как будто окружающие горы собирались разразиться дождём, но пока медленно собирали силы. Воздух наконец-то был свежим, а утомительная жара отступила. Вэй Усянь смотрел в спину идущему впереди второму молодому господину Лань и никак не мог насмотреться. Тот был в ханьфу. Вэй Ин так много раз видел его в традиционной одежде и с традиционной причёской… но именно сегодня он казался ему особенно красивым. Или он просто соскучился по такому Лань Ванцзи? Ведь ханьфу на нём невольно вызывал в памяти воспоминания об учёбе… А может просто казалось, что ланец должен выглядеть именно так. Лань Ванцзи обязательно должен выглядеть именно так. Именно в ханьфу. Они отошли уже достаточно далеко от жилой части, и теперь Вэй Ин с удивлением осматривался. Лобная лента, повязанная на руке, меняла облик Облачных Глубин до неузнаваемости. В прошлом, когда он учился здесь, он исследовал территорию ордена вдоль и поперёк, даже однажды побывал в запретной женской части (о чём старался не вспоминать), но только сейчас Усянь мог видеть то, что раньше было скрыто от его глаз при помощи магии. Исследованные ранее бесчисленные заброшенные дорожки и полуразрушенные сараи и здания оказались вовсе не заброшенными. Вэй Ин глазам своим не верил! Здесь всё выглядело, как и в основной жилой части ордена: такое же ухоженное и аккуратное. Дорожки были хорошо вычищены, а постройки целыми и невредимыми. Просто здесь никто не обитал. - Ваша магия очень… хитрая, - не выдержал и прокомментировал Вэй Ин. Лань Чжань бросил на него взгляд через плечо: - Она хорошо работает от некоторых любопытных заклинателей. Усянь громко фыркнул и улыбнулся: - Если честно, я даже не догадывался, правда. У меня даже вопросов не возникло, почему такие педанты и чистоплюи, как вы, так плохо следите за своей территорией. А теперь для меня очевидно, что ланьцы не могли так забросить свою ставку. - Это тоже часть магии. Ограждает не только взгляд, но и мысли, - ответил Лань Чжань. - Поразительно! – искренне восхитился Вэй Ин. – Поистине, клан Гусу Лань обладает некоторыми такими заклинательскими традициями, которые другим кланам и не снились. Второй молодой господин Лань замедлился, а потом и вовсе остановился и обернулся на Вэй Усяня. - Магия «отвода глаз» – это не ланьская традиция, - низкий голос Ванцзи отчего-то смягчился. – Это дар клану Гусу Лань от Старейшины Илин. Персональный. Вэй Усянь свистнул, опуская глаза в землю. Ну, тут понятно всё. Старейшина Илин для мужа постарался. Он успел даже смутиться от этого факта (чёрт возьми, постоянно забывал, что те двое были...), а потом вновь последовал за высокой фигурой второго нефрита клана Лань. Тот вёл его на гусуланьское кладбище. Оно находилось в отдалении, у самого подножия отвесной скалы, скрытое от посторонних магией и густым бамбуковым лесом. Вход – изящную каменную арку, увитую плющом – охраняла пара небольших собакольвов Ши. Вэй Усянь прошёл под аркой и попал в другой мир. Это место выглядело как очень старое буддистское кладбище. Высокие остроконечные пики надгробий возвышались над головой, испещрённые молитвами и сутрами. Некоторые из них были такими старыми, что, казалось, вот-вот обрушатся на землю, рассыплются до самого основания. Второй молодой господин Лань не спеша шел меж надгробий, уходя всё дальше, и Вэй Усянь следовал за ним, с интересом рассматривая всё вокруг. Здесь отчего-то почти не чувствовалось энергии смерти, только её слабый отголосок. Похоже, здесь все были кремированы, и если что, поднять из земли никого не удастся. Очень предусмотрительно. Наконец они вместе дошли до небольшого открытого склепа из белого камня. У него не было крыши, только невысокие стены и арка-проход внутрь. Лань Ванцзи обернулся вновь на Вэй Усяня и в последний раз спросил: - Уверен? Усянь с большим энтузиазмом кивнул. И они вошли. Белые стены были едва выше их голов и совсем не давили. Внутри было просторно и прохладно. В самом центре, на небольшом возвышении стоял очень красивый белый каменный резной гроб с тяжёлой крышкой. Перед гробом находилась небольшая курильница. Это всё. Очень аскетично, если не считать роскошного вида самого гроба. - Здесь хорошо, - прошептал Вэй Усянь, всей кожей ощущая царящую тут атмосферу. Второй нефрит клана Лань как будто бы расслабился. Он подошёл к гробу и, взявшись двумя руками за крышку, с видимым усилием сдвинул её в сторону, осторожно, чтобы она не упала на землю. Он несколько секунд смотрел внутрь, как будто молился про себя, а потом тихо разрешил: - Можешь подойти. Вэй Усянь сглотнул. И очень неуверенно приблизился. Тела внутри не было, как и говорил второй молодой господин Лань. Но гроб не был пустым. На белом каменном дне лежали три предмета. Вэй Усянь чуть наклонился и нахмурился, рассматривая их. А Лань Ванцзи тихо заговорил: - После того, как тело сожгли, прах первые сорок девять лет стоял здесь, в гробу, потом по традициям его предали земле. Вэй Ин кивнул. Понятно. - А это? – он взглядом указал на предметы. – Можно взять, посмотреть? Второй молодой господин Лань кивнул: - Можно. Они под заклятием сохранности, - Ванцзи чуть склонил голову. – Ханьгуан-цзюнь был отрешён от мирских забот и не привязывался к вещам. Но эти три… имели для него особое значение. Вэй Усянь потянулся рукой и бережно достал первый предмет – лист бумаги. Бумага была старой, но дорогой для тех времён. На листе был нарисован заклинатель с книгой в руке. Судя по всему, это и был сам Ханьгуан-цзюнь. Рисунок был довольно подробным и тщательно выполненным. В волосах ланьца, поверх лобной ленты, был несколькими небрежными штрихами нарисован цветок. - Да, - выдохнул Вэй Ин, - чувства того, кто рисовал этот рисунок, очевидны. Второй нефрит клана Лань отвёл глаза в сторону, а Вэй Усянь не смог не прокомментировать: - Слушай, а ведь ты, как и он, принадлежишь к основной ветви клана Лань, так что вы с ним родственники. Я понимаю, что рисунок выполнен в старинной технике рисования, но… ты никогда не обращал внимания, что вы с ним очень похожи? Лань Чжань тихо ответил: - Обращал. - Уо-о, - выдохнул Вэй Ин, - он был самым прекрасным из живущих, и ты, похоже, унаследовал все его лучшие качества. Ванцзи немного укоряюще покачал головой: - Кто тебе сказал, что он был самым прекрасным? Были и другие… - Да-да, - махнул рукой Усянь, - я знаю, читал кое-что. Но для меня он самый выдающийся заклинатель тех времён. Герой! Он великолепен! Второй молодой господин Лань как-то странно дёрнул губами, но промолчал. А Вэй Ин очень осторожно вернул рисунок на место и посмотрел на остальные два предмета. Это был высушенный бутон белого пиона и маленький красиво расшитый мешочек из-под трав. Это всё, что осталось от прекрасного Ханьгуан-цзюня – ни богатства, ни сокровища ему были не нужны. Вэй Усянь грустно вздохнул. - Как он умер? – тихо спросил он. Брови второго молодого господина Лань дрогнули. - В глубокой старости. Старейшина Илин покинул этот мир первым. Исчез бесследно, как и до этого: ни тела, ни души не осталось. Ханьгуан-цзюнь доживал остаток своих дней в затворе в медитации. Его редко навещали, чтобы не нарушать его покой, и однажды во время очередного визита обнаружили, что он уже ушёл в иной мир. Сердце Вэй Усяня отчего-то сжалось, когда он представил одиноко медитирующего старика, который только и ждёт смерти, чтобы переродиться и возможно вновь встретиться со своим любимым. - Сколько он… ждал? – спросил Вэй Ин. Голос не слушался. - Точно неизвестно. Вероятно, около двух или трёх десятков лет, - Ванцзи посмотрел вновь на предметы в гробу. - М-да… - пробормотал Вэй Ин, стараясь скрыть тронутые чувства. – Так долго. Я немного читал, хотя и думал тогда, что это сказки. Про то, что он пережил в молодости смерть Старейшины Илин, и потом ждал его, пока тот, наконец, переродится и ответит ему взаимностью. А потом выходит, что и в старости он вновь пережил его смерть, и вновь ждал. Только уже не Старейшину, а собственного исхода. Они постояли несколько минут в полной тишине, погружённые в свои мысли, а потом второй молодой господин Лань так же с усилием задвинул крышку гроба на место. - Он сам выбрал этот путь. И следовал ему, забыв о сожалениях, - твёрдо сказал Лань Ванцзи. Вэй Ин не нашёлся, что ответить, и только когда они покинули пределы кладбища, вновь заговорил. - Нет, ну ладно Ханьгуан-цзюнь, но этот Старейшина Илин! – он многозначительно фыркнул. – Неужели настолько слепой, что не мог рассмотреть пылающее чувствами сердце ланьца? И почему сам настолько непрозорливый, что так долго не понимал собственную тягу к нему? Он был преисполнен чувством великой несправедливости по отношению к прекрасному Ханьгуан-цзюню. Но второй молодой господин Лань скосил на него какой-то странный взгляд. Долгий и чуточку на самом дне его светлых глаз сочувственный взгляд. Он тихо ответил: - Из твоих уст это звучит слишком… пристрастно. *** Не Хуайсану Вэй Усянь написал ещё вчера вечером. Тот завалил его тонной сообщений о том, что ждёт его вместе со вторым молодым господином Лань в Нечистой Юдоли как никогда. Поэтому этим вечером заклинателям ещё предстояло совершить быстрый перелёт на север. А пока можно было немного передохнуть в цзинши. Пока второй молодой господин Лань отлучился по делам, Вэй Усянь хорошенько исследовал территорию вокруг. Намеренно или нет, но покои Ванцзи находились в уединении от остальных построек. Дом окружали красивые цветники, а с одной стороны был даже выход к небольшому декоративному пруду. Усянь вышел на помост к воде и вдруг задумался: учитывая характер Лань Чжаня, может ли быть, что он был одним из немногих гостей этих покоев? За этими мыслями и застал его глава клана Лань, пришедший попрощаться. - В итоге я очень рад, что вы присоединились к расследованию, - сказал он после обмена любезностями. – Изначально Ванцзи хотел заниматься этим делом в одиночку. Вэй Усянь немного замялся: - Я до сих пор не уверен, что действительно нужен вам. Лань Чжань очень многое может и без моего участия. Цзэу-цзюнь слегка покачал головой: - Я подозревал с самого начала, что дело это окажется запутанным. И предполагал, что нам понадобится помощь адепта Иного Пути. Некоторые вещи мой брат просто не в силах сделать, не являясь приверженцем этого вида магии. Вэй Ин хмыкнул: - Тогда почему вы выбрали именно меня? Знаете же прекрасно, что мои отношения с вашим братом имеют довольно непростую историю. Он быстро облизнул губы. Только бы Лань Сичэнь не знал про поцелуй! Иначе как смотреть ему в глаза? Глава Лань повернулся к Усяню, сложив руки за спину, и мягко улыбнулся, наклоняя голову вбок: - Дело в том, молодой господин Вэй, что вы единственный адепт Иного Пути, с которым Ванцзи готов иметь дело. - Это что-то новенькое, - поднял брови Вэй Ин. – Хотите сказать, я подвинул Старейшину Илин в его сердце? – он хохотнул с собственной шутки, но Сичэнь, похоже, с лёгкостью ему подыграл: - О, даже не думайте к нему ревновать, эта схватка обречена на провал. Они вместе тихо посмеялись, и Вэй Усянь окончательно расслабился. Он и раньше чувствовал, что импонирует Лань Сичэню, тот всегда выражал по отношению к нему мягкость и дружелюбие. И сейчас, окончательно убедившись в этом, он был почему-то очень рад. Ему нравилось нравиться ланьцам. Ох, если бы со всеми ланьцами было так просто… Пока они продолжали тихо переговариваться, сзади послышался шум. В дверях цзинши стоял второй молодой господин Лань. В руке он держал две вешалки с привычной Вэй Усяню уличной одеждой, а в другой небольшой рюкзак для самого нужного. Вэй закусил губу. Если это не забота, то что? - Пора собираться, - сказал Ванцзи и чуть приподнял руку с одеждой. Идеально подобранной Вэй Ину по размеру, конечно.