Последняя пристань

Слушать: Couple - Дым Было бесконечно больно. Ближе к плечу рука прострелена, а ближе к кисти - трещина. Гипс мешал, бинт и повязка - тоже. Ухен не мог понять, какие сутки пошли со дня его прибытия, он потерялся во времени. Ему мало сообщали новости, чтобы он не волновался, Сонгю запретил напрягаться, порхал над ним, как мамаша-птица над гнездом. Это напоминало Ухену только начало их "совместной" жизни. Сонгю тогда казался ему странным, скрытным и неразговорчивым. Это пугало и настораживало. Хоя, казалось, очень изменился. Он часто заглядывал, интересовался самочувствием, даже улыбался и приносил шоколад, говоря, что он полезен. Хоя напоминал Ухену Дону, ведь эти двое так заботились о Сонгю, оберегали и наставляли. Сонгю их слушал, хотя всегда делал по-своему. Однажды вечером Сонгю притих в кресле, листая какую-то книжку, а Ухен сел в кровати, опираясь плечом о стену. Он посмотрел на Командира, такого спокойного и теплого, словно все плохое осталось в прошлом. Ухен долго рассматривал его, пока Сонгю не заметил на себе взгляд. -Что? - поинтересовался Ким. - Почему ты так смотришь? -Нет, просто, - улыбнулся Наму. - Мне кажется, будто я тебя сто лет не видел. Ты словно другой, но в то же время будто никуда и не уходил. Сонгю отложил книжку в сторону, поднялся с кресла и забрался к Ухену на кровать. Он обнял Наму, подарив тому свое тепло. Ухену было хорошо с ним, он даже начал проваливаться в сон, но неожиданно кое-что вспомнил. -Скажи, - начал он, - а Главнокомандующий Ким Менсу... -Ты удивлен? -Почему ты не рассказал? - вопрос на вопрос. Сонгю постучал пальцами по плечу Наму, подумав пару секунд. -Прости, истинная сущность Менсу слишком секретна. Опасно так полагаться на него. -Ясно, - Ухен снова закрыл глаза, слушая как бьется сердце Сонгю - размеренно и четко. Ровно столько, сколько нужно. Наму не хотел вновь думать о том, что у Сонгю странное восприятие происходящего, да и собственной жизни. Он будто все воспринимал слишком осторожно, с опаской, боясь непредвиденных трудностей. В комнате светил тусклый свет, окутывало тепло, и Ухен незаметно для себя заснул. Командир рассматривал спокойное лицо Наму: его пухлые губы, нос необычной формы, длинные ресницы и волосы, спадающие на лоб. Раньше для Сонгю было чуждо это чувство, которое все называли "любовью". Но, кажется, Ухен все перевернул с ног на голову, ворвавшись в привычный ритм жизни. И все пошло иначе... Будто толчок в спину. «Давай, давай...» -Если бы ты знал, какой грех у меня перед тобой, - прошептал Сонгю, чувствуя кожу Ухена под своими пальцами. - Ты бы не спал так спокойно в моих руках. *** В укрытии повстанцев Ухен слышал много разговоров, в большинстве своем об испытаниях с воздухом и водой, об ослаблении обороны базы Северной Части Федерации и о самом Ухене, как ни странно. Все бы ничего, но Наму тревожило то, что Сонгю опять ничего ему не говорил, лишь улыбался, обнимал, целовал в лоб и повторял: «Все хорошо». А что хорошо? Что такого хорошего случилось? Он не знал. Но для Сонгю, кажется, все правда было хорошо. Он ведь так любил Ухена, и каждый вечер был рад прийти и сказать: «Давай спать». Было странно. Но одним утром Сонгю встал со странным настроением, долго ходил, что-то беспорядочно делал, а за завтраком попросил сходить с ним на совещание. Ухен удивился, ведь обычно его ограждали от всех планов и просили отдыхать. Но в это утро Сонгю был по-особому напряжен и нервозен. Совещание было важным, это Наму понял, когда увидел Верховных лидеров всех укрытий повстанцев. Когда вошел он сам, то все притихли, а потом начали вежливо здороваться. Сонгю проводил его до места и сказал сесть, а сам пошел к Хое, который стоял у интерактивной доски. Окончательно все собрались спустя двадцать минут. -Спасибо, что приехали так быстро, - начал Хоя. - У нас есть информация, которая интересна всем, тем более что от нее зависит многое. Сонгю вывел на экран пару изображений, и то, что там было, Ухен сразу же узнал. -Почти год назад на улицах Городов появились эти непонятные существа. Всем, конечно, уже известно о них, - продолжил Хоя. - Так же были предположения, что их создавали Тени, третья сторона. Но недавно в наши руки попали очень интересные бумаги, и наши люди провели расследование. При последней фразе все заметно напряглись. Теперь Ухен осознал, почему Сонгю в последние дни выглядел так озадаченно. -Так вот, - Ли помедлил, - эти твари, а именно биохимические роботы, неудачный опыт Федерации. А Тени - это не третья сторона, как мы думали. Это прихвостни Федерации, которые проверяли свою продукцию на своих же людях, а заодно и на нас тоже. Собравшиеся пришли в ужас. Информация была не из приятных. Сонгю у всех в глазах видел страх, злость и ненависть. Но с другой стороны, ситуация складывалась к лучшему. Им меньше забот с третьей стороной. Конечно, теперь оставался один нерешенный вопрос: "Что делать?". Сонгю поменялся с Хоей местами. Он решил не тянуть. -Как вы знаете, силы одной базы Северной Части Федерации ослабли, да и половина их людей на самом деле повстанцы. В их хранилищах есть то, что нам так нужно. Мы уже сделали первые шаги к захвату базы, но проблема в том, что гражданские могут не так понять нас. Нам нужно провести, так сказать, ликбез. -А что мы будем делать с их Высшими Чинами? - задал кто-то вопрос. -Мы отыщем их. У них есть своя база, ведь они боятся смерти, - ответил Сонгю. Ухен молчал, чувствуя на себе взгляды некоторых людей. Он понимал, что все не могли понять, как такой молодой и неопытный мог выжить в стенах Федерации. Но мало кто думал о том, что Сонгю подарил ему огромный опыт. Сонгю будто вырастил маленького котенка в огромного льва. На собрании еще долго обсуждали план действий, Ухен все так же не проронил ни слова. Он лишь слушал. Их план и правда был простым: ликвидируй змее голову - и она подохнет. С собрания они вышли ближе к обеду, и Сонгю ждал, когда же Ухен начнет задавать вопросы, но тот был где-то в себе. В итоге старший не выдержал. -Ты ни слова не сказал за все это время. Ухен вопросительно посмотрел на него, пожав плечами. -У меня только один вопрос, - проговорил Ухен. -Какой? -Кто ты такой? - он остановился, внимательно смотря в лицо Командира. - Почему тебя все слушаются? Сонгю засмеялся. Ухен ничего не понял и удивленно вскинул брови. -Я из Военного совета повстанцев. Мы все доверяем друг другу. Мне все-таки уже не двадцать, и я не мальчик. Ухен улыбнулся, впервые за этот день. Он просто редко думал о том, что Сонгю и правда уже очень взрослый, к тому же умный. Ему люди верят. Люди идут за ним. У него доброе сердце. -Хотел бы я знать все твои секреты, - как-то с досадой произнес Наму, чем очень озадачил Командира, но тот не подал виду и последовал за младшим в сторону выхода. С Хоей Ухен так и не поговорил, просто забыл из-за навалившейся информации, а ведь хотел спросить о Дону, которого давно не видел. Дону там почти совсем один, словно мама, которое охраняет свое дитя - на базе ценное медицинское оборудование, образцы флоры и фауны. Нет, у повстанцев все это тоже имелось, просто не в таком количестве. А ведь любые образцы были слишком ценными. Задумчивость не отпускала Сонгю весь день, так что под вечер Ухену стало как-то не по себе, и он поинтересовался, все ли в порядке, на что старший заверил, что в полном. -Послушай, Сонгю, - окликнул его Наму, когда вышел из ванной, перевязывая на ходу руку, - отвлекись хоть на минуту. Ты даже побледнел, - он сел рядом со старшим на кровать, мучаясь со злосчастным бинтом. -Дай, я помогу, - перехватил Ким. -Сонгю, - продолжил Ухен. -Что? -Подумай о чем-то другом, - у Сонгю ловкие пальцы, легко справляющиеся с белой тканью. Ухену так нравились эти прикосновения. -Например? - он поднял глаза на Ухена и увидел озорной взгляд. Ухен смотрел на него своими темно-карими глазами с неприкрытой просьбой. Сонгю завис в нерешительности на какое-то время, а потом придвинулся ближе, опаляя губы Ухена своим дыханием. - Неужели, это все, о чем ты думаешь? - прошептал он. -Мне надоело думать о войне. Я хочу хоть раз подумать о том, что люблю. Сонгю не ответил, лишь раздвинул губы Ухена языком, подаваясь вперед. Ухен, конечно же, ответил на его инициативу, обнимая за талию здоровой рукой и притягивая к себе. Его ловкие пальцы коснулись теплой кожи Командира, от чего тот ответил несдержанным стоном. -Ты просто издеваешься надо мной, - процедил Сонгю, снимая с Ухена футболку. Тот лишь усмехнулся, поднимая руки вверх. Пожалуй, ему было все равно, что Сонгю отпускает колкие фразочки, потому что в тот момент он хотел только одного - овладеть целиком и полностью. Обычно Сонгю не был таким откровенным, но сегодня он слишком легко сдался. Прохладная простынь приятно ласкала обнаженную кожу, Ухен чувствовал себя словно топленое молоко, изнемогая и закусывая губы, пока Ким был в ванной. Ухен его за это отругал, укусив нижнюю губу, а затем рассмеялся, ведь Сонгю от неожиданности прикусил язык и выругался. Прикосновения жгли, обволакивали, и Ухену казалось, что это все происходит не с ним. Но Сонгю ловко подмял его под себя, придавливая всем телом, тем самым говоря, что назад пути нет. Великолепное сплетение двух тел, по изгибам которых ползли шаловливые тени, рисуя великолепную наготу. О любви Сонгю никогда не говорил - не умел. Он предпочитал показывать это чувство иначе. Он так надеялся, что Ухен все понимал. При каждой удачной возможности он старался целовать его, доказывая свои чувства, которые просились наружу. Именно поэтому его руки сейчас обнимали Ухена так крепко, жарко. Губы Ухена сводили с ума, их хотелось только целовать, пока не станет больно. А Ухен просто не мог представить, насколько можно быть таким волнующим и нежным, но в то же время резким и требовательным. В следующую минуту он почувствовал в себе ловкие пальцы Сонгю, который заглушил стон поцелуем - так ловко. -Ты как маленький, - рассмеялся Сонгю в самые губы. -Заткнись, - прорычал Нам, чем заставил Сонгю рассмеяться еще больше. Сонгю не хотел делать ему больно, поэтому умерил свои эмоции. Ухен старался не думать о болезненных ощущениях, поэтому не слишком сопротивлялся действиям Командира, ни на секунду не останавливавшего свои действия. Он ловко добавлял пальцы, при этом не давал Ухену опомниться. Но чувствовать Сонгю в себе было намного приятнее: жгуче, но сладко. Ухен не мог сдержаться, вцепился в сильные плечи своими пальцами. Сонгю сначала поморщился, но потом вовсе забыл об этом, сильнее прижимая Наму к себе. Он на секунду остановился, смотря в карие глаза. Наму недовольно качнул бедрами, продлевая сладкий момент. Сонгю же пропустил намек, ведь Нам Ухен пах морем... Морским утром, песком под ногами и морским ветром в вечернем закате. Все это ясно пронеслось перед глазами. Сонгю забылся на какое-то мгновение, пока Ухен не напомнил о себе легким поцелуем, вскоре переросшим во что-то большее. Ухен метался на простыне, все мысли испарились из его головы. Соприкосновения горячей кожи казались жгучим перцем, но Сонгю скрашивал все своими губами - сладкими. Они предпочитали не говорить, ведь общаться телами на тот момент было намного лучше. Ухен в экстазе весь сжался, а потом расслабился, запрокидывая голову назад. Сонгю захлебывался в собственных чувствах, чувствуя всего Ухена, до конца. Он такой теплый, даже горячий, но прежде всего - родной. А его ключицы и вовсе заставляли впасть в эйфорию. Ким старался делать все аккуратно - каждое движение. Но хотелось забыться во всем этом, до боли. Сквозь собственное шумное дыхание он слышал, как Ухен стонет под ним, извивается, но все равно поддается. Изливаться в Ухена до хрипа в груди приятно, волнующе. Сонгю даже закрыл глаза и почувствовал, как Ухен кусает его губы, горько, но почему же так приторно? Сонгю тяжелый, и Ухену это совсем не казалось. Старший весь взмокший лег сверху, зарываясь пальцами в ухеновы волосы. И Наму просто снова поддался и разрешил целовать себя в шею. Командиру же очень нравилось проводить пальцами по пунцовым щекам Ухена, бархатным. Он все-таки лег рядом, искореняя порывы младшего сходить в душ. -Ты мне все губы искусал, - пожаловался Ким, а Ухен довольно усмехнулся. -Просто кто-то все это время забывался, - Ухен показал язык и положил голову Командиру на плечо. - Ты как хочешь, а я намерен выспаться. -Засранец, - тихо просмеялся Ким. Ему так нравилось смотреть, как засыпает Ухен. Словно море стихает после шторма. - Ты все еще можешь спокойно уснуть после такого, - но Ухен уже не слышал его или делал вид, что не слышал. Впрочем, ему было тепло и спокойно. И этого было достаточно. *** Дону чувствовал боль при каждом своем движении, будто его дергали за ниточки, как марионетку. Он уже долго не спал, работая в своем кабинете. Эти дни как поездка в Ад, не иначе. Под конец хотелось расплакаться, но это было неприемлемо, ведь ему не десять лет. В комнате стояла духота, когда он вошел, кинув белый халат на ближайший стул. Шея ныла, напоминая о себе при каждом движении. Он чувствовал себя неуютно без Сонгю и Ухена, совсем одиноко и не по себе. Поговорить даже не с кем, но молчать - пока единственный выход. Они же все еще варились во всей этой темной гуще, откуда нужно было искать выход. -Когда же это уже кончится? - вздохнул Дону, закрывая глаза. -Сегодня ты можешь об этом забыть, - послышался голос из-за спины, отчего врач вздрогнул, а по спине пробежался холод. Дону обернулся и замер, открыв рот. Перед ним в форме Федерации стоял Хоя. -Что ты здесь делаешь? - Дыхание перехватило, в ушах зазвенело. Ховон улыбнулся уголками губ, подходя ближе. -Я подумал, что хочу тебя видеть, - теплые, такие знакомые руки легли на шею Дону, и он почувствовал, по коже побежали мурашки. Захотелось раствориться в этом чувстве близости, такой невесомой и желанной. Он даже сначала подумал, что это сон, но Хоя обнял его так крепко - до хруста костей. -Как ты... - не договорил врач. -Это все Менсу, - поспешно ответил Хоя, чтобы потянуться за поцелуем. Да, он так хотел этого, ведь Дону был для него словно запретным плодом, который очень сложно достать. Их двоих всегда что-то разделяло, будто специально. Но сегодня каждый из них дотянулся друг до друга. Дону не мог поверить в то, что видел. И ему казалось, что когда он выйдет из душа, то Хоя испарится, как морской бриз с утра, но нет - Ховон лежал на кровати, чуть прикрыв обнаженное тело одеялом. Он выглядел еще более уставшим, чем сам Дону. Врач улыбнулся, что ему и правда не приснилось, и забрался на кровать рядом с ним. Вскоре он почувствовал, как теплые руки обвили его талию, а влажные, но такие знакомые губы прикоснулись к позвонкам на спине около шеи. От этого невозможно было не улыбнуться вновь, ведь именно сейчас ему так хотелось сказать, как он любит. -Эй, - позвал Чан, накрывая ладони Ховона своими. -Ммм? -Я рад, что ты здесь. -Именно поэтому я и пришел, - шею обдало горячим дыханием, и Дону подумал о том, что теперь он наконец-то может спокойно спать.