Эффект Розенталя

Солнечный лучик скользнул по лицу Гермионы, заставив ее недовольно поморщиться. Она всегда была жаворонком, но сейчас ее тело протестовало против такого раннего пробуждения. Девушка приоткрыла один глаз и взглянула на будильник, стоящий на прикроватной тумбочке. Шесть утра, обычное ее время подъема. Наверное, у Эммы был другой биоритм, как иначе объяснить, что ее глаза закрываются сами по себе, а перспектива провести в постели еще часа четыре не кажется ей такой уж безумной и безответственной? Но дела не ждут. Чем быстрее они добудут необходимую информацию, тем быстрее смогут отсюда выбраться. Гермиона позволила себе понежиться в постели еще пару минут и затем с недовольным стоном встала. Вчерашний день настолько ее вымотал, что она даже не приняла душ перед сном, и теперь ее волосы, обильно залитые лаком, встали колом, а голова безбожно чесалась. Прошлепав босыми ногами в гостиную, она кинула быстрый взгляд в окно и тут же застыла в изумлении. Пошире раздвинув тяжелые шторы, она с жадностью впитывала вид городского пейзажа. Гермиона всю жизнь предпочитала природу каменным джунглям, но сейчас, глядя, как розовеет небо, как первые лучи пробиваются через дома, как ветер едва заметно колышет верхушки деревьев, как булочник открывает пекарню, а мясник принимает поставку мяса... Она задумалась о смене приоритетов. Было в этом виде просыпающегося города что-то очаровательное и совершенно безмятежное. Девушка сладко потянулась, привстав на носочки и вытянув руки вверх в замке, и широко улыбнулась. Какое чудесное утро. Она искренне надеялась, что его ничего... - Какой вид, - протянул мужской голос из-за спины. ...не испортит. Гермиона вздрогнула от неожиданности и обреченно прикрыла глаза. Как она могла забыть, что не одна в квартире?! Стараясь не думать о том, что она непозволительно сильно обнажена перед Малфоем, она нацепила на лицо ехидную маску и повернулась к нему, сложив руки на груди. Все слова, рвущиеся из нее в ответ, застряли в горле, когда она увидела, что Драко раздет еще больше, чем она. Он стоял на пороге ванной комнаты в одном лишь полотенце вокруг бедер, с влажно поблескивающими после душа волосами, и самодовольно ухмылялся, беззастенчиво пялясь на нее. Поборов желание прикрыться руками и позорно сбежать в свою спальню, Гермиона, удивляясь сама себе, гордо расправила плечи и с независимым видом прошла в ванную, как бы случайно задев плечом парня. - Приму за комплимент, - язвительно хмыкнула она. - Доброе утро, Малфой. - Это я про пейзаж за окном говорил, - ехидно заметил он, провожая ее взглядом. Стоя под теплыми струями, Гермиона старалась стереть с лица яркую краску. Надо же было попасть в такую неловкую ситуацию! Еще и он практически голый... Мерлин. Пора все же сосредоточиться на работе. Надев после душа на себя более закрытую одежду в виде футболки и длинных домашних брюк, которые она с трудом отыскала в незнакомом шкафу, она отправилась на кухню, где застала угрюмо глядящего на кофеварку Малфоя. - Я не понимаю, как получить кофе от этой штуки, - мрачно пожаловался он, присаживаясь за стол. - Я тоже не умею ей пользоваться, но могу сварить кофе в турке. Приготовив напитки и пожарив яичницу, она поставила перед ним дымящуюся тарелку и в который раз изумилась нелепости ситуации. Кто бы ей сказал, что она будет ночевать в одной квартире с Малфоем, идти в душ после него и готовить ему завтрак, она бы приложила того неслабым Конфундусом. Она предчувствовала, что эти странности не самые ошеломляющие в этом мире. - Отлично, - глубокомысленно изрек Драко, тыкая вилкой в зажаренный желток. - Голодная смерть нам не грозит. - Не обольщайся, это единственное, что я умею готовить, - нехотя призналась Гермиона и тут же поморщилась, попробовав яичницу. Не посолила. - И то не слишком хорошо. Придется заказывать еду. Да, кстати. В первую очередь нам нужно сделать несколько вещей. Во-первых, стоит отключить телефоны, чтобы никто не помешал исследованию. Во-вторых, нужно предупредить Чарли, чтобы он никого к нам не пускал, кроме доставщиков еды. И в-третьих... Черт, Малфой, ты не мог бы одеться? - Ты сама не позволила мне вчера уйти, а носить одежду второй день я не собираюсь. В шкафу в спальне я ничего не нашел, поэтому мучайся...нет, наслаждайся, пока есть возможность, - он картинно обвел подтянутый торс рукой и самодовольно хмыкнул. Гермиона закатила глаза, стараясь не смотреть на продемонстрированное тело, и продолжила: - В-третьих, нам нужно придумать правдоподобное алиби, почему мы на два дня выпали из привычной жизни и провели их вдвоем. Мерлин, Малфой, не надо так многозначительно ухмыляться! Я серьезно. - Ну, можно сказать, что мы были безутешны, оплакивая конец съемок, и не хотели выходить в люди с опухшими лицами. - Браво, это было максимально правдоподобно. Переместившись после завтрака в гостиную, они сели на диван. Гермиона принесла ноутбук, протянув его Драко, а сама взяла планшет. Таким образом, каждый из них смог бы прочитать информацию про себя, а затем лишь поделиться выводами. Гермиона на скорую руку объяснила Малфою, как пользоваться Интернетом, а сама вызвала лифт. Широко улыбающееся лицо Чарли появилось в раздвинувшихся створках, и девушка поспешила объяснить цель такого раннего вызова. - Доброе утро, Чарли, - кивнула Гермиона в ответ на приветствие. - Сможешь выполнить пару поручений? Я понимаю, это вряд ли входит в твои обязанности, но ты нам позарез нужен. - Что угодно, мисс Уотсон, вы же знаете, - с готовностью кивнул парень. - Здорово, спасибо большое. В общем, пожалуйста, не пускай сюда никаких посетителей, вообще, совсем никаких, кроме доставки еды. Они могут говорить, что их дело безотлагательное, совершенно срочное и важное, но нет, никаких гостей, хорошо? - Эм...да, ладно, - замявшись, еще раз кивнул Чарли. Затем он кинул взгляд за спину девушки и, едва заметно вздернув брови, протянул: - Ооо...хм...да, ясно, все понятно. Гермиона оглянулась и в ужасе прикрыла глаза. Малфой сидел на диване, все еще в одном лишь полотенце, закинув ногу на ногу, и многозначительно помахал рукой. Гермиона повернулась к ошарашенному лифтеру и смущенно протараторила: - Нет, Чарли, нет! Ничего тебе не понятно, это вовсе не то, что ты подумал! - Мне без разницы, - он миролюбиво поднял руки, снова широко улыбаясь. - Главное, чтобы репортеры не пронюхали, что вы...ну...ночевали вместе. - В одной квартире, Чарли, а не вместе! - Да-да, я это и имел ввиду. А то будет, как в прошлый раз. - Да про какой прошлый раз все твердят?! Впрочем, это неважно, - Гермиона с силой сжала переносицу, стараясь сосредоточиться на следующей просьбе. - Нам нужно смонтировать ролик. Знаешь, что-нибудь типа нарезки со съемок фильмов о Гарри Поттере, добавив туда что-то очень милое и трогательное, что показало бы, как мы опечалены окончанием. Знаешь, кто смог бы это сделать до вечера? Максимум до завтрашнего утра. - До утра? - ошарашенно пробормотал Чарли. - Хм, дайте мне час, я попробую что-нибудь решить, ладно? - Ты очень нас выручишь, Чарли, большое спасибо, - искренне поблагодарила его Гермиона и в порыве чувств даже обняла смущенного парнишку. - Пока еще не за что, мисс. Обещаю, что постучу прежде, чем открыть дверь, - весело выкрикнул он, когда двери уже почти закрылись, не дав Гермионе и мизерного шанса на оправдание. - Что такое ролик, как его монтировать, и как это вообще делается? - загибая пальцы, спросил Малфой. Гермиона лишь неоднозначно махнула рукой, пытаясь скрыть свое смущение. Слишком часто за это утро она заливалась краской, и эта тенденция совсем не была ей по душе. - Неважно, я лишь обеспечивала нам убедительное алиби. Потом расскажу, давай сейчас просто поработаем. Гермиона ловко ввела имя своей нынешней личности в строку поиска и постаралась сосредоточиться на чтении. Вечные вопросы Малфоя постоянно сбивали ее с нужного ритма, а созерцание его обнаженного торса каждый раз, когда она отводила глаза от экрана, чтобы ответить, тоже не прибавляло концентрации. На, кажется, тысячном вопросе она не выдержала и молча ушла в свою спальню. Молясь Мерлину, чтобы здесь нашлось что-нибудь подходящее, она сразу отмела коротенький шелковый халатик розового цвета, хотя все же громко хихикнула, представив Малфоя в нем. Халат! Ну точно! В ванной определенно был белый махровый халат большого размера! Она пронеслась через гостиную, игнорируя лениво-заинтересованный взгляд Драко, и вышла из ванной с победной улыбкой. Небрежно кинув одежду на диван рядом с ухмыляющимся парнем, Гермиона села на свое место и, не говоря ни слова, снова взяла в руки планшет. - А что такое, Грейнджер? Неужели со школы ничего не изменилось, и ты все та же ханжа? "Малфой, как тебе не стыдно заниматься подобным в библиотеке", - он с придыханием произнес последнее слово, удивительно точно спародировав пятнадцатилетнюю Гермиону. - Библиотека - храм знаний, так что я счел это место подходящим для того, чтобы понять, как устроена женская грудь. - У той девчонки даже грудь еще не сформировалась, так что все твои усилия были впустую, - едко парировала Гермиона, не отрываясь от созерцания экрана. - Ну не скажи, не скажи, - многозначительно протянул Малфой. - Ничего не желаю об этом знать, - отрезала девушка. - Ханжа. - Извращенец. - Ханжа. - Повторяешься, Малфой. - Потому что ты - ханжа. - Я не ханжа, - воскликнула Гермиона, все же отложив планшет в сторону. - Чтоб ты знал, я ничего не имею против красивых мужских тел, просто твой...костюм несколько не подходит к случаю. Будь добр, оденься. Малфой громко фыркнул, скрывшись в ванной, и уже через минуту появился снова. - Я скрыл свое красивое мужское тело...кажется, ты так сказала? Гермиона едва слышно простонала и прикрыла глаза. Она снова ляпнула какую-то чушь и снова покраснела. Опять. Это выматывало. - Благодарю. Возвращайся к работе. - Кстати, Грейнджер, ты знала, что раньше чистокровные маги не носили ничего, кроме мантий? Вообще ничего. - И как эта информация должна быть мне полезной? - Просто я думаю, можно ли принимать этот безвкусный халат за мантию. Если да, то тогда сейчас я одет как истинно чистокровный волшебник. Вот ирония, да? Ведь в этом абсолютно магловском мире вовсе не обязательно соблюдать чистокровные традиции. Гермиона с подозрением уставилась на него, ожидая оскорбления маглорожденных или выплескивания презрения на простецов, но потом до нее дошло то, что он так старался сказать. Неосознанно переведя взгляд в область его паха, она тут же зажмурилась, опять покраснев, услышав его издевательский смех. - Если тебе поддувает, могу одолжить те милые трусишки, которые тебе так понравились вчера, - едва справившись со смущением, выдавила Гермиона. - И это я - извращенец?! Кажется, мне придется взять обратно свои слова о том, что ты - ханжа. Переругиваясь на эту крайне неудобную тему, они вчитывались в информацию о своих новых личностях, в конце концов безраздельно отдав этому свое внимание. Гермиона старательно пыталась запомнить всю "свою" биографию, но вскоре поняла, что не справляется. Общей информации было много, мелких деталей и того больше. Это все необходимо было структурировать и записать. Отыскав в кабинете чистый блокнот, она пересела на пол, чтобы было удобнее писать, положив бумагу на низкий столик, и принялась сосредоточенно что-то строчить. Малфой флегматично заглянул ей через плечо, глядя, как она старательно расчерчивает лист на несколько частей, над каждой колонкой приписывая названия: семья, друзья, работа, учеба, хобби, личная жизнь, остальное. Подумав, что это действительно стоящая идея, он присел рядом и, бесцеремонно выдрав из блокнота несколько листов, стал проделывать то же самое. К полудню их листки были сплошь исписаны мелким убористым текстом. Про себя они начитались вдоволь, теперь узнавая побольше о знакомых людях. Так, на новом листочке Гермионы появились имена Дэниела Рэдклиффа, Руперта Гринта, Эванны Линч, Бонни Райт, Джорджа Крейга и некоторых других. Она с долей досады подумала, что Эмма было довольно скрытной личностью, так что информации о родителях было очень мало, кроме того, что они развелись и произвели на свет целую квиддичную команду братьев и сестер девушки. Это было здорово с одной стороны. Гермиона была одна в семье и всегда хотела кого-нибудь еще, неизменно третируя родителей. Так продолжалось до самого Хогвартса, а затем ей стало просто некогда об этом думать. Рассуждая сейчас об этом, она понимала, что родители, видя странности дочери, а затем и узнав их причины, попросту побоялись заводить еще детей. Побоялись, что и второго ребенка у них отнимут, предоставляя возможность видеться только пару месяцев в год. И она их хорошо понимала. Здесь не было волшебных школ-интернатов, а потому, опять же, судя по найденной информации, она была близка со всеми своими братьями и сестрами. Это было волнующе и немного страшно, она ведь не знала никого из них, и в общении с ними могла серьезно проколоться. Успокоив себя тем, что у местных Делли и Фрэнка тоже были близкие люди, и они без проблем выбрались из этого мира, не застряв в диспансере для душевнобольных, Гермиона потянулась и взглянула на Малфоя, который сосредоточенно хмурил брови, вчитываясь в свои записи. Она, стараясь не привлекать внимания, осмотрела его колонки. Кажется, информации о Томе Фелтоне было намного меньше, чем об Эмме Уотсон, потому что Малфой исписал всего три листа против ее дюжины. Однако она не могла не заметить, что колонка о хобби была не менее заполненной, чем остальные. Уныло взглянув на единственное слово в ее колонке - рисование, - она почти разочарованно вздохнула. Кажется, у них с Эммой определенно было много общего. Работы было по горло, так что времени на хобби почти не оставалось. Как и на все остальное. Гермиона перевела взгляд на единственное имя в колонке "личная жизнь" - Джордж Крейг. С ним она познакомилась на съемках в рекламе для бренда Burberry, хотя пока и не успела прочитать про эту компанию. Нужно бы ознакомиться с их направлением, чтобы в последствие не попасть впросак. - Ее зовут Джейд, - приглушенный голос Малфоя оторвал ее от размышлений, и она вопросительно посмотрела на него. - Асторию зовут Джейд, - пояснил он. - По-крайней мере, тебе больше не придется называть ее "милая", - хмыкнула Гермиона. - О, я в этом очень сомневаюсь. Мы...они встречаются уже два года, и у них все серьезно. Они живут в Лос-Анджелесе - Мерлин, это Штаты! Я буду вынужден уехать из Англии, это ненормально, - он нервно выдохнул, с силой кладя ручку на стол. - И мне придется каждый день делать вид, что я люблю эту женщину. Но я ее совсем не знаю. - Просто представь, что это Астория, - Гермиона пожала плечами. - Вы ведь тоже давно вместе, так будет проще. - Да, я прям вижу картину - просыпаемся мы утром, и я говорю: "Астория, распорядись, чтобы эльфы накрыли завтрак в малой столовой, сегодня солнечно, и в большой будет душно". Тут-то меня и отвезут в Мунго...или куда тут увозят сбрендивших. И вообще... Ты знала, что этот цвет волос не настоящий? - Что? - недоуменно переспросила Гермиона, глядя, как он вскакивает с пола и подходит к окну, внимательно вглядываясь вдаль. Малфой запустил руку в волосы и с силой потянул себя за прядь. - Этот оттенок не настоящий. Волосы крашеные, Грейнджер. Они на самом деле гораздо темнее. Они не настоящие. Весь этот мир не настоящий, - он раздраженно рыкнул, повысив голос. - Гребаный Том - прям свой в доску парень. Занимается гольфом, крикетом и какими-то еще непонятными словечками. Мерлин, он ловит рыбу! Ты можешь представить меня на озерце с удочкой в руках?! Как какой-то крестьянин! Это могло бы показаться смешным, но Гермиона даже уголком рта не дернула. Она лишь молча наблюдала, как маска равнодушного спокойствия откалывается от него кусок за куском, являя миру беспокойство, отчаяние, неуверенность и даже страх. Метаморфозы были настолько значительными, что ей даже стало неуютно. Всегда собранный, холодный аристократ Малфой теперь был на грани нервного срыва. Она могла его понять - если ей этот мир не казался враждебным и алогичным, потому что она провела в нем свое детство и немалую часть более взрослой жизни, то он, привыкший к каменным стенам Мэнора, целой команде домовых эльфов и магии в каждой секунде его жизни... Она еще удивлялась, как он смог так долго продержаться, не впадая в дикую панику. На его месте Гермиона бы забилась в самый темный угол и просто подождала бы, когда это все закончится. - Знаешь, в чем главный вопрос? - он резко нарушил молчание и обернулся к ней, мрачно сверля взглядом ее переносицу. - Разве я могу настолько дерьмово знать самого себя? - Что ты имеешь ввиду? - тихо спросила Гермиона, чувствуя, как в ней зарождается жалость и желание помочь. - Неужели это то, чего мне не хватало в нашем мире? Это то, чего я хочу? Эта жизнь, этот мир - он и правда может помочь мне понять себя? Каким, к дементору, образом?! Ни одна толика информации, которую я узнал за последние несколько часов, не вызвала во мне ничего, кроме презрения и непонимания. Я ни на секунду не почувствовал тоску, желание привнести что-то из жизни Тома Фелтона в жизнь Драко Малфоя. Ничего. Как, драккл его побери, я должен вернуться домой, если я уже ненавижу этот мир?! Гермиона во все глаза смотрела на бушующего Малфоя, чувствуя, как холодок ползет по спине. Он прав. Он прав, ко всем чертям! До этого момента она читала про Эмму, как про постороннего человека, словно готовилась выпить Оборотное и искала информацию, чтобы не выдать истинную личность до окончания действия зелья. Она даже на секунду не задумалась примерить хоть один из пунктов на Гермиону Грейнджер. Теперь она совсем другим взглядом посмотрела на записи, невольно начиная паниковать. Действительно, этого ли она хотела? Быть знаменитой, быть чьим-то кумиром, зарабатывать кучу денег, разрывать себя на тысячи мелких частей в попытке успеть все? Ей и правда нужно все это? Каким образом можно провести параллели между их миром и этим, если они ни в одной точке не соприкасаются?! Теперь становилось понятным, почему Делли и Фрэнк так долго здесь пробыли. И она начинала догадываться, что отсутствие информации явилось даже преимуществом. У них все шло своим чередом, они учились находить точки соприкосновения по ходу дела. Им с Малфоем не будет так просто. У них в руках была чужая жизнь, которую они, во-первых, должны были прожить, пусть не всю, но немалую часть, постаравшись ничего не напортачить. А во-вторых, они должны были не просто прожить ее. Они должны были полюбить этот мир, полюбить Эмму и Тома, захотеть ими стать. Они уже немало знали об этих людях и, хоть они не вызывали отвращения, становиться ими вовсе не хотелось. Вот дерьмо. Кажется, они крупно влипли. *** Следующие пять часов пролетели как мгновение. Отсидев полчаса в гостевой спальне, Малфой вышел оттуда с выражением мрачной решимости на лице и одним махом собрал раскиданные записи в одну кучу. Процедив сквозь зубы "мы еще посмотрим, кто кого", он унес листы в комнату и, вернувшись, потребовал рассказать, что такое "монтировать ролик", как пользоваться набором сообщений в телефоне, как вызвать такси, заказать доставку еды и прочие мелочи, который должен знать обычный магл. Гермиона без устали выдавала информацию, стараясь охватить все сферы жизни. Она чувствовала себя каким-то образом ответственной за него и правда хотела, чтобы он вышел из их убежища, имея хотя бы зыбкую, но почву под ногами. Она смотрела, как он, с выражением брезгливости одевшись во вчерашнюю одежду, хмуро смотрит в телефон, пытаясь отыскать ее номер телефона. Они договорились быть на связи на всякий случай, но теперь Малфой никак не мог найти ни "Эмму", ни "Уотсон" в своем списке контактов, ровно как и Гермиона - "Тома" или "Фелтона". - Бинго, - воскликнул Малфой, жутко довольный собой. Он с ехидной ухмылкой повернул экран, на котором красовалось "Грейнджер". - Что-то не меняется в любом мире. - Набирай, - Гермиона, поджав губы, с ожиданием смотрела на парня, который, в свою очередь, смотрел на телефон с удивлением и толикой интереса. - Что там? - Сама смотри, - он снова продемонстрировал смартфон, и Гермиона почувствовала, что краснеет. Опять. С экрана на нее смотрела она сама - с влажными волосами, в одной лишь белой мужской рубашке, с чуть приоткрытым ртом и томным взглядом. Фото было довольно целомудренным и явно сделанным профессионалом, но все же было в этом...что-то интимное. В этот же момент телефон в ее руках зазвонил, и она вздрогнула от неожиданности, взглянув на свой гаджет. Покраснев еще сильнее, она поспешно завела руку за спину и с вызовом посмотрела на Малфоя. - Отлично, контакт есть, - поспешно пробормотала Гермиона. - Что там? - повторил он ее же вопрос, пытаясь заглянуть ей за спину. - Ничего, - она нервно хмыкнула, покрепче сжав телефон в руке. - Ну же, Грейнджер, покажи. Что в этом такого? Они - не мы, что бы там не было, оно никак к нам не относится. Она колебалась пару секунд и нехотя протянула телефон Малфою. Его ехидная ухмылка быстро сползла с лица, дав место нахмуренному, чуть удивленному взгляду. Неудивительно. В телефоне Эммы он был записан как "Мой Томми", а фото... О, оно было достойно полноценного описания. На нем Эмма прижималась губами к бледной щеке Тома, а тот, в свою очередь, смущенно-радостно улыбался, не глядя в объектив. Что она говорила про интимность фото на его телефоне? Забудьте. Она была максимально обезличена по сравнению с этой. - Кажется, все слова окружающих про "тот раз" начинают обрастать смыслом, - он нервно взъерошил волосы, протягивая ей телефон. - Да? - язвительно переспросила Гермиона. - Зато я до сих пор ни черта не поняла. Нам что, придётся изображать приятельские...нет, даже дружеские отношения на людях? - Возможно, ты даже будешь должна целовать меня в щеку при встрече, - Драко ухмыльнулся и постучал себя пальцем по скуле. - Ну же, Грейнджер, давай отрепетируем. - Никаких поцелуев, - отрезала Гермиона, предательски долго задержав взгляд на гладкой белой коже. Губы чуть покалывало, и она быстро их облизнула. Чушь какая-то. - Что ж, будем надеяться на мышечную память и твои актерские способности, - ничуть не расстроившись, весело хмыкнул Драко. - Ладно, напарник. Эти два дня были чертовски жуткими, и я надеюсь, такого больше никогда не повторится. - Вот это прощание, - ехидно протянула Гермиона, нажимая кнопку вызова лифта. - Позвони, когда приедешь...куда тебя привезут. Удачи с Асторией, будь лапочкой. - Твоё прощание гораздо хуже, - скривился Малфой. Гермиона с легкой улыбкой наблюдала, как он здоровается с Чарли, как закрываются двери, и шумит лифт, увозя с собой единственного в этом мире человека, который знал, кто она. Почувствовав внезапную тоску, она обхватила себя руками за плечи и пошла к окну. Квартира находилась высоко, но Гермиона отчётливо видела, как Астория вышла из машины, что-то эмоционально высказывала, тыкая пальцем в Малфоя, а затем кинулась на шею, впиваясь ему в губы. Гермиона поморщилась и отвернулась от окна, трусливо отключив звук на телефоне. В этот мир придётся окунуться с головой, а она не была к этому готова, дав себе ещё вечер побыть Гермионой Грейнджер. Бесцельно побродив по квартире, она бездумно повесила халат, который носил Малфой, обратно на крючок в ванной, с удивлением понимая, что не хочет его стирать. Пусть он хранит в себе частицу ее мира, хоть этой частицей и был Малфой. Присев на порядком надоевший за эти дни диван, она решительно отругала себя за непонятное желание заплакать. Бродит тут, как собачонка, которую хозяева оставили одну в квартире! Оставалось ещё завыть, и сходство было бы стопроцентным. Пора было взять себя в руки и спокойно поработать. Так или иначе они справятся с этим делом, получат благодарности, премию, повышение и даже лишний выходной. Попав в этот мир, она не перестала быть Гермионой Грейнджер - героиней войны, обладательницей Ордена Мерлина второй степени, ответственным работником Отдела магических происшествий и катастроф и просто сообразительной активной девушкой. Ей стоило помнить об этом каждую секунду, проведённую здесь. А этот вечер она просто посвятит размышлениям. Недовольно урчащий желудок напомнил ей, что они с Малфоем увлеклись исследованием и совершенно забыли о еде. Время как раз подошло к семи, и пора было поужинать. Не особо вчитываясь в содержание, она пролистала список ресторанов, который занимался доставкой еды на дом, и выбрала симпатичный китайский ресторанчик, быстро сделав заказ. Информация на сайте гласила, что курьер будет в течение часа. Отлично. Гермиона с сомнением посмотрела на все еще горящий экран ноутбука, борясь с желанием посмотреть хоть один фильм о Гарри Поттере. Они с Малфоем так и не дошли до этого, но особо и не стремились. Видеть собственную жизнь и осознавать, что для кого-то она является не более, чем сказкой, было...странно. Пугающе. Омерзительно, если честно. Тот, кто создавал гребаную пентаграмму на той поляне, обладал поистине извращенным образом мыслей. Интересно, все ли пропавшие попадали именно сюда? Или есть еще альтернативные Вселенные? Этот вопрос стоило записать. Гермиона прошла в кабинет в поисках чистого блокнота, в который она могла бы записывать свои размышления о расследовании. С неудовольствием отметив, что такового явно не было, она вдруг наткнулась взглядом на коричневый кожаный переплет. В груди что-то сжалось, когда она поняла, что это была за книжка. Ежедневник. Черт! И как она раньше его не заметила?! Никаким Гуглом бы пользоваться не пришлось. Оставалось надеяться, что Эмма была так же педантична, как и она сама, и все скрупулезно записала. Умничка Эмма. Гермиона с волнением пролистала ежедневник, лишь мельком просматривая записи с прошлых месяцев, собираясь сконцентрироваться на ближайшем будущем. Воу. У этой девушки был плотный график. Весь июнь был расписан буквально по минутам. С третьего по пятнадцатое июня ей предстояли экзамены в Брауновском университете. Спасибо Эмме за то, что она тщательно записала, какие предметы и в какие дни ее ждали, а также указала, где взять вопросы для экзаменов. Шестого июня она должна была посетить какую-то премию, которая проходила в Лос-Анджелесе...кажется, про нее говорила Джинни? После экзаменов... Ух. После экзаменов ее ждало что-то, чего она, Гермиона Грейнджер, точно бы никогда не захотела. Но об этом потом, потому что изнутри лифта раздался осторожный стук. Еда! Чарли, как и всегда с чудесной доброй улыбкой, протягивал ей бумажный пакет. - Я взял на себя смелость оплатить вашу доставку без проверки заказа, так что прошу меня извинить, если что. С вас семь фунтов, к слову. - Да, сейчас, - Гермиона поспешно достала кошелек, передавая парню купюры. - Спасибо, Чарли. Погоди...ты чем сейчас занят? Не хочешь присоединиться ко мне? Поужинаем вместе. Я как раз заказала две порции. У тебя нет аллергии на свинину мушу? - Вы тараторите, - он мягко улыбнулся. - Боюсь, как бы мне не хотелось, я не могу принять ваше предложение. Субординация, профессиональный этикет и все такое. - Если дело только в этом, то прошу, забудь на пару часов, что ты на работе, ладно? - Гермиона почти умоляла парня остаться. Она вдруг подумала, что, может, он уже поужинал, или у него были какие-то другие планы, но ничего не могла поделать со своим острым нежеланием оставаться одной. - Если меня уволят, вы будете вынуждены продолжать мне платить, пока я найду себе другую работу, - Чарли шутливо погрозил пальцем и со вздохом зашел в квартиру, неловко оглядываясь. Чувствуя огромную благодарность к нему, Гермиона радушно пригласила его на кухню, доставая картонные коробки из пакета. Накрыв нехитрый стол, она робко улыбнулась. - Прошу, угощайся. И ты можешь снять свой...камзол, или как это называется, здесь довольно тепло. Чувствуй себя как дома. - Шутка прям так и рвется из меня, но, прежде, чем я ее озвучу, скажите: мы сейчас ужинаем как...друзья? Не в том смысле, что я думаю, что вы пытаетесь меня соблазнить. Я лишь хочу знать, насколько сильную субординацию я должен соблюдать? - Ты меня пугаешь, - нервно хихикнула Гермиона. - Что ж, я умру от любопытства, если не услышу твою шутку. Считай этот ужин максимально дружеским. - Отлично, спасибо, мне стало гораздо легче. Кхм...ах, да, шутка. Вы предложили мне раздеться, и я просто хотел узнать, могу ли я оставить свою рубашку. Судя по тому, что я видел утром, ваши друзья мужского пола могут превратно понимать ваше предложение снять некоторую одежду. Ну вот, эта шутка звучала бы гораздо смешнее, если бы я произнес ее сразу. Гермиона вежливо улыбнулась, действительно не находя шутку забавной. Решив прояснить кое-что, больше для себя, чем для него, она заправила прядь волос за ухо и глубоко вздохнула. - Малф...Том был раздет просто потому, что у него не было с собой сменной одежды, а уже ношенную он надевать не захотел. Между нами ничего нет, мы просто друзья. Приятели, коллеги. Просто нам нужно было выполнить кое-какую совместную работу... - Вам не нужно ничего объяснять, - мягко прервал ее Чарли. - Главное, что вы знаете правду, и этого достаточно. - Да, спасибо, - Гермиона облегченно вздохнула и, прожевав кусочек свинины, спросила: - Ты не мог бы рассказать обо мне? Ну, представь, что я - не Эмма, просто кто-то очень похожий на нее. Представь, что я совсем ничего не знаю об этой девушке. Просьба странная, но мне нужно это...для работы. Что ж, она ни капли не соврала. - Творческие люди, - понимающе хмыкнул Чарли и, отложив палочки в сторону, сцепил руки в замок перед собой. - Ладно, я попробую. Я вас...то есть, ее знаю не слишком хорошо, так что не вините меня в отсутствии значительных подробностей. Итак, ее зовут Эмма Уотсон, она живет здесь чуть меньше года, работает актрисой. Снималась в саге о Гарри Поттере в роли Гермионы Грейнджер. Насколько я знаю, у нее были и другие работы, но, не обижайтесь, я их не видел. Она очень ответственная, серьезная девушка, старается совмещать работу, учебу и благотворительность. Она добрая, всегда находит минутку, чтобы пообщаться с персоналом, а к Кэсси и вовсе относится, как к своей тетушке. Ненавидит несправедливость и всегда переживает, когда про нее пишут чушь в газетах. Бывает излишне откровенной с прессой, но не в последнее время. Жизнь преподнесла ей ценный урок, и поэтому она не делится никакими подробностями ни о своей жизни, ни о работе. Лишь то, что не может быть использовано против нее. Предпочитает короткие ногти, алую помаду и легкие наряды. Любит британскую литературу и американских актрис. До недавнего времени я думал, что она - вегетарианка, но... - он выразительно посмотрел на мясо в ее коробке. - Кажется, больше нет. И...хм... - Продолжай, говори все, что думаешь, - подбодрила его Гермиона, с унынием думая, что все это она уже читала, кроме ее отношения к домработнице. - Ладно. Мне кажется, что она очень одинока. - Вот как, - Гермиона удивленно приподняла бровь и тут же об этом пожалела, глядя, как стушевался парень. - Да, - тем не менее, продолжил он. - Она пытается быть идеальной везде, и ей это и вправду удается. Но она редко делает то, что ей действительно хочется, потому что это может значительно разниться с тем, что от нее ожидают. Это просто мои ощущения, не подкрепленные фактами, так что не принимайте близко к сердцу. - И чего же она хочет? - внезапно севшим голосом спросила Гермиона. - Это вы мне скажите, - Чарли был непривычно серьезен, глядя на нее. - Съемки в Гарри Поттере отняли у вас нормальное детство и подростковый период, вы были вынуждены работать, даже если вам этого не хотелось. Вы не могли подвести своих фанатов, которые ждали именно вас в роли Гермионы. Это опять же характеризует вас, как очень ответственного человека, но... Вам следует иногда расслабляться, мисс Уотсон. Вы молоды, красивы, пользуйтесь этим. Жизнь проходит очень быстро, глупо тратить ее на то, чего от вас ждут, а не на то, чего вы сами хотите. Это может привести к большому разочарованию в конце концов. Так ответьте же мне, мисс Уотсон. Чего вы хотите? У Гермионы сперло дыхание, а на глазах выступили слезы. Этот парень, совершенно не зная Гермиону Грейнджер, описал Эмму так, как можно было бы описать ее саму. Еще в школе, когда они обсуждали, кем бы хотели стать, когда вырастут, все дружно говорили, что уж она-то точно будет Министром Магии, с ее стремлением контролировать всех и вся вокруг, с ее тягой к знаниям и гиперответственностью. Даже МагГонагалл обмолвилась, что, если она не станет директором Хогвартса однажды, то ее однозначно ждет министерское кресло. Со временем и она сама стала так думать, уже с пятого курса изучая законы магической Британии, внимательно слушая лекции Бинса, подмечая ошибки прошлых Министров. Гермиона, в своем стремлении доказать, что ничуть не хуже чистокровных, понимала, что, став Министром, поставит окончательную точку в этом вопросе. Прыгать выше уже было бы некуда, так что... И теперь, когда в голове вертелся вопрос Чарли, она не могла на него ответить, зато знала ответ на другой вопрос - чего она не хочет. Она не хочет быть Министром Магии. Не хочет доказывать изо дня в день, что она этого достойна равно так же, как и в принципе присутствовать в мире магии. За ее двадцать шесть лет она дико от этого устала, и она больше не желает тратить время на доказательства, которые никому не нужны. - Эй, вы что, плачете? - испугался Чарли, вскакивая с места и с тревогой глядя на девушку. - Господи, простите меня, дурака. Развел тут философию, а у самого мозгов с чайную ложечку. Простите, пожалуйста. Не плачьте только. И не отвечайте больше ни на какие вопросы, можете и вовсе меня уволить. Черт. - Ты не виноват, Чарли, - дрожащим голосом прошептала Гермиона. - На самом деле, я должна сказать тебе спасибо. Как бы пафосно это не звучало, ты заставил меня задуматься о собственной жизни. И я ни в коем случае не собираюсь тебя увольнять. При одном условии... - Каком же? - с опаской спросил парень. - Ты должен будешь почаще заглядывать ко мне в гости, - она слабо улыбнулась на облегченный выдох молодого человека. - Не волнуйся, я в порядке. Ты закончил с ужином? Может, что-нибудь еще? - Нет, благодарю вас, я и так сильно злоупотребил гостеприимством, - вежливо ответил он, отчаянно чувствуя себя не в своей тарелке. - Глупости, - снова улыбнулась она. - Приходи почаще. - Обещаю, - он бодро улыбнулся и, приподняв бровь, вкрадчиво спросил: - Теперь я могу одеться? Гермиона расхохоталась сквозь слезы и кивнула. С улыбкой провожая Чарли до лифта, она размышляла об этом дне. Сложности нарастают в геометрической прогрессии, и она сегодня вряд ли спокойно уснет, в страхе ожидая следующий день.