Эффект Розенталя

Они распили бутылку шампанского на двоих, не чокаясь, в полнейшей тишине, каждый думая о своем. В такой же напряженной тишине и вернулись обратно в квартиру. Даже Чарли, увидев их хмурые лица, не стал шутить, как обычно, только молча доставил их наверх, тихо пожелав спокойной ночи напоследок. Двери лифта с мягким шумом закрылись, и Гермиона позволила себе облегченно выдохнуть, скидывая с себя порядком надоевшие туфли. Прикрыв глаза от блаженства, она босиком шагала по теплому паркету прямиком к дивану и с наслаждением рухнула на мягкие подушки. С силой надавив на веки в попытке уменьшить головную боль, она вдруг поняла, что не слышит никаких звуков движения рядом с собой. Распахнув глаза, она с опаской уставилась на Малфоя, который застыл у лифта, глядя в пустоту. Желваки ходили ходуном по бледному лицу, а руки то и дело сжимались в кулаки. Гермиона нахмурилась и уже было приоткрыла рот, чтобы сказать что-нибудь, нарушить эту звенящую тишину, как вдруг Малфой заговорил твердым голосом, чеканя каждое слово: - Мне нужно уехать. Вот так. Нужно уехать и все, без всяких предисловий. Гермиона недоуменно вскинула брови и насмешливо спросила: - Да? И куда же? - Куда угодно, - рыкнул он, доставая из кармана джинсов телефон. - Астория говорила, что сможет забрать меня. - Да? И куда же? - ехидно повторила Гермиона, поднимаясь с места и вставая прямо перед напряженным парнем. - Куда угодно, - огрызнулся Малфой, старательно водя пальцем по экрану. - Чертовы магловские штучки. Набери ей, - он протянул телефон Гермионе, оставив попытки найти нужный контакт. Она хмыкнула и приняла гаджет, тут же засовывая их в свой карман и с вызовом глядя на разозленного Драко. - Что это значит, драккл тебя задери? Отдай телефон. - Зачем? - невинно поинтересовалась Гермиона. - Ты идиотка? - с презрением спросил Малфой и повторил: - Отдай телефон, я должен уехать. - Только не нужно драмы, - Гермиона закатила глаза и с беспечным видом снова плюхнулась на диван. - Куда ты собрался? В мир, о котором тебе ничего не известно? К людям, которых ты совершенно не знаешь? - Какая тебе разница? - рявкнул он, угрожающе надвигаясь на нее. Гермиона с наигранным изумлением похлопала глазами, глядя на него снизу вверх. - Даже не знаю... Может, такая, что мы оба, повторяю, Малфой, оба застряли в чужой реальности, и выбраться мы отсюда сможем только вдвоем. Ты не считаешь, что разделяться, имея самый минимум информации об этом мире... Даже не знаю... Глупо? Неразумно? Импульсивно? - Я сказал, отдай телефон. Последний раз прошу по-хорошему, - Малфоя трясло от едва сдерживаемой ярости, и Гермиона, глядя в его пышущее гневом лицо, на секунду малодушно подумала отдать ему желаемое, и пусть катится ко всем чертям. - А то что? Заберешь силой? - Гермиона еле сдержалась от нервного хихикания. Накал эмоций нарастал, и она уже не могла удержаться. - Заберу, - холодно пообещал Малфой. - Попробуй, - Гермиона вскочила с дивана и, ловко увернувшись от рук Драко, рванула в сторону спальни. Оббежав кровать, она с ожиданием посмотрела на захлопнутую дверь, которая в ту же секунду чуть не сорвалась с петель от яростного удара. - Что за идиотские игры, Грейнджер? - рявкнул Малфой, стремительно настигая девушку. - Отдай телефон. - Ты сказал, что заберешь его сам, - в запале крикнула Гермиона, перебегая кровать прям поверх одеяла, и снова выбежала в гостиную. Адреналин растекался по венам, заставляя глаза сверкать, а дыхание учащаться. Она и сама до конца не отдавала себя отчет в том, что она делает, но знала точно, что Малфоя отпускать нельзя. Он, как минимум, загремит в психушку с подозрением на шизофрению, на сильнейшее раздвоение личности, как только пообщается с тем, кто хорошо знал Тома, либо...умрет. Она была уверена в том, что одному ему с их работой не справиться. Конечно, Делли и Фрэнк выжили в этом сумасшедшем мире без какой-либо информации, но, во-первых, разгадка заняла у них слишком много времени, а во-вторых... Как бы там ни было, они были адекватными людьми, умело подстраивающимися под ситуацию, а Малфой был слишком эмоционален, как бы ему не хотелось казаться холодным, не управляя ситуацией, а позволяя ей рулить. Да и, если честно, она немного опасалась оставлять его одного с кучей маглов. Конечно, все вокруг ахали и сплетничали о том, как Драко Малфой перерос свои предрассудки, как война выбила из него то, что было вложено с младенчества, но Гермиона упорно не верила, что люди могут так кардинально меняться. Да, возможно, он и стал несколько терпимее к маглорожденным и простецам, но ту ненависть, которая горела в нем в школе, нельзя было вырвать с корнем. Были кое-какие еще мысли, но, в основном, именно поэтому она сейчас вела себя, как идиотка. К голосу разума он прислушиваться отказался, приходилось удерживать парня силой. - Грейнджер, ты совсем рехнулась? - выкрикивал Малфой, гоняясь за девушкой вокруг дивана. Он раскраснелся от гнева и погони, и Гермиона, случайно засмотревшись на красные пятна на щеках Драко, которые становились все ярче с каждым кругом, споткнулась о чертов коврик и, вскрикнув от неожиданности, упала на четвереньки. Левое колено тут же засаднило, но Гермиона не успела от этом подумать, как на нее сверху упало тяжелое костлявое тело. Она лишь охнула, когда ее руки не выдержали веса, подогнувшись, и она впечаталась щекой в пол. Малфой пытался залезть в передний карман джинсов Гермионы, одной рукой удерживая сразу оба ее запястья. - Когда мы вернемся, я подам на тебя в суд за сексуальные домогательства на рабочем месте, - хрипло захохотала Гермиона, дергаясь под тяжелым телом. - Никто тебе не поверит, - не остался в долгу Малфой. Из-за позы достать телефон было крайне неудобно, и он, выругавшись сквозь зубы, перевернул ее под собой на спину и тут же оседлал обратно, не давая Гермионе возможности вывернуться. Похлопав по карманам, он обнаружил искомую выпуклость и без промедления вытащил телефон. Поднявшись на ноги и отойдя от распластанной девушки на пару шагов, Малфой с издевательской ухмылкой покрутил мобильник в руках, демонстрируя свою победу, и быстрым шагом направился к лифту. Гермиона, все еще лежа на полу, проследила за ним и поняла, что он собирается уйти и позвонить уже с улицы. Что ж, последняя попытка достучаться, а потом пусть он валит на все четыре стороны. - Трус, - вполголоса бросила она прямо в спину Малфою. Он замер на полпути к кнопке вызова и медленно обернулся. - Что ты сказала? - с совершенно спокойным, но еще чуть розоватым лицом спросил он. - Трус, - пожав плечами, повторила Гермиона, с кряхтением поднимаясь с пола и потирая ушибленную коленку. Малфой несколько секунд зло сверлил ее глазами, и она готова была поспорить, что он сейчас же кинется на нее или разразится длинной гневной тирадой, но он лишь презрительно усмехнулся. - Серьезно, Грейнджер? Очень, очень дешево и до ужаса очевидно. Не выйдет. - Я вовсе не собиралась тебя провоцировать, - она миролюбиво подняла руки. - Я просто констатировала факт. Ты - трус, бежишь при первой же трудности. Я удивлена, что ты смог проработать в Аврорате столько времени. Или ты занимаешься бумажной волокитой? Это могло бы все объяснить. Удерживая на лице невинно-понимающее выражение, она потерла щеку, на которую пришелся удар об пол, и вопросительно взглянула на пышущего гневом Малфоя. Ну же, давай, не подведи. Неужели оставишь оскорбление какой-то грязнокровки просто так? Не попытаешься вывернуть ситуацию, оправдаться, оскорбить в ответ? Видимо, те же вопросы крутились и у Драко в голове, потому что он, угрожающе сузив глаза, несколько раз открыл и закрыл рот, глубоко и размеренно дыша. Не хватает запала? Нужно добавить, по другому этого слизеринца не разговорить. - И чего застыл? - грубо поинтересовалась Гермиона, на всякий случай подойдя ближе, чтобы суметь задержать его, если он снова ринется к кнопке вызова лифта. - Неужели в твоей блондинистой голове смогли появиться разумные мысли? Ты ведь знаешь, что я права, Малфой. Что нам нельзя разделяться, особенно на начальном этапе. Просто хочешь избежать разговора? Готов пустить все дело насмарку, лишь бы не обсуждать произошедшее в кафе? Так трудно признать, что великий и ужасный, самоуверенный, хладнокровный Драко Малфой, отъявленный мерзавец и беспринципный слизеринец, мог иметь долю человечности? - Какого хрена ты несешь, умалишенная?! - прорычал он, кажется, забыв о своем первоначальном плане побега. - Считаешь, что смогла понять меня? Увидела душу в беспросветной тьме Пожирателя Смерти? Настолько самоуверенная, нахальная, беспардонная мелкая дура, что решила, что я буду с тобой откровенничать? Заниматься самоанализом с человеком, который и сам себя понять не может?! Бинго. Как бы там не было, на контакт он пошел. Что ж, давай поболтаем с тобой откровенно, Драко Малфой. - А я и не прошу откровенничать со мной, Малфой, - надменно произнесла Гермиона, силясь скрыть удовлетворение. - Будь честен с самим собой, а для этого вовсе не обязательно сбегать в никуда. Если ты считаешь себя великой загадкой мира сего, то поспешу тебя огорчить - это не так. Все твои действия, твои метания были как на ладони. Шестой курс, припоминаешь? Да Гарри с первой недели догадался о твоей Метке. - Да ну? - скептично хмыкнул Малфой, поспешно возвращая себе самоуверенную маску. - Чего тогда не сдали меня своему великому Ордену Феникса или сразу самому Дамблдору? - Вообще-то, мы пытались. Дамблдор опроверг все наши подозрения, хотя с самого начала знал о твоем задании, - проследив, как через маску пробилось недоумение, Гермиона удовлетворенно улыбнулась и продолжила: - И проклятое ожерелье, и отравленная медовуха... Слишком мелко для того, кто пытается хладнокровно убить. Больше похоже на то, что этот кто-то просто пытался оттянуть решающий момент, всеми силами изображая деятельность перед Темным Лордом. Видимо, случилось что-то экстраординарное, что ты все же позволил Пожирателям проникнуть в школу. Он угрожал тебе? Твоей семье? Пытал мать и отца? Что? Гермиона понимала, что лезет слишком глубоко ему в душу, но не могла позволить себе остановиться. Они ведь выявили, что ключом, и она в этом не сомневалась, является осознание собственной личности и своих истинных желаний. У нее еще будет время на самоанализ, а пока пора втянуть в это и Малфоя, как наиболее упирающегося. Стоило затронуть тему его внутренних метаний, сразу попытался сбежать. И разве это не трусость? В другое время она бы поняла его, перестала бы бередить старые раны, но сейчас от этого зависело их возвращение домой. Малфой же выглядел так, что вот-вот взвоет от отчаяния. Он молча следил за мыслью Гермионы, покрываясь холодным потом, ощущая ком в горле. Он ненавидел ее в этот момент, ненавидел в тысячи раз больше, чем за все прошлое, вместе взятое. Ненавидел за то, что она посмела поднять эту тему, после всех этих лет, когда он исправно работал в Аврорате, доказывая, что все его действия были вынужденными, что его помыслы сейчас совершенно чисты. Сколько еще нужно доказывать этим людям, что все давно не так? Что он давно отказался от идеи превосходства чистокровных над маглорожденными? Пусть не до конца, но все же основную часть своих взглядов он кардинально изменил. Этого не достаточно, чтобы снова начать жить спокойно, без идиотских заседаний в Визенгамоте, без права на выражение истинных эмоций, без права на приватную жизнь и сладкую, долгожданную свободу? - Так что, Малфой? - тихо произнесла Гермиона, нарушив затянувшуюся тишину. - Неплохо для беспардонной дуры, а? Я скажу тебе еще одну вещь, которую никто и никогда не произносил вслух. Несмотря на то, что ты не выдал нас в Мэноре, подарив драгоценное время, на то, что твоя мама солгала Волдеморту, опять же дав нам еще один шанс попытаться победить... Гарри никогда не стал бы свидетельствовать в твою пользу, если бы не знал, что ты не хотел делать то, что делал. Он - великий волшебник, храбрый, добрый и справедливый, но слегка пристрастен, и не умеет видеть другие цвета, кроме черного и белого. Если бы в тебе не было ничего белого, он никогда бы не пошел тебе навстречу. Мы попали в этот мир, чтобы понять себя. Разгляди в себе эту частичку белого, пойми свои желания, и мы сможем попасть обратно. - Все это звучит, как хренова хрень, - хрипло выдавил Драко, потерев пальцами виски. Гермиона тут же напряглась, не ожидав от него, что он в принципе что-то скажет ей сегодня. - Отнюдь, - покачала головой она, мягко прикоснувшись к его левой руке и поворачивая ее чистым предплечьем вверх. - Видишь? Этот мир очищает. Он уже смог избавить нас от нашего прошлого, - Гермиона скинула свою куртку и задрала рукав блузки, демонстрируя собственную руку, на которой еще вчера был уродливый шрам. - У меня тоже чисто. Вот поэтому мы здесь, ты понимаешь? Вся эта реальность - белый лист, табула раса, если хочешь. Это наш шанс пожить без груза за плечами. Как иначе мы сможем понять самих себя? Гермиона с ожиданием смотрела на Малфоя, молясь про себя Мерлину, чтобы он донес до парня ее мысль. Нельзя разделяться, по крайней мере до того, как они соберут побольше информации. Ну же, Малфой, давай, соглашайся. Его лицо из мученическо-обреченного вдруг стало меняться на самодовольно-скучающее. Гермиона не успела предположить, чем вызвана подобная метаморфоза, как Драко, как в старые добрые растягивая гласные, произнес: - Предположим, ты права, Грейнджер, - он довольно хмыкнул, глядя на ее ошарашенное лицо. - Да, как бы мне не не хотелось это признавать, в своем психоанализе ты во многое попала на сто процентов. Но...и что с этого? - Как же? - недоуменно пробормотала Гермиона. - Мы ведь пытаемся понять, что нам не хватает в наших жизнях, что магия поляны подействовала и на нас. - Верно, - кивнул Малфой. - Тогда при чем здесь события семилетней давности? - При том, что наше прошлое непосредственно влияет на наше настоящее и будущее, - неуверенно произнесла она, не понимая, к чему он ведет. - Если бы не твои ошибки юности, ты бы, как минимум, не стал бы работать в Аврорате. - Может, и не стал бы, - снова согласился Малфой, совершенно обезоруживая Гермиону такой покладистостью. - Я бы продолжил дело отца, как и подобает наследнику древнего рода. Но это не значит, что меня моя сложившаяся жизнь не устраивает. - Да ладно? - скептично хмыкнула Гермиона. - Посуди сама, - пожав плечами, Малфой стал загибать пальцы. - Мне всего двадцать пять, я молод, привлекателен, довольно богат, у меня красивая девушка, которая любит меня, отличная должность в Министерстве, высокий ранг мракоборца и устойчивое положение в обществе. Теперь рассмотрим эту реальность. И опять же, хоть я не знаю, сколько мне здесь лет, я, очевидно, молод, красив, скорее всего неплохо обеспечен, у меня красивая, хоть и несколько ревнивая девушка, интересная профессия, опять же насколько я могу судить, и устойчивое положение в обществе. Тебе не кажется, что смысла моего попадания сюда нет? - Но твое прошлое... - Осталось в прошлом, - бесцеремонно перебил ее Драко. - Напомнить тебе, какой приговор вынес суд? Оправдан. Да, хоть я и действовал вопреки своим желаниям, я совершил некоторые преступления. За это меня приговорили к трем годам отработок в Министерстве, плюс в течение этого времени я не должен был покидать пределы магической Британии. Сколько времени прошло после заседания? Верно, семь. После нехитрых подсчетов выявляем, что уже четыре года я мог действовать, как свободный человек. И вот несостыковочка - я все еще в Аврорате, помогаю великому Поттеру творить добро и справедливость. И никто меня к этому не принуждал. Браво, Малфой. Этой самоуверенной девчонке вовсе не обязательно знать про дополнительное заседание, про срок в десять лет. Тем не менее, в остальном он не кривил душой. Его и правда все устраивало. Ведь правда? - Но в прошлом... - Грейнджер, - Драко устало вздохнул и покачал головой. - Очевидно, у тебя больше нет аргументов. Если бы сюда попал шестнадцатилетний Драко, это имело бы смысл. Было бы понятно, почему в этом мире на моей руке нет Метки, ведь тогда я больше всего на свете хотел иметь чистую руку и свободу от тирании змееподобного существа. А сейчас все это напоминает какой-то плохо сыгранный спектакль. - Но ведь ты же попал сюда, - справедливо заметила Гермиона. - Значит, это зачем-то было нужно. - Вероятнее всего, меня затянуло за тобой. Именно ты нуждалась в переменах, и, возможно, поляна работает только для двоих. Кроме первого пропавшего мужчины, остальные попадали сюда по двое. Да и мы наверняка не знаем, что первый был один. Может, суть магии в том, чтобы я, как полностью удовлетворенный своей жизнью, мог тебе помочь. - Но я тоже совершенно довольна своей жизнью, - воскликнула Гермиона, всплескивая руками. - И вообще, не вали с больной головы на здоровую. - На здоровую ли? - презрительно прищурился Малфой. - Давай-ка проведем анализ великой, гениальной гриффиндорской принцессы, мозгу Золотого Трио, героини войны, обладательницы Ордена Мерлина второй степени, матери драконов. - Это обещает быть интересным, - издевательски протянула Гермиона, делая приглашающий жест в сторону кухни. - Чаю? - С удовольствием, - невозмутимо кивнул Малфой, проходя в указанном направлении. - Завари себе с какими-нибудь успокаивающими травами, возможно, твой мир серьезно пошатнется после моих слов. - Жду с нетерпением, - фыркнула Гермиона, набирая воду в чайник. И что только он о себе возомнил? Думает, что сможет прочитать ее как раскрытую книгу? Пусть попробует, это в любом случае будет познавательным. - Итак, - тоном доброго дедушки начал Драко, картинно отхлебнув из чашки. - Мисс Гермиона Грейнджер. В свои двадцать пять... - Двадцать шесть. - Тем более. В своем возрасте имеет: карьеру в Отделе магических происшествий и катастроф, национального героя в друзьях, вероятно, пользуется доверием Роджерса, своего начальника, раз уж он поручил ей задание, с которым не справились другие, любящих родителей и кота. - Ты несправедлив, - отметила Гермиона. - О себе ты говорил совсем в другом тоне. Молод, богат, привлекателен... - А, так ты напрашиваешься на комплименты, - громко фыркнул Драко, с трудом сдерживая смех. - Ладно, если тебе так будет легче. Молода, с наверняка неплохим счетом в банке... Так ведь? Насколько я знаю, с Орденом Мерлина выдается неплохое денежное вознаграждение, плюс статус героини войны предполагает ежегодные взносы на твой счет. Не делай такое возмущенное лицо, разве это не правда? Пусть там не целое состояние, но на жизнь хватает, верно? Вот и отлично. А теперь прояви свою воспитанность и не перебивай, я тебя выслушал. Так вот, молода, обеспечена и...хм...ну, выглядишь однозначно лучше, чем в школе, сойдет? - Я совершенно не хотела слышать от тебя никаких комментариев относительно своей внешности, - буркнула Гермиона, чувствуя себя крайне неловко. Идиотка. Со своим обостренным чувством справедливости действительно напросилась на его оценку, на которую ей было глубоко наплевать. - Значит, сойдет, - удовлетворенно кивнул Драко. - Итак, мы увидели картину в целом, рассмотрим теперь в деталях. Предпочитаешь начать с очевидного? - На твое усмотрение, - процедила девушка, уже предчувствуя, что ничего хорошего от разговора ждать не стоит. Сейчас Малфой, с присущей ему бестактностью, надавит на все ее болевые точки. Слава Мерлину, он ее практически не знает, так что в настоящие раны ему не попасть. - Отлично, разберемся сразу с самым простым - с личной жизнью. В общем, разбираться с тем, чего нет, особо не придется. - С чего ты взял, что у меня нет личной жизни? - сразу напряглась Гермиона. Точно, это было самое очевидное. За ней ревностно следили все журналисты, как за публичной личностью, и Малфой наверняка читал в Пророке про ее разрыв с Роном. Это было четыре года назад, и с тех пор ни одного упоминания про ее возлюбленного в газетах не было. Не удивительно. Нет возлюбленного - нет информации. Малфой тут же озвучил все ее мысли, нарочито небрежно пожимая плечами. - Вы расстались с Уизелом...сколько, пять лет назад? Я не помню точную дату, зато отлично знаю, что больше никакой информации про твои любовные похождения в прессе не было. И ты могла бы ввернуть блестящий контраргумент, по типу "я не свечусь со своим избранником на людях" или что-то типа того, но опровергнуть его будет до смешного просто. Я неоднократно видел тебя поздним вечером, выходящей из Министерства, тогда, когда все служащие уже были дома с семьей, а более молодые люди на романтических свиданиях. Любой праздник, будь то простая Пасха или день всех влюбленных, ты отсиживала рабочий день от звонка до звонка, зачастую даже задерживаясь, что дает мне право утверждать, что личной жизни у тебя нет. - У тебя с этим, кажется, тоже проблемы, - съязвила Гермиона. - Раз уж ты так тщательно наблюдал за мной и теперь можешь делать подобные выводы. - Я не наблюдал за тобой, - сморщившись, повел плечами Драко. - Астория часто в разъездах, так что я иногда коротаю время на работе, чтобы не возвращаться в пустой дом. И вообще, мы сейчас не обо мне. Я только говорю о том, что лишь это может стать одной из причин твоего попадания сюда - отсутствие романтической составляющей твоей жизни. Это может угнетать. Будешь спорить, или едем дальше? - Я могла бы и поспорить, только вот моя личная жизнь тебя совершенно не касается, - отрезала Гермиона, надеясь, что он не станет развивать тему. Ведь контраргументов у нее действительно не было. - Я так и думал, - самодовольно хмыкнул Малфой и, сцепив руки в замок на уровне своих глаз, внимательно оглядел девушку. - Думаю, что положение в обществе тебя вполне устраивает. Каждый волшебник знает имя Гермионы Грейнджер, твое слово имеет вес, твое мнение иногда решает многое. Ты ведь этого всегда хотела, а? С самого первого курса Хогвартса из кожи вон лезла, чтобы доказать, что ты не хуже чистокровных. И вуаля - маглорожденная Грейнджер теперь весомая фигура в магической Британии. Цель достигнута, удовлетворение стопроцентное. Так что это не причина попадания сюда. Скажешь что-нибудь? - Скажу, - возмущенно воскликнула Гермиона, изо всех сил стараясь не вскочить и не затопать ногами, как маленькая. - Я никогда не хотела того, чтобы мое имя знал практически каждый, чтобы мое лицо светилось в газетах, чтобы кто-нибудь хоть на секунду подумал, что все, чего я достигла - не моя заслуга, а моих статусов подруги Избранного и героини войны! - Спасибо, Грейнджер, за такой плавный переход к главной твоей боли, - Драко отвесил манерный поклон и практически ликовал, глядя, как краска заливает щеки разгневанной девушки, как яростно сверкают глаза. Если бы в этом хреновом мире была хоть капелька магии, Грейнджер уже бы достала свою палочку и прокляла бы его каким-нибудь изощренным способом. - Твои достижения. Сразу уточню - всем и так понятно, что твой карьерный рост в Министерстве никак не связан с твоими статусами и хорошими отношениями с Министром. Потому что, скажу откровенно, твою карьеру успешной назвать никак нельзя. - Не согласна. В Отделе регулирования магических популяций я очень быстро доросла до заместителя главы! - Но сейчас ты не там, - отметил Малфой. - Кстати, почему? Спустя семь лет работы ты вполне могла дорасти и до главы. Особенно с учетом того, насколько этот отдел никчемный. - Этот отдел вовсе не никчемный! Они выполняют действительно важную и сложную работу! - Так что, ты сбежала от трудностей в Отдел магических происшествий и катастроф? - скептично хмыкнул Малфой. - Не смеши меня. Ты прекрасно осознаешь, что тот отдел обречен если не на деградацию, то на застой точно. Твое нынешнее место работы гораздо перспективнее, и ты отлично это знаешь. Не стоит этого стесняться, такие мысли вполне обоснованы для амбициозного человека. Итак, ты перевелась сюда, будучи абсолютно уверенной, что в этом Отделе ты такими же бешеными темпами достигнешь небывалых высот для молодой женщины. Вижу, что тебя так и подмывает возразить, но, будь так любезна, заткнись. Но вот незадача - за пять лет ты не получила ни одного повышения. Почему? - Я стараюсь, я пашу, как проклятая, и вообще, без меня многие операции бы просто не удались! К тому же, у меня было повышение. Я перевелась из Комитета по выработке объяснений для маглов в Группу аннулирования случайного волшебства, это не считается карьерным ростом?! - Как сказать, - фыркнул Малфой и сделал вид, что глубоко задумался. - Дай-ка вспомнить. Твои объяснения для маглов, которые вызывали больше вопросов, чем давали ответов, стали буквально байками в Министерстве, ты знала? - Что это значит? - напряглась Гермиона, вскакивая с места. Чертов Малфой не просто давил на больное, он плясал и сыпал соль в открытые раны. Терпение было на исходе, и она со всей искренностью пожалела, что решила остановить его от ухода. Катился бы ко всем дракклам! - Так, сейчас подумаю. Давно было, и моя память не такая уж хорошая...вспомнил! Помнишь тот случай, когда один придурок возомнил себя преемником Темного Лорда и размахивал палочкой прямо посреди Трафальгарской площади, пытаясь заставить маглов преклонить колени? Мы еще прозвали его Лорд Дебилорд? Он тогда наколдовал целую дюжину змей, которыми не смог управлять, и они серьезно покусали нескольких маглов? Обливиаторы бы не справились с таким объемом работы, слишком многие увидели это выступление. Что ты тогда придумала? - А что не так было с моим объяснением?! Я ведь объяснила все с научной точки зрения! - Да-да, окрестила парня психически нездоровым, сбежавшим из местной психушки, а его выступление...черт, как там было? Что-то про двойные зеркала и преломление света, плюс небывалую активность змей в тот период... А, впрочем, неважно. Ты знаешь, что твое объяснение лишь вошло в сборник перлов Министерства? А тем маглам сказали, что этот парень - просто фокусник, у которого что-то пошло не так, поэтому ему запретили дальнейшую деятельность? - Что? - побледнела Гермиона. - Ты серьезно? - Вполне, - Малфой картинно отпил остывший чай из чашки и поморщился. - Маглы не видят дальше собственного носа, перед ними открыто продемонстрировали магию, и объяснение с фокусником вполне себе прокатило. А все потому, что они готовы принять любую чушь, лишь бы не признавать существование магии. Если бы использовали твое объяснение, люди бы постарались докопаться до истины, самые любопытные из них. А так все просто - фокусник? А, ну понятно, круто. Хочешь еще пример? Вспомни, где-то пару лет назад, ты, кажется, после этого дела перевелась в другое подразделение. Один идиот узнал, что его бывшая магла скрыла от него факт беременности, и впоследствии родила волшебника-полукровку. Он хотел забрать дитя в наш мир, но мамашка заупрямилась. Стоит напоминать суть конфликта? В общем, он свихнулся на этом фоне и, с девизом "не достанься же ты никому", Бомбардой разнес их дом в щепки, дом, который находился в магловском районе. Тогда и его бывшая, и ребенок погибли. Что ты там напридумывала? - Что, в результате движения литосферных плит... - Да-да, бла-бла-бла. Знаешь, какое пояснение дали тогда? Взрыв газопровода, Грейнджер. Вообще, любой взрыв можно объяснить газом, неважно, какого масштаба было происшествие. И маглы это принимают как должное. Мне продолжить, или ты поняла, почему тебя со всеми почестями позвали в Группу аннулирования? - Потому что в Комитете я была бесполезна, - прошептала Гермиона, обессиленно опускаясь обратно на стул. - Видишь, какая ты сообразительная. Попробуешь догадаться, почему в Группе аннулирования ты так и не достигла никаких значительных результатов? - Я не знаю, я делаю, что могу, - покачала головой Гермиона, стараясь, чтобы голос не дрожал. Предательские слёзы наворачивались на глаза, и она уставилась немигающим взглядом в свою чашку. Не хватало ещё разрыдаться на глазах у Малфоя! - Я не буду утверждать, что ты ни на что не способна, я знаю, что это не так. Считай это комплиментом, Грейнджер. Я тоже не могу сказать, почему тебя не повышают, у меня есть только догадки. Либо это никому не выгодно - посуди сама, зачем начальству продвигать девочку на побегушках, которая выполняет такую огромную работу, которая под силу трём людям, а никак не одной мелкой девчонке? Зарплата при этом не увеличивается, что начальству чертовски выгодно. Либо просто нет свободных вакансий, что тоже вроде вероятно. Либо...ты сама не хочешь этого повышения. - Как это не хочу? - возмутилась Гермиона, чуть успокоившись от почти комплиментов от Малфоя. В конце концов, приятно, когда кто-то, равный тебе по интеллекту, признаёт твои способности, и втройне приятно, когда это делает твой бывший школьный враг. - Я стремлюсь к карьерному росту и именно поэтому жертвую свободным временем, чтобы сделать как можно больше! - А зачем? - Чтобы суметь помочь как можно большему количеству людей. - Прозвучало до неприличия по-гриффиндорски. Стремление, может, и похвальное, но...ты правда этого хочешь? Не отвечай, подожди. Мы не сможем сейчас дать ответы на все вопросы, не сможем вытащить из глубин себя все свои желания. Для этого мы сюда и попали, верно? Так давай попробуем просто пожить. В конце концов, именно так поступали Бронкс и Доусон, и смогли отсюда выбраться. - Это все равно не значит, что нужно бросаться в омут с головой и выходить в большой мир совершенно не подкованным, - заупрямилась Гермиона, возвращаясь к началу разговора. Она взглянула на часы и с изумлением обнаружила, что время подходит к полуночи. Сколько они здесь сидят? Гермиона повернула голову, посмотрев на своё отражение в окне, за которым уже ночь вступала в свои права. С ума сойти. - А ты упрямая, - вздохнул Малфой. - Отмечай этот день календаря красным. Потом будешь каждый год отмечать день, когда Драко Малфой согласился с тобой переночевать. Гермиона ахнула и, открыв рот, смотрела на невозмутимо пьющего чай слизеринца. В голове крутились сотни колких фраз, но ни одна из них не отражала в полной мере то, как она была возмущена его предположением. Она ведь только хотела изучить как можно больше информации прежде, чем «попробовать просто пожить», а он все вывернул так... Гермиона встретилась с насмешливым взглядом серых глаз и чуть приподнятым уголком губ. Черт. Она только что чуть не повелась на провокацию. Расслабленно выдохнув, она позволила себе хмыкнуть и едко выдать: - Непременно, Малфой. Буду закатывать грандиозные вечеринки с пьяными разговорами по душам. - С пьяными? Тебя до сих пор не отпустило шампанское? Гермиона многозначительно улыбнулась и неопределенно пожала плечом, забирая у него пустую чашку и наскоро ополаскивая посуду вручную. Обернувшись и вытерев руки о полотенце, она окинула взглядом Драко, который стоял, засунув руки в карманы и оперевшись о дверной косяк. Он задумчиво наблюдал за ней и, встретившись с Гермионой взглядом, выпрямился и спросил: - Где у тебя гостевая спальня? Я надеюсь, она тут есть. Ещё мне нужно чистое постельное белье, два полотенца и зубная щетка. - А ещё кофе в постель и личную массажистку, - ехидно закончила за него Гермиона и, протискиваясь мимо него, насмешливо обронила: - Не заставляй меня жалеть о том, что я уговорила тебя остаться со мной на ночь. Громкое фыркание послужило ей ответом. Разместив слизеринского принца с максимальным комфортом, Гермиона засыпала в чужой спальне с легкой улыбкой на губах и мыслями о том, что, хоть разговор выдался не из легких и приятных, они с Малфоем впервые просто...поговорили. Поговорили по душам! На кухне ночью! И, несмотря ни на что, ей понравилось. Он видел самую суть, поражая способностями к психоанализу, он легко и уверенно аргументировал свои слова, вворачивал достойные остроумные, стоит признать, комментарии... С Драко Малфоем могло быть интересно. Сумасшедший денёк.