Эффект Розенталя

- Что будем делать? - тихо спросила Делли, апатично разламывая сухие прутья и подкидывая их частички в горящий костер. - С чем? - грустно хмыкнула Гермиона, наблюдая за язычками пламени. Драко сидел рядом, прикасаясь своим бедром к ее, и от ощущения этого чужого тепла становилось чуть легче на душе. Она здесь, изменившаяся, не одна. - С нашей жизнью? Работой? Близкими? - Я так глобально стараюсь не мыслить, - нервно улыбнулась Делли, передернув плечами. - Пока меня интересует только наше задание. - К черту задание, - фыркнул Малфой, носком ботинка собирая хвою в кучку. - Оно уже не имеет смысла. - Позвольте с вами не согласиться, мистер Малфой, - напрягся Фрэнк, уставившись на хмурого парня с легким прищуром. - Теперь наша работа обрела еще больший смысл. Теперь мы обязаны найти пропавших не только потому, что так приказал Роджерс. Теперь это личное. - Раз это мое личное дело, я имею право отказаться участвовать в этом тупом бессмысленном мероприятии, верно? - холодно осведомился Малфой, приподняв бровь. - Совершенно верно, - неожиданно согласился Доусон, вырвав у Делли и Гермионы удивленные вздохи. Девушки чувствовали нарастающее напряжение между мужчинами и теперь сидели, готовые в любой момент ослабить конфликт. - Только почему? Что вас смущает? Я много слышал о вас, мистер Малфой, и знаю, что вы славитесь тем, что всегда доводите начатое до конца, чего бы вам это не стоило. Драко исподлобья посмотрел на невозмутимого Фрэнка и сжал зубы, упрямо отказываясь говорить. Все терпеливо ждали, пока он скажет хоть слово, но он только невидящим взглядом смотрел в пустоту, сжимая и разжимая кулаки. Гермиона нервно облизнула губы и осторожно взяла его за руку. - Посмотри на меня, - тихо попросила она, пытаясь поймать его взгляд. Он нехотя повернул к ней лицо, и взгляд чуть потеплел. Она мягко улыбнулась и крепче сжала его ладонь. - Что не так? Тебе...страшно? Он со свистом выдохнул сквозь зубы и устало сжал пальцами переносицу, крепко зажмуриваясь. - Я не боюсь, - все же произнес он и оглядел всех. - Просто...подумайте, что вы чувствуете? Вам не кажется, что искать пропавших - заведомо проигрышное дело, потому что они не хотят, чтобы их нашли? Ведь они нихрена не пропавшие, они - спрятавшиеся. Мы на собственном опыте убедились, что тела никуда не исчезают, значит, они ушли отсюда своими ногами и по собственному желанию. И они имеют на это право, да? Зачем мы будем их искать? - Хотя бы потому, что их близкие в панике от их пропажи, они хотят знать, что произошло с их родными. В конце концов, они имеют на это право. Мы как никто другой подходим для этого дела, не находите? - Фрэнк холодно улыбнулся. - Имеют право? - Драко презрительно усмехнулся. - От них люди сбежали, их близкие и родные, как вы утверждаете, разве это ни о чем не говорит? Двое невыразимцев, адекватных взрослых мужчин, просто исчезли, не попытавшись связаться со своей семьей. Вас это не наводит на мысли? - Это наводит меня лишь на одну мысль - нам нужно тщательнее подбирать сотрудников в наш отдел. Они оказались слабыми, эгоистичными... - Да как вы можете судить? - Драко соскочил с места, нервно взлохмачивая волосы и взглядом прожигая все еще относительно невозмутимого Фрэнка. - Хотя да, уж вы точно можете. Не вы ли минуту назад подтвердили, что в отдел возвращаться не собираетесь? - На что вы намекаете? - Фрэнк тоже поднялся, и на его щеках проступили розовые пятна гнева. - Я проработал в Отделе Тайн почти четверть века, проработал достойно, на пределе своих возможностей, я отдал работе лучшие годы жизни. То, что я только под пятьдесят понял, чего я действительно хочу, и что только в этом возрасте нашел в себе силы кардинально поменять свою жизнь, не делает меня эгоистичным слабаком. И я... - Почему вы начали работать там, Фрэнк? - Драко остановился в паре шагах от пышущего гневом мужчиной. - Если собираетесь уйти оттуда только после ощутимого пинка от магии? - Не пытайтесь промыть мне мозги, - разъярился Доусон, ткнув Драко пальцем в грудь. Гермиона закусила костяшку на пальце, готовясь в любую секунду кинуться разнимать драку. - Вы ничего обо мне не знаете! - Вот я и хочу понять, - Малфой почти равнодушно пожал плечами. - Вы старше нас на два десятка лет, изменить свою судьбу вам сложнее в разы, чем нам. Тем не менее, вы абсолютно готовы это сделать, а значит, ваша жизнь вам осточертела до зубного скрежета. Мне интересно, как вы дошли до такого состояния, что, будучи лучшим сотрудником отдела Тайн, вы готовы все бросить. - Фрэнк, - Делли, которую Гермиона активно подталкивала с бревна последние пару минут, все же встала перед мужчиной и осторожно взяла его за руку. - Расскажи им. Они ведь правда не понимают, почему мы должны искать этих людей. - Хорошо, - спустя некоторое время напряженных размышлений сдался Фрэнк. - Я пошел в отдел Тайн сразу после Хогвартса потому, что мне было любопытно, что там скрывают. - И все?! - вслух изумилась Гермиона. - Я наслышана об адской подготовке сотрудников, и физической, и моральной, и вы согласились на это просто из любопытства?! - Странно получить именно от вас такую реакцию, мисс Грейнджер, - добродушно улыбнулся Доусон. - Кто, как не вы, можете понять тягу ко всему тайному. - Я просто связалась не с той компанией, - пробормотала смущенная девушка, и все понимающе хмыкнули. Градус напряжения ощутимо упал, и все снова заняли свои места. - Пять поколений мужчин в моей семье работали в отделе Тайн, я просто пошел по стопам предков сначала. Плюс мне и правда было интересно, чем они там таким занимаются, если папа даже наедине не делился и крохой информации. Предупреждая ваши вопросы, я тоже ничего не расскажу, я не могу. Отец часто повторял, что в их отделе работают настоящие мужчины и сильные женщины, что туда не берут кого попало, что ты должен доказать, что стоишь чего-то, чтобы тебя хотя бы протестировали на профпригодность. Он всегда говорил, что видит во мне потенциал, что я достоин, что я должен подтвердить, что Доусоны - не пустой звук. Я стал шестым мужчиной в нашей семье, который стал невыразимцем. Ни один мой день рождения не праздновали так, как мое назначение. - Вам просто навязали ваш путь, - возмутилась Гермиона, с открытым ртом слушая мужчину. - Когда изо дня в день тебе твердят "должен", ты и правда начинаешь в это верить. Мы все здесь это понимаем. - Да, по факту, так и есть, - он снова улыбнулся. - Но! И это самое важное. Отец действительно через самую душу протаскивал эти слова, он правда думал, что лучшего для своего ребенка и не придумать. Так вот вопрос, мистер Малфой. То, что мой папа хотел устроить мою жизнь наилучшим в его понимании образом, делает его недостойным и крохи информации обо мне? Заслужил ли он потерять сына просто потому, что не понял, что ему на самом деле нужно? Делает ли это его плохим человеком, мистер Малфой? Наверное, это был первый раз, когда Гермиона видела Драко с таким растерянным выражением лица. Если прислушаться, можно было услышать, как в его голове вертятся шестеренки, чтобы дать достойный ответ, такой, который бы подпитал именно его позицию. То, что его выражение постепенно сменялось на унылое, убедительных контраргументов у него не нашлось. - Вижу, я вас убедил, - без толики надменности хмыкнул Доусон. - То, чего не хватило пропавшим людям - уверенности в своих желаниях, а еще недюжинной отваги. Только храбрый человек может перед всем миром отстаивать свои взгляды, не обращая внимания на осуждение и непонимание. Вам, дети, нужно просто понять - вашу жизнь вы проживаете самостоятельно, и только от вас зависит, что будет в ней происходить. Родители не поддерживают? Возможно. Не понимают? Да. Но вопрос в другом - станут ли они вас меньше любить из-за того, что ваши взгляды на что-то не сошлись? Вы ведь этого боитесь, да? Остаться со своей мечтой один на один, это ведь тоже ужасно страшно. Так вот нет. Нормальный родитель никогда не откажется от своего ребенка, что бы он ни сделал. И уж тем более, если ребенок вдруг захотел стать звездой квиддича, а родители пророчили ему карьеру великого писателя, понимаете? Над поляной царило молчание. Все ушли глубоко в себя, пропуская через сердце слова мудрого мужчины, который тоже боялся того, что ему предстоит, но находил в себе смелость все же пройти через это, даря уверенность и остальным. Солнце уже было высоко, когда Фрэнк тихо спросил: - Ну что? Работаем? Все как по команде кивнули и встали со своих мест, листая папки с делами, решая, с чего начать и куда идти. Доусон удовлетворенно наблюдал за суетой, сложив руки на груди. Ласковые морщинки собрались в уголках его глаз, и он судорожно вздохнул, проведя рукой по волосам. Следующий час они продирались через кустарники, пытаясь обнаружить место, на которое им указало Поисковое заклинание. Это был небольшой холмик, засыпанный пожелтевшей листвой. Драко взмахнул палочкой, и все с удивлением уставились на набор предметов, так тщательно спрятанных от чужих глаз: пластиковый мешок с колбами и пробирками, какие-то железные инструменты, куртка, ремень с сумкой и бутылка с зеленоватой жидкостью. Они применили заклинание поиска и на этих вещах, но оно не сработало. - Попробуем разделиться? - предложила Делли, оглядывая задумавшихся коллег. - Прочешем лес, найдем хижину, где первый пропавший жил. Кто найдет, посылает сноп красных искр в воздух, остальные идут на сигнал. - При солнечном свете их не будет видно, - покачала головой Гермиона. - Патронуса все умеют вызывать? Отправим сообщение с примерным местоположением. Через целых два часа, все поцарапанные, с хвоей в волосах и во всех доступных отверстиях на одежде и теле, они стояли перед непримечательной хижиной, критично ощупывая ее взглядом. У крыльца росли бледно-голубые цветы, аккуратно прополотые и недавно политые, судя по влажной земле, чуть поодаль между сосен были натянуты веревки для сушки белья, что вызвало недоуменные взгляды у всех членов команды. Судя по досье, здесь жили волшебники. Каждый первокурсник знает высушивающее заклинание, зачем тогда...? Ответ нашелся сам. Дверь хижины распахнулась, и их взору предстала хозяйка дома. Низкого роста, с крючковатым носом, который мог затмить только Снейповский, с седыми волосами, выглядывающими из-под аляповатой шляпы, в длинном цветастом платье. Она держала в руках какое-то животное и, казалось, не замечала четверки, стоявшей у ее дома. Старушка подошла к веревкам и стала развешивать...животное, которое на поверку оказалось лишь шкурой освежеванного зайца. - Прошу извинить нас, миссис...? - вежливо начал Доусон. Ведьма обернулась и, прищурив один глаз, ощупала каждого взглядом так, что Гермионе захотелось прикрыться. Женщина вызывала у нее...неприятие. - Просто Глория, - скрипучим голосом сказала она и дернула губой, приоткрывая ряд неровных желтых зубов. Делли громко сглотнула и передернулась, беспомощно взглянув на Гермиону. В этой женщине было что-то не так, и это чувствовали все. Через пятнадцать минут Гермиона искренне пожалела о своих чувствах, коря себя за то, что оценила человека лишь по его внешности. Теперь Глория горько всхлипывала, утирая слезы выцветшим полотенцем, и заламывала пальцы, рассказывая о своем муже. - Мы с Питером давно вместе, больше пятидесяти лет. Мы познакомились в Министерстве - он подавал заявку в Академию авроров, а я была с родителями, мы оформляли документы на этот дом. Да, - она грустно улыбнулась, заметив недоуменно вздернутые брови ребят. - Этому дому уже более полвека. Познакомились в кафетерии, разговорились и поняли, что не можем друг без друга. Банально, слишком неправдоподобно, но так бывает, милые мои. - Как отреагировали ваши родители на вашего избранника? - Делли из цепкой журналистки превратилась в юную девочку, которая завороженно следила за историей любви, звучащей из уст женщины, сидящей напротив. - Они были в шоке, - Глория усмехнулась, задумчиво перекручивая ниточку на полотенце. - Они ждали от меня другого, думали, что я буду продолжать семейное дело - изучение лесов и всего, что с этим связано. Я ведь и в школе не училась, всему обучала мама в перерывах между работой. А мне захотелось замуж, захотелось другой жизни, как у всех юных девочек. Тогда родители поставили меня перед ультиматумом - или они, или он. - Не может быть, - ахнула Гермиона, прижав руку ко рту. - Как они могли так поступить с собственной дочерью?! - Легко, как оказалось. И...я не смогла разочаровать родителей. Они ведь так верили в меня, они дали мне все, и мне не удалось через это переступить. Я оборвала с ним все связи и стала заниматься тем, чем всегда занималась, - женщина вздохнула и уставилась в окно. - Мне просто повезло, дорогие мои, что Питер оказался сильнее меня. Он, наплевав на все и всех, отыскал меня и стал жить здесь. А ведь у него было будущее, были силы, способности, стремления. Он все похоронил ради меня, представляете? - она улыбнулась на умиленный вздох от девушек и грустные смешки мужчин. - Простите, но...ваши родители ведь покинули этот мир? - осторожно поинтересовался Фрэнк. - Да, через двенадцать лет после нашей свадьбы, - кивнула она. - Ужасная история. Они пошли на охоту и случайно ранили жеребенка кентавров. Хоть табун, обитающий в этом лесу, хорошо знал родителей...сами понимаете. Они принесли тела к порогу дома и дали два дня, чтобы убраться отсюда. Питеру пришлось применить все свои дипломатические навыки, чтобы заключить хрупкое перемирие. - Мы вам сочувствуем, - искренне произнесла Гермиона, мягко сжав руку плачущей женщины. - Но, простите, а почему вы не уехали? Родителей больше нет, кентавры настроены воинственно, вас здесь ничего не держало, вы могли выйти в большой мир и, наконец, воплотить все мечты в жизнь. Глория неожиданно изменилась в лице, утерла слезы и снисходительно взглянула на опешившую девушку. - Серьезно? - она надменно фыркнула. - А вы подумали обо мне? Я ведь ничего не умею, кроме рыболовства, охоты и собирательства. Я почти всю жизнь прожила в лесу, зачем мне что-то менять? Что бы сказали на это родители, которые отдавали все силы, чтобы передать мне свое дело? - Но ваши родители умерли, - недоуменно пробормотала Делли. - А Питер знал этот мир, учился в Хогвартсе, планировал стать аврором, он бы помог вам адаптироваться... - Адаптироваться, - Глория расхохоталась, хлопая себя по коленкам. - Слышал бы это мой отец, адаптироваться, ха. Этот увалень едва мог обычные силки на зайца поставить, даже палочкой, не то, что руками. Пусть скажет спасибо, что не умер здесь в первые полгода проживания. Он должен быть благодарен моему папе, что тот хоть чему-то обучил его. Знаете, в Питере не было ничего, кроме внешности, жаль, я поздно это поняла. А теперь он исчез, и я вынуждена свежевать зайцев самостоятельно, представляете? Это было единственным, на что он способен. Все ныл, что не предназначен для этой жизни, слабак. Ребята переглянулись в полном недоумении. Глория по щелчку пальцев из милой старушки, страдающей по пропавшему мужу, превратилась в злобную старуху, поливающую грязью все и всех. Фрэнк задумчиво смотрел на папку с делом пропавшего, медленно почесывая подбородок, как вдруг резко вскинул голову: - А где ваш сын? Глория немедленно прекратила свой поток грязи и с удивлением посмотрела на невыразимца. - Сын? У нас не было детей. Фрэнк предостерегающе поднял руку, остановив уже открывшую рот Делли. - Простите за бестактность, - вежливо наклонил голову он, внимательно наблюдая за женщиной, которая, нахмурившись, потирала виски руками. Она вдруг с силой зажала костяшку пальца между зубами и застонала, раскачиваясь на месте. Гермиона нащупала палочку в кармане и быстро взглянула на напрягшегося Драко. Кажется, она начала понимать... - Обливиэйт, - тихо произнес Фрэнк и, дождавшись, пока лицо Глории вновь прояснится, мягко сказал: - Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы найти вашего мужа. Пожалуйста, не волнуйтесь, все будет хорошо. Если у вас появится какая-нибудь информация, свяжитесь с Министерством. - Спасибо, огромное спасибо всем вам, - в глазах старушки вновь появились слезы, которым уже никто не верил. - Вы не представляете, как мне без него плохо. *** - Что скажете? - спросила Делли, когда они вернулись на место их стоянки и собирали вещи. - Если отбросить эмоции, то можно выделить несколько фактов. Самый любопытный из них - ее заставили забыть о собственном сыне. Наложили Обливиэт, к тому же, весьма неумелый, потому что память начала возвращаться только от одного упоминания мальчика. Вопрос: кто это делал и зачем? - Фрэнк обвел присутствующих внимательным взглядом. - Думаю, когда найдем пропавшего, мы это выясним. Какие мысли еще? - У женщины очевидное диссоциативное расстройство идентичности или, по простому, раздвоение личности, - кивнул Драко. - От нее мы вряд ли получим информацию, которая сможет помочь в поиске. Вопрос: что послужило причиной психического расстройства? - Хорошо, мисс Грейнджер? - Фрэнк повернулся к лихорадочно соображающей Гермионе. - Глория сказала, что они с Питером познакомились в Министерстве, когда он подавал заявку в Академию авроров. Возможно, это то, чего он хотел всегда, но был вынужден оставить мечту во имя любви. Вопрос: был ли Аврорат в его альтернативной реальности и, если был, можем ли мы искать его в непосредственной близости от Министерства. Если предположить, что он не хочет, чтобы его нашли и вернули домой, то он однозначно может прятаться в магловском мире, где альтернативой Аврората является полиция. Учитывая его немолодой возраст, могу сказать, что офицером ему не удастся стать, а добровольцем вполне. - Что еще за доброволец? - нахмурилась Делли. - Существуют отряды добровольной полиции - обычно их члены патрулируют улицы, привлекаются к обеспечению безопасности граждан во время массовых мероприятий, иногда берутся в рейды. Другими словами, особыми привилегиями и полномочиями не наделены, просто помогают разгрузить полицейских, выполняя простейшую работу. - Только подобных отрядов бесчисленное множество, не только в Англии, но и по всему миру. Как мы сможем найти иголку в стоге сена? Я имею ввиду, три иголки, раз остальные пропавшие тоже исчезли с магических радаров. В магловском мире поисковые заклинания не работают. Что будем делать? - Фрэнк снова взглянул на нахмурившихся коллег. - Мой выход, - ухмыльнулась Делли. - СМИ. - СМИ? - хором удивились остальные. - СМИ, - коротко кивнула она, пожав плечами. - Как быстро проинформировать отдельного человека, что его ищут, если ты не знаешь, где он? Только СМИ. - Я так и вижу это объявление, - издевательски протянул Драко. - Пропал мужчина-волшебник, у него гарпия-жена и сын, о котором ее заставили забыть... Сын! - внезапно воскликнул он. - Мы ведь можем найти сына, вдруг отец с ним связывался. - Отлично, Малфой, - подмигнула ему Делли. - Ты этим и займешься. Я свяжусь со своим человеком в газете, нужно будет написать объявление, на самом деле самое простое, главное, чтобы были фотографии. Потом шепнуть пару заклинаний над тиражом и вуаля. - Что "вуаля"? - непонимающе нахмурился Фрэнк. - Можно зачаровать бумагу так, чтобы она распознавала волшебника в том, кто ее трогает. Например, пропавший видит свое фото в магловской газете, его, разумеется, разбирает любопытство, он покупает газету, трогает листы, а в Министерство приходит сигнал с координатами. Это же возможно? - она с сомнением посмотрела на Грейнджер. - Зачаровать бумагу, чтобы она чувствовала магию, легко. Только какое наложить заклинание, чтобы мы видели, где газета засекла волшебника? - Думаю, мои ребята что-нибудь придумают, - бодро ответил Фрэнк. - Вы молодцы, я горжусь вами. Итак, возвращаемся в Министерство. Мистер Малфой, вы ищете сына первого пропавшего, поговорите с ним. Делли, связывайся с редакцией. Мисс Грейнджер, подготовьте отчет для Роджерса. Драко фыркнул, стараясь скрыть смех, и с весельем посмотрел на поджавшую губы Гермиону. Та ответила ему хмурым взглядом и нехотя кивнула Фрэнку. Всего один отчет, Грейнджер, и сможешь увольняться. *** Закончить расследование удалось всего за три дня. Уже через пару часов после их возвращения Гермиона подготовила черновой вариант отчета, оставив место для новых подробностей, и не прогадала. К вечеру этого же дня Драко передал ей воспоминания о разговоре с сыном Питера, из которого удалось вычленить несколько любопытных вещей. Первое - он не видел мать с момента, когда поступил в Хогвартс. На летних каникулах жил с бабушкой и дедушкой со стороны отца. Сам отец навещал его практически каждый день за редким исключением. На данный момент он не видел отца около месяца, не связывался с ним чуть меньше. На следующее утро Делли принесла магловскую газету, в которой были напечатаны три фотографии пропавших прямо на первой полосе. Заголовок кричал: "Разыскиваются беглые преступники". В ответ на возмущения Гермионы блондинка просто пожала плечами и сказала, что так они наверняка привлекут внимание. Грейнджер парировала, что тогда для них вход в магловский мир точно будет закрыт, плюс ко всему у газеты могут быть большие неприятности за дезинформацию и клевету. Делли разочарованно вздохнула и ушла переделывать. К обеду выяснилось, что в газете останется лишь две фотографии - один из пропавших объявился, тихо уволился из Отдела Тайн и в тот же день зарегистрировал открытие арт-студии по написанию одушевленных портретов. Цена на портрет была очень демократичная, как у новичка, так что к мужчине выстроилась огромная очередь из желающих увековечить свои лица на холсте, и вторая очередь, чуть поменьше, из потенциальных учеников. На следующий день, ближе к обеденному перерыву, в кабинет к Гермионе вошел Фрэнк и представил ее вниманию новое заклинание, которое поможет опознать, где газета засечет волшебника. Это была гремучая смесь Протеевых чар и Поискового заклинания, но, на удивление, чудесно работающая. Гермиона взяла во внимание это заклинание, которое могло бы помочь обнаружить маленьких маглорожденных волшебников до их первого всплеска магии, которые обычно так пугают родителей, и предупредить возможные последствия неприятия мамами и папами такой стороны ребенка. Над зачаровыванием тиража трудились около двадцати человек до самого вечера, потому что каждый экземпляр приходилось зачаровывать отдельно. Тираж поступил в продажу утром, и уже к обеду появилось сразу двадцать два сигнала. Двадцать из них - маленькие маглорожденные волшебники разных возрастов, контакты которых Гермиона сразу записала, чтобы, когда ее школа начнет функционировать, можно было с ними связаться и предложить свои услуги. Два же - те, кого они искали. Один из них сам пришел в Министерство, пояснил, что подготавливал почву для ухода, написал заявление об увольнении и отправился в путешествие с Рольфом Саламандером, который, к слову, получил уже третий отказ в свидании от Луны Лавгуд. Гермиона улыбнулась, услышав про это - Джоан Роулинг была права. За первым пропавшим пришлось побегать - лишь увидев необычно одетых людей на улицах магловского Лондона, Питер поспешил скрыться с поля зрения, и лишь то, что он держал купленную газету в руках, его и выдало. Его задержали, заверив, что не вернут его жене против его воли, только лишь зададут пару вопросов и отпустят. Таким образом Питер Флайдерс сидел сейчас в кабинете Гермионы, трясущимися пальцами держа чашку с ромашковым чаем, а перед ним в открытой позе сидела Делли, мягко старавшаяся словить его взгляд. Гермиона, Драко, Фрэнк и мистер Роджерс расположились на узком диване, обратившись во слух. - Мистер Флайдерс, пожалуйста, успокойтесь, - Делли аккуратно тронула его за коленку. - Это не допрос, вас никто и ни в чем не обвиняет, мы просто зададим вам некоторые вопросы и отпустим вас, хорошо? Вы готовы? - Давайте попробуем, - хрипло ответил мужчина, отставляя чашку на столик. - Итак, расскажите нам о своей жизни. О родителях, учебе в школе... Делли аккуратно подбиралась к вопросам о жене и сыне, задав их только спустя час пространных воспоминаний мужчины о школьных шалостях. С него сразу слетел ностальгический настрой, он весь подобрался и выпрямился в кресле, с подозрением глядя на замерших присутствующих. - С женой ничего особенного. Познакомились, поженились, родили сына. Все как и у всех. - Ладно, - Делли вздохнула, явно не готовая еще час слушать байки детства. - Давайте начистоту. Мы знаем о поляне. Гермиона судорожно выдохнула и стиснула ладонь Драко, которая на протяжении всего разговора лежала у нее на коленке. Делли решила действовать в лоб, и это могло обернуться провалом. - О поляне? - настороженно спросил Питер. - Мы были в...кхм...в...черт, серьезно? Мистер Роджерс, вы можете выйти? - Делли повернулась к изумленному мужчине. - Правда, мы все расскажем позже. Дождавшись, пока начальник Отдела магических происшествий и катастроф покинет кабинет без единого вопроса, Делли повернулась к Питеру и продолжила: - Мы были в альтернативной реальности. Мы поняли предназначение созданной вами поляны... - Я ее не создавал, - качнул головой Питер, затравленно оглядываясь. - Это исключительно природное явление, оттуда всегда исходила сила, практически неуловимая. Я нашел ее очень давно, Бену, моему сыну, тогда было лишь восемь. Я в очередной раз пошел прочесывать лес в поисках пострадавших животных или волшебных существ, и наткнулся на это место. В течение следующих тридцати лет я ходил туда каждый день. Меня словно питала эта земля, там я мог колдовать без палочки, без слов, только лишь силой мысли. Сначала я пробовал выращивать овощи на поляне, думал, они будут отличаться от обычных во вкусе, но семена вели себя крайне странно. Росток появлялся за считанные секунды, за час вырастал до плодоносящего растения и ещё через полчаса засыхал, превращался в прах, затем полностью исчезал, а потом все повторялось. Я думал, что этот процесс имеет окончание, но нет. В конце концов я просто выкорчевал все посаженное и стал изучать поляну... Оказалось, что Питер обнаружил то же, что и они: идеально круглую форму поляны, восемь деревьев вокруг (восьмерка - символ бесконечности), отсутствие других растений, кроме травы. Он долго собирал информацию о таких знаках и символах, изучал почву, словом, часто пропадал в лесу. Наверное, поэтому за долгих пятьдесят лет он только и научился, что ставить силки и свежевать тушки зайцев. - Вы проделали немалую работу, - с восхищением произнесла Гермиона. - Но, насколько я понимаю, вы изучили все свойства поляны уже очень давно. Почему создали пентаграмму только сейчас? - Для начала идея создания пентаграммы пришла мне только около десяти лет назад. Как вы понимаете, невозможно было просто развешать все предметы на деревьях и получить магический портал. Я занимался исследованиями того, как в принципе пентаграмма может повести себя на таком природном месте силы, изучал ее элементы и вот, наконец, совершил открытие, скажу без ложной скромности. - Вы могли бы получить широкую известность, если бы опубликовали свои труды. Это же немыслимо, это гениально! - не уставала восхищаться Делли. - Так, подождите. Мы поняли порядок действий в вашей работе, но, и это гораздо более важно, нам нужно узнать причину начала ваших исследований. Чего вы хотели добиться? И знали ли вы, как подействует поляна? - спросил Драко. - Изначально я хотел выращивать там овощи и фрукты. Посудите сами - любое растение всего за час вырастало до полноценного плодоносящего, всего за пять-шесть часов работы я мог обеспечить продуктами среднего размера деревеньку. Так что сначала это был способ заработка. Хоть нам и не нужны были деньги особо, нам хватало того, что мы выручаем с продажи мяса, ягод и грибов, но это дело было гораздо легче. Я даже начал этим заниматься, продавал томаты в поселении недалеко отсюда, но потом перестало хватать времени на лесничество. Из-за этого случались частые конфликты с Глорией. Вы уже знакомы с моей женой? - Довелось встретиться, - пробормотал Фрэнк. - Она и послужила причиной того, что я продолжил исследования в другом направлении, - тихо признался Питер, и все ощутимо напряглись, ожидая продолжения. - Вы знаете историю нашего знакомства? - все кивнули. - Я был ослеплен ею, она была чудесной девушкой: красивая, умная, скромная, такая, какую я всегда хотел себе в жены. Собственно, я все бросил ради нее и ушел жить в лес с ней и ее родителями. Они, к слову, тоже были неплохими людьми, просто слишком преданными своему делу, которое считали важнейшим в мире. Они были строгими родителями, не отпускали Глорию ни на шаг. Когда родился Бен, они сильно радовались, говорили, что теперь их дело точно будет жить - ведь родился мужчина. Бедного мальчика, едва он научился ходить, брали с собой в лес, чтобы привыкал и не боялся. Он впервые увидел кого-то, кроме нас, когда ему было пять! Я взял его с собой в лес и, вместо того, чтобы заниматься работой, подозвал одного моего знакомого гиппогрифа, который согласился нас докинуть до моих родителей, с малышом аппарировать ведь не стоит. Тогда он познакомился со своими бабушкой и дедушкой. - В пять лет? - ужаснулась Делли. - Почему не раньше?! - Я уже говорил, что родители Глории были настоящими фанатиками. Они считали, что мальчику не нужно видеть никого другого, чтобы не возникало ненужных привязанностей, ведь единственной любовью и страстью у него должно было стать лесничество. Я впервые рискнул его отвести к кому-то еще в таком возрасте, потому что с ним можно было договориться, чтобы он ни маме, ни бабушке с дедушкой не рассказывал о нашем маленьком путешествии. Мы потом часто уходили с ним - в близлежащие деревни, даже в Косой переулок. Малыш был счастлив. Такие дела, ребята. - У Глории всегда были...хм...проблемы с выражением мыслей? - аккуратно спросила Гермиона. - Нет, нет, конечно. Смерть ее родителей сильно ударила по ее разуму. Для нее мама и папа были всем, мы с сыном так и не смогли занять достойное место в ее сердце. Бену было десять, когда они умерли. Глория вовсе перестала куда-то отпускать нас вдвоем - мы всегда ходили все вместе. Мальчик почти целый год никуда не выходил из леса. До самого Хогвартса. - Но как ваша жена отпустила его в школу? - удивился Малфой. - Если даже в привычный ему лес не отпускала, даже с вами? - Она не отпускала, - помолчав, признался Фрэнк. - Мы долго ругались, я не хотел такой жизни для своего ребенка, он должен был получить образование и сам решить, чего он хочет. Если бы захотел вернуться - пожалуйста. Только вот я видел, что ему не нравится заниматься лесничеством. Он продолжал пугаться особенно густых чащ, панически боялся кентавров и гиппогрифов, когда я пытался показать разновидности грибов, знаете, которые можно употребить в пищу, а которые использовать в качестве ингредиента для зелий...он не слушал. Старался, но не слушал. У мальчика всегда было богатое воображение, он часто рассказывал истории о далеких странах, о параллельный реальностях, но его кругозор был очень ограничен, и я, к своему огромному сожалению, не мог дать ему больше. Поэтому я настаивал на школе. Глория поставила точку в разговоре тем, что, если я посмею отдать Бена в Хогвартс, она лично его заберет и оставит на домашнем обучении, на что она имела право, как мать. Только я понимал, чем ограничится это обучение, поэтому мне пришлось применить радикальные меры... - Вы заставили ее забыть о собственном сыне, - надтреснутым голосом произнесла Гермиона, вспоминая, как сама подняла палочку на свою маму. - Да, - со скорбью кивнул Питер. - Послушайте, я знаю, что это незаконно, я готов за это ответить, но я не жалею о том, что сделал. Мой сын проживает полноценную жизнь, и я сделаю все, чтобы это продолжилось. - Мы вас не обвиняем, - тихо сказала Делли. - Но почему вы не ушли от жены, когда Бен пошел в Хогвартс? Если вам не нравилась такая жизнь? - Видите ли, я не силен в магии, так что заклятие Забвения слетало с Глории примерно раз в неделю. Мне приходилось обновлять чары, чтобы она не вспомнила о сыне и не забрала его из школы. А потом я увлекся исследованиями поляны, так что уходить не было смысла. Вот так, - мужчина грустно улыбнулся и обвел всех взглядом. - Вы - большой молодец, я восхищена вами, - искренне произнесла Делли, участливо сжав его руку. - Но вернемся все же к тому, что поляна оказалась проходом в другой мир. Как вы этого добились и зачем? - Из-за Глории, как я и говорил. Видите ли, все знаки - круг, восьмерка, пентаграмма, - обозначают возвращение к самому себе. Я надеялся помочь ей восстановить свой разум, чтобы мой сын снова обрел адекватную любящую мать. Я изучил элементы пентаграммы, нашел способ усилить их свойства и активировал ее ритуалом, который создал сам. Вообще-то, я не рассчитывал, что поляна станет порталом... Если вам интересно, я дам почитать свои записи. - Нам очень интересно, - заверила его Гермиона. - Когда все пошло не так? - Все пошло даже лучше, чем я ожидал. Единственное, чего я не продумал - это то, что я сам попаду под влияние этого места. - Куда вы попали? - тихо спросил Фрэнк. - В альтернативную реальность, где я работал начальником Аврората, а Бен и Глория жили в магической части Лондона. У Бена был собственный букинистический магазинчик, а он сам писал фантастические рассказы для детей. Впрочем, это соответствует реальности... - Подождите, - Гермиона вскинула руку и нахмурилась. - Бенджамин Янг - это случайно не ваш сын? - Да, это он, - с улыбкой подтвердил Питер. - Вы читали его сказки? - Всего несколько штук, если честно. Покупала экземпляр его книги для своего крестника, - улыбнулась Гермиона. - У вашего сына на самом деле потрясающее воображение! Драко, ты встречался с ним, почему ты не сказал, что он - Бенджамин Янг? - До этого момента я не знал, что он - автор детских рассказов. Я несколько вырос из того возраста, когда интересуют сказки, - чуть смущенно хмыкнул Драко. - К тому же, в его документах была указана фамилия Флайдерс. Янг - псевдоним? - Да, именно так, - ласково улыбнулся Питер. - Подождите...получается, вы попали в альтернативную магическую реальность? - вдруг спросила Делли. - Да, - кивнул мужчина. - А вы? - Наши реальности были немагическими, и попадали мы туда по двое. Вы - единственный, кто исчез в одиночку. - Это нужно записать, - пробормотал Питер, выуживая из внутреннего кармана своего поношенного пиджака блокнот и ручку. - Что там произошло? Куда вы попали? - Сейчас не время для исследований, сэр, - хмыкнул Фрэнк. - Мы с удовольствием ответим на все ваши вопросы позже. Следующий вопрос - зачем вы сбежали в магловский мир? И почему пытались сопротивляться, когда вас нашли наши люди? - Ну...я был растерян и напуган. Я не ожидал, что провалюсь в кроличью нору и проведу там несколько лет... - Несколько лет?! - хором изумились остальные. - Да, я пробыл там без малого четыре года. - Вы ведь поняли, почему вернулись? - спросила Гермиона. - Конечно. Я просто не захотел возвращаться. Я знаю ваш следующий вопрос и сразу хочу на него ответить. Я не вернулся раньше, потому что искренне хотел вернуться. Мне было дико любопытно изучить такое свойство поляны, потом я просто смирился, что застрял там навсегда, а потом даже порадовался, что у меня теперь есть жизнь, о которой я всегда мечтал - любимая работа, рядом чудесная жена и замечательный сын. Тогда-то я и очнулся снова в лесу. - Что вы пытались найти в магловском мире? Если все ваши желания связаны с магией? - спросила Делли. - Я просто пытался собраться с мыслями. Когда такое продолжительное количество времени проводишь в другом месте, сложно вернуться в колею сразу. Я бы объявился через пару дней сам. - Интересно, почему поляна не дает нам возможность рассказать кому-то, кто еще не попадал под ее влияние, что мы были в альтернативной реальности? - поинтересовался Драко. - Не дает? - удивился Питер. - Как? - Вы ведь помните, что Делли не смогла произнести ни слова, пока Роджерс находился в кабинете. Как только в помещении остались посвященные в тайну поляны, она легко задала все вопросы, - пояснил Малфой. - Это тоже надо записать, - пробормотал Питер, снова выуживая свой блокнот. - Думаю, я знаю, в чем дело. Я вплел в обряд Непреложный Обет. Разумеется, я несколько модифицировал его, чтобы кто-то, кто попадет на поляну и попытается рассказать о ней, не умер, а просто...ну, чтобы магия все время напоминала о том, что рассказывать нельзя. Поймите, я ведь делал все это для Глории. Я рассчитывал, что она единственная туда попадет, и хотел, чтобы она не могла рассказать никому, кроме меня, каким образом смогла измениться. Знаете, чтоб ее не посчитали сумасшедшей. Я, конечно, не подозревал, что создал своего рода портал в другой мир, но решил подстраховаться. Что вы так на меня смотрите? - смутился он, заметив, что все четверо смотрят на него с отвисшими челюстями. - Что вы сказали? - ошарашенно переспросил Фрэнк. - Вы модифицировали заклятие Непреложного Обета?! - Да, - неуверенно кивнул мужчина. - А что не так? - Вы хоть представляете, что сделали то, что раньше казалось невозможным? - тихо спросил Доусон. - Ну, видимо, не так уж и невозможно, - он неловко пожал плечами. - У вас невероятное магическое ядро, просто уникальные способности! - с жаром воскликнула Гермиона. - Только вот почему вы, являясь таким сильным волшебником, не смогли наложить полноценный Обливиэйт? Что его приходилось так часто обновлять? - Не знаю, - беспечно пожал плечами Питер. - Вы всегда хотели стать мракоборцем? - спросил Фрэнк и, дождавшись утвердительного кивка, нетерпеливо уточнил: - А что насчет Отдела Тайн? Мерлин, вы бы там взлетели по карьерной лестнице за считанные секунды! А если бы вы могли взять ученика... Вы представляете, какие перспективы вы могли бы открыть магическому миру? - Подожди, Фрэнк, разве ты не собирался увольняться? - удивленно спросила Делли. - Я уже не уверен, - шутливо отмахнулся Доусон. - Я бы почел за честь поработать с таким волшебником, как вы. На самом деле, я питаю надежду сохранить с вами связь, когда я уйду со службы. - Я буду рад, - добродушно улыбнулся Питер. - Минуточку. Получается, ваш обряд навсегда связал нас с поляной, и мы никогда не сможем никому рассказать о нашем путешествии? - уточнил Драко. - Ведь Непреложный Обет, хоть и модифицированный, нерушим, только если одна сторона не погибает. Так как пентаграмма лишь усилила природный источник, на разрушение поляны надежды нет. - Отчего же? - удивился Питер. - Разумеется, я продумал, как отменить обряд. Я ведь рассчитывал использовать поляну только для жены. Все снова пораженно выдохнули. Он нашел способ отменить Непреложный Обет.