То, что скрыто под маской...

— Ещё раз выкинешь что-то подобное и я тебя на ленточки пущу, — зло рыкнул Наруто, недовольно смотря в своё отражение. Чёрт возьми, процесс уже пошёл, а у него совсем нет сил, чтобы предотвратить его. Это плохо, очень плохо. Всё идёт совсем не так, как он рассчитывал. «Не надо всё сваливать на меня, когда сам не контролируешь свои эмоции» — оскалился Кьюби. — «И вообще, я не понимаю, почему ты до сих пор валяешь дурака, слоняясь по деревне. Хочешь встретиться вновь с этой девчонкой?» Узумаки отвернулся от зеркала и подошёл к окну, слегка отодвигая штору и разглядывая ночную Коноху. Как он и предполагал — прежнее место его жительства никем не было заселено, тем более этот район теперь считался неблагоприятным для жизни, лишь пара семей, в основном одни пожилые люди, решили не покидать свои дома. Это отличное место для временной штаб-квартиры. Сюда и носа никто не сунет, да и удобнее собирать информацию, находясь в тылу врага, они даже ничего не подозревают. Забавно, он сегодня встретил столько знакомых лиц и никто даже не заподозрил в нём Наруто. Только она... И это волновало. Да и она сама испугалась, назвав его старым именем и уж явно никому об этом рассказывать не будет. Можно было бы убрать её, но ненужное убийство привлечёт повышенное внимание к безопасности, а ему ещё нужно продумать ходы отступления. Нет, уничтожать Коноху за один вечер Наруто не собирался, неделя, месяц или же год его тирании, его внезапным нападениям и атакам, чтобы жители тряслись от страха. Вот это и будет его местью, а умереть может каждый и в любой момент. Узумаки обернулся, рассматривая свою старую квартирку — теперь в ней было чисто, поэтому долго с уборкой возиться не пришлось. Но он не собирался сидеть сложа руки, а тренироваться в этом месте было слишком опасно. И всё же, было что-то, что его беспокоило и это не Хьюга Хината. Убить Кибу и Ино он мог уже сегодня, даже не смотря на то, что возле их кроватей постоянно находятся родственники. К жертвам его вчерашнего нападения явно пристроены шпионы, на тот случай, если он захочет добить их. Это было бы умно. И эту умную мысль мог придумать никто иной, как Нара Шикамару. Его стоило убрать, но не сейчас, а когда у Наруто будет больше сил для убийства. «Наруто, что ты собираешься делать дальше?» — совершенно серьёзно спросил Кьюби но Йоко. — Подождать, по крайней мере два дня, а там печать будет готова и можно будет совершить очередное нападение, а затем отступить — в лес, я знаю местечко, где можно укрыться, — просто ответил Узумаки, но тут же добавил: — Но теперь мне необходимо убить троих. «Троих?» — удивился Бакегитсуне. — «Неужели ты собрался убить и ту симпатичную девчонку?» — Хинату? Нет, не её, — блондин отрицательно покачал головой, словно собеседник мог увидеть его жест. — Одного очень умного парня в Конохе. Он мешается. Лис не стал больше ничего говорить, его любопытство было удовлетворено. И всё же, у него созрел свой особый план, разительно отличавшийся от плана его джинчуурики, но в этот план Кьюби не собирался посвящать Узумаки, чтобы блондин не помешал ему. — Курама, скажи... — Наруто замолчал, задумавшись, а затем продолжил. — Почему тебе так необходимо, чтобы я входил с женщинами в физический контакт? «Чтобы получать удовольствие», — с усмешкой ответил лис, но Наруто почувствовал в словах биджу ложь. Что ж, если не хочет, то может и не говорить, опасного в этом ничего нет и быть не может. Узумаки отошёл от окна и взял со стола старый свиток, раскрыл и внимательно начал изучать. Он был очень хорошо зашифрован и чтобы его прочесть, приходилось тратить уйму времени для расшифровки важной информации. Наруто вот уже три месяца изучает этот старый свиток, который хранил в себе знания об очень мощной технике. А не дочитал ещё и до половины! Сколько же ещё времени займёт его изучение? Узумаки просидел над ветхой бумагой до четырёх часов, а после лёг спать, всё же и ему необходимо отдыхать, особенно, когда в теле было так мало чакры, так мало, что она почти не ощущалась. Но сон был недолгим, как только небо начало светлеть в преддверии зари, блондин проснулся. Что-то продолжало его тревожить и он пока не мог понять, что именно. Лис на удивление был тихим и при пробуждении не осыпал надоедливыми «С добрым утром», «Наконец ты проснулся» и излюбленное «Сколько можно спать?». Притихший Кьюби ему не нравился. — Курама, — позвал Наруто, не привыкшей к тишине биджу. Но лис не ответил и это ещё больше встревожило Узумаки. Он закрыл глаза и погрузился в своё сознание. Представ перед клеткой, за которой находился Кьюби но Йоко, Наруто никого не обнаружил и для достоверности позвал несколько раз: — Курама, Курама, Курама, мать твою! Но джинчуурики не был удостоен ответа, только вместо густого тумана по ногам стелилась ярко-кровавая, потерявшая свой молочный цвет, дымка. Что бы это могло обозначать, Наруто не мог представить, поэтому растерялся и замер на месте, не зная, то ли уйти, а то ли дождаться появление Бакегитсуне. Прошло минут пять, прежде чем из темноты на свет вышел лис. Его шерсть была более красной, словно впитала в себя кровь, но он показался немного меньше обычного. Узумаки списал это на своё воображение. И всё же, вид у его биджу был очень уж измученный. Кьюби лёг перед клеткой, опуская голову на передние лапы и без особого интереса посмотрел на джинчуурики, но так и не произнёс ни слова. — Что случилось? — Узумаки не был обеспокоен, но лёгкое волнение ощущалось в его теле. — А что-то случилось? — лениво приподнял бровь лис. — Твой вид. — Это... — полу-усмешка скользнула по лисьему рту. — А это, дорогой мой Наруто, последствия твоей печати. И это ещё не всё, что случится со мной. О том, что станет с тобой, я вообще молчу. Эта фраза нисколько не понравилась блондину. Что с ним может случиться? И почему эта наглая морда ни о чём таком не говорила раньше? Хотя нет, о чём-то, да говорила, но кто бы только слушал? — И что станет со мной? — спросил джинчуурики. Лис засмеялся, но этот смех больше походил на кашель больного старика. Нет-нет, то, что творилось с Кьюби но Йоко было совсем ненормально, а раз из-за печати такие перемены происходят с биджу, то и джинчуурики внешне измениться? Его волосы тоже что ли покраснеют? Что же станет с ним, с Наруто? — То же, что и со мной, — подтвердил его догадки Бакегитсуне, чем только разозлил блондина. — Чёрт тебя побери, Курама, это не ответ! — озлобленно воскликнул Узумаки, пиная одну из прутьев клетки. — Немедленно расскажи, что будет со мной! — Ну-во первых, изменится твоя внешность, не знаю как, но моя шкура стала ярче, ты и сам это видишь, — спокойно начал отвечать биджу на его вопросы. — К тому же, ты будешь чувствовать себя старым беспомощным стариком, словно из тебя вытянули все силы, это должно длиться пару дней, от двух, до десяти, у каждого по разному. Так что не думай, что через два дня мы сможем атаковать деревню, тебе бы вообще выдержать эти мучительные дни, а потом сила резко вольётся в тебя, будет ощущение, что твою кожу обливают кипятком. Не знаю как долго это длится, мне всегда кажется, что это очень долго. А потом... потом ты почувствуешь себя превосходно, испытаешь такое невероятное чувство лёгкости, силы и власти, что пройденные муки для тебя покажутся страшным сном, глупой выдумкой. Я предупреждал тебя, но ты меня не слушал, а теперь готовься. Наруто сдвинул брови к переносице, хмурясь. Что-то такое он уже и вправду слышал, но не предавал значения этому предостережению. Сейчас же ему стало как-то не по себе. Во-первых весь план шёл к коту под хвост, а во-вторых — сможет ли он всё это пережить? Узумаки вернулся в реальность, вставая с кровати и быстро одеваясь. Ему необходимо было прогуляться и подышать свежим воздухом. А также подумать и придумать новый план действий. Выскочив за дверь, Наруто направился навстречу утренней Конохе. Узумаки шёл вперёд, даже особо не разбирая дороги, солнце уже начало выглядывать, медленно выползая на небосклон, словно желая занять своё законное место и утопить всё в своих ярких и тёплых лучах. Но это бесило блондина! Жутко бесило! Осознание того, что его ожидает не приносило никакой радости, только раздражало ещё больше, но с этим ничего уже нельзя было поделать — выбор сделан, прошлое не воротишь, оставалось только стойко всё принять. Наруто так торопился и настолько был погружён в собственные мысли, что и не заметил, как с кем-то столкнулся. — Поаккуратнее, — буркнул недовольный женский голос, но настолько знакомый. Наруто бросил взгляд на розововолосую девицу и на автомате натянул маску добрячка-простачка, которую он всегда носил при ней. И надо же, он когда-то был увлечён ей — и чем только? Но сейчас она пробуждала в нём противоположные чувства, совсем далёкие от той невинно-детской любви, которую Наруто испытывал к куноичи. О, как же Наруто её ненавидел! Ненавидел за всё, начиная от её отказов, вплоть до слепой любви по Учихе. Кстати, Саске... хотя ладно — это уже другой случай. А сейчас перед ним стояла растрёпанная Харуно и смотрела на него внимательно-настороженно, словно ожидая хоть каких-то слов. И Наруто не заставил себя ждать, заговорив с притворной улыбочкой. — О, девушка, простите, я настолько задумался, что не обращал на дорогу никакого внимания, вот и врезался в вас. Надеюсь, я не причинил вам слишком много боли? Сакура, по-видимому довольная таким ответом улыбнулась в ответ но не тепло-радушно-искренне, а как-то натянуто: — Ничего страшного, я сама задумалась и не заметила вас. — Могли бы вы сказать хотя бы своё имя? — спросил Наруто. Но он прекрасно знал её имя и если бы даже хотел, не смог бы вычеркнуть из памяти, оно звучало у него на губах, отравляя сознание. Проклятое имя, для проклятой куноичи, которую ожидает только одно — смерть. И эта смерть будет от его руки. — Харуно Сакура, — всё же представилась розововолосая девушка, хотя по ней было видно, что сделала она этой с превеликой неохотой. — Очень приятно познакомиться. А я... — договорить он не успел, так как в конце улицы появился человек, громко окрикнувший куноичи. Наруто и Сакура вместе повернулись в ту сторону. Узумаки недовольно отступил шаг назад. Какаши — человек, с которым ему сейчас лучше не пересекаться, иначе он может раскусить его или заподозрить что-то не то. — О, ну раз вас зовут, не буду мешать, — глупо улыбнулся блондин, отступая ещё назад. Всё, что ему сейчас было необходимо — исчезнуть с поля зрения копирующего ниндзя. — Но постойте, я не знаю вашего имени, — Харуно обернулась к Наруто, немного растерянная. — Я назову его при нашей следующей встрече, — это было почти как обещание. Непременно, при следующей встрече она узнает кто он. Развернувшись, Узумаки быстрым шагом поспешил удалиться. «Что, испугался Какаши?» — подал голос лис. Наруто промолчал, Сакура ещё была близко и могла услышать, как он говорил, а этого не нужно. К тому же, Кьюби слишком молчаливый с утра и эта тишина напоминала одиночество, от которого он столько лет старательно пытается убежать. Наруто не понимал, зачем высунулся в такую рань, всё же, это небезопасно, и он может привлечь к себе слишком много внимания, что возможно приведёт к лишним подозрениям. Он вообще должен сейчас не светиться и сидеть как мышка, но четыре стены и молчание биджу убивали больше всего. Наруто нужны были люди — прохожие, идя через толпу которых, ты не чувствуешь, что ты один. И это бесило, ужасно злило! «Направо», — подсказал Кьюби но Йоко и Наруто послушно подчинился, поворачивая в указном направлении. Он даже не задумался над этим, просто шёл указанным маршрутом и всё. Мысли в голове были обрывочными и не до конца сформировавшимися. Он только путался в них. Наруто должен придумать другой план, иначе это новое нападение — глупая затея, не стоящая и гроша. Зачем стоило заявлять о себе, когда он так беспомощен и пока не имеет той силы, которая должна помочь ему уничтожить целую деревню? «Налево», — вновь задал нужное направление лис и Наруто подчинился. Он удивлённо замер, заметив впереди себя знакомую фигуру. Чёртов Курама, сто процентов шёл на её запах. Чем она ему так приглянулась? Он ведь обычно не проявляет никакого интереса к людям, а эта... Но Наруто уже направился к девушке, пытаясь предугадать её реакцию. Она была одна, да и прохожих не было, к тому же, это малонаселённый район, видимо, она решила сократить тут путь. Но почему не спит в такую рань? Брюнетка остановилась, доставая из кармана какую-то бумажку и пристально её рассматривая. Узумаки стало любопытно и блондин незаметно подкрался к своей жертве, почти вплотную и тихо выдохнул ей в затылок: — Хината. Хьюга вздрогнула, резко разворачиваясь и чуть ли не падая, из её рук выпало фото, но никто пока не обратил на это никакого внимания, так как оно упало картинкой вниз. Глаза же девушки были испуганно расширены, она явно никакого не ожидала здесь увидеть и уж тем более его. Узумаки не стал надевать маски, с ней было проще оставаться самим собой. — Менма, это вы, — немного успокоившись, произнесла она, всё ещё обращаясь к нему уважительно, холодно подчёркивая, что они друг другу чужие люди. — Я напугал тебя, — усмехнулся Узумаки, явно довольный собой. Девушка ничего не ответила на эту реплику, её взгляд устремился вниз, к фото, что лежало на холодной земле и она присела, собираясь поднять важную ей вещь, но не успела, Наруто вперёд куноичи взял фотографию, при этом специально ладонью задев её руку, чем вызвал слабый румянец на бледных щёчках. Они оба выпрямились. — Ты уронила, — Наруто протянул ей фотокарточку, изображением к себе и вздрогнул. На этом снимке был он, только там ему было одиннадцать и Наруто точно помнил, что эту фотографию делали в школе. Он недоумевая посмотрел на брюнетку, даже не зная, что думать. Неужели она что-то заподозрила и решила выяснить есть ли между Менмой и Наруто какая-то связь? Это было опасно, слишком опасно, если она догадалась обо всём, то он убьёт её и немедленно. Всё это зависит от её ответа. Но Хьюго ничего не сказала, только вырвала из его рук фото и спрятала в свой карман, она явно не собиралась оправдываться и от этого Наруто начинал нервничать. Одно её слово и она труп. Но девушка молчала и её молчание побуждало его на решительные меры. — Это фото... — нерешительно начал Узумаки, подталкивая девушку к нужному разговору. Румянец на её щеках стал ярче, а глаза испуганно заблестели, словно он узнал её самую большую тайну. — Это Наруто... — наконец пояснила Хьюга. — Помните, я назвала вас его именем в нашу первую встречу? Он... он умер... вот уже как... достаточно прошло времени с его смерти. «Она не узнает в тебе тебя, я постарался», — послышался ответ Кьюби. И это успокоило. Наруто уже был готов одним движением, быстрым и чётким лишить её жизни. — Наруто? Он был тебе дорог? — хоть по идеи этот вопрос не следовало задавать, но Узумаки уж очень захотелось услышать о себе вновь. — Да, — не стала скрывать Хьюга. — Расскажешь мне о нём? — почему-то эта просьба сорвалась раньше с его губ, прежде чем он смог осмыслить её. Хината замялась, неуверенно опуская взгляд. Она ведь совсем не знала Менму и довериться ему... могла ли она довериться чужому человеку, тем более парню? Сможет ли открыть ему своё сердце? А вдруг он посмеётся над её чувствами? — Он был лучшим, — это единственное, что она сказала. Других слов и не надо было, ведь для неё он и вправду был лучший. — Это из-за него ты плакала? — спрашивает Наруто, замечая её красные глаза. Куноичи вздрагивает, она совсем не ожидала такого вопроса. Неужели по ней и вправду видно, что несколько минут назад она так горько ревела? — Нет, просто мой друг в больнице, — она сама не знает почему говорит правду, просто потому что так кажется правильным. — На него напал плохой человек и сильно ранил. Киба только сегодня пришёл в себя и... и ему так плохо. Я готова сделать что угодно для него, но даже не знаю, что нужно делать... «Наруто», — голос у Курамы злой, рычащий, — «давай убьём этого ублюдка». И Наруто с ним полностью согласен. Теперь у него на причину больше, чтобы убить Инузуку. И до обеда Киба не доживёт.