Скромный

Было трудно поверить в то, что такое на самом деле возможно. Невероятно проблематично представить, что Ким Тэхен, самый тихий и самый воспитанный, самый скромный и застенчивый парень во вселенной будет выглядеть так порочно и одновременно с этим мило, пока в глазах его будет пылать интерес и желание. Я старалась представить в голове эту картинку тысячи раз если не больше, и мне довольно легко давалось нечто подобное, ведь проблем с извращенностью воображения у меня никогда не наблюдалось, но даже я не могла представить все в точности так, как это выглядело на самом деле. Моя фантазия прекрасно развита, так уж сложилось, что я человек довольно творческий. Может, я не умею рисовать или петь, может, с танцами все не очень хорошо или с литературным изложением своих мыслей, зато в моей голове живут миллионы прекрасных картинок и видеофайлов, которых никогда не существовало в реальности. Я мастер придумывать и представлять, а Тэхен заполнил собою все пустоты в моей голове в последнее время. Каким и как я его только не представляла. В моих мыслях он был очень сексуален и безумно горяч, был дерзок и груб, был нежен и ласков, был зажат и стеснителен… в моей голове существовало больше сотни образов этого парня и еще больше картинок, вырезанных из фильмов для очень взрослых и испорченных людей с его участием в главной роли. В моей голове был только Тэхен, он был в моей крови, под моей кожей. Я стала одержима этим мальчиком, которого хотелось испортить и познакомить с вещами гораздо интереснее, чем учеба и хорошие оценки. Я на самом деле была помешана на нем в последнее время, может, именно этим объясняется мое опрометчивое и даже безумное поведение этим вечером? Я, конечно, не скромница, далеко не чистейшей души человек, но еще ни на кого не бросалась так, как сегодня. Кажется, я просто не могла больше скрывать свою зависимость этим человеком и желаниями, которые он во мне пробуждает. Симпатичный парень со светлыми волосами и смешными очками, которые не давали другим рассмотреть красоту его глубоких и невероятно осмысленных глаз, никогда не выглядел так, как сейчас, даже в моей голове. От его взгляда мне становилось дурно, потому что он смотрит так застенчиво, но, черт побери, так глубоко и с таким любопытством, как на новую игрушку смотрит маленький ребенок. И хотя я на самом деле всего лишь интересная игрушка, Тэхен уже далеко не ребенок, и об этом говорит не только теснота его штанов, пересохшие губы и сбитое дыхание. Взгляд… никогда не видела так много в глазах другого человека и вряд ли увижу когда-нибудь. В его взгляде перемешалось столько всего, что нельзя заметить все сразу, а смотреть долго невозможно, если не хочешь задохнуться от переизбытка чувств. Тэхен смотрел на меня так, словно безумно хочет меня, как будто ему безумно жаль из-за этого, словно все еще стесняется и напуган чем-то, как будто ему нравится все, что происходит, словно он находит все это неправильным, чувствует вину и чувствует, что должен прекратить, но отчего-то не хочет или не может… в этом взгляде было гораздо больше, чем я смогла понять, намного больше, чем смог бы понять кто-либо. Никто не смотрел на меня еще так, ни разу. Сердце снова пропустило удар, на этот раз не из-за рук парня на моем теле и не от переполняющего мое тело желания почувствовать вкус Тэхена снова. В этот раз этот глупый орган сбился с ритма по другой причине, а по какой я затрудняюсь ответить, но знаю точно, что всему виной эти чертовы глаза. Изумительные и прекрасные глаза. Мягкие ладони несмело и не спеша оглаживали мое тело, едва касаясь обнаженной кожи. Мне нравилось, с каким восхищением взгляд Тэ повторял каждое движение его длинных пальцев, нравилось, что он нашел в себе силы и смелость прикоснуться ко мне. Мне нравилось, что он не сбежал сразу же, как все закончилось и что ему показалось мало того, что я дала ему. Дышать тяжело, стоять тяжело, держать глаза открытыми тяжело… мне было очень тяжело, а еще я очень устала играть роль наездницы, а новые вспышки жара внизу живота усугубляли ситуацию, так что очень кстати пришлась парта, на которую я могла опереться и позволить себе расслабиться, наслаждаясь мягкими прикосновениями. Глаза закрываются, а губы покидает восхищенный вздох, когда скромные движения рук переходят на грудь и издевательски боязливо сжимают. Зачем так осторожничать, если я сказала, что мне нравится? Что вообще с этим парнем не так? Взглянув на Тэ, который продолжал заливаться краской, часто смыкая веки, я погладила заднюю поверхность его шеи, немного улыбаясь, когда поняла причину его чрезмерной осторожности. — Мне совсем не больно, это очень приятно, поэтому можешь не стесняться. Глаза нервно поднимаются к моим, в них испуг и недоумение о том, как я могла узнать, о чем он думает. — Я просто… — сглотнув, начинает Тэ, но я качаю головой, немного приподняв уголки губ, потому что Тэхен милый, безумно милый даже в такой ситуации. Он совсем еще мальчишка, наивный и хорошенький. — Все в порядке, можешь не бояться причинить мне боль. — Нет, я не… — смущается парень, пряча взгляд, но немного тише продолжает, собравшись с духом. — Просто… — взгляд нервно поднимается к моим глазам, стараясь отыскать в них ответы на незаданные вопросы. — Правда приятно? Хмыкнув его удивлению, я потянулась, чтобы быстро разделаться с пуговицами на его рубашке и мягко погладить часто вздымающуюся грудь парня и подразнить пальцами прорисовывающийся рельеф живота. Для ботаника Тэхен слишком хорошо сложен… кажется, рельеф его тела навсегда засядет в моей больной голове и не покинет моих извращенных снов еще очень долгое время. — Приятно? — интересуюсь, не спуская взгляда с застенчивого парня, который смущенно кивает. — Мне тоже приятно, когда ты касаешься меня. Очень приятно. Тэ сглатывает и возвращает свое внимание к моей коже, а мне так мало его прикосновений… Безумно не хватает губ, так хочется чего-то большего. Чего-то намного большего, чем уже получила или могла получить. — Поцелуешь меня? — с надеждой спрашиваю я, слегка смущенно глядя на парня. Так до абсурда странно смущаться его сейчас, именно в этот момент. Меня не смущало ни то, что мы только что занимались сексом, ни то, что скоро займемся им снова, ни то, что я практически обнажена перед ним. Но попросить поцеловать меня кажется такой интимной вещью, что это смущает гораздо сильнее, чем его руки на моей груди или что-нибудь в этом же роде. — Если хочешь, конечно. Парень смотрит на меня полминуты, не отрывая взгляда от моих глаз, и сглатывает, распахивая красивые алые губы, словно задыхается по-другому. Мне так неловко просить его об этом, так страшно отчего-то, что он совсем не хочет ощущать вкус моих губ, но так хочется снова окунуться в поцелуй… я сгораю от стыда и стеснения, хотя чего-чего, а этого стыдиться не стоит. Я всего лишь попросила поцеловать меня… всего-то. А Тэхен наклоняется медленно, вначале нервно сглотнув, и касается жаждущих внимания губ мягко и сладко очень, до бабочек в животе, до сладкого тягучего стона. Так правильно кажется отвечать на такие поцелуи, тянуть ближе и обнимать крепче, языком пробираться глубже и сильнее распалять уничтожающее пламя желания. Языки сплетаются в борьбе за власть, мне почему-то безумно нравится поддаваться нерешительному и сомневающемуся в своих поступках Тэхену, хотя я легко могла растоптать его в этой войне. Мне совсем не хочется побеждать, хочется только изредка напоминать о том, что я могу составить достойную конкуренцию, чтобы парень прикладывал больше усилий, стремясь к победе, не для того, чтобы сдался, решив, что не стоит вступать в бой с таким опытным противником, как я. Я хотела, чтобы он победил, даже если для этого мне придется проиграть, намеренно сложив оружие. Никогда не поддавалась другим, ни разу… а ему так хочется поддаться… Тэ несмело обнажает мои плечи, стаскивая расстегнутую рубашку, а я, поймав его желание раздеть меня, с радостью стаскиваю ненужную вещь по рукам и бросаю куда-то на пол, потому что пальцы хотят снова потеряться в мягких светлых волосах, очень хотят избавиться и от его рубашки тоже. Ткань с трудом поддается, а я уже скучаю за прикосновениями парня, стоит ему лишить мое тело рук, чтобы снять раздражающую меня рубашку. Эти несколько секунд без его ладоней на моей коже кажутся вечным адом, и спасает меня только сладость и высокая температура неразрывного поцелуя. Неожиданно Тэхен коснулся моих бедер, легко подхватывая мое пылающее тело и усаживая меня на край парты, одновременно с этим оказавшись заключенным между моих ног. Еще одной неожиданностью стал поцелуй под ушком, несколько таких же приятных прикосновений влажных губ, спускающихся по шее к ключицам, в то время как мои пальцы лихорадочно ищут застежку бюстгальтера, который кажется самой лишней вещью в мире сейчас. Он летит к рубашке, и теплая ладонь касается моего плеча, спускаясь по телу вниз, а вместе с тем оно выгибается навстречу прикосновению, одновременно с этим притягивая Тэхена ближе, чтобы знал, как моей коже нравятся его поцелуи. Его ладонь мягко сжимает обнаженную грудь, а я не могу сдержать стон, хоть и кусаю губы, надеясь справиться с желанием кричать. Руки не могут сидеть без дела, им хочется доставить парню столько же удовольствия, сколько он доставляет мне, поэтому они мечутся по его телу, вырисовывая замысловатые узоры и чувствуя, как под ними напрягаются мышцы. Губы льнут к чужим губам, Тэ двигает меня ближе к краю парты, а я крепче цепляюсь за него, боясь, что он вот-вот опомнится и сбежит, оставив меня ни с чем. Но его губам, кажется, безумно нравится моя шея, очень нравится медленно покрывать поцелуями грудь, или же ему просто нравится слушать мои приглушенные стоны и сводить меня с ума. Изначально я планировала пустить все на самотек, хотела предоставить парню возможность вести в этом странном танце двух разгоряченных тел, но чем больше времени шло, тем дурнее мне становилось и тем сложнее становилось сдерживать себя. Тэхен очень качественно, пусть все еще весьма несмело, но очень внимательно и старательно ласкал мое тело, но следующий шаг все не решался сделать, хотя я знала, что парню в такой ситуации довольно трудно оставаться в трезвом уме. Наверное, ему очень неприятно сдавливает пах прямо сейчас, а из-за того, что я льну ближе, он измученно стонет, подтверждая мои мысли. Руки сами приняли решение двигаться дальше и легко нашли пряжку ремня, уже во второй раз за сегодня справляясь с ней. В знак благодарности Тэхен красиво выдыхает в мои губы и целует мокро, развязно и практически пошло, заставляя думать о том, как быстро он учится таким важным вещам. Против воли своей разорвав пьянящий поцелуй, я соприкоснула наши лбы и тяжело вздохнула, крепко держа парня за шею. Глаза быстро нашли другие, прячущиеся за линзами прямоугольных очков. Мы громко дышали одним воздухом, который смешивался между наших распахнутых губ. — Давай, — прошептала я, облизывая распухшие губы. Я не сказала ничего конкретного, ничего такого, что заставило бы Тэхена напрячься, засмущаться или начать переживать, но он понял смысл, который я вкладывала в это слово, понял, о чем конкретно я просила, и несколько раз моргнул, запинаясь. — Се-сейчас? — Сейчас. Он снова сглатывает, а я ухмыляюсь и нагло обвожу его губы своим языком, дразня и совращая, прежде чем мокро и громко поцеловать. Отстранившись, когда парень попытался ответить, я выжидающе посмотрела на него, сгорая от нетерпения почувствовать его в себе. Сглотнув, блондин прошелся ладонями по моим бедрам, приподнимая юбку, но когда я попыталась опустить взгляд на происходящее, коснулся ладонью моей нижней челюсти, поднимая лицо вверх. Губы задели мои и тепло прошептали. — Не смотри, — немного нервно и так жалобно попросил Тэ, что я не могла бы отказать, как бы сильно не желала видеть, как его плоть пропадает внутри меня. Поддавшись его решительности в таком маленьком жесте, как заставить меня поднять лицо к его губам, я практически поклялась ему в том, что сделаю все, о чем он попросит. — Стесняешься? Тэ несильно кивает и тихо шепчет, щекоча теплым воздухом мои влажные губы. — Очень. Очень странно, что он все еще стесняется меня, может, кого-то это раздражало бы на моем месте, но я таяла от умиления, текла сильнее от мысли, что такой парень, как Тэхен, тоже желает меня, несмотря на свою правильность и чистоту. Даже лишившись девственности в таком необычном для таких случаев месте, в такое странное время с абсолютно посторонним человеком практически по принуждению, он все еще оставался непорочным в моих глазах. Мне нравилось все в нем, включая милый румянец и нервные трепетания ресниц, дрожь пальцев и частые сглатывания, мне нравилась его нерешительность и осторожность, нравилась его скромность… это заставляло мою кровь кипеть, тело пылать, мою душу плавиться. Я сходила с ума от всего, что было в Тэхене, от его неопытности, от всех этих «недостатков» разрушающих в нормальных условиях атмосферу порочных желаний. — Не буду, — растекаясь лужицей у ног парня, обещаю я, искренне наслаждаясь красотой его необычных глаз, полных безумного количества мыслей и чувств. Я так хотела, чтобы он перестал думать, но, кажется, это невозможно, если речь идет о Тэхене. — Только расслабься. Несмелый кивок в ответ на мое условие, и губы целуют мои, лишая возможности думать о чем-то. Интересно, действую ли я на него так же, как на меня действует он? Мешает ли моя близость и мои прикосновения сосредотачивать внимание на мыслях? От размышлений над этим вопросом меня отвлекает ощущение наполненности и тяжелый вздох юноши, проникшего в мое тело. Не сдержав громкий ах, я жмурюсь от удовольствия и стараюсь отдышаться, разорвав поцелуй. Медленные неуверенные движения заставляют меня дергаться от переизбытка ощущений, цепляться за обнаженные плечи Тэхена и стараться как можно тише стонать. Осознание того, что Ким Тэхен на самом деле проникает вглубь меня, уже само по себе могло заставить меня ощутить самый шикарный в мире оргазм. Пустая аудитория огромного университета создала странное настроение для слияния наших тел, добавляя остроты ощущений и температуры происходящего. Я так часто фантазировала в этой аудитории о чем-то подобном, а теперь это на самом деле происходит со мной… так нереально. Тэхен продолжал покрывать мою шею поцелуями и исследовать тело своими прикосновениями, толкаясь в него до упора, от чего мы оба теряли шумные вздохи и измученные полустоны. Ладонь аккуратно, но уже так привычно, накрыла полушарие моей груди, а я в очередной раз простонала, в этот раз громче обычного из-за дьявольски чувственных движений юношеских бёдер. Услышав изменившийся тон моего голоса, парень вновь протолкнулся особенно глубоко, сильнее сжимая в ладони чувствительную часть моего тела. То, что он понял взаимосвязь между своими действиями и реакцией моего организма на них, понять не трудно, но вот поверить в то, что он прибегнет к такому же приему снова, заведомо зная, к чему все это приведет, довольно сложно, хотя факты говорят сами за себя. Тэхен протолкнулся еще глубже, и моя кожа почувствовала легкую улыбку, скользнувшую по его губам, когда я простонала снова, сильнее выгибаясь навстречу движениям его бедер. Помнится мне, он переживал о том, что нас поймают, а теперь заставляет меня срывать голос… куда делась его логика и рассудительность, обычно сопровождающие блондина по пятам? — А если кто-нибудь зайдет? — прикусив губу, чтобы не закричать, вздыхаю я, просто чтобы подразнить. Но Тэхен замирает, глядя на меня испуганно и виновато, а я хочу его избить за такое выражения лица, за то, что остановился. — Я пошутила, дурачок… — хмыкаю, притягивая за загривок ближе, чтобы прошептать, остановившись в миллиметре от его губ, со сладкой улыбкой, — Не смей останавливаться, слышишь? Каждая минута длится мучительно долго и в то же время, они летят так быстро, что не успеваешь глазом моргнуть, хотя так хотелось бы растянуть удовольствие, хотелось бы подольше застрять в этом отрезке времени и наслаждаться моментом единения с Тэхеном, мальчиком-идеалом. — Быстрее… — умоляю я, чувствуя, что нуждаюсь в больших скоростях, если не хочу умереть прямо здесь и сейчас. Тэхен послушно ускоряется, крепче обнимая меня, пока я тяну его ближе к себе, чтобы моя грудь коснулась его груди, чтобы руки сильнее обхватили плечи, а губы не могли далеко отстраниться от моих. — Так? — обеспокоенно спрашивает, ища на моем лице одобрения или укоризны, а я лишь киваю, пока глаза затуманены блаженством и восхищением моментом. — Да… Пустая полутемная аудитория на третьем этаже одного из самых престижных университетов Кореи наполнилась атмосферой секса и жадно впитывала ее в свои стены, обещая надолго сохранить память о пошлых шлепках одного тела о другое, тихих вздохов, перемешанных с приглушенными и громкими стонами, шумном тяжелом дыхании, о взмокшей коже, покрывшейся мелкими капельками влаги, заставляющих ее блестеть, еще больше соблазняя. Этот вечер навсегда останется в памяти двух таких разных людей и четырех стен, которые навсегда сохранят грязный секрет двоечницы и отличника, порочной девчонки и чистейшего душой паренька… — Тебе хорошо? — зачем-то считает нужным спросить, хотя даже идиоту очевидно, что я стремительно поднимаюсь на тысячное небо от счастья. Удовольствие наполняет меня и не собирается сбавлять напор, хотя вливать в меня это сладкое чувство больше некуда. Оно плещется через край, но продолжает бежать в мои руки, словно хочет заставить меня сыграть этим вечером в ящик. — Да, — вместо сарказма такая непривычная мне искренность, желание замереть в этом моменте навечно, всегда смотреть в его глаза и слушать его низкий голос, шумное дыхание и сбитый сердечный ритм. Всегда касаться его обнаженной кожи и целовать алые губы… всегда быть рядом с ним и доставлять ему удовольствие всеми из существующих способами. — А тебе? Впервые в жизни страшно, что ответом мне станет «Нет», хотя я никогда не задавала таких вопросов, меня ни разу не интересовал этот факт, ни с одним из мужчин. А с ним все не так, совсем по-другому, и от этого так волнующе здорово, так устрашающе прекрасно. — Очень… — не прекращая двигаться, признается парень, в очередной раз смущаясь и немного краснея, что так легко спутать с последствиями физической нагрузки и так просто упустить из виду. — А ты на самом деле… — не решается договорить почему-то, осекаясь, но спустя пару секунд начинает сначала, вглядываясь в мои глаза. — Тебе на самом деле хорошо? — Мне безумно хорошо с тобой.

***

— Дон Ми, можно тебя на минутку? — я оторвалась от разговора с подругами, удивленно взглянув на Тэхена, смущенного тем, что на него уставилось пять пар женских глаз — А? — словно пребываю в другом мире, произнесла я, быстро опомнившись. — Зачем? Я на самом деле была безумно удивлена тем, что Тэхен подошел ко мне, потому что вот уже несколько дней парень избегал зрительного контакта со мной и разговоров, хотя я неоднократно пыталась завести с ним беседу и попытаться прояснить ситуацию между нами и наши дальнейшие отношения. Парень на самом деле убегал подальше, стоило мне оказаться рядом, и от этого я чувствовала себя неловко и отчасти виновато. Кажется, я все же подпортила пареньку психику. К сожалению, мне было не очень просто принять тот факт, что Тэхен будет избегать меня теперь всю оставшуюся жизнь, потому что, хоть я и надеялась, что мое увлечение им пройдет, когда я получу то, чего так хотела, я ошиблась. Я все так же залипала на Тэхена и все так же ерзала на стуле, думая о неприличностях, которыми мы могли бы с ним заниматься. Теперь картинки в моей голове были еще ярче, и временами терпеть становилось невыносимо. Особенно это случалось, когда парень выходил к доске и заливался румянцем, случайно взглянув в мою сторону. Также теперь у меня была любимая аудитория и даже парта, за которую я не позволяла никому садиться. Пусть я сижу одна, и мне не у кого списывать, я могу наблюдать за тем, как Тэхен начинает нервничать, когда бросает взгляд на стол, за которым лишился девственности. Ким Тэхен старательно избегал меня, хотя тем вечером провел меня домой, считая, что со мной что-нибудь может случиться. Кажется, он думал о случившемся всю ночь и решил избегать меня в итоге. Я не могла винить его за такое решение, не имела права осуждать или обижаться, потому что только я виновата в напряжении между нами сейчас. Хоть я и расстраивалась по этому поводу, о том, что произошло несколько дней назад, я жалеть не собиралась. Сейчас Тэхен стоит рядом с моим столом и нервно переводит взгляд с одной точки на другую, пока я пребываю в шоке от того, что он на самом деле подошел. — Это… — тянет парень, опуская голову, — по поводу проекта. Ну, конечно, почему же еще? — А-а-а, да, конечно, — немного разочарованно протянула я, поднимаясь со стула. — Извините, девочки, — порывшись в сумке, я достала папку и направилась к Тэхену, который отошел за это время к стене. — Вот, я закончила свою часть, — протянув ее Киму, сказала я. — Нам осталось только собрать все вместе и решить, кто что будет представлять. Тэхен как-то удивленно принял папку, без энтузиазма осматривая ее. — Хорошо, думаю, одного вечера будет достаточно. — Наверное… скажешь мне, когда тебе будет удобно. — Может, сегодня? — спустя минуту неловкого молчания, спрашивает блондин. — Сегодня? — ого, так много времени собирается провести в моем обществе сегодня? Заболел, что ли? Или решил побыстрее решить вопрос с проектом и навсегда разорвать контакты со мной? — Ладно, давай сегодня. Я ощутимо расстроилась, но ничего поделать не могла. А что тут поделаешь? Кости брошены, пути обратно нет. — Но, Дон Ми… — смутившись, парень залился румянцем и, поправив очки, опустил взгляд, нервно кусая губу, словно не мог сказать то, что его тревожило. Тяжело вздохнув, я решила его успокоить. — Не беспокойся, я не буду приставать к тебе снова, — проговорила я, чувствуя разочарование по этому поводу. Я бы с удовольствием совратила его снова и снова, а затем еще десять тысяч раз и еще столько же. Но я не буду, потому что этого хочу только я. — Я не об этом… — качает головой парень, заставляя поднять бровь в удивлении. О чем тогда он еще хочет поговорить, выглядя так, если не об этом? Тэхен поднимает на меня нервный взгляд и сглатывает, раскрывая губы, чтобы едва слышно спросить. — Давай вместо этого сходим в кино? — Что? — считая, что мне послышалось, переспрашиваю я. Он же не мог на самом деле пригласить меня? — В кино? Зачем нам идти в кино? — Ну… — застенчиво тянет, а щеки краснеют гуще, в то время как в моей голове созревает безумная мысль. — Подожди, это что… свидание? После произнесения вслух, идея об этом показалась мне еще более нереальной, но Тэхен сказал нечто еще более безумное. — Если ты не хочешь, я пойму, и… — Я сказала, что не хочу? — перебила его я, тут же требуя деталей. — Во сколько сеанс? К моему удивлению, блондин достает из кармана две бумажки, подозрительно похожие на билеты в кинотеатр, и протягивает их мне, заставляя пару раз моргнуть, думая о том, что все это на самом деле происходит в реальности. — Ты уже билеты купил? — принимая их, впечатленно шепчу я. — Боже… Глядя на билеты в своих руках, я не могла поверить, что Ким Тэхен на самом деле пригласил меня на свидание. Мысли о том, что мы проведем немного времени, делая вещи, которыми занимаются влюбленные, окрыляли меня. Я чувствовала себя по-настоящему счастливой сейчас, как бы странно это ни звучало и как бы нелепо ни выглядело со стороны. Тэхен тревожил не только мое тело, он засел глубоко в моей голове и моей душе, запустив неконтролируемые процессы. Внезапная мысль заставила меня взглянуть на парня, прикусывая губу, прежде чем задать неловкий вопрос. — А ты когда-нибудь ходил на свидания? Сердце замерло в груди, потому что оно желало отрицательного ответа. Оно мечтало, чтобы я стала первой в его жизни еще раз, еще хотя бы один раз… — Нет. Поэтому я очень переживаю, что ты откажешь мне, если честно. И хоть мое сердце ликовало, хоть я чувствовала себя превосходно от осознания того, что я стала первой девушкой, которую Ким Тэхен пригласил на свидание, стало как-то грустно. Я прекрасно понимала, почему он делает это, и этого было паршиво, очень паршиво. Опустив взгляд на билеты, все еще находящиеся в моих руках, я вздохнула, печально улыбнувшись своей ужасной половине, той, что обрадовалась, получив такое желанное приглашение, даже не подумав о причине, по которой оно было сделано. — Мне кажется, ты слишком воспитан для этого мира, — задумчиво протянула я, не рискуя поднять глаза на его лицо. — Уверена, ты думаешь, что виноват в чем-то, и хочешь взять за это ответственность, но все хорошо. В конце концов, это я виновата в том, что произошло. Так что забудь и просто живи дальше, хорошо? — Тэхен смотрит странно, непонимающе, расстроено и немного напугано. Я совсем не понимаю этих эмоций, а так хочу понять, но на это нет ни времени, ни возможности. Вряд ли ему приятно находиться в такой близости со мной, если избегал меня несколько дней. Ему было трудно просто смотреть в мою сторону, а тут мы так мило беседуем о свидании. Глупости… — Нет никакой надобности проводить время вместе. Не трать свое первое свидание на меня и проведи его хорошо с кем-нибудь очень хорошим. Я старательно улыбаюсь, надеясь, что Ким Тэхен оценит то, что я не собираюсь портить его жизнь, уступая в ней место по-настоящему хорошему человеку, которого парень заслуживает, и протягиваю билеты назад. Но блондин быстро качает головой из стороны в сторону и отстраняет мою руку подальше. — Нет, дело не в этом! — тараторит так быстро и слишком эмоционально, словно торопится куда-то или боится, что я все не так пойму. — Я виноват, но я не поэтому хочу пригласить тебя погулять. — Не поэтому? — искренне удивляюсь я, не видя других причин для этого разговора. Зачем еще ему приглашать меня на свидание, если дело не в чувстве вины и попытке взять ответственность, как поступают джентльмены? — А почему? — Я… — запинается и молчит пару секунд, глядя на меня. — Не знаю… просто мне очень хочется пойти на свидание именно с тобой. В моем мире что-то изменилось. Моя душа расцвела нежно розовым, отчего-то так тепло стало и радостно, неописуемо хорошо. Я была счастлива, хотя для счастья не было видимых причин. Не было причин улыбаться, но я улыбалась, глядя на Тэхена, все такого же милого и наивного, такого же скромного и застенчивого. Он все краснел и часто моргал, поправляя очки, и переступал с ноги на ногу, потирая друг о друга пальцы в попытке скрыть нервозность и переживания, а я продолжала умиляться и удивляться, продолжала думать о том, насколько он необычный и странный. Тэхен безумно странный, но я еще страннее, потому что мне это безумно нравится. — Тогда мы непременно должны сходить в кино сегодня.