Неудачная месть.

      Начался урок. Все подоставали свои учебники с тетрадями и пеналы. Открыв книгу, Ирука начал разъяснять новый материал, паралельно что-то вырисовывая мелом на доске.       — Таким образом, мы получаем тут X. Вопросы? — получив в ответ тишину, смешанную с шепотом учеников, мужчина продолжил, — Вижу, их нет. Что ж, тогда давайте я опрошу пройденный нами на прошлом уроке, параграф. Есть желающие?       Все мигом умолкли и попрятались за учебниками, изображая, что они очень заняты. Наивно думая, что их не спросят, особо умные решили на это забить, мол, они это уже знают. Некоторые нервничали, а кто-то даже больным притворился.       — Нет? А жаль, тогда мне ответит...— открыв журнал, Умино прошёлся по именам, где не стояло оценок. — Учиха.       Встав со стула, брюнет лениво взял в руки учебник и начал рассказывать старый материал. Запнувшись, он зыркнул на соседку, безмолвно прося подсказать (ну как прося, скорее, приказывая). Но вместо того, что бы помочь, "девушка" мило улыбнулась и написала на чуть скомканной бумажке: «Че глазенки вылупил? Отвечай давай.», следя за удивлённо вытянутым лицом Учихи. Немного помолчав, и словно что-то вспомнив, он выдал:       — Элементы треугольников совпадают. Значит, теорема доказана.       — Молодец, садись, — похвалил талантливого ученика Ирука, переключаясь на других сидячих, — Кто-нибудь ещё?       И пока мужчина насиловал ещё сонные мозги бедных детей, Саске сверлил странным, с ноткой заинтересованности, взглядом тот самый клочок бумаги. Впервые ему кто-то что-то говорит (в нашем случае, пишет) в таком тоне. Для Учихи это было не привычно. Он свыкся, что его боготворят и относятся если не с уважением, то хотя бы почтительно. В большинстве, конечно, боятся, но какая ему разница? Ему это даже нравится.       В его сознании люди делятся на два типа: те, кто льстят, пытаясь любыми правдами и неправдами заполучить желаемое, и те, кто сами дают то, что нужно остальным. Наруко же не относилась ни к тому, ни к иному типу.       — Чё уставился? — прошептала девушка, строя злую мину. Саске даже это как-то позабавило, но он, как истинный Учиха, и бровью не повел.       — Ничего.       — Хн, — передразнила блондинка, вздернув свой нос.       — Эй, вы, двое, не болтать на уроке!       — Простите.        Спустя ещё 30 минут прозвенел звонок. Наруто даже понять ничего не успел, а все уже собрались вокруг него, расспрашивая откуда он и чем увлекается. В основном, это были парни, но некоторые (да-да, есть те, кто не состоит там, но это в основном тихони и те, кто уже встретил свою любовь), кто был в фан-клубе Саске, брезгливо, но тоже пытались завести беседу. Ведь если бы "она" была обычной девчонкой, Учиха бы давно её послал. А так, нет, видишь, вон, спокойно так сидит, а парню вообще как-будто все равно.       «Н-да, прибежали, как Чоджи на чипсы», — крутилось в мыслях Узумаки, пока снаружи он мило улыбался и отмахивался от назойливых вопросов. А ведь раньше он старался избегать таких куч, которые крутились вокруг Саске. — «Надо как-нибудь смыться отсюда...».       — Простите, я, это...мне в туалет нужно, — выпалив первое, что пришло на ум, блондин, сломя голову, помчался в туалет. Он уже свернул за угол, где неожиданно его путь преградила Харуно, скрестив руки на груди.       — Это ты, та самая новенькая? —  проговорила девушка, осматривая блондинку с ног до головы. Кивнув, Наруто стал молиться, чтобы Сакура его не узнала. Все же, геморно будет рассказывать всё это подруге со средней школы, а ведь та ешё и является главой того самого несчастного фан-клуба. Именно из-за него они перестали общаться, так как Узумаки не разделял её мнения о том, какой Саске "красавчик невиданной красоты". Все же, он предпочитал прислушиваться к своей вере "теме-придурок-не-верьте-ему". Слишком уж часто разбивал девичьи сердца. — Что тебе нужно от Саске-куна?       И тут Наруто понял, что попал. Сказать, что "ничего", значит соврать, ведь он пришел ему, вроде как, мстить. Ложь — одна из самых ненавистных вещей в списке Узумаки. Он ненавидел её, ненавидел говорить этой ложью. Но и сказать правду сейчас не лучшее время, девушка его на куски порвет. Между тем Сакура сверлила блондинку взглядом, пытаясь понять, чем такая как ОНА смогла заполучить даже малейшее внимание ЕЁ Саске.       — О чем ты го—       — О, вот ты где, — прервал потеющего Наруто Шикамару, запрокидывая руки за голову, — А мы тебя уже обыскались.       — Вот-вот, то в классе прохода не было, то сейчас еле нашли, — дополнил его речь Киба.       — Откуда вы её знаете? — напомнила о себе розоволосая, злясь, что их прервали во время такого "очень" интересного разговора.       — Тебе какая разница, принцесска? — огрызнулся Инузука, хватая Узумаки за плечи и уходя с ним в другую сторону. С Сакурой у Кибы была особенная химия. Раньше, когда они встречались, такого не было, но все изменил один богатенький, высокомерный ублюдок, имя которого вы и так знаете.       Несильно топнув своей ножкой, девушка оскалилась и ушла в не очень хорошем настроении. Мало того, что она так и ничего не узнала о новенькой, так ещё и позволила какой-то шавке себя оскорбить. Она часто обзывала так собачника, но не из-за вредности, а потому, что он её бросил. А главное, из-за чего? Видите ли, он считал, что Харуно слишком часто находится в личном пространстве Учихи. Но ведь он её лучший друг! Ей что, нельзя уже ни с кем разговаривать? После шли крики, ругань, слезы... Много чего произошло. И если спросить девушку сейчас, сожалеет ли она что ушла, не попытавшись помирится, то возможно она скажет «да, но уже поздно».