Гарри Поттер. Продолжение. Первый курс Академии авроров.

На протяжении следующих двух дней ребята закупали учебники и необходимые вещи в Косом переулке. А потом начались достаточно скучные дни домашней подготовки. Гарри и Рон почитывали учебники за седьмой курс Хогвартса. Оказалось, что большинство заклинаний, они уже освоили, когда были в бегах. Астрономию решили отложить сразу, так как не видели в ней смысла. В Академии она не требовалась. С травологией было тяжело - интереса, какой испытывал к предмету Невилл Лонгботтом, у них не было. А про зельеварение и говорить нечего. Они не решались варить зелья в доме, боясь что-нибудь поджечь или испортить. Гарри полистал учебник по защите от тёмных искусств и понял, что всё это он уже знал и умел. Лень в итоге уже готова была накрыть их с головой, когда однажды вечером появилась Гермиона. Она деловито положила походный рюкзачок на полку в коридоре. Прошла на кухню и тут же спросила: - Вы что-нибудь учили, пока меня не было? Парни сначала обрадовались ей, но потом растерялись. - Ты бы хоть с дороги отдохнула, распаковала вещи, рассказала, как твои родители, а потом уже нас пытала, – обижено сказал Рон. - Ладно, Рон, не дуйся, - весело ответила Гермиона, - я решила вас немного взбодрить, а то, судя по вашим сонным лицам и обилию фантиков и оберток на столе, вы ничем не занимались, а только спали и ели. Парни оценивающе посмотрели друг на друга. У Гарри вид действительно был очень сонный. Он полночи читал книгу «Ужасные волшебные истории», купленную в книжной лавке вместе с учебниками, к тому же его длинные черные патлы лежали в творческом беспорядке. А Рон наел несколько фунтов, так как всё время жевал, пока что-нибудь учил. Кричер только и успевал готовить. Гермиона сжалилась над парнями, обняла каждого, а Рона ещё и поцеловала. - У меня почти всё хорошо. Родителей я привезла в Лондон. Оказалось, что они сами уже давно собирались вернуться, но повода не было. А сейчас им якобы пришло письмо-приглашение на стоматологическую конференцию, которая состоится через неделю. До этого времени я успею всё им рассказать. Я представилась представителем организатора конференции и некоторое время была их соседкой. Сейчас они устроились в нашем доме в Лондоне. А я приехала к вам, - Гермиона улыбнулась. – Я так по вам соскучилась! Гарри позвал Кричера и попросил приготовить ужин. За ужином ребята рассказали Гермионе о встрече с Директором Академии авроров, а Гермиона поделилась с ними своими приключениями в Австралии, о которых не писала в письмах. ***** - У меня небольшая проблема, - сказала Гермиона через неделю, когда ребята вечером сидели в гостиной в доме на площади Гриммо. – Я рассказала родителям, что я их дочь, что я волшебница и училась в Хогвартсе, что потом была война, и мне пришлось стереть им память обо мне, чтобы спасти их. Они очень долго меня слушали, и долго потом молчали. И в итоге сделали вид, что поверили мне, но позже, я слышала, как папа и мама обсуждают, не помочь ли мне с поиском клиники для сумасшедших. Чтобы предотвратить это, я стала показывать им различные заклинания. Но теперь они вообще боятся меня, - у Гермионы в глазах были слёзы. – Я их запугала! - Конечно, испугаешься тут, когда какая-то сумасшедшая с круглыми глазами, «втирает» тебе, что она твоя дочь, да ещё и волшебница, - сказал Рон. - Гарри, можно я приведу родителей сюда на Гриммо и познакомлю с тобой и Роном? Вы подтвердите мои слова и что-нибудь наколдуете. - Гермиона, ты что, хочешь смерти Кричера? – воскликнул Рон. – Он не переживёт, если в этом доме появятся маглы. Рон шутливо изобразил, как обнимает Кричера и гладит его по голове. - Пожалей домовика, Гермиона, - повторил Рон. - Но я ведь только предложила это. - Надо подумать, - сказал Гарри. – Гермиона, мы обязательно познакомимся с твоими родителями. Слушай, есть ведь омут памяти. Может быть, мы покажем твоим родителям в омуте памяти твои воспоминания - твоё детство, твой дом, их молодыми? - Да, а вы с Роном подтвердите мои воспоминания своими, когда видели их в Косом переулке перед первым сентября каждый год или на вокзале Кингс-Росс, когда они провожали меня в школу, - воодушевлённо сказала Гермиона. - Да, но омут памяти в Хогвартсе, а туда маглам нельзя, - серьёзно сказал Рон. – Есть ещё в Министерстве магии, но туда тоже маглам нельзя. - Давайте украдём омут памяти из Министерства! – предложила Гермиона. Рон и Гарри с удивлением воззрились на неё. - Гермиона, что-то это на тебя не похоже, - медленно произнёс Гарри и шутливо отодвинулся от девушки. - Не зря её родители обсуждали, как ей помочь с клиникой для сумасшедших, - весело произнёс Рон. Гермиона в ответ пригрозила ему кулаком. - Похоже, наша Гермиона готова пойти на любой риск, лишь бы вернуть родителям память, – продолжил Рон. - Ребята, давайте сначала обсудим это с Кингсли, – сказал Гарри. Он создал патронуса и послал его к Министру магии с запросом о встрече. Ответ пришёл немедленно. Оказалось, что сейчас Министр не занят и может принять их у себя. Ребята подошли к камину и, бросив по горсти летучего пороха, зайдя в камин, произнесли адрес приёмной Министра. Через несколько секунд все они стояли в приёмной, отряхиваясь и чихая. Секретарь Кингcли Бруствера - волшебница в строгом костюме - поднялась со своего рабочего места и прошла в кабинет Министра, доложить о прибытии ребят. Через минуту она вышла, приглашая молодых волшебников в кабинет, предварительно предложив им напитки. Молодёжь отказалась, и секретарь уселась на своё место, продолжив раскладывать большую стопку документов по полкам с помощью волшебной палочки. Кингсли Бруствер приветливо встал из-за рабочего стола, когда троица вошла в его кабинет. - Добрый вечер, Гарри, Рон, Гермиона! Какими судьбами! По вашим лицам вижу, что это что-то очень важное. - Да, Министр. Для нас – важное, – ответил Гарри, пожимая руку Брустверу. - Гермиона, расскажи всё с самого начала, - сказал Рон, обращаясь к девушке. Гермиона начала рассказывать о возникшей проблеме, связанной с родителями. Гарри стал разглядывать кабинет Министра: серо-красные тона, слева несколько окон, у дальней стены большой письменный стол, на котором лежали стопки бумаг. В центре кабинета длинный стол для совещаний на двадцать персон. Справа на одной из стен большая карта Великобритании и такая же большая карта Лондона. Дальше Гарри заметил приоткрытую дверь в комнату отдыха. За дверью виднелся край дивана, рядом с ним журнальный столик и часть большого зеркала во весь рост с каменной головой валлийского зелёного дракона с раскрытой пастью, такого же как у входа в Академию авроров. На журнальном столике лежали несколько одёжных номерков. Гарри поймал вопросительный взгляд Рона, который тоже увидел зеркало, и утвердительно кивнул на незаданный вопрос. Тем временем Гермиона закончила свой рассказ. «И теперь, - сказал Гарри, — мы хотели бы уточнить у Вас, Министр, можно ли привести родителей Гермионы в Министерство и воспользоваться омутом памяти, чтобы они увидели все наши воспоминания». Бруствер молчал. Потом, вздохнув, произнёс: - Вы, конечно, искатели приключений, каких свет ещё не видывал. Правила Министерства гласят, что маглам вход сюда запрещён. Выносить омут памяти из стен Министерства тоже запрещено. Но…, - Кингсли остро посмотрел на ребят, - мой опыт общения с вами показал, что запреты на вас не действуют. Я боюсь, как бы мы в итоге не остались не только без омута памяти, но и без здания Министерства. Ведь история знает неких волшебников, которые, когда им надо что-то найти, и они это находят, оставляют после себя здания в полуразрушенном состоянии. Если честно, я уже боюсь вам отказывать, – Кингсли усмехнулся. Гарри вспомнил Отдел тайн, Гринготс, Хогвартс и сглотнул. - Законы пишут волшебники, и именно волшебники Министерства. Раз я Министр магии, я сделаю для вас послабление. Я передам вам на время омут памяти, чтобы вы могли им воспользоваться, и вы вернёте мне его в целости и сохранности. - Ура, – произнесла Гермиона. - Завтра вечером вы сможете забрать его через камин из моего кабинета. Я предоставлю его вам на сутки. И чтобы ни один волшебник больше не узнал об этом. - Конечно, конечно! Мы всё сделаем, как Вы скажете. - Тогда завтра в 8.30 вечера жду вас здесь, - Бруствер пожал ребятам на прощание руки. Когда молодёжь вышла из кабинета, Гермиона кинулась на шею Рону. - У нас всё получится! – ликовала она. – А теперь нам надо домой. *** Поздним вечером того же дня Гарри застал Гермиону на кухне. Она сидела за столом. Перед ней стояло множество маленьких баночек и склянок, куда она методично сбрасывала с помощью волшебной палочки свои воспоминания – тонкие светящиеся голубым цветом нити. - Ты ещё долго? – спросил Гарри. - Да, - ответила сонная Гермиона, - я пока ещё примерно на одиннадцати годах. - Иди спать, завтра у тебя целый день. Всё успеешь. И на свежую голову много чего вспомнишь. - Да, да, я скоро пойду. Рон уже спит? Тебе и ему надо завтра тоже сбросить воспоминания. - Конечно спит. Сбросим всё, не волнуйся. Гарри ушёл, а Гермиона ещё час сидела за столом, пока не начала засыпать на ходу. *** На следующий день в назначенное время ребята забрали у Министра омут памяти, упакованный в коробку. Осторожно трансгрессировали с ним к дому Гермионы. Гарри вдруг понял, что он в первый раз зайдёт в дом детства своего лучшего друга. Гермиона смущённо открыла перед Роном и Гарри дверь и зашла вслед за ними в холл. - Разувайтесь, родители наверно в гостиной комнате. Парни прошли вслед за Гермионой в гостиную. Её папа и мама сидели на диване перед телевизором. Они обернулись на шум, переглянулись друг с другом и вопросительно посмотрели на Гермиону. - Мама, папа, это мои друзья: Рон и Гарри. Я училась вместе с ними в Хогвартсе, той волшебной школе, о которой я вам говорила. - Здравствуйте, - поздоровались Рон и Гарри. Родители поздоровались в ответ. - Мы нашли средство, как показать вам мои детские воспоминания, - продолжила Гермиона. Гермиона и Рон вытащили омут памяти из коробки и поставили на стол перед взрослыми. - Это называется омут памяти, - голос Гермионы дрожал. Она стала доставать из сумочки бутылки и склянки с воспоминаниями и расставлять их по порядку на столе. – В этих бутылках мои детские воспоминания. Я вылью их в омут памяти, и Рон продемонстрирует, что надо дальше делать. Я очень хотела бы, чтобы вы посмотрели мои воспоминания, потому что вы мне очень нужны. Мне плохо без вас. И я вижу, что вы мне не верите, что я ваша дочь. Я надеюсь, мои воспоминания помогут вам принять окончательное решение в мою пользу. Гарри видел: всегда серьезная Гермиона еле сдерживает слёзы. Она открыла первую бутылку и вылила её содержимое в омут. Рон наклонился и погрузил голову по плечи в субстанцию. Родители удивленно смотрели на то, что происходит. Через мгновение Рон вынырнул. - Это не страшно. Как видите, я абсолютно сухой, и со мной ничего не случилось, - сказал одобрительно Рон. - Мама, я хочу, чтобы ты была первой, - попросила Гермиона. – Здесь несколько воспоминаний, когда я совсем маленькая. В первом мне четыре года, и вы с папой дарите мне на Рождество «Энциклопедию для самых маленьких». Я была очень рада подарку и из-за этого так отчетливо всё помню. Миссис Грейнджер подошла к омуту и погрузилась в воспоминания. Через несколько минут, она подняла голову и посмотрела на Гермиону. Потом перевела взгляд на мужа. - Уильям, ты должен это видеть, - сказала она. Мистер Грейнджер подошёл к омуту и повторил действия супруги. Тем временем Миссис Грейнждер подошла к Гермионе и крепко прижала её к себе. Гермиона в ответ расплакалась. - Милая моя девочка, мы с твоим отцом весь последний год чувствовали, что нам кого-то не хватает, но не могли понять кого, - Миссис Грейнджер вытерла набежавшие слёзы. - Мы немного испугались, когда позавчера ты стала показывать нам заклинания. Мы побоялись признаться друг другу, что в глубине души, каждый из нас почувствовал что-то родное в тебе. И сегодня, незадолго до твоего прихода, на улице нас встретила соседка, она стала расспрашивать о тебе, стала вспоминать тебя маленькую. И вчера пришло письмо от тётушки Анны. Она тоже спрашивала про тебя. Это не может быть просто совпадением. Ты очень похожа на нас. Мы узнали тебя, прожив рядом почти целый месяц в Австралии. Ты хорошая девочка. Ты полюбилась нам там, хоть и представилась работником иностранной компании. Мы наблюдали за тобой, когда ты была здесь с нами. Ты не ошиблась ни в одной двери, когда мы вернулись в дом, заходя в нужную комнату, как будто знала здесь всё до мелочей. И сейчас, когда ты показала мне свои детские воспоминания, я нисколько не сомневаюсь, что ты наша дочка. Тем временем мистер Грейнджер поднял голову от омута. Он подошёл к Гермионе и обнял её. - Ты наша дочь, - сказал он. -У меня есть ещё много воспоминаний, я хочу показать вам все, – взволновано ответила Гермиона, хлюпая носом в отцовскую рубашку. - Гарри и Рон тоже поделились своими воспоминаниями. Они встречали вас в Косом переулке и на вокзале Кингс-Кросс, когда вы провожали меня в школу волшебников. - Дочка, покажешь, - сказала ласково миссис Грейнджер и погладила Гермиону по волосам. – Какая ты красивая, и я вижу, большая умница. Гермиона посмотрела на мать и расцвела. - Гарри, Рон, - обратилась миссис Грейнджер к ребятам, - присаживайтесь, я чем-нибудь угощу вас. В холодильнике был сладкий пирог. Что же вы стоите? Раз всё так скоро и благополучно разрешилось, Гарри захотел уйти и оставить Гермиону в этот вечер с родителями, чтобы не мешать им узнавать друг друга. Но при слове «пирог» одного взгляда на Рона хватило, чтобы планы изменились. Рон уже разместился за столом и вдохновенно потирал руки. Ребята остались. Остались не только на вечер, но и на ночь, а потом и на завтрак, и на обед. В какой-то момент на следующий день Гарри понял, что ему придётся одному возвращать омут памяти в Министерство. К радости всех, омут сослужил хорошую службу. Все воспоминания были просмотрены, а некоторые и не один раз. Счастье переполняло всю семью Грейнджер. За обедом Гермиона призналась родителям, что Рон её парень. И тут Гарри понял, что ему точно пора уходить, так как на Рона посыпались в двойном объёме материнская и отеческая дружба и интерес. Гарри деликатно попрощался с Грейнджерами, забрал омут памяти и через камин в доме на площади Гриммо переместился в Министерство. Принимая из рук Гарри омут памяти, Бруствер только коротко спросил: - Помогло? - Помогло, даже очень! – ответил улыбающийся Гарри. – Спасибо, Министр. - Обращайтесь, мистер Поттер. – Кингсли слегка подмигнул. *** Гарри вернулся в квартиру на Гриммо. Пройдя на кухню, присел на стул и окинул взглядом пустой длинный стол. У него были странные ощущения. Он безмерно был рад тому, что Гермиона вновь обрела родителей, и последствия войны так славно разрешились для неё. Но за всеми событиями последних часов он вспомнил, как много людей безвозвратно потеряли родных и близких. Воспоминания об ушедших друзьях нахлынули на него. Он вспомнил о маленьком мальчике Теде Тонксе, которому скоро должно было исполниться четыре месяца. Родители мальчика, Ремус Люпин и Нимфадора Тонкс, погибли в битве второго мая, и Гарри давно уже понял, что этот малыш оказался в такой же ситуации, в какой и когда-то он сам. Будучи крестным ребёнка, Гарри должен был навещать его как можно чаще, но не мог пока себя пересилить. Он всего два или три раза за всё время после окончания войны, навестил Андромеду Тонкс, взявшую на себя воспитание внука - сюсюкать с малышом Гарри не умел и не знал, как к нему подступиться; он надеялся, что, может быть, потом, когда малыш научиться ходить и говорить, ему будет с ним интереснее – а потому, это были обычные визиты вежливости, которых Гарри хватало с головой. Они обсуждали только последние новости, обходя острые темы стороной, так как Гарри видел, что женщина с трудом переживает свои потери, находя отраду и утешение лишь в своём внуке. Подросток Гарри никак не мог ей здесь помочь, но обеспечить материальную помощь Андромеде было в его силах. Гарри оплачивал услуги няни, от остальной помощи волшебница наотрез отказалась. Может быть сегодня наступил очередной вечер встречи с крестником и его бабушкой? Гарри посмотрел на пустующие стулья вокруг стола. Нет, он не даст одиночеству и грустным воспоминаниям затянуть себя в объятья. Он пойдёт в лавку к Джорджу Уизли в Косом переулке и купит маленькому Теду что-нибудь весёлое, а потом поужинает с Андромедой Тонкс в её доме с красивым садом. А еще через два дня будет его день рождения.