Судьба

Призраки упорны по своей природе. И Фелис не был исключением. Существо, имеющее живой острый разум и механическое тело, едва ли будет знать усталость. Да и о какой усталости может идти речь, когда есть ещё так много не сделанных дел? Конечно, смыслом жизни каждого призрака было найти своего стража. Это довольно логичный вывод, ведь призраки появились по воле Странника, вскорости после Коллапса — апокалипсиса поставившего человечество на грань гибели. А стражи... Стражи — это люди, погибшие в борьбе. Не склонившие голову перед страхом смерти, и сохранившие эту черту, унося её за гробовую доску. И главное свойство призраков, это способность находить и возвращать к жизни таких людей, становясь их симбионтами — целителями на всю оставшуюся жизнь. А вот сколь она будет продолжительна, зависело уже от того, насколько эти двое подходят друг другу. Не все люди были рады жизни без памяти в мире постапокалипсиса... Но Фелис, призрак, чей корпус был раскрашен в серо-жёлтые цвета, не унывал. Он знал, что, возможно, никогда не найдёт своего стража. Всё-таки подходящих именно для него людей может вообще не существовать, или их кости истлели, а прах развеял ветер. Он рассудил для себя, как и многие другие призраки, что даже так может послужить человечеству. Незаметный, быстрый и полностью автономный робот — идеальный шпион! Именно этим он занимался как часть разведывательной сети Последнего Города. И октябрьский день ничем не отличался от тысяч таких же. Движение по очередному участку заданного маршрута, иногда искажающемуся во избежание встреч с пришельцами, в изобилии живущими в этих краях. Такие дороги могут тянуться на сотни и тысячи километров, а Фелис любил когда природа вокруг достаточно живописна. Но вот что-то, едва уловимое, коснулось сенсоров дальнего сканирования. И это не удивительно — среди сородичей Фелис выделялся на диво острыми сенсорами, делавшими его ещё более ценным для разведки. Если бы он был органическим существом, то назвал бы это "запах". Да он бы и так использовал этот термин, будь рядом с ним хоть один слушатель. Но белка, деловито спешащая по своим делам, определённо не могла поддержать диалог. Этот запах, непохожий на другие, но такой знакомый, Фелис не спутал бы ни с чем. Где-то недалеко был его Страж! Вернее... Останки того, кто сможет стать стражем. Поборов желание опрометью броситься к цели, призрак ещё раз обратился к своим сенсорам: поблизости не было падших — отвратительных космических падальщиков, паразитирующих на руинах человечества. Вообще никаких разумных в радиусе десятка километров. Поэтому, недолго думая, он бросился "по запаху" не разбирая дороги, легко пролетая меж стволов по-осеннему жёлтых деревьев. Призраки вообще слабо контролируют всё то, что связано с оживлением стража. Короткий бросок привёл его к лесному оврагу, обильно заросшему почти высохшим кустарником... Этого было достаточно для синтеза простой одежды. Конечно, он мог бы восстановить стража и так, но всё-таки люди подчас щепетильно относятся к вопросу наготы. Особенно в октябре. Замедлив свой полёт, призрак начал сканировать местность. Довольно скоро его поиск увенчался успехом: в углублении, невидимом из-за травы, лежали обветренные, выбеленные временем кости. Только хороший патологоанатом мог бы сказать, кому они принадлежали, слишком их потрепало время, но призраку не нужно было это анализировать. Он просто завис над останками и отпустил контроль, позволяя инстинктам взять верх. Программа регенерации стража включилась, в первый раз медленно, но от этого ещё более неумолимо. Да, это был его Страж! Кости стали телом, а в тело вернулась жизнь, вырывая его из цепких объятий смерти, в которых тот пробыл так долго. Сердце вновь забилось, а восстановленные лёгкие впервые сократились, заставляя тело сделать глубокий и почти судорожный вдох в уже новой жизни. Было немного неожиданно найти так далеко пробудившегося — представителя расы, отделившейся от людей во время Коллапса. Но это был именно он, на что явно указывала очень бледная переливающаяся кожа, волосы фиолетового оттенка и светящиеся зелёным глаза, заметно выделяющиеся живостью на фоне общих мрачных черт. Ещё парень был довольно астеничной комплекции, что наталкивало на мысли о его слабой предрасположенности стать титаном. Но может он станет варлоком, стражем — учёным. — Страж? — осторожно спросил призрак, мысленно ликуя, что его голос не дрожит от волнения. — Здравствуй, страж. Сколько раз он фантазировал на тему того, как это произойдёт. Встреча со своим стражем! Иногда Фелис размышлял о том, каково было бы оживить кого-нибудь из легенд Города. Например, быть призраком Сейнта 14, или Осириса... Хотя нет. Никто, кроме Сагиры, не смог бы работать с опальным варлоком... Но вот сейчас красноречие так не вовремя подвело призрака. Страж приподнялся, удивлённо глядя на того. — Страж? — спросил уже более уверенно призрак. — Ты меня понимаешь? Он вдруг осознал, что тот вовсе мог и не знать английского. Вот будет умора... Призрак и страж, которых разделяет языковой барьер! Но, даже если так... Он нашёл стража! Века поиска увенчались успехом. Теперь больше никаких унылых патрулей! Теперь он и его страж отправятся делать нечто важное, вдвоём! Даже если тот говорит лишь по-китайски… Однако на азиата тот не походил. И был ужасно любопытным… Пробудившийся просто взял и протянул руку, схватив маленького робота как кошка мышку, благо, что всё-таки осторожно. Наверное, ему было искренне интересно, да? Первым порывом призрака было отдёрнутья прочь. Но ведь это был страж. Его Страж! Что за призраком был бы Фелис, если бы не доверял своему стражу? И потому он позволил себя схватить. К тому же, нужно признать, подобное внимание казалось приятным. Поэтому он давал рассмотреть себя, выжидая. Что скажет страж? Как он себя поведёт? Вскоре стало понятно, что страхи и опасения оказались напрасны. После пары переворотов вверх тормашками, исключительно в целях изучения, его вернули в нормальное положение, заглядывая прямо в единственный глаз, вдруг почти жизнерадостно заулыбавшись: — Привет. — Привет! — ответил призрак, возможно даже слишком радостно. Где-то в глубине души он надеялся, что его страж сразу же возьмёт пушку побольше, скажет что-нибудь пафосное в духе “Мёртвый враг никого не убьёт”, и совершит что-то героическое, что поднимет его имя в один ряд с легендарными Железными Лордами. Но, с другой стороны, никто не знает, как себя вёл при оживлении, например, коммандер Завала. В любом случае, каждый страж уникален. Нужно не сублимировать на чужих, а учиться жить со своим. — Ты робот? — его положили на открытую ладонь, давая взлететь, когда тот пожелает. — Я ничего не помню... Что произошло? — Ты — Страж, — призрак поднялся на десяток сантиметров над его ладонью, и решил начать с простых понятий. — Ты был мёртв, но я вернул тебя к жизни. Потому что я призрак. Нас, призраков, создал Странник, чтобы мы оживляли вас, стражей. В этом наше предназначение. — Но почему умер я, а призрак ты? — вопрос вполне логичный. Призрак замер на несколько секунд, задумчиво шевеля гранями корпуса. Он про это не задумывался прежде. И правда, немного абсурдно, если смотреть непредвзято: — Ну.... Я думаю, это потому, что мы — незаметные. Словно привидения из древних мифов. — Возможно, что так и есть, ты ведь и правда крохотный, — страж поднялся на ноги, осматриваясь. — И почему мы в лесу? Как я здесь оказался? Призрак предпочитал думать, что это он нормального размера, а все вокруг невероятно громадные. Но пробудившийся едва ли понял бы это. И такая реакция была даже милой. Он мог бы сказать “размером с кружку”. Крохотный — звучит лучше. — А вот этого я уже не знаю. Но, судя по состоянию твоих останков… — призрак замялся на секунду, не всем нравятся такие разговоры. — Ты умер десятилетия, возможно, века назад. Повисла неловкая пауза. Наверное ему и правда не стоило об этом говорить. — Это… Очень странно, — признал страж. — Природа Света загадочна. Я — призрак, создание Странника, но и сам знаю очень и очень мало, — призрак засветился чуть ярче, переливаясь синим. В ночной темноте он, должно быть, выглядел бы чем-то потусторонним, однако в лучах утреннего солнца эффект терялся. — Но ты чувствуешь… — страж перевёл взгляд на призрака. Он и сам чувствовал Свет, ни с чем не сравнимую силу, усиливавшую его, но пока не понимал его применение. — Чувствую, — вторил ему призрак. — Сейчас ты уже не совсем… Тот, кем был. Ты сильнее, быстрее, твои рефлексы лучше, чем при прежней жизни. И ты чувствуешь Свет. Теперь, окунувшись в это ощущение, ты сможешь найти Странника. Того, кто и даёт Свет нам. — А ты, получается, теперь будешь со мной? — чуть улыбнулся чему-то пробудившийся. — Да! — призрак подлетел ближе, зависнув напротив его лица буквально в двух десятках сантиметров. Вопреки всему, это не казалось нарушением личного пространства. — Я — твой помощник. Я буду сканировать местность, чинить снаряжение, лечить тебя и при необходимости оживлять. Некоторые учёные даже говорят, что призрак — симбиотическая внешняя душа стража! — Наверное я должен смутиться такому близкому знакомству, — усмехнулся страж, глядя на маленького робота изучающим взглядом. Это была ещё одна скользкая тема. Обычно страж возвращался к жизни без памяти о себе прежнем, а призрак был его проводником в новом мире. Нередко взаимоотношения молодых стражей с их симбионтами походили на пару из утёнка и мамы-утки. Это выглядело весьма странно, ведь тут “утка”, всюду водящая и направляющая своё “чадо”, была в разы меньше этого “птенца”. Но иногда, когда страж нёс в себе болезненный осколок прежней личности, какие-то душевные раны порождали семена недоверия к своему призраку и партнёрство погибало, так и не родившись. Судьба таких пар обычно была незавидна. — Но ты же не смутился? — с надеждой спросил Фелис, подлетев ещё ближе, и едва не ткнувшись в его нос. Осознав это, он дёрнулся назад, как кот, который понял, что спящий человек вовсе не спит. — Ну… Нам определённо придётся придумать, как давать пять друг другу, — коварно заулыбался дружелюбный страж, даже не догадывающийся о его мрачных мыслях. — Да! — радостно воскликнул призрак, подлетев вверх. Его страж не страдал паранойей, не негодовал из-за того, где оказался, и кажется был настроен позитивно! А это уже можно было считать победой. Но была и иная крайность. Воскрешая, призрак дарил своему подопечному рефлексы, реакцию и ловкость. Мог даже излечить от психических болезней, имевших органическую природу. Но он не мог дать новый характер. И если страж окажется слишком мягкосердечным, то они могут просто не дойти до Города. Призрак, облетев вокруг головы стража, снова завис напротив его лица: — Есть множество вещей, которые тебе ещё нужно будет узнать, но пока для нас в приоритете добраться до Последнего Города — единственного безопасного места на Земле, — сейчас от того, как будет реагировать страж, зависело очень многое. — Города? — Фелиса встретил заинтересованный взгляд. — А я уже почти испугался, что никого не осталось… — Нет, — призрак взволнованно подлетел чуть выше. — Последний Город был построен выжившими уже после Коллапса, в тени Странника. Стражи защищают его и дают возможность миллионам людей жить в безопасности, с верой в будущее. — Подожди, так он... Я сначала подумал, что Странник - это какая-то метафора, — что было странновато, ведь стражи чувствовали, где тот находится. — Не метафора, нет! — взволнованно воскликнул Фелис. Он не относил себя к тем призракам, которые с религиозным рвением поклонялись своему создателю. Всё-таки Странник сотворил их не как жрецов, и даже наделил свободой воли. Если бы он желал поклонения, то заложил бы его в их природу. Впрочем, этот спор был жив среди призраков и поныне. Но, как бы то ни было, Странник всё равно вызывал чувство священного трепета. — Он — конкретное существо… Или объект. Мы плохо понимаем его природу. Странник выглядит как громадный белый шар четырнадцати километров в диаметре. Некогда он пришёл в Солнечную Систему, подарив людям небывалые технологии и терраформировав многие планеты. А в годы Коллапса он защитил нас от Тьмы, пожертвовав собой. Последнее, что он сделал, это создал нас — призраков. С тех пор он в спячке, на Кавказе. Парит в горной долине, а под ним и был построен Последний Город. — Хм, похоже, Город мы явно не пропустим по пути… — страж пока не знал, как ко всему относиться, и сейчас это отразилось на его лице. — Но как далеко находится этот Город и… Странник? Призрак задумался, подсчитывая расстояния. От Урала до Кавказа очень далеко. Нет, стражи преодолевали и большее, но… Не все. — Если повезёт, то дойдём за полгода. Может быть, растянется на год, — с уверенностью, которую сам не испытывал, сказал Фелис. Если он не будет верить в силы своего Стража, то кто вообще будет? Ведь так? Страж энтузиазма не оценил, немного помолчал, меняя взгляд на более мрачный и пытаясь понять, насколько серьёзен этот маленький робот. Полгода?! — Скажи мне, что ты пошутил, — почти жалобно попросил он, совершенно не демонстрируя такую же веру в себя. — Ты страж, а не простой человек, — призрак не показывал собственного волнения. — Ты можешь идти целый день, не уставая. Ты быстрый, ловкий и сильный. Ты можешь охотиться буквально голыми руками, а я сделаю всё нужное снаряжение. Мы справимся, страж, — произнося это Фелис и сам поверил в ближайшее будущее немного больше. Ну действительно, ничего же страшного нет? Не ввязываться в драки, обходя врагов седьмой дорогой, и рано или поздно цель будет достигнута. Главное, чтобы его партнёр научился охотиться… Самому призраку еда была не нужна и он мог воскрешать даже после голодной смерти, но такой участи не хотел бы ни для кого. Однако страж всё ещё не менял этого каменного выражения лица, обдумывая что-то, что начинало выглядеть немного пугающе. — Страж? — осторожно спросил Фелис, нервно дёрнув передней частью корпуса. — А есть путь… покороче? — парень что-то придумал. — Бывает, стражам везёт найти какой-нибудь транспорт, — осторожно сказал призрак. Что задумал его партнёр? — То есть, в этих землях его возможно найти? — тот был уже совершенно точно уверен в том, что именно он задумал, это читалось по глазам. — Тут нет людей, — призраку хотелось думать, что это ему просто кажется. — Только пришельцы. Падшие, — в его голосе послышалось отвращение. — Гнусные падальщики и убийцы. Они уничтожили множество людей и городов. Лондон, Прага, Нью-Йорк, Москва… А теперь они проникают всюду, где можно что-то украсть или найти. — А на чём они туда проникают? — пробудившийся интерпретировал “всюду” буквально, что могло означать лишь одно — у падших наверняка есть для этого техника. — Кетчи, большие корабли, способные на межзвёздные перелёты. Скиффы, небольшие десантные челноки. И наземная техника: шагающие танки и летающие байки, — перечислил призрак. — Ты же не предлагаешь… НЕТ! — Даааа… — ухмыльнулся ему страж. — Нельзя просто так вломиться в лагерь падших и угнать корабль! — Льзя, — у него нет инстинкта самосохранения, он же и так только что вернулся с того света. Призрак неверяще смотрел на своего стража. Кажется, он что-то неверно оценил в его характере. Но… Как бы то ни было, это страж принимает решения, а призрак советует. Не наоборот. — Хорошо… — произнёс Фелис без особой радости. — Примерно в двадцати километрах есть один лагерь и там же можно найти подходящую технику. Но… — он энергично думал, составляя план. — Тебе нужна броня и оружие, — а ещё нужно проверить возможности стража в реальном бою. Но это призрак уже озвучивать не стал. — Я могу сделать тебе что-то примитивное. Лук, например, и стрелы с каменными наконечниками. Они, конечно, будут одноразовыми, но если стрелять достаточно метко, пробьют броню на стыках. Думаю, нам стоит привлечь небольшой патруль, из тех, что бывают в этих краях, и добыть у них всё необходимое. — Как скажешь, — а вот на идею не рисковать он такого не говорил. — И страж… — призрак понял, что забыл поднять важный вопрос. — Ты не помнишь своего имени? — Нет. Вообще ничего. Странно, что при этом я знаю как держать ложку... А у тебя есть имя? — снова это дружелюбие, заставляющее надеяться, что оно всё-таки искреннее и его страж не был простым психопатом, от которого можно ожидать чего угодно. — Фелис, — ответил призрак. — Меня зовут Фелис. Но некоторые призраки не берут себе имён и их стражи обращаются просто “Призрак”, — и тут же, подумав о том, что у его партнёра нет имени, добавил. — Но я могу называть тебя просто “Страж”, пока ты не придумаешь, как лучше к тебе обращаться. — Подожди... Ты хочешь сказать, что где-то есть место со множеством беспамятных стражей и их призраков, которых называют просто “Страж” и “Призрак”? — Конечно же нет! — призрак возмущённо зашевелил корпусом. — Все рано или поздно придумывают себе имена. — Но, согласись, я обязан был спросить, — весело сказал парень. — Хорошо, тогда сначала займёмся делом и решим что-нибудь к вечеру. И не смей даже думать, что я тут умру, я обязан увидеть Последний Город! А ещё поесть ложкой, а не с палки... — Конечно, Страж, — согласился призрак, пытаясь снова показать уверенность. — Но будь осторожней… Ты более живуч, чем когда бы то ни было в твоей прошлой жизни, однако всё ещё смертен. Но, я уверен, мы справимся. Должны справиться. Страж приблизился к нему, уже сам копируя поведение Фелиса некоторое время назад: — Не бойся, мы просто украдём корабль и сбежим. Он и правда хорошо чувствовал волнение призрака. — Конечно, — согласился призрак. — Но у нас пока нет опыта… Что угодно может пойти не так. — Что угодно не так может пойти в любом случае, Фелис. И мне тоже страшно, но если уж меня убьют, то пусть я хотя бы при этом буду бороться за своё желание выбраться отсюда, а не трусливо прятаться в лесах полгода. Если стражи такие, как ты говоришь, то какой я сам после этого буду Страж? — иронично, он даже не понимал, насколько его слова были глубоки. Подобная естественная близость философии стражей трогала до глубины души. Но это не отменяло банального, вполне естественного, страха, который испытывал Фелис. — Ты будешь хорошим стражем, — произнёс Фелис, подлетев ближе, и коснувшись уголком корпуса его щеки. — Я уверен. — Кажется, я понял, почему у тебя кошачья кличка, — но вредным.

***

Пламя с гулом трещало, пожирая древесину. Осень выдалась на редкость сухой, и лесной пожар обещал стать настоящим стихийным бедствием. Вернее обещал бы, если бы не тучи, стремительно несущиеся по ночному небу с запада на восток. Скоро будет дождь. Даже не просто дождь! Ливень! И уж он-то точно потушит пожар, полыхающий на месте кораблекрушения. Далёкие раскаты грома, отдающиеся эхом от склонов гор, будто специально аккомпанировали гулу пламени, создавая жуткую симфонию разрушения. Плохой день... Алое зарево было единственным источником света среди сгущающейся ночной тьмы, за исключением последних звёзд, ещё не поглощенных грозовой тучей. И лишь двое могли оценить мрачную красоту этой картины. Страж и призрак. Оживший мертвец, призванный для защиты человечества, и его спутник-симбионт. Женщина в коричневом плаще из грубой ткани, в металлическом закрытом шлеме, и маленький робот, зависший над её головой. — Страж, — призрак заговорил нарочито жизнелюбивым голосом. — В этом есть и плюс. — Изволь? — спросила женщина после нескольких секунд молчания. — Ну смотри, — призрак спустился чуть ниже, занимая привычное место за левым плечом хозяйки. — Если бы ты была чуть медленней, когда тот прислужник взорвался у цистерны с топливом, то умерла бы. В огне. А ты знаешь, как я не люблю воскрешать тебя после пожара. Помнишь ведь? Помнишь, да? Очередная молния вспыхнула особенно ярко, разделив небосвод на две части и разойдясь множеством ветвей, навевая ассоциациации с дельтой гигантской небесной реки. Страж мысленно сосчитала до двух. Меньше километра… Близко. Но рядом много высоких деревьев, чтобы не бояться прямого попадания молнии. Да и что уж… Молния не смогла бы её убить. Нужно что-то большее, чем электричество, чтобы окончательно уничтожить стража. Призрак верно подметил, что и огонь был бы лишь досадной неприятностью, а никак не окончанием пути. Дар и проклятье стражей. Чтобы страж окончательно погиб, нужно сделать нечто экстраординарное. Но, увы, далеко не все носители Света могли похвастаться стабильной психикой и жизнелюбием. Некоторая их часть мечтала о смерти, но не могла её найти. Однако именно эта женщина вовсе не считала своё состояние проклятием. Загадкой, сложным вопросом, или, быть может, частью головоломки, но никак не проклятием! — Угомонись, — устало произнесла она, приложив ладонь к забралу в жесте древнем, как само человечество. — Всё нажитое непосильным трудом… — Я бы заплатил этим ксеносам, — проникновенно ответил Призрак, сделав кружок над головой Стража. — Моментальное исцеление от вещанки! Ты знаешь, сколько славных стражей сгубила вещанка? Сначала ты думаешь, что тащить в дом все встреченные пушки это хорошая идея. Потом начинаешь собирать сувениры. А затем ты прыгаешь в пропасть, потому что туда катится энграмма, и правда не понимаешь, почему призрак заглядывается на других стражей! Претензия была справедлива лишь отчасти. Когда ты живёшь отшельником, тебе непроизвольно хочется всегда держать небольшой запас вещей. В конце концов, никогда не знаешь, что понадобится в конкретный момент. — Ты можешь ёрничать сколь угодно много, но теперь нам негде жить, — страж раздражённо передёрнула плечами, будто пытаясь скинуть невидимую ношу. — Дом Дьяволов уже давно наступал в этом краю, — призрак издал грустный смешок. — Люди из анклава уже год как снялись и ушли на запад. Я действительно люблю твоё упорство, но тут два исхода. Или мы находим ядерную бомбу и живём в радиоактивной пустоши, или уходим. В одиночку тебе не победить. Их там десятки тысяч, а ты со своей гордостью никогда не попросишь помощи у Авангарда. Да даже если попросишь, они не согласятся. Никто не будет воевать за дикие леса, когда в окрестностях Города есть проблемы. — И ты предлагаешь просто уйти? — страж прекрасно понимала, что её компаньон прав. Но вот так вот бежать… Да, анекдотически нелепый исход битвы. Всё спланировать. Разместить схроны боеприпасов на нужных местах, заминировать ущелье, и заманить туда маленькую армию падших. Идеальная операция, проведённая без единой ошибки! Страж могла гордиться собой. Вернее, могла бы, если бы не транспортник пришельцев, подбитый ею, и дымя двигателями улетевший прочь. Каков был шанс, что из всего леса на десяток километров вокруг он рухнет именно на убежище одинокого стража!? — Шанс один на миллион выпадает девять раз из десяти, — призрак не читал мысли, но за время, проведённое вместе, они и без слов понимали друг друга. — Правда, страж, теперь у нас нет повода сидеть в этой дыре. — Я не вернусь в Город, — упрямо ответила женщина. — Агрх… — раздражённо простонал призрак. Задняя часть его корпуса крутанулась вокруг своей оси. — Ну, пусть не Город. Давай найдём хотя бы анклав поприличней. Где-нибудь в Европе... Ты страж! Страж, Хэйла, а не унылая отшельница! Женщина ещё несколько секунд буравила взглядом пламя. Раскаты грома становились всё сильней, а последние звёзды затягивались, погружая ночь в пронзительную темноту, нарушаемую лишь пожаром и светом призрака. — Ты прав про Европу, — после ещё более долгого раздумья наконец ответила Хэйла. — Там больше анклавов. Где-нибудь в бывшей Германии... Или, может, во Франции... — Да хоть где, — радостно согласился призрак. — Тут из гражданских только медведи! Я уже не помню, когда в последний раз слышал живую музыку! Если бы у меня был рот, я бы сделал флейту, так я соскучился по ней! Ещё одна молния прочертила небосвод. Дождь ударил резко, будто камнепад. Минуту назад с неба падали лишь отдельные капли, но вот уже почти сплошная стена воды барабанит по шлему, пропитывая одежду. Хорошо, что простуда не страшна для стражей. Даже добротная прорезиненная ткань не давала гарантий в такую непогоду. — Температура горения топлива около двух тысяч градусов… — задумчиво произнесла Хэйла. — Две тысячи, сто тридцать пять. Но это расчётно, при нужной концентрации окислителя… А тут, думаю, полторы, не больше. — Но и этого хватит для всего, что только было у нас дома… Призрак утвердительно хмыкнул. Это заменяло в их общении кивок: — Всё-таки хорошо, что ты утром спрятала всё самое ценное в рюкзаке. Ладно, старушка, берём наш хлам и бодрой походкой шагаем к кораблику! Я уже предвкушаю, как буду слушать музыку… Ладно, я понимаю, что мы едва ли найдём филармонию в анклавах, но мне хватит и чего-нибудь этнически-аутентичного… Да я даже на рэп согласен!

***

Четыре часа пути по ночному лесу закончились у берега живописного озера. На востоке уже заалели первые лучи поднимающегося солнца и кромешная тьма сменилась предрассветными сумерками. Женщина устало села на траву, вытянув ноги перед собой. Призрак пролетел чуть вперёд, восторженно шевеля пластинами корпуса: — Ты посмотри на это! — На что? — мрачно спросила Хэйла, снимая рюкзак. Конечно, стражи были невероятно выносливы, но целый день, посвящённый подготовке к сражению, само сражение, а затем ночной маршбросок, выматывали даже их. — Пейзаж, конечно же! — восхищённо ответил призрак. — Туман, стелящийся над водой, камыши, едва различимые в нём, и сосны, подходящие почти к самой кромке берега! И всё это в чарующем полумраке, уже не угольной черноте осенней ночи, но ещё далеко не ярком утреннем свете Солнца! И звёзды, столь изумительно далёкие и манящие после ночной грозы! Я бы хотел сохранить картину сего мгновения! Я должен записать это в памяти! Варлок глубоко зевнула. Поэтичная натура её призрака временами утомляла. И его неспособность уставать тоже. В другой момент она и сама оценила бы этот вид, но не сейчас же, право слово... — Делай своё дело, Левитан постмодернистский… — произнесла она, устало поднимаясь на ноги. — А я сделаю своё. Обычно сила стражей проявлялась в воздействии на себя. В увеличении возможностей тела. Внешнее воздействие для большинства оставалось лишь грубым средством разрушения. Но варлоки всегда стремились зайти глубже и дальше в познании природы Света и совершенствовании своих навыков его контроля. Телекинез был одним из подобных проявлений. Медленно вдохнув, женщина протянула правую руку перед собой и обратилась к энергиям, что текли сквозь неё. Те привычно откликнулись на зов, меняясь и устремляясь под воду, где на глубине нескольких метров ждал своего часа старый десантный корабль, спрятанный от мародёров и диких зверей. Несколько секунд потребовалось на то, чтобы аккуратно, не повредив корпус, схватить его телекинетической хваткой и плавно повести вверх. Это было тяжело, невероятно тяжело. Свет — не эфемерная абстрактная сила, для которой размер не имеет значения. Поднять пёрышко проще чем камень. Но вот верхние границы возможностей носителя Света едва ли были достижимы. Они определялись его концентрацией и сродством со стихией. И эта носительница благословения Странника была невероятно упорна и упряма, чем с лихвой компенсировала не самый выдающийся контакт со Светом. Повинуясь её воле, челнок оторвался ото дна и, медленно поднявшись над поверхностью воды, поплыл по воздуху к берегу. Несколько долгих секунд, которые понадобились, чтобы преодолеть расстояние, и покрытый водорослями корабль коснулся опорами травы. Теперь дело оставалось за самым малым — счистить грязь и перелить топливо из канистр в баки.

***

— Мы — сказочные идиоты… — резюмировал призрак. — Запредельно, невероятно эпичные долбожуи, лишь по недоразумению освоившие концепцию устной речи и не питающиеся козявками! Да как такие феерические идиоты вообще смогли выжить на Луне, во время… — Умолкни, пожалуйста, — вкрадчиво попросила Хэйла. — Если ты продолжишь петь дифирамбы нашей глупости, то я утоплюсь. — Прости, но я не могу молчать. “Давай спрячем корабль в озере! Его всегда можно достать! Как тот карликовый пришелец в древнем фильме!” — Это были твои слова. И твоя идея. — Да. Я и не отрицаю, что я тупой! У меня даже мозга нет! Я просто летающий глаз! Но ты-то варлок, и ты меня не остановила! Позор! — Да помолчи ты… А ведь был такой хороший план. Челнок, предназначенный чтобы перемещаться по гиперпространству и защищать пассажиров от жёсткой космической радиации, точно должен был выдержать какую-то там воду. Должен. Конечно должен. Но вот про мелких рыбёшек, улиток, водоросли и прочую пакость речи совсем не шло. Ещё несколько лет назад они смогли нарушить герметичность и успешно затопить корабль. Стоит ли говорить, что внутренняя обшивка и все приборные отсеки скоро заросли так же буйно и изобильно, как и внешнее покрытие? Призрак мог починить отдельные поломки, но… От любимого кораблика осталась только скорлупка, да куча совершенно непригодного ни на что мусора. Возможно, это всё ещё можно починить… За пару месяцев. Но одно дело прятаться в землянке под сводами деревьев, из сложной техники используя только зажигалку, а совсем другое — на берегу озера чинить звездолёт. Тут даже самые тупые падшие заметят что-то неладное во время очередного патруля. А отбиваться от бомбардировщиков — сомнительное удовольствие. — Ну хорошо, мой сказочно глупый дружок, — варлок наконец перестала сверлить взглядом корабль. — У тебя есть идеи? — Челнок лучше снова спрятать… — Само собой. — Да. А нам нужно найти другой… Так, дай минутку, — призрак обратился к карте в своей памяти, параллельно передавая её на внутренний экран шлема стража. — Ага… У меня две новости. Хорошая и плохая. — Ну? — страж начала закипать. — Хорошая — я нашёл где мы добудем корабль. Большой. Просторный. Быстрый. Плохая — это лагерь падших. — Ты хочешь угнать скиф? — женщина даже не удивилась. На фоне некоторых идей её призрака, эта казалась милой и безобидной. Скифами назывались небольшие десантные челноки. — Я хочу угнать кетч! Но кетчей тут нет. А скифы наверняка есть.