Судьба

Надежда. Тонкая, невесомая, неосязаемая… И всё же подчас сильнее любых материальных доводов. Подобно безудержному пламени, она может завести тебя в тупик и окончательно растерзать душу, но точно так же может вывести к сияющему звёздами небосводу. И тогда тебе откроется не только новый путь, но и тайны, что постичь ты был не в силах. Надежда. Она даёт душам Свет жизни, но и она же может его отнять, покинув их подобно вечно свободной испуганной птице. Может стать ядом, а может подарить исцеление. Единственное спасение или верный спутник отваги и веры в завтрашний день. Надежда. Вот что он тогда увидел. Среди разрушенного мира, бесчисленных опустошённых полей, недружелюбных пришельцев, потухшего взгляда нового друга. Во всём этом многообразии оттенков отчаяния вдруг засиял не маленький огонёк Света, а огромный белый шар, с того момента вернув жизнь не только телу, но и душе. Заполнив пустоту. Дав нечто хрупкое, что можно в одночасье потерять, но что стоило того, чтобы защитить. Но было и кое-что ещё. С самых первых мгновений он ощущал его, кого-то другого, кем возможно был. Не настойчивый голос безумия или что-то такое, нет. Просто напоминание, как одинокая записка на зеркале, к которому ты можешь и вовсе не подходить. Вот только вместо букв там было твоё отражение, покинутое задорной улыбкой и сиянием глаз, оставив на смену себе мрачный, пронзительный и сосредоточенный облик. Кого? Кто-то очень важный и ответственный? Или монстр, по ошибке получивший дар Света? Подобная чистому листу память не давала ни малейшей зацепки, но самая последняя страница пустой книги сознания с издёвкой красовалась единственной строчкой, написанной кровавыми чернилами. Насмешка… Злорадство… Смерть... Стража, защитника человечества… Воина света, в конце концов! Его это вдвойне могло озадачивать и пугать. Особенно если, даже спустившись на самое дно своей души, будучи с собой максимально откровенным, ты чувствуешь в себе желание созидать, а не разрушать. Когда тебе не под силу объяснить, что вообще могло сподвигнуть на такие эмоции переродившееся в Свете существо до того, как это случилось. И даже если там произошло что-то ужасное, а худшие опасения подтвердятся… Раз он здесь, значит его простили? Или всё-таки то было нечто совсем иное и почти невесомый призрачный оттенок былого стал лишь тенью чего-то большего, что случилось в тот день. Может он что-то яростно и безумно защищал? В шлем знакомо стукнули уголком корпуса. На этот раз осторожнее, чем обычно, будто бы боясь, что это может сделать всё ещё хуже. — Рэй? Просыпайся, Рэй… — Фелису было жаль будить своего друга после пережитого и если бы тот мог, то нашёл бы для него самую лучшую кровать, чтобы дать дня два просто отоспаться. Но они всё ещё были в Аду и нужно взять вилы в руки самим, чтобы выбраться, иначе ожидаемая участь будет страшнее самой смерти. — Надеюсь, ты не делал завтрак… — страж тяжело сел, собираясь с силами. Очень долго они бродили по вентиляции и доступный путь уводил всё ниже и ниже, окончательно отрезая спасение на поверхности. Да, у Рэя было припрятано несколько пайков на крайний случай, но никто не подумал, что случай будет настолько крайний. Поэтому времени у него было не так уж и много. — Тут вообще нет ничего съедобного, — ответил Фелис, понуро убавив яркость подсветки и опустив грани корпуса. — Всё здесь или инертно или ядовито. Но тебе нужно съесть хотя бы половину энергетического батончика... Запас сил далеко не бесконечен, а при такой нагрузке они будут расходоваться вдвойне быстрее. Стоило признать, призрак не знал чувства голода и лишь с чужих слов мог попытаться представить его себе. Но богатое воображение рисовало мучительные образы того, что ждёт Рэя, когда их скромные запасы закончатся. — Мы уходим всё глубже и глубже… — вздохнул тот. — Надеюсь, мы успеем расставить всю взрывчатку, прежде чем… Просто взорви здесь всё, если я… Призрак дёрнулся, словно от пощёчины. Какая-то хладнокровная и рациональная его часть была согласна с этим. Они на службе Человечеству и Авангарду. Солдаты на войне. И если, погибая, солдат может забрать побольше врагов, то это хороший солдат. Вот только Фелис не желал мириться с подобной логикой! Рэй — его страж! Он — его призрак! И не пристало призраку хоронить своего стража! Даже если он и сам не видит пути к спасению… — Рэй… — Фелис попытался выдавить из себя уверенность, но его голос дрогнул, разбив и без того хрупкую иллюзию. Остаток фразы, которая была задумана воодушевляющей, прозвучал просто жалко. — Мы обязательно справимся… Если бы Улей был всесилен, нас бы поймали. — Если не убьёт Улей, то убьёт что-нибудь ещё... Мы просто тянем время, Фелис. А у нас его почти нет, — в голосе Рэя не было даже отчаяния, лишь сухая констатация факта. — Либо я взорвусь вместе с последней точкой, либо эти существа сами всё решат. Если тебя всё-таки волнует моё мнение, я выбираю первое. Фелис коснулся уголком корпуса плеча своего стража. Рэй прав… Как всегда прав… Но призрак не хотел признавать это, не в этот раз. — Мы не должны сдаваться… — голос Фелиса снова дрогнул. — Рэй. Ты знаешь... Я, как и все призраки, довольно многое видел... И несколько раз мне доводилось видеть людей, замёрзших насмерть буквально в нескольких метрах от домов. Представляешь, Рэй, они должно быть преодолели многие километры, продираясь через буран и холод, чтобы сдаться в одном лишь шаге от спасения. Сделай они последнее усилие, знай они, что за пеленой снегопада есть тепло и кров, они были бы живы. Но эти люди не знали. — Но мы и правда забрались очень далеко. К тому же... Ты никогда не задумывался, что было бы куда лучше, будь я, например… Как Амадеус? Мы бы точно не попали сюда, будь я как он, — грустно усмехнулся Рэй. — Да, нам всегда было весело в компании друг друга, но иногда мне кажется, что ты заслуживаешь стража получше. К страху и моральному изнеможению, терзавшим Фелиса, добавилась злость. Не на самого партнёра, но на его слова. — Даже думать так не смей! — ожесточённо воскликнул маленький робот и стукнулся корпусом о его нагрудник. Несильно. Он не смог бы ударить по-настоящему, даже если захотел бы. — Ты — мой страж. А я — твой призрак. Твой, а не чей-то там абстрактный! И вообще… Неужели ты не понимаешь, что мы попались просто из-за того, что шли первыми? Будь ты титаном или варлоком, у нас бы не было и крошечной тени шанса на спасение. — Но сейчас мы так глубоко и так далеко, что даже эту тень не видно. Я самый бесполезный в команде без Света, — вздохнули в ответ. — У меня нет упрямства, знаний и воспоминаний Хэйлы... Нет силы, опыта и спокойствия Амадеуса… Я просто обычный страж, который ничто без Странника. И мы просто пройдём дальше и умрём. Есть лишь шанс выбрать смерть самим. Рэй затих, испугавшись собственных слов. Что же он такое говорит? Не он ли убеждал Хэйлу, что поможет ей? Чего стоят слова того, кто сейчас сидит и хнычет своему призраку как ребёнок, пока Улей с ног сбивается, но не не может их найти? Фелис ещё меньше стража и у него нет шансов защититься самому. Каково ему будет остаться здесь одному, если напарник погубит себя унынием, так страстно желая смерти? Нет-нет… Он не должен так говорить… В памяти в очередной раз всплыл первый день в башне. Образ Странника, которого страж увидел впервые. Чувство тепла, Света… До дрожи... До слёз, если угодно. Но не чувство отчаяния. Ему там не было места. Нельзя… Нельзя бросать призрака одного с этим всем, плавая в водах отчаяния. Они должны вместе это пройти и, если судьбе будет угодно, выбраться, либо пасть с честью, чтобы ни о чём не жалеть. — Рэй... — Фелис прижался к его нагруднику, его корпус мелко дрожал. — Я не знаю, что нас ждёт. Не знаю, куда нам идти… Но Свет не просто дающая нам силы энергия. Надежда — это Свет. Вера — это Свет, — голос призрака звучал неестественно, синтетически. Эмоции душили его, мешали говорить. — Не позволяй Свету угаснуть… Без него мы погибнем. Ты погибнешь. Его обхватили знакомые пальцы, сейчас мягко, не неся в себе угрозы. Рэй смотрел сквозь шлем, но понять о чём тот думает было нельзя. Жаль, что рядом не было друзей, чтобы не дать сойти с ума. Рэй всегда помогал другим, когда им было плохо, но когда помощь понадобилась ему, остался лишь собственный призрак Каким-то образом, единственный глаз того смог выразить бурю эмоций, терзавшую всё это время. Страх и надежда, отчаяние и вера… Фелис не знал, что им делать. Но ему было безумно больно от мысли, что это конец. Века поиска стража увенчались успехом. Рэй — его лучший друг, партнёр и симбиот! Неужели их история закончится здесь, в темноте, сырости и грязи медленно гибнущей Аркологии? — Нам нельзя сдаваться, — с мольбой вымолвил он. Страж молчал. — ... нельзя, — совсем тихо сказал Фелис. — А как они обслуживали Аркологию снаружи в самом низу? — вдруг спросил Рэй нормальным голосом. В первый миг Фелис даже не понял, о чём он говорит. Как это вообще связано с тем, что они делают? Это же вопрос из категории “интересно, как здесь выращивали картошку?” Но Рэй сказал это таким тоном, что сомнений не было — у него появилась некая идея. И призрак, уцепившись за знакомые нотки в голосе, сам попытался представить себе самое дно этой титанической конструкции. Внезапно он начал догадываться… — Не уверен, что они делали это лишь изнутри… — Именно! Здесь же повсюду одна вода. И куча техники, которая иногда ломается. Что они делали, когда нужно было оказаться снаружи в самом внизу? Точнее, на чём они это делали? — голос Рэя становился всё живее и он резко поднялся на ноги. — Самоубийство отменяется. Похоже путь наверх нам перекрыт, но мы всегда можем пробить дно!

***

— Ты уверен, что запереть её в одной из комнат, ещё и без намордника, было хорошей идеей? — спросила призрак Джона, уже много часов слушая периодическое желание Хэйлы во всех подробностях объяснить, куда именно её собираются запихнуть собственному стражу. — Я понимаю её горе, но… Джон закончил нарезать лук из запасов и размашистым движением высыпал его на сковородку. Тот радостно зашипел на раскалённом масле, будто они всё ещё были на Земле и снаружи жизнеутверждающе светило яркое солнышко, а не унылый белый шар среди туч и бесконечно падающей сверху воды. Каждый медитировал как умел... — Ей нужно это пережить, — произнёс мужчина, вытерев со лба пот тыльной стороной ладони. — Если её выпустить, то она наверняка убьёт саму себя. А так… Есть шанс, что она сможет с этим смириться и продолжить жить. — А если парнишка и правда жив? — и эта туда же. — Ты действительно в это веришь? — Джон с грустной улыбкой покачал головой и закрыл сковороду крышкой. — Селена… Ты не хуже меня знаешь, что скорее всего его уже принесли в жертву. Улей не станет церемониться с пленным стражем. — Да, знаю, но этот титан... Амадеус. Кажется он не шутил, когда решил твёрдо верить в его возвращение, — заметила она. По коридору разнеслась новая порция проклятий. — Иногда вера, это просто вера… Не пойми меня превратно. Я хочу, чтобы парень выжил. Но лучше быть пессимистом и радоваться тому добру, что на самом деле происходит вокруг, чем оптимистом и постоянно разочаровываться в иллюзиях, — Джон бросил взгляд в сторону комнаты, послужившей камерой. — А для кого-то подобная вера может быть губительней принятия. — Амадеус сказал, что если Рэй жив, то ему бы не помешал Свет нашей веры, — похоже призрак была невероятно очарована личностью воина. — Ты же сказал, что паладинов не существует. Джон удивлённо посмотрел на Селену. Стражи нечасто производили на неё впечатление. Чаще всего призрак ограничивалась с ними простой вежливостью, что не мало льстило собственному, удостоенному полного внимания. — Я не говорил, что их не существует. Как минимум существовал Сейнт и здравствует Завала. Но ещё был Резил Аззир. Так что да… Я не доверяю тем, кто заявляет о подобном при отсутствии у себя прагматичной мотивации. Обычно это указывает на психическую нестабильность. Или хорошую игру для публики. Но что до веры… Если парень всё-таки мёртв, то эта девушка так и сама сведёт себя в могилу. Может быть это и было бы красивым ходом в романтической балладе. Но мы-то на войне. — Я лишь предположила, — ответила призрак, иронично поиграв гранями белого корпуса. — Кем вообще должен быть страж, чтобы выжить в подобном месте без Света и вернуться назад?

***

Обнаглевшие от собственной вседозволенности и безнаказанности, а также от отсутствия каких-либо указаний со стороны командования, по причине полного отсутствия такового, Фелис и Рэй закончили с последней взрывчаткой, вновь скрывшись в недрах вентиляции. Призрак назвал штуку, к которой они её прилепили, какими-то заумными словами, но охотник мыслил как некоторые титаны и понял лишь главное — рванёт так, что мало не покажется. Причём это давало реальный шанс качественно и надолго заблокировать Улью доступ на поверхность через эту сеть коридоров. Впрочем то, чем сейчас занимался страж, слабо вязалось с его грандиозным планом. Он карабкался по вентиляции наверх, упираясь в стенки по бокам, чтобы… Рэй отпустил руки и полетел вниз, проламывая собой пол и вероломно влетая в новый вентиляционный виток. Фелис хорошо рассчитал, что здесь самый слабый участок для попадания прямиком в соседнюю трубу. К счастью, они не пролетели дальше. Конструкция предполагала защиту от ржавчины, а не от падучих стражей. Это же не Башня, здесь к такому не были готовы. — Фелис, мы просто животные… — простонал Рэй. — Муахаха! — воскликнул призрак, быстро исцеляя полученные повреждения. — То есть мяу! — Нам есть чем ответить титанячьим лапкам в вентиляции. Охотничьи задницы! — возможно у парня нарушилась подача кислорода в шлем, потому что его веселье напоминало пир во время чумы. — Да ты просто кремень! — рассмеялся Фелис сверяясь с картой, добытой в процессе раскладывания взрывчатки по разным этажам. — Вот уж точно, Улей никогда бы не догадался, что мы будем двигаться вниз, а не вверх. Если выживем, потребую от Моути, чтобы он написал про это песню! Например балладу. Рэй не стал уточнять, что он чувствовал себя чугунным утюгом, брошенным в эту вентиляцию и грустно ломающим своей небольшой тушкой все перегородки на пути. Иначе пришлось бы объяснять, где и когда страж вообще сумел найти данное устройство, чтобы знать про него. Иногда Хэйла рассказывает об очень странных вещах… И призрак был чертовски прав. Потребуется гораздо больше времени, чтобы понять, что эти двое стремительно и изобретательно сами прыгнули в пропасть, попутно разбрасывая взрывчатку. Этот план слишком безумен и от того совершенно не очевиден. А мысль о том, как это их возвысит в глазах собратьев, если удастся выбраться, органично дополняла окутывающий всё собой флёр безумия. Рэй осторожно съехал вниз ещё на несколько метров и упёрся в новую решётку. Снаружи было темно, но добытые призраком данные упорно твердили, что это технический отдел и ничем иным он быть просто не мог. — Подожди здесь, — сказал Фелис, прислушиваясь к сканерам и выбираясь вперёд на разведку. Спустя минуту он вернулся. — Всё чисто. Страж толкнул решётку, но та не поддалась. Пришлось пнуть, а после толкнуть плечом, чтобы в следующий миг вылететь с ней как со щитом. — А теперь молимся. Молимся Страннику и Свету, чтобы мы не ошиблись, что у них действительно было что-то плавучее и оно уцелело или хотя бы подлежит ремонту, — Рэй аккуратно поставил решётку у стены. Фелис включил подсветку на максимальную яркость, рассеивая темноту. Интересно, был ли здесь кто-нибудь после того, как люди покинули Аркологию века назад? Их взору предстал просторный зал, в котором на стапелях стояло пять ярко-оранжевых подлодок. Небольшие, около десяти метров в длину, они предназначались для обслуживания внешних модулей нижней части комплекса. Учитывая, как глубоко страж и призрак забрались, не казалось удивительным отсутствие здесь следов деятельности Улья. Даже они ещё не спускались на такую глубину. Возможно считали, что тут просто не было ничего ценного. Радостно освещающий всё вокруг Фелис бросился вперёд, чтобы приступить к сканированию лодок и окружающего оборудования. — Всё же... На всякий случай, будь осторожен, — страж безусловно был прав, но такая забота сама по себе грела душу. — Само собой! — радостно воскликнул Фелис. Он и не думал расслабляться. Впереди их ждал самый рискованный этап всей авантюры. Пять простоявших здесь века лодок и шлюз, лишённый питания, равно как и механизмы стапелей. Он представлял собой две тяжёлые створки на дальней стене пустого бассейна, у в противоположной от лодок части зала. Когда-то, с помощью подъёмного крана, те спускались в это углубление и на вагонетке вывозились в пространство между створок. Внутренняя створка закрывалась, а через клапан на внешней шлюз постепенно наполнялся жидкостью. К счастью техника Золотого Века строилась с огромным запасом прочности. Нет, коррозия брала своё, но Фелис быстро придумал, как из трёх неисправных лодок собрать одну, относительно исправную. Задача открытия шлюзов виделась ему более сложной. Однако не мудрствуя лукаво, призрак придумал как запитать их от реакторов оставшихся кораблей. А чтобы энергии точно хватило, решил не прибираться за собой. Зачем открывать шлюз как шлюз, когда его можно просто распахнуть как форточку? Если начать затопление лодочной станции, то субмарина всплывёт со стапелей и своим ходом покинет это негостеприимное место. Сложность оставалась лишь в управлении внешней створкой и в защите импровизированных источников питания. Слишком сильный поток просто смоет лодку и расколет её как орешек. А вот мысль о том, что если Улей всё-таки их выследит, то его будет ждать неприятный сюрприз, приятно грела душу маленького робота. — Рэй! Помнишь ты жалел, что не являешься титаном? — спросил Фелис. Если бы он мог довольно потирать руки, то обязательно сделал бы это. — Даже не думай. Я отказываюсь есть мелки, — сказал парень, следуя за своим призраком. — Мелки? — ехидно переспросил Фелис. — Нееет, от этой участи я тебя избавлю. Ты будешь грузчиком! Действительно, Фелис мог переставлять электронные чипы, но никак не маневровые двигатели и компрессор. — Ладно, я согласен на мелки, — сдавленно пискнул Рэй. В теории для подобных работ здесь использовались краны. Нужные детали легко поднимались и опускались на новое место. Но электричества, чтобы включить громоздкую машину, просто не было. Его не было даже на освещение. Потому первым делом Фелис, совершенно варварским образом, выдрал проводку из стены, чтобы завести внутрь одной из лодок, которая и стала источником питания. Ещё полчаса призрачного труда и на потолке зажглась часть ламп. Однако поломки крана оказались слишком существенными, чтобы Фелис смог что-то с ними сделать. И стражу всё равно пришлось примерить на себе роль грузчика. Спустя ещё час боли, страданий и перетаскивания предметов, сопоставимых по весу с самим Рэем, Фелис радостно отрапортовал что ему нужно ещё чуть-чуть времени. Чуть-чуть затянулось на час, за который страж успел вздремнуть. Но наконец дело было сделано и оранжевая субмарина приготовилась к старту. — Главное, чтобы нас не смыло, — взволнованно сказал маленький робот, глядя через иллюминатор на ангар. Всё было сделано и смысла ждать просто не оставалось. Поэтому призрак послал сигнал клапану на внешней створке шлюза. Тот открылся и струя жидкого метана хлынула в ангар, быстро затапливая камеру. — Мы обязаны выжить только чтобы увидеть выражение лица Хэйлы, — Рэй напряжённо следил за жидкостью. — Или эта древняя штуковина просто развалится снаружи от давления и мы умрём… — Не развалится! — жизнерадостно воскликнул призрак. В корпусе он был уверен из-за троекратного сканирования повреждений. Вот то ли дело маршевый двигатель… Он как раз дышал на ладан. Слишком много деталей, чувствительных ко времени. Конечно Фелис вынул из пяти лодок самое лучшее, но даже так он боялся что машина подведёт. Метан переполнил углубление шлюзовой камеры и начал подниматься выше, постепенно затапливая пол зала, скрывая под собой брошенные инструменты. Фелис предусмотрительно понизил плавучесть лодки до минимума, чтобы её не смыло со стапелей. Но, даже зная всё это, призрак не сдержал нервную дрожь, когда уровень жидкости сравнялся с дном лодки и медленно пошёл наверх. Спустя несколько томительных минут, робот снова послал сигнал, на этот раз внешним створкам шлюза. Если они сейчас не откроются, всё будет потеряно. Но Фелис оказался достаточно компетентен, чтобы этого не произошло. — Рэй, — довольно сообщил Фелис. — Остался последний рывок! — Заводи, а я лучше закрою глаза, — сообщил храбрый защитник человечества. Фелис молча подключился к системам субмарины и начал аккуратно повышать плавучесть. Никто не предполагал, что сам ангар будет затоплен и она пройдёт путь из него своим ходом. Но жидкость дошла до автоматических клапанов, надёжно изолирующих лодочную станцию от остальной Аркологии. Ювелирно-точными движениями, Фелис поднял подводный кораблик вверх и одними лишь рулевыми двигателями повёл его к распахнутому шлюзу. Получить пробоину сейчас было бы просто до-нелепости обидно. Но вот шлюз пройден и бескрайний океан раскинулся перед подводниками любителями! — Кажется мы почти справились! — воскликнул призрак, включая маршевый двигатель и уверенно беря курс к поверхности. Со стороны кормы послышался неприятный скрежет… — А теперь серьёзно, Фелис. Нахрена мы это всё делаем? Мало нам было Улья… Зачем мы попёрлись в океан?! — добавил остринки Рэй. — Лучше Улей? — возмутился Фелис. — Это просто ветер! Радар издал писк, привлекая внимание стража и призрака. Там было что-то большое. И оно приближалось… — А это тучка? — спросил парень тоном обречённого. — Может помехи? — предположил Фелис. Однако “туча” приближалась. Скрежет раздался снова и свет мигнул. — Фелис? — Ветер, — всё ещё верил в лучшее призрак. Когда подобное происходило с летающей техникой, это оправдание работало. Тем временем “тучка” оказалась в зоне видимости. Под толщей океана было слишком темно, чтобы хорошо разглядеть это существо. Кит? Червь? Водяной дракон? Свет погас и с громким хлопком двигатели умолкли. — А теперь можно панически орать? — спросил Рэй в тишине. — Это просто туча, — неуверенно сказал Фелис. — Ты посмотри, какого она цвета. — Какого? — ГИГАНТСКОГО! Фелис заорал. Рэй вторил ему, вскакивая со своего места и влетая в приоткрытую дверь в кромешной тьме. Призрак бросился следом. Нужно починить корабль! Или эвакуироваться! Но тут нет спасательных капсул! И спрятаться тут негде! И электричества нет! И темно! А ещё они опрокинули шкаф, открученный от стены во время технических работ… Рэй минут десять мрачно и сосредоточенно наблюдал за “тучкой”. — Ну хорошо. Он нас не видит. И кажется мы продолжаем всплывать… — подвёл итоги охотник. — Возможно это существо не считает нас едой? — подал голос Фелис, копающийся в технике. — Значит у меня для тебя две новости. Маршевый двигатель я уже не запущу и подъём займёт ещё несколько часов… Но по крайней мере маневровые двигатели смогу оживить и мы подплывём к какому-нибудь трапу, — и, немного подумав, радостно пропел. — Не бойся, Рэй, мы не утонем. Стражи не тонут! — Ты намекаешь на то, как я пахну после Улья?