Судьба

Ветер завывал в частично разобранной для ремонта вентиляции, словно в инфернальной громадной трубе, но Хэйла не слышала этот звук. Сейчас она не замечала ничего вокруг себя, сидя на краю койки и стеклянным взглядом сверля вещи Рэя. Разум просто отказывался принять саму возможность его смерти, но опыт кричал что даже страж со Светом, схваченный Ульем, был обречён. И ждущая его смерть окажется в сотни раз хуже, чем любая другая. Не заправленное одеяло, подушка со следом головы, планшет и бутылка воды на тумбочке рядом с кроватью. Всё выглядит так, как будто Рэй вышел на несколько минут. Но только это неправда. Хэйла смутно помнила дорогу назад… Грохот, огонь, чужая и своя кровь на руках. Они бежали, сражались прорываясь сквозь отряды улья и снова бежали. Девушке показалось, будто прошли часы, но в реальности всё это длилось лишь двадцать минут. Пока в крови кипел адреналин, а вокруг были враги, разум оставался сосредоточен лишь на борьбе и выживании. Однако, когда оборонительные линии стражей остались за спиной, Хэйла осознала, какую ужасную ошибку они совершили. Один удачный рывок мог бы спасти Рэя. Но они бежали, спасая себя… И что теперь? Он уже мёртв. Точно мёртв. Лучший друг. Тот, кто вытащил её из пучины апатии. Охотник, подававший такие надежды... Мёртв. Хэйла перевела взгляд на свои руки. Некогда белые перчатки, наскоро перекрашенные призраком в камуфляж с помощью травы и земли. Теперь они покрылись толстым слоем грязи, кровью и ихором Улья. Она даже не поменяла и не почистила одежду, вернувшись. Глубинная часть, та что помнила и знала как быть человеком, хотела разрыдаться, рвать волосы на голове и выть до хрипоты. Вот только вместе с другом погибло что-то, что даровало каждому человеку способность выплеснуть боль от горя утраты. Теперь Хэйла могла лишь сидеть на своей койке и, не моргая, сверлить взглядом кровать Рэя. Она чувствовала, что этот пробудившийся стал важен для неё, но сам он даже не представлял насколько. В памяти всплывали тысячи моментов. Важных и незначительных. Весёлых и грустных. Как много их накопилось за десять лет… А теперь этого нет. Нет. Нет? Хэйла хрипло вдохнула, распрямив спину. Нет? Но почему она так решила? Рэй — страж. И он силён. В ближнем бою значительно сильнее, чем сама варлок. Что если он смог каким-то чудом спастись? Хэйла не знала. Но была уверена, что если это так и он где-то там, в Аркологии, то ему нужна помощь. И точно так же она понимала, что никогда не простит себе, если из-за её медлительности самый близкий друг утратит и этот крошечный шанс. Утробный рычащий звук, против воли зародившийся в груди, перешёл в яростный крик. Вскочив на ноги, девушка бросилась к своей тумбочке, чтобы схватить шлем и быстрым шагом броситься к двери… Но обнаружила лишь пропажу автомата, оставленного у входа в комнату. — Куда он делся? — нахмурилась она, держа шлем в руках. — Кто? — Моути, всё это время без движения лежавший в углу комнаты, медленно взлетел. Крошечный призрак, только начавший возвращать себе былое жизнелюбие, провалился в самые пучины отчаяния. — Автомат, — Хэйла проверила самые очевидные места, но оружия нигде не было. Вообще никакого оружия, кроме её револьвера в поясной кобуре. Моути не ответил, он не знал. Но всё-таки взлетел в воздух, приблизившись к своему стражу. Маленький робот выглядел болезненным настолько, насколько это вообще могло быть видно по призраку. Мрачно кивнув, Хэйла распахнула дверь. Если она права, то сейчас не было времени на поиски своего автомата. Можно взять какое-нибудь другое оружие в арсенале. Так быстрее. Но вот только стоило ей переступить порог и выйти в холл, как дорогу преградил Джон, сидящий на кресле, сваренном из листов железа. Варлок закинул ногу на ногу и читал книгу в бумажном переплёте, а рядом, прислонившись к подлокотнику, мирно покоился её автомат. Закрыв книгу, Джон положил её на колени и поднял взгляд на Хэйлу. В его глазах было странное сочетание печали и спокойствия. — Не буду говорить банальностей вроде “Куда ты пошла?”, — мужчина сомкнул пальцы в замок перед собой и поставил локти на колени, наклонившись вперёд. — Мы оба понимаем, что ты задумала и куда ты идёшь. И я не могу позволить тебе это сделать. — Что? — Хэйла опешила от такой наглости. Этот… Этот вор! Он украл её оружие, а теперь ещё и не даёт сделать необходимое?! Кем он себя возомнил! — Ты вправе злиться, — Джон поднялся с кресла и сделал шаг навстречу Хэйле. — Но Завала, от лица Авангарда, поручил мне размещение стражей и я несу за вас ответственность. Сейчас ты не в себе. Даже если ты и права… Шансов критически мало, так ты только погибнешь за зря. — Нет, — Хэйла сомкнула руки на груди. В таком состоянии сложная беседа давалась особенно плохо. К тому же Джон был вооружён и элементарно выше. Если дело дойдёт до драки, то она не сможет победить, не убив. А в таком случае дороги назад уже точно не будет. — Рэй мой друг. И я осознаю риск! — Ты думаешь, что осознаёшь риск, — веско ответил Джон. — Но это состояние аффекта. Позади девушки послышались шаги и кто-то остановился, не говоря ни слова. Амадеус, а это был именно он, тоже ловил себя на подобных мыслях. Вот только он не был склонен поддаваться настолько безрассудным порывам, привыкший нести ответственность за себя и свою команду. И сдвинуть его с места, если тот решит не дать уйти, было практически нерешаемой задачей для варлока без Света. Хэйла перевела взгляд с Джона на Амадеуса. Это был какой-то план? Или фатальная случайность? — Я страж. Такой же, как и вы. И я имею право идти на помощь! Я не требую, чтобы кто-то шёл вместе со мной! — сказала она. — Давай представим две возможные реальности, — Джон поднял перед собой ладони на манер чаш весов. — В одной Рэй погиб, — левая рука опустилась вниз. — И там ты, отправившись спасать его, тоже погибнешь. Мы потеряем двух человек. И это не считая урона моральному духу всей операции... А в другой реальности твой друг нашёл какой-то способ спастись, — Джон опустил и правую ладонь. — Но Аркология огромна. И шанс того, что направившись в неё ты сможешь найти его и не погибнуть сама, исчезающе мал. И потому ваше выживание и гибель становятся равновероятны. Например… Просто представь, что почувствует Рэй в такой реальности, если выйдя наружу, спасшись, узнает, что ты умерла отправившись за ним? — Джон мрачно хлопнул в ладоши. — Я не знаю, что является истиной. Но в любом из вариантов неизвестного нам события твой риск приведёт только к худшему. — Его шансы больше, чем твои. Он охотник, — сказал Амадеус и тут же всколыхнул душевные раны ещё сильнее. — Я верю, что он найдёт выход. Только сейчас Хэйла заметила в коридоре дверь, которую явно несколько раз ударили до внушительных вмятин и сорвали с петель. Судя по тому, что предусмотрительный варлок не начал разбирательств по этому поводу, он явно решил, что его череп ценнее предметов обстановки, чтобы отдавать тот на растерзание разгневанному титану. И в словах Джона определённо была логика. Логика… Но вот только, повинуясь логике, они уже бросили Рэя однажды. Подвели его! Может быть стоило хоть раз поступить не логично, а правильно? Для начала нужно суметь пройти мимо этих двоих. Поэтому сейчас придётся… Додумать она не успела. Должно быть что-то такое отразилось на лице и Джон вскинул правую руку, после чего облако газа из распылителя в наруче окутало её голову. Хэйле даже не понадобилось сделать вдох, чтобы сознание поплыло и отключилось. Но прежде чем она упала, варлок сократил дистанцию и, поймав за плечи, осторожно посадил на освободившееся кресло. Моути, молча наблюдавший всё это, дёрнулся было вперёд, но упёрся в леденящий душу взгляд: — Даже не думай. На какой-то миг, глядя в эти глаза, призрак испытал настоящий ужас. Этот человек пугал одним лишь взглядом. Да кто он такой? — Для её же блага. Просто будь рядом с ней, — вывел робота из ступора голос более дружелюбного Амадеуса, удивительным образом вернувшего себе самообладание. Сцену погрома в исполнении титана застал только Джон, из-за чего складывалось впечатление полной непоколебимости и святой веры в завтрашний день. Казалось, тот всё-равно был абсолютно уверен, что Свет снова взойдёт и засияет подобно Солнцу. Отчасти так оно и было. Воин позволял себе надежду. Всегда! А вот Джон не верил, что охотник вернётся. Чудеса случаются очень редко и, чтобы спастись из лап улья, нужно воистину нечто не меньшее, чем чудо. Но всё же… Он не стал говорить это вслух. Чувство такта покидало варлока лишь с теми, кого тот хотел убить. А эти стражи и призраки точно не были врагами, они лишь поддались отчаянию. Джон лишь кивнул: — Нам всем тяжело. И если мы хотим справиться, то должны поддерживать друг друга. Иначе погибнем. — Рэю поддержка не помогла, — впервые за долгое время подала голос появившаяся Афина. — Ты ведь не веришь и в самом деле, что он мог выжить? Это невозможно. — Я... Верю, — по голосу Амадеуса сложно было понять, о чём тот думал. — Снова решил быть маяком надежды? — вздохнула леди призрак. — Ты никогда не был реалистом, как и твои друзья. Именно это их погубило… Но... Вот только ты выжил. И всегда выживал. Поэтому я тоже попробую поверить. — Да, Афина. Лучше верь, — было странно видеть, как большой и суровый титан, прошедший слишком многое, в этот миг превращался в почти мальчишку со слепой верой. И в то же время в этом что-то было такое… Слабые искры убеждений в словах других, всегда превращались в негасимое пламя из уст Амадеуса. Он умел говорить столь убедительно, что присутствующие начинали невольно соглашаться с этими словами, вопреки своим убеждениям. Но Джон видел слишком много разбитых надежд, чтобы слова титана заставили его изменить своему скептичному настрою. И всё же, всё-же… Что-то шевельнулось в груди варлока. Может парнишка сможет спастись? Может быть чудеса бывают не только в сказках?

***

Улей. Такое простое слово. И как же слабо оно отражает всю ту противоестественную, отвратительную, неживую суть этих пришельцев. Многовековое могильное безмолвие сковало пещеры. И ничем иным было невозможно назвать извращённо-чуждые, вечно гниющие в своей нежизни, тунели Аркологии. Словно болезнь, разъедающая человеческое тело, эти существа спустились с далёких холодных звёзд, чтобы нести смерть. Падшим нужны ваши ресурсы, кабал жаждут подчинения, мотивы вексов слишком непонятны. Но улей… Они жаждут лишь одного. Вашей смерти. Целые эоны они бороздили вселенную, собирая жатву смерти для своих тёмных богов, уничтожив бесчисленные виды и миры. Земля стала бы лишь одной из точек в бесчисленном списке их жертв. Если бы не Странник. Кто-то скажет, что улей пришёл сюда из-за него. Возможно и так. Но разве они пощадили бы человечество, когда Солнечная Система оказалась на их пути? Нет. Улей не знает самой концепции пощады. Их извращённый крестовый поход, кровавым шлейфом тянущийся из тьмы веков, должен был подобно лавине смести даже само упоминание человечества. Но этого не произошло. Свет в руках стражей дал им достойный отпор. А кульминацией этой войны можно было бы назвать триумф Города, когда Джейн убила Орикса. Но теперь Свет погас и защитники человечества стали лёгкой добычей. Страж без света представлял меньший интерес в качестве жертвы на алтаре, но никто не сказал, что немёртвые не ведают жажды мести. Идущее на позиции стражей наступление требовало всех доступных ресурсов, поэтому этот отряд не был особенно большим. Рыцари, захватившие в бою Рэя, не собирались отказываться от добычи и, в сопровождении десятка подчинённых существ, всё глубже и глубже уносили того в недра своих владений. Они чувствовали себя вольготно — стражи отступают, а та единственная, у которой есть Свет, покинула Титан. Тут им ничто не угрожает и не помешает доставить свою ношу туда, где можно было использовать его смерть в своих целях. Дрожащий от ужаса Фелис тщетно искал хоть какой-нибудь путь к спасению, но не находил. Это были не привычные леса и поля родной планеты. Это — мёртвые пещеры. Тут больше нет места ни для чего человеческого. Чтобы хоть немного успокоиться и отвлечься, призрак непрерывно сканировал своего бессознательного партнёра, боясь прикоснуться к нему лечебными силами. Улей заметит. Непременно заметит! И что сделает? Рэя Убьют? Или прибегнут к силам Тьмы? Хуже всего было то, что Фелис даже не догадывался, сколько ещё продлится этот поход. Куда их вообще несут? К ближайшему колдуну? Или в какую-нибудь особую клетку для стражей в недрах владений улья? Сердце Рэя билось ровно, лишь слегка замедленно. Его просто оглушило. Не было ни существенных кровопотерь, ни контузий. Но что это меняет? Они всё-равно почти трупы. Спасения нет. Сканеры Фелиса сосредоточились на рыцаре улья. Призрака передёрнуло от отвращения. Всё, начиная мертвенной кожей и скелетообразным телом, и заканчивая глазами, похожими на болотные огни, складывалось в облик ночного кошмара. Как вселенная вообще могла породить ПОДОБНОЕ? Чтож… Теперь призрак понимал, из-за чего Хэйла временами ведёт себя настолько скверно. Не сложно сопоставить даты, чтобы понять, что её юность как стража выпала именно на войну с Ульем. О своём участии в провальной высадке на Луне она не любила говорить, но и большой тайны не делала. А Фелис снова “прислушался” к Рэю. Он зафиксировал увеличение мозговой активности и тихим дрожащим голосом прошептал: — Рэй, нас схватили. Не подавай вида, что ты в сознании… Страж не шевелился, словно уже давно покорился жестокой судьбе. От удара у него болела голова, но все чувства возвращались и сознание приходило в прежнее состояние. Он задался пугающим вопросом о судьбе своих друзей… Не стоило. Следовало сосредоточиться на собственном выживании. Фелис уловил учащение пульса стража. Хоть бы бойцы улья не были столь внимательны… Идущий следом за носильщиком раб дёрнул головой, будто прислушавшись. Неужели… Но нет. В действительности пришелец обратил внимание на воду, текущую в трубах за стеной. — Я точно не уверен, но прошло кажется около получаса. На какой-то момент я потерял счёт времени. И… — призрак сбился. Он не знал, что сказать. Что вообще можно говорить в такой ситуации? Теперь Рэю приходилось оставаться молчаливым слушателем. Не хотелось верить, что когда он сможет что-то сказать в следующий раз, тот окажется последним. Только к этому всё и шло. Фелис с двойным усилием “вгляделся” сканерами в пространство. Проеденные коррозией стены, наросты грязи, всегда оставляемой ульем… Уцелевший ярко-красный ящик пожарного шланга походил на злобную насмешку. Понимали ли люди, века назад повесившие его на эту стену, что вовсе не огонь прогонит их отсюда? Маленький робот взвыл бы от досады, не сковывай его страх обнаружить себя. Если бы только у них был Свет! Хоть маленькая толика Света! Эта жалкая горсть пришельцев не смогла бы и пальцем тронуть стража! Но Света не было... Зато было кое-что другое. Призраку даже не приходило в голову, что его бедный Рэй что-то рассчитывал и выжидал. Но теперь, в жесте столь же красивом, сколь и знакомо-смертоносном, тот бросил на землю две дымовые шашки, в следующий миг втыкая спрятанный в сапоге нож в шею схватившего его раба и резко дёрнул вбок, отрезая половину головы. Это была его личная смерть, подарок от Джейн, но страж с радостью поделился ею с ближним своим... Освободившись, пробудившийся перекатился по полу и, вскочив на ноги, побежал. Рабы позади, всё ещё дезориентированные от дыма, но заметившие уносящую ноги жертву, бросились следом и сбили одного из рыцарей. Если повезёт, это окажется тот самый, который ударил Рэя по голове! Хотя уже не важно… Они потревожили весь Улей в округе и каждый, мимо кого пробегал страж, начинал гнаться следом. Преодолев растерянность, Фелис испытал восторг. Он и забыл про эти шашки! Но радость от маленькой победы сменилась новой большой волной страха. Когда ты уже обречён на смерть, остаётся только ждать неизбежного, отсчитывать секунды до конца. А борьба придаёт страху поражения больший вес, фактуру, объём. После этого сгинуть будет горько вдвойне. — Сворачивай влево! — крикнул призрак, на ходу залечивая гематомы и микротравмы. — В том проходе их меньше! Рэй послушался. Ну и что же, что Света нет? Как сказала Хэйла, служба не окончена, а Завала в розовом пеньюаре всё ещё не спустился с небес, чтобы освободить от неё! Парень, стремительно мчавшийся по коридору под вой улья, резко приостановился и бросился назад, к великому ужасу своего призрака. Улей догонял и подобное промедление безжалостно крало драгоценные минуты жизни. Слишком самонадеянно было бы измерять её в часах. Страж бросился к стене, с разбега выбив чудом сохранившуюся вентиляционную решётку и смачно влетев в какую-то массу. Но на этом всё не закончилось — старая конструкция затрещала и Рэй провалился вниз, съехал по наклонной, выбил собой ещё одну решётку и снова проломил собственным телом пол под ногами, упав во что-то мягкое. Фелис, не теряя ни единой секунды, принялся за раны, полученные стражем при падении. В полуметре раскинул конечности прыткий раб улья, почти догнавший их. Ему повезло меньше — железный штырь, торчащий из пола, проткнул грудь насквозь. — Рэй! — воскликнул призрак, взлетая в воздух над стражем. — Ты как? — и тут же перешёл на шёпот. — Я… Я уже думал, что нам конец… — его голос дрогнул. — Я… Ненавижу… Чёртов... Улей… — медленно просипел страж, всё ещё не в силах просто встать. — Я… — начал Фелис, но из-за пережитого стресса его голос слишком дрожал. — Я не верил, что мы спасёмся. Думал, что они убьют нас… — он знал, что повторяется, но ничего не мог с собой сделать. Эта мысль набатом билась в его электронном мозгу. — Ты спас нас, Рэй! Спас! Снова... Стараясь отдышаться, парень сел и посмотрел на нож. Несколько мгновений и его плечи дрогнули, чтобы в следующий миг страж зашёлся смехом. Фелис в первый миг хотел заткнуть пробудившегося. Их же услышат! Но смех Рэя был столь заразителен, а искавшее выход напряжение столь велико, что робот сам начал издавать нервное хихиканье и рухнул на пол, слабо дёргая гранями корпуса и мигая подсветкой. Перестав смеяться, страж глубоко вдохнул и мрачно замолчал, понурив голову. — Ох, Фелис… — тихо сказал он. Издав ещё несколько по-электронному сиплых звуков, которые никогда не породила бы человеческая гортань, призрак начал успокаиваться. — Д-да, Рэй? — выдавил он из себя осторожным, всё ещё с нотками дрожи, голосом. — Самое время начать меня утешать… — голос парня начал выдавать всю боль и ужас, которые тот переживал. — Что же нам теперь делать? Фелису тоже было страшно. Очень и очень страшно. Он знал, что их утащили глубоко во владения Улья, а без Света пробиться к поверхности практически невозможно. Конечно ещё есть надежда на скрытность. Рэй умеет быть незаметным и даже от улья вполне сможет прятаться в тенях и узких проходах. Но с другой стороны, у них даже нет карты! А последнее бегство окончательно сбило у робота ориентацию в пространстве и сейчас он не смог бы сказать, в какую сторону им идти. Озвучивать всё это Фелис не стал. Его задача — помогать Рэю. Что он будет за призрак, если поддастся отчаянию в такой момент? — Нам нужно что-нибудь придумать, — сказал он с той верой, которую сам не испытывал. — Выбраться к своим. — Не очень убедительно… — в такие моменты проницательность Рэя была лишь во вред. — Ладно, друг мой. Я перефразирую. Как бы ты меня утешил, если бы знал, что эти идиоты не догадались забрать мой рюкзак? Определённо, у Рэя психотерапия получалась на голову выше… — Рюкзак… — Фелис задумался на мгновение и радостно воскликнул. — Рюкзак! У нас есть взрывчатка! Не слишком много. Но лавина начинается с камушка, а имеющегося запаса должно хватить, чтобы качественно заминировать что-то потенциально взрывоопасное. Увы, другие две трети остались у Амадеуса и Хэйлы. — Это значит, — в голосе Фелиса появились нотки неподдельной радости. — Что у нас есть зубы. Мы можем заминировать что-то и отвлечь от себя внимание. Причинить им настоящий вред! Какой-нибудь реактор или топливное хранилище… Они могут хорошо взорваться. — Ну что же… Сегодня я вдохновляю. Мы заминируем всё, до чего дотянемся, — усмехнулся Рэй, поднявшись на ноги. — Нам нужно придумать путь отступления, когда закончим. И мы не знаем, что с остальными, поэтому меня не тянет на самопожертвование. Я хочу просто убивать. Он двинулся вперёд, пошатываясь. Призрак знал своего стража. Знал, что тому нравилось быть тем, кем он сам его по сути и сделал. Не взирая на сложную натуру Рэя, тот предпочитал оставаться хорошим парнем, тянулся к Свету всей душой. И всегда был благодарен Фелису за такую значимую судьбу, чем далеко не каждый его собрат мог похвастаться. Но когда этот парень злился, он злился качественно и со вкусом. Окутывал, обвивал объект как змея, чтобы сдавить шею в нужный момент. И сейчас хотел сломать хребет. Возможно вскоре они вообще погибнут. Или, быть может, наоборот выберутся и Фелис наблюдает, как его самый близкий друг становится сильнее, в чём-то жёстче. И как бы то ни было, тот собирался причинить максимальный ущерб, а подобного таланта у этой парочки не отнять. — Нам нужен конкретный план действий, — сказал призрак, нагнав его и заняв место у плеча. Уверенность Рэя была заразительна. Да, они в аду. Ну и что же? Это не повод для отчаяния. Это лишь значит, что они могут наступать в любую сторону! — Желательно для начала добыть карту, чтобы понять, где мы и что тут можно подорвать. А ещё как найти дорогу к своим. — Угадай, кто займётся картой? — хмыкнул страж, которому словно выключили чувство страха, чего нельзя сказать о заднице, всё ещё посещаемой фантомной болью после такого грубого перемещения вниз. — Сложнее всего будет выбраться. Но мы должны найти способ. Просто представь лицо Хэйлы, если... Если она ещё жива… Чёрт… Ладно, с ней был Амадеус… Не думать об этом... Ну хорошо, теперь мы сами по себе. Ползаем по вентиляции как крысы. Осталось найти нужную проводку, сгрызть её и не поджариться самим. У меня даже остался нож и пистолет в рюкзаке. А на счету теперь уже пятьдесят три потерянных пистолета-пулемёта, сорок пять просто пистолетов и впервые в жизни мои ножи. Хорошо, что я решил прятать нож Джейн как талисман! Кажется нужно начинать привязывать оружие к себе на резинку... — Можно оставлять в нём немного взрывчатки и датчик расстояния, — серьёзно предложил Фелис. — Когда оно удаляется от тебя на двадцать метров — взрывается.