Судьба

Джон раздражённо закрыл ноутбук, а Рэй с прискорбным вздохом отложил планшет. Одна лишь Хэйла не отвлекалась от изучения записей своего коллеги Эшли, не в силах принять и осознать, что какой-то другой варлок не реализовал её идею раньше лишь потому, что отбросил свои варлочьи копыта. И пусть к ней в руки попала лишь информация о незавершённой сборке брони Элис, девушка почему-то всё сильнее подозревала, что у этого типа скелеты в шкафу были как минимум от птеродактилей. Однако её друзей это мало занимало. Читать в обстановке душераздирающего скрипа было решительно невозможно. А ведь всё так невинно начиналось… Они просто прикупили новую упаковку мелков для доски Хэйлы, но ошиблись и взяли разноцветный набор. Это, в свою очередь, сподвигло Элис совершить акт кражи, с последующими поисками применения. Жертвой вандализма пал стол. — Думаю, ты его уже весь разрисовала. Найди что-нибудь на улице, — раздался голос со стороны кухни, где Амадеус взял на себя сегодня роль повара. — Хрен ты меня отсюда вытуришь, здоровяк. Сам искал, вот теперь и страдай, — Элис издала ещё один мучительный звук. Титан решительно отложил половник, вытер руки и убавил огонь у плиты. Он так же степенно глотнул воды из кружки, чтобы смочить горло и что-то обдумать. После чего направился в сторону воительницы совершенно без угрозы, с самым дипломатичным видом, на который только был способен. В мирное время Амадеус стремился решать конфликт в первую очередь словами, но ему случалось договариваться и после хорошей драки, за что его уважал уже Джон. — Тебе стоит прекратить. Ты мешаешь им читать, — произнёс титан. — Раз я им мешаю, пусть говорят мне это сами, — фыркнула Элис и достала ещё один мелок, проведя яркую линию прямо по фартуку Амадеуса. Тот издал тяжёлый стоический вздох и покосился на стол. Затем на Элис… Снова на стол… А после сгрёб охапку мелков и засунул их себе в рот, звучно разжёвывая и тем самым начиная процедуру приучения к культуре. Элис открыла рот чтобы что-то сказать, но тут же закрыла, онемев. Они оба были настоящими титанами, отстаивающими честь своего класса, хоть и являлись противоположностями. Поэтому не стоило медлить и тратить время на пустую болтовню. Женщина просто так же сгребла содержимое коробки и начала демонстративно жевать в ответ. Со стороны дверей послышался грохот. Большой любитель пушек и просто лучший железный друг Джона — Том-4, бросил свой недособранный пулемёт, который нёс в мастерскую, поспешив понять происходящее. Он по очереди осмотрел не сводящих друг с друга взглядов соратников, а затем осторожно достал один мелок и надкусил его. — Хм? — экзо просто хотел постичь суть неизвестного ему ритуала. А вот в уголке чтения уже давно повисла напряжённая тишина. Рэй и Джон просто не могли поверить своим глазам. Титаны ели чёртовы мелки. И ладно Элис... Но первым начал Амадеус! — Титаны?.. — пискнул один. — Титаны… — вздохнул второй. — А? — ничего не замечающая Хэйла оторвалась от записей. *** Эрика рассматривала Город с высоты Стены. Ночные огни слегка отражались в её бездонных тёмных глазах, даря тем малый свет, так редко посещавший лицо своей обладательницы. Многие знания приумножают скорбь, увы. Особенно если ты знаешь худшие стороны людей рядом с собой. Но они же дают силы грамотно рассчитать, когда поставить подножку сопернику. Если же ты действительно способен пойти дальше и стать профессионалом своего дела, то со временем теряешь способность хоть немного сопереживать своим жертвам, разделяя мир лишь на своих и чужих. Однако сегодня мысли охотницы занимал не столько очередной объект поисков, сколько надежда. Она узнала нечто важное о пропавшем друге. То, что давало шанс на его возвращение. Элис успела увидеть только смерть Эшли, но не его призрака. Разумеется, шансы были маловаты… И всё же что, если маленький друг варлока был на самом деле ещё жив? Этот пробудившийся был одним из тех стражей, кто волшебным образом выходил хоть из пламени самой преисподней, что упоминалась в старых религиях человечества. Его острый как меч древнего самурая ум прекрасно дополнялся дикой и неистовой силой близкой подруги, делая напарников практически неуязвимыми. Они были подобны двум сторонам медали и их прервавшийся танец смерти начал сводить Элис с ума. И всё же Эрика не верила в смерть старого варлока... Да-да, он тоже был стар. Но если Джон идеалист, мечтавший сделать мир лучше, и научившийся держать свои амбиции в узде, то Эшли не такой. Таинственный, знающий себе цену, но не лишённый обаяния. Он как белая тень легко скользил среди себе подобных, следуя собственным интересам, в которые быть может и входили добрые мотивы. Однако с виду юный варлок был мудр, чтобы знать цену молчанию, не распространяясь о своих истинных мыслях. Либо вплетал их в разговор уж очень умело. И кто знает, сколько на его счету могло быть самонадеянно бросивших вызов стражей... Эрика не сдержала раздражённый вздох, побарабанив пальцами по перилам. Джон и Хэйла конечно толковые ребята, но им был нужен кто-то по-настоящему дальновидный. — Красная Война закончилась более полугода назад, — лёгкий на помине варлок не был столь ловок как охотники, но всё-таки умел тихо заходить в спину. Впрочем… Недостаточно тихо для Эрики. — Если бы призрак выжил, то уже нашёл бы своего стража. Слова Джона неприятно отдавали в его собственной груди, но он знал, что живёт не в доброй сказке со счастливым концом. Сколь много раз ему доводилось видеть, как хорошие люди погибают из-за дурацких случайностей, невнимательности и халатности. — Эшли всегда любил играть в сложные игры. Кто знает… — усмехнулась своим мыслям женщина. — И я отказываюсь верить, что этот изворотливый тип мог просто взять, лечь и умереть. Дело вовсе не в желании верить в лучшее. Когда-то я лично пыталась упокоить его душу где-нибудь подальше от Города. Не лучшая охота в моей жизни... — Я не отказываюсь от поисков. Надежда может быть и ведёт к разочарованию, но без неё ни в чём нет смысла, — ответил Джон, глядя на Город. — Но я заинтригован. Охота на варлока? — Его не заказывали. Формально... — в Эрике было что-то неуловимо утончённое и величественное. — Вытащил ценную безделушку у одного моего знакомого прямо из-под носа. Джон негромко усмехнулся и сам, взглянув на собеседницу: — Классика... И чем кончилось? — Мы ходили по лесу неделю и искали сигналы ближайших поселений, — крайне раздражённо фыркнула Эрика, но потом её лицо вдруг озарила зловещая ухмылка. — Вот только в процессе он потерял ту самую вещь. Ни малейшего представления, кто ещё мог её украсть. — Напомни, чтобы я не реквизировал вещи твоих знакомых, — рассмеялся Джон и с какой-то меланхоличной ноткой добавил. — Иногда я завидую молодым стражам, для которых быть одним из нас означает просто защищать Свет и Город. — Им неведом истинный опасный дух свободы, — похоже охотница вспомнила что-то своё. — Как и радость при виде флакона шампуня… — И зубной пасты… Но найди меня Селена на несколько веков позже, возможно, я стал бы титаном. Благородным рыцарем в сияющих доспехах… — Джон встряхнул головой, отгоняя этот образ. — В бездну… — Элис тебе не переплюнуть и за несколько столетий. Она неподражаема, — Эрика, с её спокойным и слегка кошачьим тоном голоса, впрочем, тоже. — Да и чем бы ты тогда заинтересовал своего любимчика Рэя? — Непробиваемой верой в то, что добро всегда побеждает зло, — Джон патетично вскинул руку, словно стоял на трибуне. — Задумавшись над этим, я представляю, насколько ужасным титаном был бы. Просто представь выражение лиц моих врагов, когда они, просыпаясь ночью, видели бы не фигуру в дорожном плаще, а огромную кастрюлю и два наплечника. Эрика вдруг нормально улыбнулась, на мгновение сбросив маску безразличия. Впрочем, она быстро восстановилась в своём презрении к окружающим. — Ты был бы таким же. Только, быть может, метра два ростом, — произнесла она. — И однозначно надоедливым... — Ещё более надоедливым чем сейчас, хотела ты сказать, — Джон поднял голову к ночному небосводу, усеянному россыпью звёзд. — Значит, скоро мы отправимся на поиски Эшли. Приятное разнообразие. Обычно, если команда стражей и направляется куда-то, то чтобы убить очередного особо опасного пришельца. — Элис упоминала выходящий на поверхность природный газ в том месте. Боюсь, мы рискуем зажечь сильнее, чем когда бы то ни было, — судя по озарившей её лицо новой зловещей ухмылке, весёлая резня в исполнении в очередной раз обезумевшей титанки будоражила кровь получше любого излюбленного охотницей и её призраком кофе, а перспектива этой самой резни среди огня была способна вознести зрелищность до небес.. От такого Джону даже на мгновение представилось, как Эрика могла выглядеть во времена своей юности. Чёрный костюм, плащ темнее покрова ночи, сталь в глазах, ветер, свобода и вырывающееся на фоне пламя взорванного корабля падших. Разумеется, куда уж без ночных гонок на сперроу без шлемов… Она сама их упоминала как-то раз. Джону всё больше и больше начинала нравиться эта личность. По мере того, как приоткрывалась истинная тайна градуса веселья, что могла испытать всегда такая холодная и безразличная Эрика. Он уже почти верил, что вещи, которые ломали и перекраивали личность самого варлока столетиями, вызывали у этой женщины лишь презрительную усмешку и она просто шла дальше. *** Джейн не любила чрезмерное внимание к своей персоне. По большому счёту, она вообще не стремилась к славе, но та сама находила её. И это не удивительно, когда за тобой закрепилась репутация древнего божества, снизошедшего со страниц легенд, чтобы спасти Человечество. Наверно именно поэтому она так легко сработалась с Рэем, Хэйлой, Амадеусом, Джоном и другими их друзьями. Честные стражи, не пытающиеся заискивать или как-то использовать её. К тому же Рэй и Хэйла достаточно много болтают сами, чтобы никто не пытался тянуть клещами слова из Молодой Волчицы. Вот и сейчас она предпочла пойти в Башню с товарищами, а не в одиночку. Невежливо скидывать навязчивых фанатов вниз. Завала просил так не делать. А безумцы, жаждущие заполучить автограф или оторвать кусок плаща, становятся сдержаннее, когда вынуждены иметь дело с группой стражей. — Уже закончила? — спросила Хэйла, закидывая на спину сумку с запчастями. Торговаться с Банши всегда немного странно, но варлок освоила эту науку и установила взаимовыгодные отношения с оружейником Башни, покупая те детали, которые не могла или не хотела производить сама. Джейн молча кивнула, показывая завёрнутый в ткань меч. Он был сломан и долго лежал в хранилище. Хэйла пообещала не только починить, но и улучшить его. Охотница согласилась. — Давно мы не заходили в Башню. Я хоть и покинул Город на много лет, но мне здесь нравится, — произнёс Амадеус, вдохнув свежий воздух. — Рэй тоже хотел заглянуть. Рэй? Парень стоял чуть в стороне, рассматривая Странника. У него было то самое жутковатое выражение лица, которое, как оказалось, принадлежало доктору Грею и ничего ужасного в этом на самом деле не было. Вот только на этот раз у учёного прошлого остались глаза привычного им Рэя, в таком двойном образе способного всем своим видом вдохновить на свершения не меньше Амадеуса. Или на злодеяния... — Рэй? — последний потрогал его за плечо. Парень вопросительно посмотрел в ответ, а затем вытащил из уха один наушник. Из того очень тихо послышалась рок-музыка, которую как правило предпочитала слушать Элис. — Что? — почти нервно спросил пробудившийся, которого отвлекли от эпических мыслей. — Ты как? — участливо спросил титан. — Амадеус, я клянусь тебе, если ты ещё раз спросишь, не снизился ли у меня уровень чая в крови, я подпрыгну и стукну тебя по макушке! — пригрозил Рэй добытой им бумажной книгой, что доселе просто лежала рядом. — Я мало что знаю о Золотом Веке и жизни до него, но Хэйла утверждала, что англичане могут падать без чувств, если вовремя не выпьют чай. Наверно поэтому ты такой маленький, — здоровяку явно было нечем заняться. — Даже в обмороки падаешь... — Амадеус, сейчас почти ночь! Кто пьёт чай ночью?! — Процесс запущен. Тебя начало волновать, который сейчас час и когда пора пить чай, — с непроницаемым лицом ответил Амадеус. Рэй скривился, задержав взгляд на несколько мгновений. — Ты, верно, мелок не свежий съел? — спросил он. Подошедшая Хэйла похлопала парня по плечу. — Не находишь занятным, что мы встретили Джона на Титане? — произнесла та. — Ты с британских островов. Джон, вероятно, тоже. Я из Петербурга. У погоды просто не оставалось шанса. Джейн усмехнулась, слушая эту шуточную перепалку. Но вместе с тем она в очередной раз задумалась и о своём отношении к Джону. Охотник за головами… Разве для этого Странник дал им Свет? — Приветствую, — привлёк к себе внимание знакомый титан, возвышаясь почти над ними всеми в своей зелёной броне. — Марс? — вспомнила Хэйла после короткого напряжения памяти. — Именно так, — ответил страж, лучась уверенностью не хуже Шакса. — Мы встречались в Гамбите пару недель назад. — Да, точно — кивнула варлок. Она плохо помнила детали того дня. Слишком сильно было впечатление от драки против Элис и Джейн. — Это был унизительный матч, — с мрачной иронией протянул Рэй. — Первобытник на вкус как испорченное мясо… — Нечего было рот открывать, — менторским тоном сказал Амадеус, которого ничуть не смутило, что он теперь здесь не единственный большой страж. — Это верно… — с добродушной усмешкой согласился Марс. — Честно говоря, не ждал такого. На самом деле я не большой любитель Гамбита. Свет нам дан чтобы защищать людей, а не соревноваться друг с другом. Помните это. — Но то же Горнило — хорошая тренировка, — отметил Моути. — Разумеется, — ответил титан. — Если относиться к нему как к тренировке. — И не попадаться Судному Часу... — Рэй опёрся на перила, его воспоминания были слишком свежи. — Они — те, у кого стоит учиться командной работе, — изрёк Марс. — По-настоящему я не люблю, когда кто-то берёт в Горнило слишком дорогое оружие. Что за радость от победы, когда твоя пушка делает за тебя половину работы? Так ничему нельзя научиться. Хэйла пожала плечами: — Это, конечно, всё так, но только где ещё научиться владеть своим новым оружием? Представь, некий страж впервые по-настоящему воспользуется своей игрушкой на миссии Авангарда и ошибётся. Там цена поражения выше. А Горнило на то и Горнило, чтобы учиться. — Тоже верно, — не стал отрицать это Марс. — Ну да… Пробовать свои силы на других стражах однозначно лучше, чем на пришельцах, — с сарказмом произнёс Рэй, чей подход к пришельцам доводил до истерики стражей в Горниле. — Тем не менее, ты всё равно ходишь в Горнило, — отметил Амадеус и сам призадумался. — Правда и Джон ходит… Если бы старый варлок использовал в соревнованиях стражей своё истинное оружие, а не играл в тир с живыми мишенями, все бы умерли от отравления ещё в первой половине матча. — Пользуйся ты чем-то сложнее камня, привязанного к палке, то знал бы, что незнакомое оружие может подвести, — проворчала Хэйла. — “Коммандер Завала, я не могу сражаться с этим центурионом! У меня патрон заклинило, а прикладом я почему-то не могу пробить его броню!” Рэй беззаботно как бы невзначай коснулся рукояти одного из ножей, ничего не ответив. — Подход варлока и охотника нельзя сравнивать, — сдержанно сказал Амадеус. — Будь вы титанами, в вашей жизни просто не существовало бы понятия “не могу пробить броню”. — Вы не видите самое правильное решение, — лицо Марса скрывал глухой шлем, но по голосу было слышно, что он улыбается. — Безусловно, страж должен знать своё оружие. От этого зависят наши жизни, жизни товарищей и всех тех людей, что рассчитывают на нас. Но и относиться к братьям и сёстрам как к мишеням недостойно. Верным решением будет отправиться на вылазку и найти небольшой отряд врагов. — До Красной Войны я много лет не был в Горниле, — а вот Амадеус шлем не носил, ему нравилось гулять на свежем воздухе. — Должен отметить, что крепкий удар кулаком в голову может стать не только причиной смерти, но и посеять первые семена настоящей дружбы. — В таком случае, ты должно быть просто боготворишь Элис, — весело ответил Рэй. — Не так просто. Порой только сразившись со стражем можно почувствовать, друг он тебе или враг, — изрёк титан. — Битва — момент наивысшей искренности, — Марс хлопнул ладонями и шагнул вперёд. Ростом он почти не уступал Амадеусу и от него веяло такой непоколебимой верой в собственные силы, что титан казался ожившей скалой. — Именно на границе жизни и смерти, своей и чужой, ты чувствуешь единение с миром и собственной судьбой. Узнаёшь себя заново, чтобы возлюбить и брата по оружию, и врага. Умереть самому, либо убить. — Возлюбить врага? — Хэйла вскинула бровь. — Даже ксеноса? Марс уверенно кивнул: — Я уже забираю самое ценное, что только может быть. Чужую жизнь. Я ненавижу Тьму, а не конкретного дрега или легионера. Они, по сути своей, просто жертвы обстоятельств. Но я — Страж Города. Я должен убивать их ради людей, стоящих за моей спиной. И всё же я испытываю сострадание к тем, кого убиваю. Испытываете ли его вы? — Это не простое бремя, — заговорил Амадеус. — Мы вынуждены решать, кому жить, а кому умереть, чтобы защитить людей. Возрождённые Светом, стражи должны пожертвовать частицей своей собственной чистоты, чтобы стать щитом, отделяющим человечество от гибели. Наши руки по локоть в крови, быть может мы давно не достойны считать себя детьми Света. Но одна мысль о том, что случится, если мы отступимся, устремившись за собственной безупречностью, ставит всё на свои места. Мне не нравится убивать, но иного выхода у нас пока нет. — Пару раз я отпустил одного и того же падшего вандала, потому что он сам мне сдался, — лаконично пожал плечами беззаботный Рэй. — Пару раз?! — воскликнула Хэйла. Джейн вспомнила приключение с одним падшим на Титане, но ничего не сказала вслух. — Значит, вы понимаете о чём я, — Марс посмотрел на Амадеуса, а в его голосе послышалось уважение. — Ведь мы стражи, а не Полководцы. Об этом я и хотел поговорить с вами. Мой клан сейчас занят помощью поселениям, находящимся в отдалении от Города, и у нас не хватает рук. Я хотел предложить вам участие в ближайшей миссии. Нужно отбить грузы, украденные падшими. Всю бумажную работу для Авангарда я уже сделал, если вас это беспокоит. В это мгновение Джейн решительно не поняла, почему остальная троица так странно переглянулась между собой. Куда уж маленьким убийцам богов идти против истинной боевой машины Авангарда — стражей, спасающих овощи. *** Этой ночью Рэй решил задержаться в башне со своей новой книгой, ценность которой была больше в факте бумажного издания, чем в содержимом. Если ты не варлок, разумеется… С некоторых пор он стал решительнее в усвоении знаний. Наверно такое возможно, если ты внезапно узнаёшь, что когда-то знал в разы больше. В какой-то момент парень, всё ещё опираясь на перила, захлопнул книгу и задумчиво взглянул на Странника. — Интересный факт, Фелис. Есть формулы, заставляющие мозг вести себя совсем иначе, изменив выработку гормонов. Технически можно просто взять и сломать себе способность радоваться. А потом ходить с лицом Хэйлы до конца своих дней… Да что уж там, с лицом вообще любого варлока, — он снова посмотрел на книгу в своих руках. — И чем я там только занимался... Заставлял людей всё время всем улыбаться? Кажется, я знаю, за что меня убили. Он развернулся, намереваясь уйти, но подскочил как ужаленный, зацепив своего призрака и едва не уронив вниз книгу. Ладно, если бы Рэй увидел за своей спиной давно стоящего там Кейда-6. Это его основное призвание — охотиться. Но он встретил кое-кого, кого встретить не ожидал. — Интересные размышления, — по тону Икоры было совершенно непонятно, что она думает на счёт его выводов. Осуждает? Одобряет? Ей всё равно? — Я… Я пошутил, — парень на всякий случай прижал к себе книгу, он меньше всего рассчитывал встретить здесь Авангарда варлоков. — Помню, в нашу первую встречу я подумала, что ты мог бы стать варлоком. Но интересно другое. — Что?!.. — пискнул Рэй, но затем осёкся. — В смысле… Что? — Твоё имя. Вернее имена. Парень посмотрел на Фелиса, собрался с мыслями, постарался позабыть о неосторожно произнесённых словах и кажется полностью был готов принять всё, что уготовила ему судьба в этот вечер. Даже Сверхновую. — Моути сказал мне, что я был похож на некого Рэя и он решил назвать меня Рэем. Наверно он ещё тогда так сильно углубился в гуманитарные науки, что от жизни в лесу достиг окончательного просветления… — произнёс он. Культурное влияние Хэйлы прослеживалось в охотнике и временами он пользовался её словами, преобразуя те в свои собственные мысли. Это довольно иронично сочеталось с его обычно мягкой натурой. — Вы были похожи только на первый взгляд и лишь внешне. Подобный ход мыслей Моути действительно нельзя объяснить ничем иным, как волей Света, — ответила Икора. Лёгкая улыбка давала понять, что опасность миновала. Если вообще была. — Что же ты намерен делать с новообретённым знанием о себе? — Если проанализировать все мои поступки, этот Раймонд, точнее что от него осталось, всё это время жил своей жизнью, временами значительно облегчая мою. Ничего, по сути… — Рэй сделал ироничный тон. — Да и кто я такой, чтобы спорить с парнем, который продолжил заниматься своим делом после двух полных потерь памяти и смерти? — То есть ты хочешь сменить плащ на мантию? — и снова он не мог понять, иронизирует Икора или нет. — Зачем? — парень серьёзно посмотрел в ответ, хотя прекрасно понял смысл вопроса. — Ты сам сказал, что не хочешь спорить с парнем, который занимался своим делом так долго. Разве стезя варлока не ближе к пути учёного? — А разве охотнику закрыт путь в библиотеку? В таком случае, я воспользуюсь окном, — на этот раз Рэй чуть склонил голову набок, выдавая озорство. Он заметно осмелел за годы, что провёл среди стражей. Поражённый и очарованный всем вокруг себя мальчишка решительно сменился чрезмерно любознательным охотником, который похоже точно знал, чего хотел. У Хэйлы была сильная опора, даже сильнее, чем она сама думала. — Я видел пару его сохранившихся фотографий, — добавил Фелис. — Сейчас он выглядит намного счастливее. — Я и не думала настаивать, — ответила Икора. — Но хотела удостовериться в осознанности твоего выбора. Ты получил ценный дар, немногие стражи знают своё прошлое. Стоит распорядиться этим с умом. Впрочем… — она посмотрела на книгу в руках охотника. — Вижу ты и сам это знаешь. — А Джон? Он варлок или охотник? Кем его считать? — спросил Рэй. — Теперь ты вышел за рамки “простого охотника”, — Икора перевела взгляд на Странника. — Но ты и раньше им не был. Чувствуя и понимая Свет, как могут немногие. А вот это уже знакомо смутило пробудившегося. — О Свете я могу сказать меньше всего, — произнёс он. — Даже если со стороны это так не выглядит. — Не обязательно говорить, — возразила Икора. — Чудеса боятся слов, а что может быть более чудесным, чем Свет? Даже Глашатай неспроста прибегал к метафорам и поэтичности. Возможно, ты сам не видишь, но это отражается в глазах твоих друзей. Ты чувствуешь Свет и поступаешь в соответствии с его путями, вдохновляя и направляя других. — С моего самого первого дня я никогда не испытывал чувства, чтобы по-настоящему не знать, что мне делать. Конечно сомневался и меня даже ввело в отчаяние моё приключение на Титане. Но я всегда знаю, что мне нужно сделать, даже если под этим подразумевается создание полного хаоса, — сказал Рэй. — Может быть, я просто стараюсь адаптироваться к ситуации и… Я не уверен. Но обычно моим главным препятствием становятся лишь предубеждения. Похоже, Амадеусу досталась надежда, а мне... Интуиция? Не знаю... — Быть может, — ответила Икора, снова переведя взгляд на пробудившегося. — Не теряй это, Рэй. Я вижу, как ты влияешь на тех, кто рядом с тобой. Хэйла, Джон, Амадеус… Может и Элис залечит свои раны, оставшись с вами? — Хм… — Рэй почему-то сделал странный сосредоточенный взгляд. — Это правда, что её друг Эшли участвовал в охоте на ахамкар? Икора удивлёно вскинула брови.