Судьба

Рэй с присущей охотникам осторожностью медленно шагал сквозь дымку леса, полностью покрытого голубоватым туманом. Лишь слабые отдалённые очертания деревьев давали предположить, что конца ему возможно даже не было. Под ногами росла удивительно густая трава с лёгкими переливами синеватыми, почти космическими оттенками. Сквозь чудесное видение его вело нечто, что дало осознать себя только сейчас, в эти мгновения. Белая лисица с таким знакомым и неуловимым взглядом, уводившая всё дальше и дальше вглубь леса, тени и волшебный туман которого становились всё гуще, а тревога в душе всё сильнее. Но он поддался наваждению и шёл, сам не зная почему, пока не вышел к странно знакомому обрыву. Игривое существо устроилось именно там, полностью сотканное из Света и тепло излучающее тот. — Кто ты? — собственный голос раздался странным эхом не в пространстве вокруг, а в самом сознании. Рэй взвешивал каждый свой мягкий шаг и медленно приближался. Однако внимание лисы привлекло что-то иное. Она пригнулась и прижала ушки, настороженно попятившись в сторону. Приближался кто-то третий. Тот, кого охотник моментально узнал. Самого себя... Только второй Рэй его словно и не видел. Лицо, преисполненное холодной решительности, было обращено на белую лисицу. Как и собственный пистолет... Охотник осознал, где видел этот обрыв. Август! Место, где пал варлок от его же собственной руки! Только вот сейчас оружие было направлено не на него. Кто-то, кого воплощала собой лиса, был очень знаком, но в то же время и нет. Рэй не понимал... Раздался выстрел. — Нет! — он бросился вперёд, но видения растворились, словно испугавшись вскрика. Пробудившийся ошарашенно замер, рухнув на колени. Что же это такое? К нему вдруг подскочила та самая белая лисица, немного тревожно заглядывая в глаза. Такой знакомый и родной взгляд… Кто же ты? Почему от тебя так тепло на душе? Почему мысли и чувства будоражит и одновременно успокаивает? Подобная впервые увиденному Страннику. Свету, что льётся, протекая сквозь разум, вызывая желание преклониться перед ним, замереть, позволить захватить тебя, чтобы наконец услышать тихий шёпот и понять, что он хочет сказать. Чувства наполнило всеобъемлющее умиротворение. Таинственная сила, вернувшая стража к жизни, ощущалась даже теперь. Но Свет не был подобен домашней кошке, мирно свернувшейся у тебя на коленях калачиком. О нет… Если сейчас он казался таковым, значит, жди всепроницающей сияющей бури. Он побудит тебя к действию, даже если ты умер, возродив твоё естество из праха. Рэю такое было близко. Ему и в самом деле нравилось быть подобным фениксу на наплечнике его друга, способному буквально возродиться из пепла, чтобы нести Свет и дальше. Испытание не для всех, кто-то не мог и не хотел подобной участи... Но были и другие, подобные самому охотнику, чья воля зазвучала вместе с музыкой нескончаемого потока, незримо кружившего в самой сущности вселенной. И пусть однажды каждого настигнет его окончательная смерть, узор их жизней, сотканный за столетия таинственного танца, будет продолжать сиять, вдохновляя будущие поколения. Но тебе всё же дано решить, Рэй, какова будет твоя песнь Света. Охотник открыл глаза и увидел свою комнату, окутанную мраком ночи. Просто сон? Парень сел, на пару секунд задумавшись, а после кое-как найдя свою обувь, стоящую не на привычном месте. Да и плащ лежал не там, где всегда… Похоже его друзья сами раздели спящее тело как смогли и оставили лежать. Хотя он точно помнил, что дошёл до дома сам и рухнул на кровать. Наверняка дело рук Джона. Хэйла спрыгнула со стены, у неё есть занятия поважнее… Или Амадеус? Пробудившийся поднялся и тихо вышел в коридор. Со стороны лестницы, с первого этажа, доносились негромкие голоса призраков. Похоже, маленькие роботы нашли чем занять себя в ночи. И что вдвойне удивительно, так это голос Фортуны. Она разыскала их дом, снаружи всё ещё выглядящий как бывшее офисное здание, и просто осталась на ночь, пока Элис где-то пропадала вместе с Хэйлой. Это даже было бы мило, не имей этот призрак такой дрянной характер. Рэй решил не спускаться к ним. Он просто сел на лестнице так, чтобы видеть всю комнату, и стал слушать. Отсюда была видна Джейн, похоже присоединившаяся к ночи разговоров. Мимо парня, едва не напугав его до смерти, спокойно прошёл Амадеус. В огромных тапках и таком же большом белом пушистом халате. Он не стал заводить разговор, а просто спустился к холодильнику на глазах у призраков и Молодой Волчицы, достал увесистую банку сгущёнки, пробил крышку пальцем и принялся пить как воду. Судя по всему, воин был только что из душа. Этот человек вообще отличался завидной чистоплотностью на фоне некоторых собратьев. Ибо если ты спас людей, то твои роскошные волосы цвета пшеницы должны развеваться на ветру, подчёркивая идеальность мужественных черт лица и рыцарственность сердца, а не стоять колом по форме шлема. К тому же, Амадеус смыслил в отдыхе и в том, что всему своё место и свой час. Сейчас он отдыхал и точка. Завтра, быть может, пойдёт тягать штангу с парой знакомых титанов. Послезавтра наденет свою броню и отправится крушить черепа пришельцев, защищая Последний Город и пытаясь заодно разгадать, каким образом Шершень достигла такого уровня летальности. Хотя на последний вопрос он уже знал ответ. Варлок, создавший и обслуживавший её снаряжение, мог бы дать уроки Хэйле. Она всё ещё не умела творить в своей мастерской вещи, обладавшие идеальным балансом лёгкости и одновременной непробиваемости. А вот броня титанки на первый взгляд казалась лишь красиво смоделированной игрушкой, на деле же позволив почти без усилий погнуть Амадеусу наплечники. Лишь в одном Хэйла пока на голову превзошла неведомого создателя этого шедевра военной машины — она умела приделывать к титанам хорошие реактивные ранцы. — …И тогда мы сели на этот корабль и отправились в Башню. Хорошо, что я сумел его завести, — закончил свой рассказ Призрак. — Почему-то я думал, что ваша история была более героической, — мечтательно протянул Моути. — Ну, знаешь… Что-то про порталы в Высшее Измерение, сражение с богами и невероятное везение. Джейн тихо усмехнулась, но ничего не ответила, лишь сделав небольшой глоток кофе. — Ты слишком любишь драму, — отозвался Призрак. — Иногда мне кажется, что если бы ты не встретил своего стража, то стал бы поэтом. Или актёром… — И выступал в этом Призрачном Театре? — ужаснулся Моути. — Нет-нет-нет…. Я знаю к чему ты клонишь, но я слишком люблю драматургию, чтобы совершить нечто столь ужасное. Если бы я сам занимался искусством, то это была бы озвучка мультфильмов. Я бы находил старые мультсериалы, переводил и озвучивал! Я вообще, знаешь ли, люблю японскую анимацию... — А я думал, что это Хэйла пристрастила тебя к искусству... Кстати ты так и не рассказывал толком, как вы встретились. Моути изменил положение, словно приосанившись. — Ооо… Это может быть и не героическая легенда, но она определённо заслуживает внимания. Когда Луна ещё не грозила нам тенью Зла, Авангард возглавлялся Осирисом, а проклятое имя Йора не шептали в тёмных уголках... Когда даже Ахамкары ещё не были истреблены… В те давние года я был одиноким маленьким призраком… Моути выдержал паузу, удостоверившись, что все внимательно его слушают. — Я искал своего стража. Большинство одиноких призраков так делают и я не был исключением. Успел облететь пол света. Льды Антарктиды и пески Сахары. Видел Пирамиды Гизы и последние камни Колизея. Не счесть, сколько костей я осмотрел. Но я не отчаивался, ведь знал, что где-то меня ждёт мой Страж. И однажды я решил попытать счастья в северной Европе. Обойти побережье Балтики в надежде на успех, — Моути приглушил собственное свечение, а фрагменты его корпуса переместились, словно изображая озноб. — В тот день я уже не чаял добраться до укрытия. Ледяной ветер этих холодных краёв гнал свинцовые тучи по низкому небосклону. Казалось, что он вот-вот рухнет и раздавит меня... Даже падшие, в изобилии заселившие предместья Петербурга, не показывали носы из своих нор. А я летел вперёд, сквозь снег и дождь. Но должно быть я сбился с пути… И осознал это лишь когда уткнулся в кладбищенскую ограду. Вечером, тридцать первого октября. Моути обвёл слушателей пристальным взглядом. Он приукрашивал детали, но не врал в фактах. На его картах действительно не было того кладбища. Всё-таки доступные данные не отличались точностью. — И тогда, преодолев древнюю чугунную ограду, я почувствовал что-то… Что-то едва уловимое, но любой призрак понимает это чувство. И я пошёл на Зов. Надгробия сливались в единую серую стену, перемежаясь изломанными скульптурами. И вот, подле застывшего в вечной скорби ангела, я узрел могильный камень. Безликий гранит, да надпись на русском языке. Лишь полное имя и годы жизни. Ни эпитафии, ни портрета… Но я знал, я чувствовал что там лежит Она. Та, кто станет моим стражем! И я сделал то, что и должен был сделать. Однако когда работа была закончена и гроб освобождён от груза земли, наступила ночь Самайна. Хэллоуин. Где-то далеко, в Городе, начинался Фестиваль Усопших… А я впервые оживил Хэйлу. — А я ведь раньше и не задумывался… — удивлённо произнёс Фелис. — Рэй тоже был найден мной накануне Фестиваля Усопших и даже ворвался на него в костюме. — Должна признать, я не особенно стремилась найти своего стража и не сильно задумывалась на этот счёт. Мне нравилось странствовать по руинам и помогать людям. Порой делом, порой словом… Было в этом какое-то особенное очарование, — произнесла Селена, не замечая удивлённых взглядов. — Но нашла его в первые же десятилетия. Не то, чтобы я боялась не справиться… Джон перевоспитался, как видите. Но я, должно быть, решила положиться на судьбу и просто плыла по течению, ища не только стража, но и себя. Моя дорога привела меня в Шотландию. В одну из пещер… Я нашла его вместе с остатками оружия. Оба пролежали в том месте слишком долго, чтобы можно было хоть что-то понять об их прошлом. Предполагаю, что они там были со времён Коллапса… И должна признать, поначалу этот парень доставил мне кучу хлопот. Вы думаете, Рэй непоседливый и любопытный? Как бы не так. Он собран и сосредоточен как криптарх на фоне малыша Джони, уж поверьте. — Джон непоседливый?! — воскликнул Фелис. — Мистер “я слежу за тобой”? Хорошо... В любопытство я верю… — Этот парень был абсолютно безбашенным. Неплохим, но это тот самый случай, когда благими намерениями вымощена дорога во Тьму. Считал себя героем… — Селена усмехнулась собственным воспоминаниям. — Как хорошо, что он вырос, иначе я рисковала потерять его по-настоящему. — Мне тоже герой достался… Ну почти. Добряк и весельчак. Это он сейчас такой вдумчивый философ, — усмехнулась Афина, покосившись на титана-сладкоежку. — Я нашла его на территории бывшей Германии. Было весело, когда из-под статуи какого-то здоровяка вылез мой собственный здоровяк. Считаю это своим счастливым билетом. Вот что бы я делала с варлоком? — Я научился летать, — меланхолично проговорил Амадеус со стороны холодильника. — А я научилась воевать, много лет прожив у парня с огромной горой пушек. Мне теперь объявить всем, что я дитя Распутина, а не Странника? — хохотнула красный призрак. — Ну да... Я представляла своего стража именно таким, только темпераментом скорее как Элис. Глупо... Сейчас я бы променяла десяток злых титанов на своего добряка. Если бы внутри него ещё не сидел маленький Джон… — Учитывая размеры Амадеуса, этот маленький Джон весьма большой, — хмыкнула Селена. — А вот мне интересно… — Фелис пристально оглядел собравшихся призраков. — Я один сомневался, нужен ли мне страж? — Что?! — воскликнул Моути. — Ну… — Фелис пошевелил корпусом, будто пожав плечами. — Я не знал, найду ли вообще стража и решил заняться чем-то полезным. Разведка Авангарда… Шпионская сеть призраков… Вы слышали про это. Я больше ста лет занимался шпионажем! Мне нравилась моя жизнь... И потому я боялся, что страж подавит мою индивидуальность. Что я стану просто-напросто его тенью. — И потому ты сделал Рэя котом, — рассмеялся Моути. — Рэй… Он оказался прекрасным стражем, — ответил Фелис, повернувшись в сторону тёмной лестницы, на которой сидел замеченный лишь его чуткими сенсорами охотник. — Я рад, что нашёл его. — Эй, Фортуна? А у тебя какая история? — вдруг оживилась Афина. — И правда, — оживился Моути. — Уверен, у тебя точно есть какая-то необычная история. И там наверняка были были порталы и боги? — Кстати да… — Фелис тоже посмотрел на неё, правда, больше желая сменить тему. — Это не та история, которую следует читать детям перед сном… — занервничала Фортуна. — Сомневаюсь... Что там может быть такого, чего не видели бы я и Джон? Рассказывай уже, — фыркнула Селена.

***

— Ты слышал как он визжал? Как свинья! Никогда не думал, что люди могут так визжать! — восторженно рассуждал призрак в чёрной оболочке. — Хах… — вторил ему второй, его корпус был на пару тонов светлее. — А представьте, какой-то неудачник оживит его и сделает стражем! Все призраки рассмеялись. Люди полагали, что они — дети Странника. Носители Света. Их наивные собратья думали так же… Но эта компания придерживалась иного мнения на свою роль в мироустройстве. — И всё-таки грязно сработали. Корыто срежет блеска за шум, — недовольно проворчал призрак в зелёном корпусе. — А кто сказал, что мы ему расскажем? — рассмеялся чёрный призрак. — Мы — благородные флибустьеры поднебесья. И не какому-то кожаному ублюдку решать, заслуживаем мы получить НАШ блеск или нет. — И всё же на твоём месте я бы поостереглась валить людей. Ты хоть представляешь, что будет, если один из них сдохнет, а затем окажется твоим стражем? Ха! Вот будет умора! — весело расхохоталась гроза местных вольных призраков, злорадно блеснув фиолетовым отливом чёрной оболочки, и добавила уже низким голосом. — Тогда тебе придётся безвременно покинуть нас и стать хорошим мальчиком. Возможно, даже приносить мячик... Она снова звонко засмеялась. — Катись в дрегову задницу... — раздражённо ответил чёрный призрак. — Мне кажется, что это ТЫ боишься что один из этих чмошников станет твоим стражем. Я прямо представляю это… “Фортуна, у меня хер не стоит, подними!”. Или, например, “Фортуна, мне срать хочется, раздвинь булки!”. — Смотрите-ка… А на прошлой неделе ты был вежлив и учтив со мной. Может стоило продать тебя тому падшему? Уж поверь, если у меня и будет страж, то он раздвинет твою оболочку и вставит тебя в чьи-нибудь булки, чтобы болтал поменьше, — не осталась в долгу призрак. — А затем ты оживишь этого бедолагу, но застрянешь в его заднице навечно. — Ты кажется забыла своё место, — её собеседник начал закипать. — Только трепаться и умеешь. Уверен, что если ты даже захочешь найти себе стража, то триста лет будешь его искать, прежде чем найдёшь гей-шлюшку, подохшую от сифилиса. — Я не такой железный кусок бесполезного распиздяйства, как ты, и мне по нраву воля. Если захочу — найду стража прямо сегодня, — уверенно фыркнула Фортуна. — Пиздишь. Или слабо? — Хочешь поспорить? Если я выиграю, ты должен будешь при всех залезть кому-нибудь в жопу. И мне насрать, у кого ты её одолжишь, мудила. — Время до заката, — чёрный призрак был уверен в своих силах. — Если не сможешь, то катишься на все четыре стороны и ни одна вольная компания призраков тебя не примет! Здесь, в районе простирающемся за Стенами, было мало неупокоенных тел. Всё-таки стражи стремились поддерживать некое подобие порядка. Но проход на территорию Города для этой братии был закрыт, а потому оставался только один выбор. Кладбища в поселениях, что когда-то в изобили раскидывались в этих краях. Вместе со строительством Стен люди ушли под их защиту. Но мёртвые… Они остались. Фортуна уверенно двигалась вдоль старого кладбища, большинство могил которого были слабо узнаваемы. К тому же ещё и темнело... Появлялись первые звёзды и на небо уже величественно восходила полная луна. Даже тучи потихоньку расступались перед небесным светилом, позволяя тому прокладывать путь группе призраков, пришедших в это место со своей странной целью. — Ты же понимаешь, что теперь тебе крышка? — спросил ядовитый голосок зелёного призрака. — Уже ночь. Пари проиграно и все мы свидетели. — Когда я оживлю своего стража, он засунет ваше пари в места, о которых вы даже не подозреваете, — рыкнула Фортуна. В это мгновение она подлетела к ещё одной могиле, намереваясь просканировать ту, но внезапно что-то почувствовала и крошечное тело призрака само собой раскрыло оболочку, чтобы вспыхнуть Светом. Однако это тут же прекратилось и наступила пронзительная тишина. Все напряжённо замерли. Они хотели кричать, что Фортуна блефует. Вот только… Свет, льющийся из неё, был неподдельным. Но что же тогда она сделала? Внезапно из земли показалась чья-то рука. Паника! Призраки заверещали и ринулись врассыпную, словно стайка птиц при виде кошки! Словно рыбки от опустившейся в воду ноги! Осталась только Фортуна, панически наблюдая, как восстаёт настоящее зомби. — Бегите-бегите! Вы проиграли! — громко крикнула она и тише произнесла. — Твою мать... Что за дерьмо... — приняв единственное верное решение, призрак поспешила тоже ретироваться, но чья-то изящная рука сомкнула свои длинные пальцы на её оболочке. — Не так быстро, сердитая малышка… — донёсся до неё мягкий, почти нежный голос. — Не думаю, что теперь тебе по пути с ними. — Ты кто такой, мудила?! Руки убрал! — Фортуна была лаконична. На этот раз её реакцию можно было искренне понять. Светлая мантия, похожая на те, что носят варлоки, обитающие в Башне. Собранные в свободную косу очень светлые волосы, придающие образу пугающие очертания в свете Луны. А также факт того, что этот тип подкрался не только к ней, но и к остальным призракам. Он что, бесшумно к ним подлетел? Незнакомец коснулся защитной маски, не закрывавшей всю его голову. Под ней Фортуну встретило лицо пробудившегося, со светящимися серым холодными глазами. Тонкие черты, абсолютно умиротворённое спокойствие во взгляде и лишь тень истинного испытываемого веселья. Этот тип наверняка мог слушать разговоры, пока призраки продвигались вглубь кладбища. Разумеется… Что ещё могло вызвать такую усмешку? — Отцепись, придурок, — Фортуна не унималась. Её тут же отпустили, однако теперь просто взять и улететь казалось уже какой-то трусостью. И незнакомец явно знал это, судя по снисходительной усмешке. — Тебе что тут нужно, выродок? Лети к своим братьям по светящимся глазищам, пока свои не потерял! — маленький злой робот набирал обороты. Из-за плеча пробудившегося показался ещё один призрак, только синий. Его немигающий взгляд был преисполнен немого укора. — Я бы, может, и полетел, вот только не знаю своего прежнего места проживания, — пропел голос варлока, отдавая арктическим холодом, что намекал на пересечение границы дозволенной наглости. Из земли выбралась полностью перепачканная и взлохмаченная женщина: — Что за нахуй?! — Ты нашла родственную душу. Поздравляю тебя, призрак своего стража... — произнёс незнакомец своим приглушённо-тихим голосом. — Всё ещё хочешь покинуть её? — Да кто ты такой? — Фортуна нервно дёрнула корпусом. — Можешь называть меня Эшли...

***

Старый динамик надрывно грохотал тяжёлый рок, а густые клубы сигаретного и кальянного дыма поднимались к потолку. На одиноком плоском экране крутились записи недавних матчей Горнила и группа горожан, кучкующихся перед ним, азартно обсуждала зрелище. Этот паб был одним из тех мест, где никто не будет задавать тебе лишних вопросов. Не из-за криминала, вовсе нет! Просто он находился достаточно близко к Башне, чтобы стражи были тут частыми гостями, но вместе с тем достаточно далеко от неё, чтобы сюда случайно не заглянул коммандер Завала. И потому ты никогда не узнаешь, что этот пьяный в зюзю гость, беззаботно пускающий пузыри носом в тарелку, является чемпионом Горнила. Впрочем, не все стражи стремились соблюсти инкогнито. Две блондинки, образующие разительный контраст между собой, заняли столик в дальнем углу зала и кажется уже успели стать лучшими подругами. — …В ящике! Представляешь! В ящике! — закончила длинный рассказ Хэйла. — Тогда Кейд сказал, что никто не спасает овощи так же хорошо как мы… Как так случилось, что её взаимоотношения с Элис претерпели столь разительные перемены? Непростой вопрос… Когда две разъярённые дамы рухнули с Башни, каждая из них намеревалась перегрызть глотку другой. Хэйлу взбесило посягательство на Рэя. Элис же… Ей не особо нужны веские причины, чтобы вбить чью-то голову в плечи. А потом Хэйла убила Элис. И Элис убила Хэйлу. Это повторилось несколько раз. Или несколько десятков раз? Знаете как это бывает… Когда по другую сторону ярости находится духовное сближение, а следом за ним симпатия. Варлок держала свою злость на цепи, спуская её в бою и на нерадивых подчинённых. Элис, напротив, позволяла ей вести себя, давая своему внутреннему зверю чуять тех, кто желал причинить ей зло. И всё же они оказались похожи и эти два противоположных потока ненависти встретились. Когда обе уже слишком устали, чтобы продолжать убивать друг друга, беседа завязалась сама собой. А дальше… Дальше всё шло своим чередом. В какой-то момент призраки заявили, что устали слушать все эти байки и просто улетели прочь. Как потом выяснилось, рассказывать свои собственные… — Как-то раз я хотела спрятаться в ящике. Он сломался… — пьяная титанка искренне загрустила из-за этого факта. — А я ненавижу ящики… — мрачно изрекла Хэйла. — Знаешь, а ведь я сохранила свой чёртов гроб. Он лежит в подвале недалеко от кладбища, где меня выкопал мой призрак! Иногда я прихожу туда и смотрю на него… И на могилу тоже смотрю… И на надгробье… Но знаешь, что хорошо? Уёбина, из-за которого я умерла, тоже сдох! И он стражем не стал! — Ха! Туда ему и дорога, — Элис, слишком пьяная, чтобы заметить прокол Хэйлы, выдавшей свои знания о прошлой жизни, отпила ещё больше из своей огромной кружки. — Хэй, ты же понимаешь, что я смотрела на задницу твоего охотника ещё на Левиафане, потому что других таких же задниц там не было? Ничего личного. Люблю охотников. И их задницы. По-своему… — Но это мой охотник! — Хэйла взмахнула кружкой, ничуть не уступающей по размеру, из-за чего едва не облилась пивом. — Но да… У охотников задницы самые лучшие… — А он-то в курсе, что он твой? Что-то он только с Джоном и крутится, — воительница хитро прищурилась, а потом странно заулыбалась. — Знаю я таких охотников. Пока ты будешь доказывать всем девицам вокруг, что это твой парень, он свалит со своим дружком. Хэйла недовольно проворчала: — Один такой пытался к нему подкатить… Так они его и закопали вместе с Джоном. Вернее не закопали, а оставили гнить, но это детали... И его и призрака тоже. А Джон… Он Рэю как отец, — нельзя сказать, что озвученные Элис мысли не посещали и саму Хэйлу, а потому она решила перевести тему. — У самой такое было? — Эшли развлекался... В смысле уводил чужих охотников, а не от меня с дружком бегал, — Элис сделала новый глоток. — Да-да, злобная варлочиха. Мой названный братец мог зайти в задок так, что лучше тебе этому радоваться, если он позволил при этом дышать. — Не от этого ли он и умер? — в любой другой ситуации Хэйла поостереглась бы задавать такой вопрос, но сейчас количество этанола в крови было таково, что риск самовозгорания при неосторожном использовании Света становился нешуточным и терять было нечего. — Нет, — титанка вдумчиво поболтала остатками напитка. — Носился с грёбаными вексами, пока не убился об них. И тут Хэйла поняла, что это и есть ответ на вопрос, над которым её друзья бились последние полгода! Сама она полагала эту “охоту на Шершня” пустой тратой времени, а теперь добилась успеха в одиночку. — Не люблю вексов… — честно сказала варлок, делая глоток. — Вневременная хтоническая хуета. — Я даже сделать ничего не успела, как это дерьмо схлопнулось. Но видела, как он… — титанка замолчала, похоже трезвея от воспоминаний о кончине друга. — В тот день, когда исчез Свет... — Так-так-так… Кто это у нас здесь? Когда я была в команде Джейн, мы не устраивали драку в Башне, чтобы потом напиться как свиньи, — к ним подобно тени выскользнула Эрика, от взгляда которой кровь в жилах стыла. — Что вы скажете в своё оправдание? И я не желаю слышать ваш бред про мальчишку. Хэйла почувствовала то, что забыла в веках… Примерно это же она ощущала при виде декана — чужое психологическое давление. — Тут офигенное вишнёвое пиво, — единственное, что нашла варлок в своё оправдание. Взгляд стал ещё хуже. — И гренки… — Хэйла понимала, что выглядит жалко, но почему-то под взглядом Эрики весь гонор куда-то исчезал. — Я вылью тебе на голову твоё вишнёвое пиво, — не меняясь в лице, произнесла охотница. Во взгляде Хэйлы промелькнули искры. На это она уже точно вспылит и история повторится, а ей определённо нравился это бар. — Я выяснила, что случилось с Эшли, — варлок нащупала ниточку, за которую можно потянуть. Эрика моментально села рядом и сцепила руки в замок в полной готовности. — Заказывай, — сказала она. — Э… Ты хотела сказать “рассказывай”? — пыталась шевелить мозгами Элис. — Я сказала заказывай, — голос охотницы прозвучал как закрывающаяся могильная плита.