Судьба

— …Потому лабораторной работы в четверг не будет, — закончила Хэйла, окинув аудиторию пристальным взглядом. Впрочем, взоры студентов и так были обращены на неё. — На этом всё. Все свободны. Кто-то назвал бы это невероятным, но внимание студентов держалось отнюдь не из-за страха, а по причине искреннего интереса. Стражи для горожан — нечто одновременно близкое и совершенно чужое. Те, кого ты видишь в новостях и спортивных записях, кто летает на своих крутых сперроу по Городу и иногда останавливается, чтобы поговорить с тобой. Те, кто каждый день встречает опасности и чудеса космоса, которые ты никогда не увидишь своими глазами. Те, кто переживёт тебя и даже твоих детей. И даже на их фоне выделялись отдельные, чьи достижения заслуживали особого внимания. Чемпионы Горнила и убийцы самых опасных чудовищ. Мастера-оружейники и учёные. А так же стражи с неоднозначной репутацией. И именно к последним относилась Хэйла. Пусть слухи исказили правду до неузнаваемости, лишь сильнее раздув и без того зловещий ореол, но студенты от этого лишь с большим энтузиазмом ходили на её лекции. Тем более, она действительно могла живо, наглядно и интересно подать свой материал. Молодые люди покидали аудиторию, а Хэйла, опустившись на кресло, позволила себе несколько минут отдыха. Дело шло не так хорошо, как хотелось… Да, она искала следы работы культа Улья в стенах университета. Да, те и правда были. Но после изгнания Орнави культ стал действовать осторожнее. Не было столь явных улик, которые позволили бы выдвинуть официальное обвинение в адрес тех или иных сотрудников. А что до неофициальных… — Здравствуйте, Госпожа Кохлер! — взволнованно поздоровался студент, столкнувшись в дверях аудитории с той, кого Хэйла совершенно не хотела видеть. Вошедшая женщина не удостоила парня ответом, величественно войдя. — Хэйла, — поздоровалась она. — Кохлер, — вернула та приветствие, не спеша вставать. Пока последние студенты покидали аудиторию, женщины пристально смотрели друг другу в глаза нечитаемым взглядом. Что до неофициальных улик — Хэйла была абсолютно уверена, чей длинный нос торчит из всех мутных делишек. Кто, ни разу не попавшись лично, однако же всегда оказывалась где-то рядом. Начиная дружбой с Орнави, заканчивая чтением лекций, на которые ходило критически большое число предполагаемых культистов. Однако подозрения недостаточны, чтобы осудить Многоуважаемую Госпожу Преподавателя. Когда последний студент прикрыл за собой дверь, Хэйла выразительно приподняла бровь. — Итак. По какому вопросу? — До меня дошли слухи о твоём успехе, — ответила Хохлер с загадочной полуулыбкой. — Каком именно успехе? — Хэйла почти не пыталась скрывать своё раздражение. — Шип, разумеется. До меня дошёл слух, что ты не постеснялась использовать его в Гамбите. И притом успешно. — Ах ты об этом… Да. Но только успех — громкое слово. — Не соглашусь, — возразила Кохлер. — Орден Праксиса не арестовал тебя. И именно в этом заключается успех. Эти… Фанатики… — она явно хотела сказать более грубое слово. — Рады арестовать каждого исследователя, который взглянет на темы, которые они же сами назвали запретными. Однако тебе удалось добиться послаблений для себя. Именно это и является достижением. — Послаблений? — Хэйла сардонически усмехнулась. — Калус вербует стражей. Скиталец вербует стражей. Судный Час купили орган... Конец близок. Им просто нет дела до меня, пока я лояльна Городу. — Лицемерно с их стороны… Но нам же лучше. Однако скажи мне, Хэйла… Что толкнуло тебя на создание Шипа? Не собственного оружия Скорби, а именно тени револьвера Йора… Оружия, что оставило след на твоей душе? Хэйла прикрыла глаза на мгновение. Ей не нравилась собеседница. Но заданный вопрос был справедлив… К тому же глупо надеяться вести беседу, совсем не отвечая на вопросы. Тем более Кохлер, прекрасно понимая отношение к себе, завела этот разговор. — Именно потому, что Шип стал для меня символом страха, я и взяла его в руку, — твёрдо сказала Хэйла. — Бегство от страхов — смерть. Только взглянув ужасу в лицо, победив и подчинив его, ты станешь сильнее. — Хороший ответ, — Кохлер улыбнулась, не столько Хэйле, сколько своим мыслям. — Верный. Свет может сокрыть тени, но стоит ему ослабнуть, как они проявляются вновь. Больше и страшнее, чем прежде. И потому единственный путь — пройти через них. Ты это прекрасно знаешь. Чем глубже рана, тем темнее путь, но и тем больше сила. — В тенях легко заблудиться, — Хэйла качнула головой из стороны в сторону. — Тени делают малое ужасным, а ужасное невидимым. — Если ты слаб, — улыбка Кохлер стала шире. — А ты сильна? Подумай над этим... — Ты не представляешь, как много я думаю про это… — Хэйла сомкнула руки в замок. *** Рэй и Август, сегодня оба слишком похожие друг на друга из-за официальности момента, уверенно ступили на порог университета, гадая, что их там ждёт. Должно быть, в прошлом охотник неоднократно оказывался в куда более престижных и серьёзных учебных заведениях. Но сегодня предпочёл бы переждать бурю в лапшичной. — Ты когда-нибудь преподавал? — вдруг спросил Рэй у своего спутника. Неловкое осознание того, что пробудившийся в общей сумме лет старше и это не ему полагается нервничать, посетило того с лёгким опозданием. Но ведь борьба против общего страха должна сплотить их, да? Хотя зачем такие радикальные методы для тех, кто проникся прекрасной и светлой дружбой друг ко другу через насилие… — Когда-то я пытался сделать секту… — вполголоса ответил Август. Однако, несмотря на это, варлок чувствовал себя как рыба в воде. Он любил и умел притворяться обычным человеком. Стильный деловой костюм, элегантная шляпа и зонт-трость создавали целостный образ городского модника, в котором легко было признать бизнесмена или актёра, но никак не стража. Рэю шёл стиль попроще. Тоже деловой, но с лёгкой небрежностью и лаконичностью в образе, придававшей ему взрослого безразличия к чужим глупостям. Потому что он мог придумать свои и те будут веселее... Это бесподобным образом контрастировало с моложавой внешностью, придавая аристократичности без лишней атрибутики и всегда забавляло молчаливо одобряющего Августа. — Я тоже. У меня получилось... — негромко ответил Рэй. Варлок надменно фыркнул и потянул на себя дубовую дверь. Холл приветствовал их полупустым гардеробом и постом охраны. Страж порядка (а не Странника), сидящий у турникета, мазнул по ним безразличным взглядом и вернулся к кроссворду на планшете. Одежду не сдают… Особенно надменный тип в плаще так и просится, чтобы ему указали на табличку о правилах посещения. Но, наверно, это преподаватели или аспиранты. Попробуешь их не пропустить, так они развернутся и не вернуться больше никогда. Потому Август мог позволить себе созерцание убранства. А посмотреть и правда было на что... Университет всем своим видом желал показать, что он — вместилище старых знаний, островок мира, пережившего Коллапс. Об этом говорили деревянные панели на стенах и мраморная плитка на полу. Высокие окна и бронзовые бюсты учёных прошлого. — Кажется, нам в кабинет под номером четыреста четыре… — напряг память Август. — Первая цифра это, как водится, этаж, а вторая номер кабинета? — Тогда ты и ищи, — деловито ответил Рэй, поняв, что перестал волноваться. Должно быть, в нём всё ещё оставалось что-то от себя прежнего. Август гордо кивнул и приступил к делу. Поначалу всё шло неплохо. Лестница нашлась довольно быстро, а подъём на четвёртый этаж не составил стражам проблемы. Таблички с номерами на дверях тоже внушали доверие. “451” гласила ближайшая. Соседняя значила “450”. Однако система ломалась на лекционном зале под номером “443”, за которым следовал сразу лабораторный класс “402”. — Хм… — протянул Август, пробежавшись взглядом по следующим дверям. Числа продолжали уменьшаться, не давая никакого ответа, куда делись номера с 403 по 442. — Согласен, — ответил Рэй, который незримо, но участвовал в поиске. — Ну, мы всё ещё можем попробовать мыслить как Хэйла. Будь я русским преподавателем, где бы располагался мой кабинет, нарушай он последовательность цифр на четвёртом этаже? На пятом этаже! Или в подвале, это же Хэйла… — Нелогично, но я согласен, — кивнул Август и, бросив пристальный взгляд на фикус, стоящий между кабинетами, повернулся к лестнице. Подозревать цветок в чём-то было бы совсем странно. Однако пятый этаж встретил их кабинетом 666, что окончательно убедило в отсутствии адекватной системы нумерации. — Есть ещё один метод, — нашёлся Август. — Спросим у местных. — Пожалуй, — на этом моменте даже оптимизм Рэя умывал руки. Взгляд варлока скользнул по группе из четырёх парней, громко обсуждающих предстоящий курсовик. Один из них, с волосами собранными в короткий хвостик, в этот момент очень живописно рассуждал про то, где именно он видит стандарты оформления документации. Что-то подсказало стражу, что эти студенты едва ли будут покорены его обаянием. А вот стоящая поодаль группа студенток, напротив, показалась подходящей. — Добрый день, — очаровательно улыбнувшись, обратился он к ним. — Мы с моим дорогим другом оказались в затруднительной ситуации и никак не можем найти кабинет под номером четыреста четыре. Девушки удивлённо посмотрели на… Двух очень красивых молодых преподавателей. — Разумеется, мы вам поможем, — с улыбкой ответила одна из них. — Это было бы прекрасно, потому что мы здесь впервые, — отозвался вынужденный отойти на второй план в общении, но не в красоте Рэй. — Тогда следуйте за нами, — предложила девушка, поднявшись с лавочки. — А какой предмет вы преподаёте? — спросила другая, тоже вставая. Стражи даже не успели осознать, как их взяли в кольцо. — Я лишь сопровождаю моего друга, — лучезарно улыбнулся Август. — Но, если меня попросят, то всегда могу рассказать про древние языки. — Я преподаю смирение, — Рэй смущённо усмехнулся. — Психология интереснее на практике… Мы из стражей по той странной программе. Вы же видели Амадеуса, да? Сложно сказать, у кого титан пользовался большей любовью. У девиц, размышляющих над любовным письмом, или же у парней, жаждущих потягать железо и спросить о полезном питании. Так же есть преподаватели, что совершенно не могли воспринимать мужчину как простого физрука. Как минимум военный, направленный в университет с целью научить студентов простейшим вещам. Последним, как ни странно, успешнее занимался Эшли, который мог беззаботно сбить брошенное яблоко другим яблоком. Но он уже знал, в чём подвох общения с юными леди. — Так вы тоже стражи… — восторженно сказала одна из девушек. — Я и не знала, что стражи такие красивые… — шёпотом вторила ей другая. — А когда к вам можно прийти? — вопрошала третья. Август отметил, что их шаг замедлился. Словно те желали подольше задержать стражей у себя. — Я… Пока что даже не знаю кабинет, если честно, — признался Рэй, который тоже это заметил. — Нам стоит найти Хэйлу… В его охотничьей заднице зародилось чутьё стража, к которому как магнитом тянуло сильных женщин и странных мужиков. И оно гласило, что вот-вот что-то может пойти не так. Но и соврать, что они вдруг вспомнили расположение кабинета, уже тоже не получится. Однако не тут-то было. Потенциальных фанаток становилось всё больше и движение в коридоре совсем остановилось. Странных, глупых и навязчивых вопросов, сыплющихся со всех сторон, стало слишком много, чтобы на них можно было ответить. — А какой у вас класс? — Вы убивали пришельцев? А людей? — А правда, что вы не устаёте? Вообще? А в постели? — А у вас есть пара? — А вы купите гараж? Рэй со смесью ужаса и радости упёрся в двери нужного кабинета. К обычным девушкам присоединились те, что охотно посещали занятия Амадеуса. Некоторые своими размерами не уступали Элис и становилось понятно, кто выгонял Кабал из Города… Чувствуя близость к Августу в разы сильнее, чем когда тот принял решение его поцеловать, охотник подёргал ручку. Кабинет был закрыт, а их уже натурально прижали друг ко другу. Впрочем, злобный варлок сейчас вряд ли вообще подумает о чём-то таком неприличном. Да и слишком привык он уже, что доступ к Рэю можно получить более этичными путями. Плюс, то храброе спасение от голых мужиков из Судного Часа… Как-то слишком испортила их крепкая возвышенная дружба всякую перспективу на низменные желания. — Я ещё никогда в своей жизни так не хотел, чтобы Хэйла была как Элис, — признался парень своему спутнику. И в тот момент, когда их двоих прижало друг ко другу уже за гранью всех допустимых норм, дверь распахнулась. Стоящая на пороге Хэйла смерила всех собравшихся испепеляющим взглядом. — Что тут за курятник? Все, кто не хочет стать суповым набором, собирают перья в клювы и валят квохтать на кафедру философии! Кроме вас двоих, голубки… Я обещала, что выебу обоих? Обещала. Живо внутрь! По ту сторону спасительной двери обнаружился как всегда безмятежно очаровательный в своей воздушности Эшли, миролюбиво поедающий пончик за чаем. Похоже, у этих двоих был перерыв. Где тогда Амадеус? Наверняка валяется потный с другой кучей мужиков и обсуждает свою белковую пищу. Только он мог на полном серьёзе делать всё это и ни разу не засмеяться. — Продолжайте... — изрёк Эшли, не уступающий в премудростях насмешек своей названной сестрице. — Я совершенно не подумал о том, что у стражей могут появляться фанатки, — признался Рэй. — Особенно с такой скоростью… — Я начала первое занятие со стрельбы, — Хэйла пожала плечами и вернулась за свой стол. — Значит, пришли наконец? Будете учить детишек уму-разуму, а так же выписывать рецептурные антидепрессанты? — Я психолог, а не психиатр, — ответил охотник и немного стушевался. — Понятия не имею, что я должен делать… Вешать мотивационную лапшу на уши? Ладно, признаю, это я умею. — Может сразу к делу? — негромко предложил Эшли, посмотрев на Хэйлу. — Да, — помедлив ответила та. — Сегодня удачный момент для… Хэйла не успела договорить, потому что дверь распахнулась. — Где он?! — гневно воскликнула вошедшая Кохлер. Её взгляд тут же упёрся в Августа. — И как ТЫ посмел прийти ко мне? Студенты, оставшиеся в коридоре, и до этого не спешили расходиться, а теперь ещё и подавно обратились в слух. — Кто? — Август демонстративно обернулся и посмотрел себе за спину. — Я? — Ты, — повторила Кохлер, уперев руки в бока. — Страж-предатель. Убийца и обманщик, который толкнул Орнави на путь, приведший к изгнанию! Если бы не ты, она бы не сделала того, в чём её обвинили. Пусть ты смог избавиться от наказания, но только я всё равно знаю правду. Убийца! Пришёл сюда, чтобы распространять свою ложь среди студентов? Находившиеся в кабинете стражи окатили женщину отсутствующими взглядами. Очевидно, их разум ненадолго отлучился, пытаясь зацепиться хотя бы за пару ниточек альтернативной версии событий и сопоставить с тем, что безумная охотница, как она думала, убила Эрику. Пришедший следом Август проявил такую лояльность, что согласился бы даже на её решение о показательной казни. Но глава клана, вопреки злым языкам, имела чувство юмора и фактически подарила опального стража его очаровательному убийце, тем самым сплотив обоих. — Орнави сама выбрала свою судьбу, — мелодичный, но очень тихий голос Эшли изящно рассёк собой тишину. — В этом некого винить. — О нет, — Кохлер резко замотала головой. — Она была ученицей Тараниса, но Август оттеснил её от учителя. — Мне кажется, ты какая-то взволнованная, — Август флегматично пожал плечами. — Я лишь пришёл к своим соратникам по делу Света. И имею на то полное право... Не бойся, я не покушаюсь на твой хлеб… На его распространение среди студентов. — Ты бы и не смог преподавать. Единственное, на что ты способен — собирать вокруг себя слабые умы и прогибать их под себя. Что стало с людьми, поверившими тебе? Со стражами? Август снова не показал эмоций. Да, это были неудобные вопросы. Но Кохлер — не тот человек, которому он хотел давать на них ответы. — Тут я вынужден признать твоё превосходство, — согласился он. — В деле воздействия на слабые умы… — Заткнись! Заткнись! — взвизгнула Кохлер. — Просто, чёрт возьми, заткнись! Ты считаешь себя исследователем Улья? Насекомое… Ты даже не представляешь его сути! Считал себя лидером? Всё потерял! Сейчас ты стал просто рабом! Тут в игру уже решил вступить “хозяин” этого стража. На мгновения Рэй уступил Раймонду Грею, но лишь немного, чтобы оба сумели занять место на диване разума и обсудить между собой, как следует поступить джентльмену, если дама слишком много орёт. — Мадам, вас слышала половина университета. Не могли бы вы просто пойти в жопу? — так искренне вежливо изрекла химера из прошлого и настоящего охотника, что пытавшийся выпить немного чая Эшли на заднем фоне громко закашлялся. — Ты! — Кохлер развернулась к нему. — Страж с проклятым оружием Йора. Лгущий, что идёт путём Света! Маленький, жалкий дреджен… — Теперь я начинаю понимать, что привело ко мне Августа, — это вежливое невесть откуда взявшееся полубезразличие никуда не делось. — Мы можем обсудить вопрос проклятия оружия Надежды в Горниле. — Да как ты смеешь, щенок! — взвизгнула Кохлер и, развернувшись на пятках, бросилась к дверям. — Чтобы духу вашего в моём университете не было, ублюдки! Когда раздался хлопок двери, какое-то мгновение всё ещё стояла тишина. Затем Рэй обернулся на Августа, а взгляд его приобрёл оттенки грусти. Но варлок не мог не почувствовать, что младший страж встал на его защиту непробиваемой стеной. Он вообще никогда не видел Рэя, вызывающего кого-то на дуэль с выражением лица одновременно Эрики и Джона. — Она следит за нами. Я получил Люмину только два дня назад, — подметил парень, осмотрев окружающих. Эшли, который казался мягким, но с самого начала всё прекрасно понимал, едва заметно кивнул. Более чем важный жест от правой руки главы клана. — Спасибо… — негромко сказал Август, сев на студенческий стул. При Кохлер он не показал этого, но её слова сумели его задеть. В сущности своей она сказала правду. Он действительно убийца. И пусть варлок умел держать себя в руках и закопал глубоко внутри свои переживания, но всё равно заступничество Рэя было приятно. — Ты не раб и знаешь это, — тоже тихо добавил ставший близким другом охотник. Да, он знал... Таранис был с ним. Кроме него у Августа никого больше не оставалось. Прежде… Теперь всё изменилось. Пусть за ним ещё долго будут присматривать, но в рядах этих стражей хотелось исправить ошибки прошлого и обрести лучшего себя. Он незаслуженно сумел прикоснуться к великим деяниям Избранной, познакомиться с лучшими из лучших. Даже Судный Час не пытался оторвать голову и довелось узнать их лично. Да это время можно назвать лучшим в жизни Августа, чёрт возьми! Пусть Рэй не давал покоя своими уколами, но яда в них не было и настоящей боли это не причиняло. — Спасибо, — ещё раз сказал Август уже твёрдым голосом. — Но, как бы то ни было, они за нами действительно следят, — с коварной улыбкой сказала Хэйла. — И это нам на руку. Кохлер эмоционально нестабильна. Теперь она будет вдвое интенсивнее следить за мной. И к тому же сегодня у неё ещё две пары… Адрес мы узнали уже давно… Так что вы знаете, что нужно делать. — Исполнить её желание и покинуть университет, конечно же, — улыбнулся Рэй уголком рта. *** Жильё многое говорит о человеке. И стражи не являются исключением из этого правила. Они, как и всякие дети людского рода, отражают себя в окружающем быту. Разница только в том, что многие не имеют никакого постоянного логова, кроме крошечного десантного корабля. Однако, к счастью, Кохлер не относилась к этой группе. Напротив, она была из тех стражей, что брезговали проводить много времени за стенами, предпочитая короткие задания и тренировки в Горниле со своими друзьями. Да и о каких долгих вылазках могла бы идти речь у штатного преподавателя? Потому и жильём ей служила обычная квартира во в меру престижном районе, куда наведались два охотника за уликами. — Сделано, — отрапортовал Фелис, вернувшись на крышу. — С трудом справился… — Сложный замок? — слегка удивился Август, убедившись, что верёвка надёжно закреплена за вентиляционную трубу. Стражи находились на крыше, откуда было просто попасть в окно нужной квартиры, расположенной на верхнем этаже. — Если бы, — Фелис издал звук, похожий на смешок. — Просто заклинило. Это окно не открывалось, наверно, лет пятьдесят. — Судя по этой грымзе, лет пятьсот, — усмехнулся Рэй, который ничего не забыл. — Вот странно… Не все стражи внешне молоды. Но почему некоторые так стары внутри? С этими словами охотник зацепился за верёвку, спускаясь вниз. Он был стражем и делал сотни других, гораздо более сложных вещей. От того простые действия казались красивыми и лёгкими, почти как у Эшли. Наверно от того Август предпочитал компанию обоих… Пусть охотник старался держаться образа беззаботного паренька, но вкус у него то и дело прослеживался. Даже в убийствах. — Следи, чтобы всё было чисто, — негромко обратился пробудившийся к своему призраку. — Мы не Орнави и размазывать по стенам мозги не будем. Так что всё должно пройти тихо. А ещё предпочитал выполнять работу аккуратно. Квартира, в которую спустился Рэй, представляла собой довольно противоречивое зрелище. “Логово”, вот какое слово приходило на ум при первом взгляде. Плотно зашторенные окна хранили полумрак, заполненный теснотой. Когда-то в далёком прошлом эту квартиру определённо посетил дизайнер или просто обладатель вкуса. Но это было слишком давно. Груды книг, коробок, упаковок от еды и грязной одежды заполняли все поверхности. Обои выцвели, приобретя какой-то желтушный цвет и теперь требовали замены, равно как и вытоптанный до дерева паркет. Мебель тоже нуждалась в ремонте. — Ну и берлога… — признёс Август, спустившийся следом. — Чем это воняет? — Труп, наверно, — невозмутимо пожал плечами Рэй, ища какую-нибудь технику. Опыт жизни с Хэйлой научил его некоторым премудростям выживания в подобной среде. Да, её вещи имели иную природу и могли лежать разве что в груде пыли и грязи. Плюс, покупка здания для всего клана обязывала иметь совесть и выносить мусор. Если кто-то посмел бы сказать, что это его личное дело и никто не вправе осуждать, то он бы очень долго слушал лекцию Амадеуса и Джона. Даже Том, всюду раскидывающий железки, в том числе и взрывоопасные, почему-то не переходил грань откровенного свинства. Рэй тоже смекнул, что беспорядок не должен источать запахи, поэтому был перевоспитан лишь сам собой, насмерть получив по голове лежащей на шкафу гантелей, которой не удосужился выделить место. — Знаю, до твоей идеально вылизанной комнаты этому месту следует сначала добиться права называться жильём, — отозвался охотник, взгляд которого наткнулся на планшет. Август кивнул и принюхался. Ему не нравился этот запах… — Если она действительно хранит дома трупы, то мы сможем сегодня же выдвинуть ей обвинения и арестовать, — сказал он, идя в сторону кухни, откуда и распространилось зловоние. Там было не лучше. Количество пустых одноразовых контейнеров превышало всякие нормы приличия, а груда посуды возвышалась над мойкой грязной пирамидой. Тут же обнаружился сам источник зловония. Мусорные пакеты, сваленные в углу. Под них натекла лужа, давно впитавшаяся в потрескавшийся линолеум. — Полгода, не меньше, — прокомментировал Фелис, подлетев ближе. — Но человеческих останков внутри нет. — Она не часто здесь бывает. Запах слишком застоявшийся, — Рэй включил планшет, вздохнул и посмотрел на призрака, всем своим видом намекая на что-то связанное с деятельностью призраков-шпионов. — Камер здесь нет, а это значит, что охранять нечего. Но, быть может, нам удастся что-то вытянуть. — Согласен, — Август крутанулся на пятках в поисках того, с чего можно начать. — Раньше она не была настолько… Неряшливой. — У смертных это может быть признаками развития шизофрении, — Рэй слишком вошёл в эту свою роль. — Они перестают следить за собой и своим окружением, фокусируясь на других вещах. Важных или нет, как повезёт в течении болезни… Что? Нет, мой предшественник в этом теле занимался совсем иными вещами. Нейропсихология — это тебе не красивое самокопание. Попробуй установить протез, не зная устройства мозга. Люди долго не могли его полностью изучить. Иронично, что им это так и не удалось… Да, нашёл время. Да, заткнусь… Но я это к тому, что человек перестаёт замечать мелочи и рамки приличного, когда его ум ослабевает. Август аккуратно отворил холодильник, но тот был совершенно пуст, за исключением пустой бутылки из-под кетчупа. Бросив взгляд на призраков, деловито исследующих каждую квадратную щель, он справедливо рассудил, что пока можно и побеседовать. — А у нас, стражей, есть дополнительные меры защиты жизни, — ответил он. — Но не рассудка. Там, где обычный человек уже станет лишь тенью себя, под гнётом болезней, грязи и неопрятности, восставший всё ещё будет казаться нормальным. Рэй приподнял одну из подушек и нашёл под той пистолет. — Это прямо семейная черта у тебя и твоих бывших дружков, — усмехнулся парень. — Да, мне уже приходилось наблюдать безумцев, как ты знаешь... И, если тебе интересен мой вердикт, самый нормальный среди нас Джон. Он постоянно занят упорядочиванием пространства вокруг и всегда увлечён своим делом, не суя без необходимости нос в чужие. Это признак крепчайшего психического здоровья. — Закономерно, — Август открыл шкаф для одежды, но нашёл лишь груду грязного тряпья на дне. — Страж без столь крепкой психики просто не прожил бы подобный срок. А тот, кто прожил… Тот и является Джоном. Я бы так не смог. Хотя… Интересно, каким он был в свои первые годы? Возможно даже наивней тебя при первой нашей встрече. — Героем был. Он такой, какой и есть, без лицемерия и желания изобразить кого-то другого. Просто повзрослел и поумнел, стал продолжением себя прошлого. Благодаря ему я знаю, что буду делать, когда почувствую старость. И тебе советую не строить эту злую рожу, а подружиться с ним, — усмехнулся охотник, заглянув в стол, но тоже ничего не обнаружил. — Она явно куда-то перепрятала свои вещички. — Да не делаю я злой рожи… — смутился Август и, встряхнув головой, посмотрел на Рэя. — Но каждый раз, когда он смотрит на меня, мне кажется, что он видит меня насквозь. Что он как будто просчитывает, сорвусь я или нет. Словно мы ещё стоим у Осколка и Джон тоже рядом, в тени. Ждёт, чтобы сделать свой решающий ход. — Он и видит тебя насквозь, — ответил охотник, не оборачиваясь. — Джон не собирался делать ход. Это была моя партия. — Думаешь, он бы оставил тебя, если бы я взял верх? — Август говорил ровно, словно он раз за разом не возвращался в своих мыслям к тому моменту. Рэй иронично обернулся на него, пока на заднем фоне усердно копался в планшете Фелис. Пробудившийся лучезарно и одновременно бесконечно коварно улыбнулся. — А кто сказал, что я отправлюсь за тобой, а не наоборот? Ты бы приехал лично к Завале, связанный вдоль и поперёк, грустно вися на плече Амадеуса. Джон хороший учитель... Август закатил глаза. А на что он, собственно, рассчитывал? Нет, ну что-то интригующее в этом определённо было… Мозговой слизень с кошачьими ушами слишком глубоко проник в его мозг, чтобы возникало желание сопротивляться. — Так, — привлёк к себе внимание Фелис. — Я внутри. Они постарались на славу, это было совершенно невозможно взломать! — Но ты справился, — произнёс Иммортус. — Разумеется. Я и не взломал, — если бы Фелис обладал мимикой, то его улыбка могла ослепить. — Долго разбирался с конфигурацией, а затем просто вошёл. Ладно, не томлю... Я работал на тайных людей. А как вы думаете, у них серьёзно есть свои представители среди программистов? Уверяю, в каждой мало-мальски значимой программе можно найти заднюю дверку для тайных защитников Города. Август невольно прикоснулся к собственному коммуникатору. Сейчас было не время спрашивать, читает ли Фелис его приватные переписки. С другой стороны, те попадут только к Рэю, а, значит, можно расслабится. Охотник вообще про них забудет. — Приступаю к чтению данных… — тем временем сказал призрак. Его страж украдкой взглянул на Иммортуса. Начал показываться дольше, чем на две секунды? Нет, он ничего не ждал от маленького робота… Просто не хотел быть врагом теперь, когда они все вроде бы старались стать умнее. — Хлам, хлам, хлам… — комментировал Фелис. — Её научные публикации, черновики, финансовые сводки… О, а вот это интересней! Бюджеты не сходятся… Расходы и доходы не сходятся. Слава Страннику в Городе почти не умеют отмывать деньги… Да, поступления… Ха! Вот и ниточка! Мы можем обвинить её в финансовой связи с бандами, которые относятся к культистам! Хорошо, смотрю дальше… О! Список покупок! — Рано. Нужно поймать её за руку, а не давать зарыться глубже, — произнёс Рэй. — Ага… Так, что тут? О, вот тоже интересно, — продолжал рассуждать призрак. — Покупка еды… В смысле, в промышленных масштабах! Запас на несколько месяцев для сотни человек. Защитное снаряжение… Скафандры для работы в экстремальной среде… Техника… Она колонию строить собралась? Но это не доказательство вины, иначе Мёртвая Орбита была бы запрещена. О! Нашёл! Приказы бандам! Ха! Вот теперь она не отвертится! Посмотрю, что тут есть интересного. Так… Рэкет, наркотики… Идеально, мы её повяжем! Ох, вот оно… Помните, недавно поймали одного придурка на контрабанде червеспор! Вот тут есть всё про него! Он работал на Кохлер! Так, а это что… — голос Фелиса дрогнул. — Они готовят покушение на Джейн!!! — Что?! — прислонившийся было к стене Рэй почти подскочил на месте, но разум возобладал над эмоциями. — Когда?! Вот почему она позволяла себе лишнее. — Сегодня! — спустя мгновение поспешно ответил Фелис. — Через… Пятнадцать минут! Мы не успеем! — Что? Нет! — Август рефлекторно схватился за оружие, но сейчас оно было бесполезно. — Зачем это вообще нужно? Дерьмо… Я знаю, зачем… Они же сектанты, следующие тому, что считают Логикой Меча. Джейн убила Орикса, но не заняла его место. И есть мнение, что если убить её, то можно занять место Орикса! — Мы не знаем, где сейчас Джейн… Рискнём связаться? — Рэй старался быстро соображать. — Нет, они наверняка следят за ней, а сигнал из этого района возможно перехватить. Только всё ускорим. Нужен быстрый и надёжный план… — Ты прав, связываться с ней опасно, — усилием воли Август заставил себя отпустить рукоять пистолета. — Дьявол… Можно передать сообщение через Завалу. Он точно не скомпрометирован. Но успеем? Нет, слишком долго... Раз они готовят покушение, то значит знают, где она?! — Нет, — Фелис панически перебирал данные. — Где-то в Городе, но не более того. Они не знают, где она будет и действуют по обстоятельствам! — Проклятье… Тогда лучше рискнуть… Если будет готова, то ещё есть шансы. Имея в преимуществе внезапный ход, они... Любой страж погибнет в бою, когда он меньше всего его ждёт! Мысль о возможной смерти Молодой Волчицы заставляла его трепетать от ужаса. Она была символом и олицетворением того, что Город может победить в своей вечной войне. Если её не станет, человечество будет обречено! — Они уже наверняка выяснили, где сейчас Джейн… — Рэй что-то вспомнил и вдруг широко заулыбался. — Но зато я знаю, с кем она. Есть кое-что в сотни раз хуже Орикса... Фелис, свяжись с Катрин.