Доверие

— Доверяю, — протянула Маринетт.       Кот довольно взял ее руку и поцеловал костяшки пальцев. — Я хочу, чтоб ты разделась, — разбавил он странную музыку своим гортанным урчанием.       Она медлила. Скромная Маринетт, вчерашняя девчушка с парой симпатичных хвостиков, не могла отважиться на подобное, еще и перед обожаемым всеми героем города.       Тогда он сам потянул вверх ее футболку. — Не бойся, — успокаивал он. —  Помнишь? Я же обещал не быть первым. Ты сохранишь верность любимому. Только дам тебе расслабиться, испытав что-то новое.       Футболка бесформенным комком лежала на полу, а Кот тянул вниз штаны, обнажая пару стройных ножек прелестницы. Она неуверенно стягивала нижнее белье.       Фарфоровая кожа покрылась таинственными бликами, мерцая под игрой маленьких язычков пламени на восковых пластинах. Юноша любовался изгибами тела: — Ты самое прекрасное, что я когда-либо видел, — едва дышал скрытый маской Адриан.       Он даже не коснулся ее, изучая глазами каждую родинку на теле, как эстет наслаждается картиной, а гурман вкусом блюда.       Затем ночной гость потянулся за кистями и красками. — Очень символично, — хмыкнул он, изучая банки с черной и красной тушью. — Хочешь раскрасить меня в красный с черным горохом костюм? — не сдержала смеха Мари. — Оставим мои фантазии о Леди на другой раз. Наша сегодняшняя тема «Восток», — его голос стал серьезным. Даже слишком.       Нуар открыл банку с черной краской и опустил туда мягкую часть кисти, долго водил круговыми движениями, размешивая тушь. Его прекрасный холст для работы даже занервничал. — Готова? — Он наконец вынул мягкий кончик и стряхнул лишнюю капельку краски.       Медленно, сосредоточенно, наслаждаясь каждым сантиметром от проделанной работы, он провел толстую черную линию от одного плеча девушки к другому. Отстранился, любуясь проделанной работой. Капельки туши тоненькими струйками подтекали с оставшейся линии, щекоча кожу.       Они улыбнулись друг другу. — Теперь будет чуть интереснее, — загадочно мурлыкнул Кот и поднес новую порцию краски к подмышке Маринетт. — Не шевелись.       Он вновь осторожно повел прямую линию, прямо через ее грудь. Холодная тушь, в сочетании с мягкой щекочущей кистью… ух… по телу побежали мурашки, волной наслаждения отзываясь в паху и груди, заставляя сжаться в топорщащиеся пуговки соски.       Кот вновь набрал краски, а Мари все продолжал бить странный озноб возбуждения: «Что он еще придумает?» — Откуда ты столько знаешь о Японии? — решила она разбавить повисшую неловкость. — Я раньше встречался с японкой, — не отвлекаясь от работы, бросил герой. Он вложил мягкий конец кисти в ее пупок и повел линию вниз и в сторону, к бедру. — Вот как, — недовольно буркнула девушка, почувствовав неприятный укол ревности: — И ее ты тоже раскрашивал? — Нет, — нараспев ответил он, проводя симметричную нарисованной уже линии. — С детского сада кисть в руках не держал. Теперь понимаю, как много потерял.       Мари довольно улыбнулась. Не только для нее все впервые. Адриан тоже улыбнулся, вспомнив, как его подруга собачилась с Кагами. Хорошо, что девчонки потом сдружились. — А теперь самое интересное, — шепнул он и приложил кисть с новой порцией чернил к ямочке у основания шеи.       Медленно, томно он повел ее вниз, ровной линией через ложбинку между грудями, дальше по животу, стремясь ниже… неприлично ниже.       Вздох наслаждения удержать было нереально, а кот лишь расплылся в довольной улыбке, поблескивая игривыми глазами. — Еще пара штрихов. Он довольно открыл банку с красной тушью и провел линии вдоль ее рук, а потом повторил их на ногах. Стоящий на коленях у ее ног мужественный блондин, лучший охранник Парижа, смотрел на свой шедевр, как на богиню. — Тебе правда нравится? — неуютно ежилась под этим пристальным взглядом Маринетт. — Это лучшее, что я когда-либо видел и делал. Теперь повернись спиной.       Он вновь взял черную краску и провел кистью от первого шейного позвонка вниз, скользя по позвоночнику, а затем сместился влево на ягодицу. После он повторил линию и на правую сторону. — Осталось чуть-чуть, — довольно шепнул он, проводя пару маленьких линий между лопаток к плечам. — Вот теперь отлично. Готова посмотреть?       Он подвел ее к большому зеркалу. — Смотри, Маринетт, — сладко зашептал он на ухо. — Не закрывай глаза, чувствуй меня.       Прекрасное альтер-эго ЛедиБаг видело, как он осторожно, боясь ранить когтистой лапой, повторил линию на плечах. — Эта моя любимая, — вновь зашептал он, обводя пальцами линию на груди. Она выгнулась навстречу ласке, прижавшись лопатками к его телу.       Зеркало удваивало количество свечей вокруг, сохраняя полумрак комнаты, так что руки в черном костюме, казались щупальцами демонического существа, скользящими по изгибам тела.       Мари хотелось закинуть на его плечо голову, закрыть глаза и сладко застонать. — Нет, — встряхнул он обмякшее тело, — смотри, Принцесса, — он повторил боковые линии краски. — А теперь самая главная, — его руки заскользили к шее, а после побежали вниз, повторяя след черной полоски. Она спиной чувствовала его шершавый костюм, слегка холодный, сплетенный из магии и волшебства, подобной той, что он одаривал её сейчас. Его пальцы нежно сжали пушистый холмик внизу живота, так что девушка инстинктивно прижалась к нему ягодицами и ахнула, не в силах сдержать нахлынувшие чувства. — Это не просто линии, — продолжая свой мягкий массаж, шептал он в ухо, силясь сдержать свои эмоции от трения её бедер о костюм. — Это символ. Японский иероглиф «Гармония». Смотри, Принцесса.       Маринетт пошире распахнула глаза. Сквозь дымку сладкой истомы, она видела потрясающую картину — ее нежная белая кожа, под черными линиями смотрелась еще белее и невиннее, а сами линии скрывали всю непристойность обнаженного тела, выгодно подчеркивая силуэт. Красные полосы на руках и ногах создавали эффект бесконечности, а цвет, как кусочек подаренной котом страсти кружил голову. — Потрясающе, — не выдержала одухотворенная душа дизайнера. — Никогда бы не подумала. Это так красиво. Кот обнял ее за плечи и довольно блеснул зелеными глазами в полумраке. — Значит, мне опять удалось тебя порадовать. — А что это? — она развернулась спиной к зеркалу. — Это другой иероглиф, — загадочно протянул Нуар. — И что же он означает? Он клацнул зубами в надежде скрыть улыбку. — Ну же, рассказывай. — Огонь, — довольно расплылся в обворожительной улыбке кошак. — Ты считаешь меня горячей штучкой? — засмеялась Маринетт. — Еще какой, — засмеялся он в ответ, прижимая к груди подругу. — Спасибо за вдохновение, моя мурмуза, — она привстала на цыпочки и чмокнула парня в щеку. — Теперь я действительно знаю, куда должна двигаться дальше. — Не за что, моя Принцесса. Всегда рад тебе помочь.       Она еще раз чмокнула своего верного рыцаря. — Подождешь меня? Я быстро приму душ. — Погоди, — задержал ее Нуар, — можно… я… помою тебя? Мне очень понравилось изучать твое тело.       В неярком свете Мари почудилось, что он даже покраснел. «О-ля-ля, — подумала она, — а Нуар то, оказывается, скромник, а не тот мачо, каким показывает себя». — Можно, — без лишнего жеманства согласилась она. — Ты уже не раз выручал меня. К тому же, — она мялась, чувствуя, как багрянец заливает щеки, — я бы хотела и тебе доставить удовольствие. — Мне? — Адриан такого точно не ожидал. — Да. Вчера было волшебно, но только для меня. Я не опытна в этих делах, может ты что подскажешь? — совсем смутившись, добавила она. — Есть, конечно, способы, — он почесал лохматую гриву, — но костюм просто так не снять. Сама понимаешь. — Я закрою глаза. — Это слишком рискованно, — пробубнил себе под нос Нуар. — Хотя, можно иначе.       Он опять развернул ее к зеркалу и прижал к груди, так что девушка всем телом ощутила магию черного цвета за спиной. — Я могу кое-что сделать, — шепнул он, целуя ее шею. — Но, честно сказать, и сам стесняюсь. — Отлично, — вздохнула она, — я стою голая перед парнем, даже не зная его имени, а стесняется, оказывается, он. Дожили.       Кот засмеялся. — Хорошо. Давай попробуем. Мы же доверяем друг другу.