Roman Holidays

17. 09. 19.

Настроение Тэхена с утра омрачила маленькая неожиданность. Посмотрев на себя в зеркало, парень обнаружил, что тело покрылось красными пятнами - не что иное, как аллергия на солнце. А ведь Ким специально выбирал одежду с закрытым горлом и плечами! Хорошо, хоть лицо в порядке. По пути к уже привычному месту встречи Тэ думает, разумеется, о Чонгуке (ну и капельку о Ватикане, куда они сегодня отправятся). Чон признался Тэхену о своей связи с мужчинами – довольно рискованно, будучи айдолом. Но, с другой стороны, даже если бы Ким хотел огласить эту информацию, у него нет никаких доказательств – только его собственные слова. В любом случае, Тэ никогда бы так не поступил, ни при каких обстоятельствах. Вчера они с Гуком наконец обменялись телефонами – еще один шаг со стороны младшего. Тэхену аж не верится, он снова и снова глядит на новый контакт «ДжейКей» на экране и уже выучил номер наизусть. Тэ хотел написать Чону в катоке, но не решился, а тот инициативы не проявлял. «Но ничего, не все сразу», - думает старший. Сегодня Чонгук пришел первым и уже ждет возле фонтана, как всегда покоряя своим внешним видом: даже простая черная футболка отлично на нем сидит, не говоря уже об узких брюках, облегающих бедра. Про отросшие волосы вообще отдельный разговор: если бы Тэ стал описывать их, то не хватило бы и листа А4; плюс сегодня к образу Гук добавил несколько колец на пальцах. Внешность младшего вновь заставляет Кима почувствовать себя гадким утенком рядом с прекрасным черным лебедем. Тэ одет прилично, даже стильно, но все равно до Чона ему как до Пекина. Парни здороваются и идут к метро: сегодня они решили не тратить все силы на пешие прогулки и сэкономить время. Уже не слишком рано, но свободных мест в вагоне нет, и они становятся рядом, а Чонгук втыкает в уши наушники. Тэхен свои оставил дома и просто смирно стоит, думая о предстоящем дне и о приятном парфюме своего спутника. Неожиданно младший протягивает ему один наушник, и Ким принимает его с благодарной улыбкой. Из динамика льется приятный мужской голос, который кажется Киму знакомым, и он просит Гука назвать исполнителя. Им оказывается Lauv –Тэ нравится этот певец и он восхищенно восклицает: -Круто! У меня тоже есть его песни! Одна из них – моя любимая! Дослушав композицию, Чонгук передает наушники старшему, а тот включает ту самую песню, кивая головой в такт и нашептывая про себя слова. Текст и смысл запали ему в душу (Тэхен часто смотрит перевод песен, которые ему особенно нравятся), и он помнит все наизусть. Музыка в наушнике затихает, но Ким не спешит включать новую – им уже пора выходить. -Мне понравилась песня, скинь потом название в катоке, - просит Чонгук, а Тэхен радуется, что смог угодить. День обещает быть чудесным! Ватикан поражает своей красотой. Золотые залы, живописные полотна, изысканные статуи – Тэ не может отвести зачарованный взгляд. Он с упоением слушает аудиогида, рассказывающего о древних правителях и их богатствах, хранящихся в этом крошечном государстве с населением меньше тысячи человек. Через два часа экскурсии старший все так же внимательно впитывает информацию, чего не скажешь о Чоне: он уже заметно устал от голоса в наушниках и, кажется, не прочь уйти. Тогда Ким решает отправиться в последний, самый главный зал, чтобы увидеть Сикстинскую Капеллу великого Микеланджело. Их предупреждают, что нельзя фотографировать и снимать, а также громко разговаривать. Парни заходят в огромное помещение с высоким потолком и становятся посреди, пытаясь ухватить всю панораму. Тэхен восхищенно крутится вокруг своей оси, открыв рот – его всегда приводили в восторг картины, но такого великолепия еще не приходилось видеть. Вроде бы даже Чонгука впечатлило увиденное. -В этом зале проходит выбор Папы Римского! –шепчет старший на ухо Гуку, а тот согласно кивает, переводя свой взгляд на спутника. Постояв еще немного, парни выходят и идут в сторону собора Святого Петра – символа Ватикана. Они проходят досмотр и попадают внутрь, окруженные статуями и изображениями святых. Ким не может устоять – он выдает Чонгуку факты один за другим, восхищенный величеством и изяществом собора. Тэ даже в какой-то момент становится неудобно: не факт, что Чонгуку все это интересно, но старший просто не может остановиться, его переполняют эмоции. -Я тебе не надоел? – скромно интересуется Ким, когда они спускаются в нижний храм. -Неа, - ухмыляется младший. – С тобой можно сэкономить деньги на экскурсовода. Тэхен в ответ расплывается в улыбке, думая о том, что Чон мог бы позволить себе самого лучшего гида в этом государстве. Выйдя из темного собора наружу навстречу слепящему солнцу, молодые люди вновь двинулись в путь согласно плану Тэ. Сначала они прошлись вокруг замка святого ангела, а после отправились в противоположную сторону, в район Трастевере, оставив Ватикан за спиной. -Мой знакомый сказал, что там лучшие пиццерии Рима! –поделился старший, а Чонгук активно поддержал его идею пообедать, он уже заметно проголодался. Парни зашли в одну из крохотных пиццерий, которая предлагала большой ассортимент. Пицца не была разделена на кусочки, продавец за стойкой отрезал столько, сколько душа пожелает. Каждый из парней сделал свой выбор (Киму пришлось нелегко, глаза разбегались от разнообразия), и они устроились на высоких стульях рядом с витринами. Большинство посетителей брало пиццу на вынос, да и их было немного, что делало заведение тихим и спокойным. Тэхен чуть ли не застонал от удовольствия – настолько тесто было ароматным, а начинка сочной. Он зажмурился, наслаждаясь каждым кусочком, чем вызвал смех младшего. -Что? – с набитым ртом попытался возмутиться Ким. -Тебе надо пиццу рекламировать, ты так аппетитно ее поедаешь! – рассмеялся Гук. -Эта пицца не нуждается в рекламе, она идеальна! Тебе нравится? -Да, очень вкусно,- как всегда сдержанно похвалил Чон.- Можно попробовать твою? -Конечно! Вместо того, чтобы взять с тарелки нетронутый кусочек, младший тянется к тому, что уже находится в руках Тэхена, откусывая и задевая губами пальцы старшего. Тэ провожает изумленным взглядом данное действо – он такого явно не ожидал, кажется, его сердце забилось быстрее. А Чонгук тем временем бесстыже наблюдает за реакцией старшего, прожевав и облизнув верхнюю губу кончиком языка. -Райское наслаждение, - тихо говорит низким голосом Гук, зажмуривая глаза, а Тэ чуть не падает со стула от этих выкидонов. К такому его жизнь не готовила. К вечеру Тэхен чувствует безумную усталость – они обошли все улочки Трастевере, исследовали каждый уголок. Но Чонгуку, кажется все нипочем – он очень выносливый, будто полон сил. Старший устало опускается на лавочку с желанием вытянуть ноги и расслабить натруженные мышцы. Хочется пить, но вода закончилась – Тэхен окидывает разочарованным взглядом пустую бутылку и тяжко вздыхает. -Держи, -протягивает ему свою воду Чон. -Не надо, ты наверное сам пить хочешь. -Выпей, не отказывайся. Я по дороге еще куплю. Ким благодарит младшего и делает несколько глотков, не допивая до конца, но Чонгук осуждающим взглядом и резким словцом заставляет его опустошить бутылку полностью. У Кима внезапно звонит телефон, заставляя его дернуться от неожиданности, и он без особого желания берет трубку. Видимо, на работе что-то случилось, раз начальник решил раскошелиться на международный звонок. Гук тем временем показывает, что отойдет ненадолго и удаляется, исчезая за поворотом. Тэхен не ошибся – руководитель отдела говорит, как им не хватает такого ценного работника как Ким, и интересуется, не сможет ли он вернуться из отпуска на несколько дней раньше. После недолгих споров Тэ все же соглашается сократить свой отпуск на три дня (к тому времени он уже вернется из Италии) и уныло кладет трубку – по возвращении он хотел наведаться к родителям в Тэгу, но теперь не получится. Чонгук все еще не появился, и Тэхен, чтобы скоротать время, листает фотографии в галерее – среди них есть несколько, где Чон сфотографировал Тэ, ярко улыбающегося в камеру. Внезапно парня накрывает грусть – через несколько дней эти фотографии будут единственным воспоминанием об этой поездке и Чонгуке. Но Тэхен хотя бы будет помнить. А вспомнит ли его Гук? Младший своим появлением прерывает печальные думы, неся в руках два рожка с мороженым. Один он протягивает Тэхену: -Ты говорил, что любишь итальянское мороженое, но я не знал, какой вкус взять. Выбрал клубнику и шоколад, угощайся. Киму очень приятно, и он расплывается в улыбке, говоря младшему десятки слов благодарности и уверяя, что обожает клубнику и шоколад. Вместе они поедают быстро тающее лакомство, параллельно Тэ рассказывает Гуку о звонке начальника и жалуется о сокращенном отпуске и о том, что всего через пару дней их отдых подойдет к концу. Парень переводит взгляд на Чонгука и видит, что несколько капель мороженого скатилось с губ на подбородок, пачкая его. Тэ, следуя странному порыву, достает из кармана салфетку и стирает их с лица Гука, нечаянно касаясь губ пальцами и быстро отнимая руку. «Боже, что я творю?» - замерев думает Тэхен, ожидая реакции младшего, но тот лишь смотрит своим глубоким, пронзительным взглядом. Через несколько секунд Ким отводит глаза, возвращая внимание вафельному рожку, будто ничего не произошло и то, что он сделал – в порядке вещей. Ему даже становится грустно, ведь на несколько секунд он поверил, что Чонгук его сейчас поцелует. Видимо, Тэ ошибся. Он, быстро сориентировавшись, заполняет неловкую тишину разговорами об итальянской архитектуре, перечисляя все места, которые хотел бы еще посетить: Флоренция, Венеция, Пиза, Сиена…Все не ухватить! Болтая об этом, Тэ осознает, что ничего не знает о личных планах Чонгука: возможно завтра их пути разойдутся, если младший решит остаться в Риме. -Жалко будет уезжать, -вздыхает Ким. –Знаешь, в начале своего путешествия я был не против одиночества, но сейчас так привык к твоей компании, что мне становится грустно, когда я думаю о том, что буду исследовать эти города без тебя. -Я собирался посетить Венецию, мы могли бы встретиться там. Мне тоже не хочется расставаться, но 4 города – это слишком много. Если выберешь один из трех оставшихся – я поеду с тобой. -Это шантаж? – улыбается Тэ. -Нет, просто предложение, - лицо Чона все еще серьезно, и Тэ понимает, что парень не шутит. Он действительно готов изменить свои планы ради Кима, надо только дать добро. Старший не думает ни минуты – он готов променять поездку в два города ради компании Гука. -Я согласен. Только не знаю, что выбрать. Допустим, Сиену я отметаю, но Флоренция или Пиза? -Я ничего не знаю про эти города, кроме того, что в Пизе есть падающая башня. Так что сам решай. Можешь кинуть монетку, -предлагает Чон и достает из кошелька один евро. -Хорошо, ты кидай. Пусть Флоренция - орел, а Пиза –решка. Младший подкидывает монетку и ловит ее, сжимая ладонь. Тэ с любопытством разжимает пальцы и видит решку. -Пиза! –восклицает он! Мы увидим площадь чудес! -Ты не расстроен? – интересуется Чонгук, - ты все еще можешь отказаться и отправиться во Флоренцию. -Нет, я все уже решил, - Ким не собирается менять мнение. За разговорами парни не замечают, как на улице темнеет, а людей становится все меньше. В основном они скапливаются группками возле кафешек и иных развлекательных заведений. Вообще, Тэхену очень интересно наведаться в клуб в Италии и сравнить его с корейскими, но сейчас он просто не в состоянии найти на это силы. До метро предстоит долгий путь, а парень еле переставляет ноги, такое чувство, что после отдыха идти стало еще тяжелее. -Давай вызовем такси, -предлагает Гук, видя страдания старшего. -Не надо, я дойду, - Тэ пытается ускорить шаг и всем своим видом показывает, что нисколечки не устал, но Чона не проведешь. Он достает телефон и отмечает в приложении точку на карте – ту, где располагается его отель. -Скажи адрес своей гостиницы. Тэ заглядывает в экран и диктует адрес. Их отели находятся далеко друг от друга, и сумма, горящая на экране, увеличивается почти втрое. -Тебе совсем не выгодно ехать со мной, - тихо замечает старший, - Поезжай один, я сам как-нибудь доберусь. Чонгук в ответ лишь жмет на кнопку «заказать» и отвечает: -Поздно. Я уже вызвал. Тэхен, сам не зная почему, обижается: -Ты совсем меня не слушаешь. Почему ты меня не уважаешь? – мягко спрашивает он, сверля младшего взглядом. – Снова ставишь меня в неловкое положение, сначала не взял деньги за мороженое, а теперь такси! – он, вместо того, чтобы ожидать машину, упрямо движется вперед, оставляя Гука позади. Тот мигом догоняет, ловит за плечо и разворачивает лицом к себе: -С чего ты взял, что не уважаю? Я был с тобой груб или вел себя неприлично? То, что я угостил тебя – всего лишь дружеский жест. Да, я хорошо зарабатываю, и могу позволить себе – разве в этом есть что-то плохое? Я ни в коем случае не хотел тебя обидеть или унизить. Думал, заплачу за такси сам, но если ты так настаиваешь, разделим пополам. Давай не будем ссориться из-за ерунды. Ким понимает, что Чонгук прав. Он раздувает из мухи слона. Но фраза «дружеский жест» застревает в голове, как комар в паутине. На тираду младшего Тэ лишь кивает и мямлит: -Ты никогда не называешь меня хёном. -Это не значит, что я ставлю тебя ниже себя. Мы не в Корее, и я не хочу общаться так формально. Тэхена устраивает такое объяснение. Через пару минут их забирает такси, первым отвозя Чона – его отель намного ближе. Парень выходит из машины, и прежде чем захлопнуть дверь просит: -Напиши мне, как доедешь. -Хорошо. Ты не обижаешься? -Нет. Увидимся завтра, - и Гук машет рукой на прощание. -Увидимся. По пути Ким уже успел разволноваться: «нет» Чонгука прозвучало как-то сухо, возможно младший все же таит обиду. Тэхен был неблагодарным дураком, и мог задетьГука, не отличающегося терпеливостью. Прибыв в гостиницу и поднявшись в номер, Тэ сразу строчит Чону повторное извинение с подробным объяснением своего поведения, (он старший, это он должен платить за Гука) и обещанием угостить его ужином. Ответ не заставляет себя ждать: Чон уверяет, что ничуть не обижен, и просит принимать его заботу без возражений. Одно остается фактом: сообщения младшего вызывают у Тэ улыбку, с которой он ничего не может поделать. Он скидывает Гуку песню, которую они сегодня слушали в метро, а сам находит ту, что включал Чонгук, и ставит на повтор.

***

Гук ругал себя, что пришел раньше положенного – он ненавидел ждать. К счастью, Тэхен не сильно опоздал – его стройная фигура резво приближалась, а улыбку было видно издалека. Чону было любопытно, нравится ли он старшему? Скорее да: тот с трудом мог сдержать свои эмоции, как положительные, так и отрицательные, а при общении с Чонгуком будто светился. «Жаль, если так. Не хочется разбивать наивное юное сердечко». И, хотя Тэхен был его хёном, Гук практически не ощущал этого: Ким радовался как ребенок, зачастую бурно реагировал, а Чон, наоборот вел себя зрело – сказалось то, что весь подростковый возраст он посвятил тренировкам и репетициям, поэтому рано повзрослел. Гук не мог не заметить, что Тэ – парень очень симпатичный: у него большие глаза с густыми ресницами, аккуратные черты лица, высокий рост и, что немаловажно, отличное чувство стиля. Старший немного болтлив, но к этому можно привыкнуть, у него гораздо больше положительных черт: доброжелательность, вежливость, острый ум. Мысленно Чонгук хвалит себя за то, что нашел такого удачного компаньона. Ватикан, как и обещал Тэхен, оказывается впечатляющим местом, хранящим тысячи реликвий и шедевров мирового искусства. В соборе святого Павла старшего будто прорывает: он рассказывает про папу римского, на которого было совершено покушение, про пророчества и про погребенных в соборе священнослужителей, про Микеланджело, Рафаэля… В конце концов Ким все же замечает отстраненный вид младшего и спрашивает: -Я тебе не надоел? – а у самого во взгляде такая надежда, что даже у Чона не хватило бы наглости сказать правду и все испортить. -Неа, с тобой можно сэкономить деньги на экскурсовода! – и дарит ему одну из своих ослепительных улыбок, на которую старший отвечает своей, не менее ослепительной. Какой же Тэ все же милый! Вырвавшись, наконец, из Ватикана, парни направляются в тихий район, по дороге в который Чон мечтает лишь о том, чтобы поесть и приземлиться на какую-нибудь ровную (и желательно мягкую) поверхность. Они заходят в крошечную пиццерию, Гук берет себе огромную порцию каприччозы и падает на стул, а позже к нему присоединяется Тэхен. Местечко очень уединенное, а старший закрывает собой весь обзор, поэтому Гуку хочешь не хочешь, а приходится смотреть на Тэ. И Чонгук, сам этого не замечая, залипает на губах старшего и на том, с каким аппетитом он ест: будто это самое вкусное лакомство в мире. Он спешит сообщить об этом Тэхену, мол, не пора ли сниматься в рекламе пиццы, на что тот смущается и начинает нахваливать итальянскую стряпню. Гук хочет продегустировать мясную пиццу, которую купил Тэхен и тянется к рукам старшего, случайно (или не очень) задевая губами длинные пальцы. При этом Чон не сводит глаз с лица Тэ, стараясь не упустить ни одной эмоции. А выражение лица у застывшего парня презабавное: будто он увидел что-то столь шокирующее и потрясающее, что никак не может отойти. Внутри Чон умирает со смеху, но внешне он скала: уроки актерского мастерства не прошли даром, и парень делает вид, что все происходящее в порядке вещей. Несколько часов спустя они, уставшие от жары и длительных прогулок, останавливаются на лавке на территории очередной виллы, историю которой Тэхен, разумеется, знает. -Я такой ботан, -улыбается Ким. – На самом деле я давно хотел сюда поехать и много читал об Италии. А ты почему отправился именно сюда? -Не знаю, - Гук пожимает плечами, задумавшись над вопросом. – Здесь погода хорошая. -И все? – смеется старший. – Только из-за погоды? -Ну, я много где был, а здесь лишь раз проездом. На море я не особо хотел, но в то же время и в холод не было желания ехать. В итоге мне посоветовали Италию, - о том, что из-за популярности он не может спокойно отдохнуть в Азии, да и в Америке, Чон решает умолчать. Внезапно у Кима звонит телефон, и тот чуть ли не подскакивает от неожиданности. Чонгук решает удалиться – не хочет подслушивать чужой разговор – и машет старшему рукой, мол, отлучится ненадолго. Оставив Тэ на лавке, парень движется по улочке меж сувенирных магазинчиков без особого направления, пока не видит джелатерию. Он останавливается, вспоминая, что Тэхен восхищался итальянским мороженым, и решает купить себе и угостить старшего. Не зная, какой вкус взять, он берет Тэхену клубничное и шоколадное – первое, что приходит на ум. Надеясь, что Ким уже закончил разговор, он неспешно бредет в обратную сторону. Видя, как обрадовался старший такому простому гостинцу, Чон понимает, что сделал правильно – Тэ на крючке. Забавно, как просто угодить этому парню! Простейшие знаки внимания, элементарная забота – и он тает. А некоторые воспринимают это как данность. Поедая мороженое, Гук не замечал, как перемазался, до тех самых пор, пока Тэхен не протянул к нему салфетку, стирая с подбородка сладкие капли. Признаться, Чонгук был не готов. Вероятно, это была ответочка за произошедшее за обедом. Что ж, счет 1:1. Но Чон не собирается проигрывать. Смутившись от содеянного, Тэхен включает механизм психологической защиты, коим у него является болтовня. Он посвящает Чонгука в свои планы на оставшиеся дни отдыха, сетуя на скорую разлуку. И младший предлагает поехать вместе. А почему бы и нет? Они хорошо ладят, с Кимом комфортно, и, возможно, одиночество не так уж и прекрасно, как казалось вначале. Ну и конечно, Чону любопытно, чем все закончится. Поддастся ли Тэхен его чарам? Ради того, чтобы узнать, приходится идти на уступки – завтра они заедут в Пизу, но Гук уверен: Тэхен этого стоит. Да и яркая улыбка старшего отчего-то поднимает настроение обычно хмурого Чонгука. В жизни он совсем не такой лучезарный, как на сцене, но пребывание рядом с таким солнечным парнем делает младшего чуточку добрее. Если бы упрямство Тэхена все не портило. Что младший не любит, так это уступать. Среди своих помощников он не терпит неподчинения, поэтому приходится напоминать себе, что Тэ не работает на него. Глупая история с такси бесит Чона сильнее, чем должна. Неужели так сложно принять его заботу, его деньги и радоваться жизни? Но нет, надо строить недотрогу, самостоятельного и так далее. Чонгук с показным спокойствием отвечает Тэхену на тираду об отсутствии уважения, хотя внутри все бурлит: -С чего ты взял, что не уважаю? Я был с тобой груб или вел себя неприлично? То, что я угостил тебя – всего лишь дружеский жест. Да, я хорошо зарабатываю, и могу позволить себе – разве в этом есть что-то плохое? Видимо, ему удалось подобрать правильные слова, потому что все, что выдавливает из себя Тэ, это: «Ты никогда не называешь меня хёном». Но Чонгуку вновь удается вывернуть все так, чтобы старший чувствовал себя виноватым. И, если честно, Гуку ни капельки не стыдно. -Напиши мне, как доедешь, - просит он, прежде чем попрощаться. -Хорошо. Ты не обижаешься? – на лице старшего явно написано волнение. Видимо, Гук перестарался с аргументами в свою пользу. -Нет. Увидимся завтра, - он закрывает дверь, не дожидаясь ответа. И ничуть не удивляется, когда через полчаса ему в катоке приходит длинное письмо от Тэхена с подробным анализом его поведения, развернутыми извинениями и просьбой угостить его, Чонгука, обедом. Гука эта переживательная сторона Тэхена страшно забавляет. Он строчит ответ, убеждая старшего, что между ними нет никаких обид: ему не нужно, чтобы бедный парень корил себя за свои поступки или слова. Прочитав содержательное послание Кима, он будто бы начал понимать, что тот чувствует, представив себя на его месте. В конце концов, в планах Гука не было унижения Тэхена, наоборот, он пытался угодить старшему. Отправив ответ, Чон со спокойной душой идет в душ, включая песню, что прислал Тэхен. Тут он не врал: она действительно приятная, мягкая и мелодичная, напоминает самого Кима. Интересно, как бы она звучала в его исполнении? Чонгук уверен, что очень красиво, и у него еще есть время, чтобы в этом убедиться.