Roman Holidays

16.09.19.

В без десяти десять Тэхен уже стоял на договорённом месте. Он был полностью укомплектован: на шее фотоаппарат, в небольшом рюкзаке две бутылки воды и пачка пластырей (на всякий случай), на глазах – солнечные очки. Погода была ещё жарче, чем вчера, и парень подыскал себе местечко в тени. Тэ с волнением ожидал встречи с Чонгуком, но сохранял внешнее спокойствие: по нему и не догадаешься, что вчера, вернувшись в отель, Ким пересматривал любимые клипы и выступления айдола. От безделья парень развернул карту города, чтобы уточнить предстоящий маршрут. Постепенно его мысли уплывали в сторону Чона. Тот человек, которого видел вчера Тэхен, с которым общался, это ли есть настоящий Чон Чонгук? Ким не был уверен, но точно знал одно: он хочет, чтобы с ним Гук был искренним, чтобы ему не нужно было притворяться. И если для этого самому Тэ нужно сделать вид, что он не знает знаменитогоЧонгука, то он согласен. Он будет называть его ДжейКей и постарается ничем себя не выдать. Стрелки на часах путешественника плавно перевалили за десять. Ким начал сомневаться. Это он вчера предложил Чонгуку встретиться и вместе осмотреть Рим. Может быть, младший передумал? Или даже с самого начала не хотел видеться с Тэ, просто ему было неудобно отказать? В любом случае, парень был расстроен, но решил подождать ещё немного. Занять себя было совсем нечем, и он просто наблюдал за туристами, суетящимися вокруг. Через пятнадцать минут Тэхен был уже уверен, что Чон не придёт. Ну не станет человек, которому важна встреча, опаздывать так сильно. Наверное, Чонгук всё специально подстроил: не согласился обмениваться номерами, чтобы легко отделаться от навязчивого соотечественника. Бедный глупый Тэхен. Гук кинул его, а тот понял это только сейчас. Но что-то (или упрямство, или слабая надежда) не позволяло Киму уйти. И его терпение было вознаграждено: вскоре он увидел знакомую фигуру, быстро приближающуюся к нему. Чонгук двигался стремительно, но в то же время сохранял уверенное и безучастное выражение лица. - ДжейКей! Я уже подумал, что ты не придёшь! – Тэ тоже старался не выглядеть слишком обрадованным. - Привет. Прости за опоздание, я проспал, - как-то суховато произнёс Чонгук. – Не думал, что ты всё ещё здесь. - Ну я решил, может ты задержался или случилось что, - старший не озвучил свои мысли о том, что Чон его кинул.– Как твои ноги? - Всё в порядке. Вот, сегодня надел другие кроссовки. Тэ обратил внимание на обувь Гука. Не надо быть специалистом в моде, чтобы понять, что такие боты стоят больше, чем вся одежда среднестатистического человека. - Надеюсь, тебе в них комфортнее. Пойдём? Гук молча кивнул, и они двинулись по направлению к капитолию. Тэ озвучивал младшему свои планы по посещению достопримечательностей, а тот со всем соглашался. Тэхену он казался немного безынициативным, но, с другой стороны, так даже проще. Ким с интересом разглядывал яркие витрины магазинчиков, мимо которых они проходили. Особенно старшего заинтересовал тот, на вывеске которого красовался огромный лист конопли. - В Италии что, легально можно купить траву? – задал он вопрос то ли самому себе, то ли спутнику. Чонгук на это лишь усмехнулся и пожал плечами. Через полчаса парни сидели на ступенях капитолия в тени самого здания. Вокруг было много туристов, и Тэ заметил, что Чон напрягся – наверняка младший предпочёл бы не столь многолюдное место для отдыха. Гук сидел, опустив голову, стараясь казаться незаметным и привлекать как можно меньше внимания. - Пойдём дальше? – предложил старший, и Чонгук сразу согласился. Они поднялись дальше по ступеням, чтобы полюбоваться открывшимися видами римского форума и других архитектурных шедевров. Обойдя колоссальное здание вокруг, парни спустились вниз и двинулись к знаменитому холму Палатин и к кассе, чтобы купить билеты в Колизей. - Я внутрь не пойду, - сообщил старшему Чонгук. – Не соскучишься там один? - Я справлюсь. Но неужели тебе не интересно? Наверняка Колизей изнутри поразителен! И посмотри на эти руины, они выглядят удивительно! Нужно подойти ближе, хотя бы чтобы сделать красивые фотографии! Слова Тэхена звучали убедительно, но Гук стоял на своём. - Уверен, Колизей снаружи круче, чем изнутри. Да и развалины я уже отсюда посмотрел – мне хватит. Тэ лишь хмыкнул и развёл руками. Приехать в Италию и не зайти в Колизей? В ворота, через которые гладиаторы входили рабами, а выходили свободными людьми? Нет, ему этого не понять. Из-за большого наплыва туристов билет Киму достался только на 14:00. Сейчас только половина двенадцатого, поэтому они решили зайти в кафе и перекусить. И вновь Тэхену стало неловко. Хоть бы младший не решил зайти в какой-нибудь дорогущий ресторан! Но Чонгук предложил Киму выбрать самому, и тот выдохнул с облегчением. Конечно, кафешки в центре столицы дешёвыми не будут, но всё же они Тэ по зубам. Молодые люди остановились в одном из милых заведений и выбрали столик на улице. Ким не успел особо проголодаться, поэтому взял только блинчики и мороженое (которое здесь стоило 2,5 евро за шарик). Гук заказал салат и кофе. Всё шло прекрасно, старший обратил внимание, что Чонгук вёл себя гораздо спокойнее и раскованнее, чем прежде, даже показал попутчику некоторые фотографии из своей галереи. Чон бывал во многих странах, и когда Тэ поинтересовался, как он всё успевает, тот просто ответил: «по работе». Тэхен чувствовал, когда пора остановиться и прекратить расспросы. Он решил заполнить неловкую тишину и рассказал о себе, а младший оказался хорошим слушателем (Тэ надеялся, что его истории достаточно забавные и не вызывали у собеседника желания уснуть). Всё было прекрасно, пока не принесли счёт. Вместо положенных пяти евро за мороженое Ким почему-то увидел пятнадцать. Он не хотел показаться Чонгуку жлобом, но не мог промолчать, поэтому отошёл в сторонку от столика и на ломанном английском попытался объяснить официанту, что вышла какая-то ошибка. Официант либо действительно не понимал, либо делал вид, и бессильный Тэхен уже решил бросить это гиблое дело, как вдруг подошёл Чон и выпытал, что же произошло. Тэ было стыдно, но он сдался. - Я немного говорю по-английски, могу узнать, в чём дело. - Не надо, оставь, - взмахнул рукой старший. – Я заплачу сколько там написано, - и вернулся к их столику. Через минуту подошёл и Гук, объясняя ситуацию: - Тебе мороженое принесли в стеклянной мороженице, а за это доплата десять евро. Пять за два шарика, если покупаешь в бумажном стаканчике. - Но я же спросил, сколько стоит! И мне сказали 2,50! Я не настолько тупой, цифры понимаю! А про стеклянную посуду и словом не обмолвились! –повысил голос Тэ. - Не кипятись, ничего уже не поделаешь. Хочешь, я пойду поругаюсь тут со всеми, и тогда тебе не придётся платить, - улыбнулся коварно Чон. - Нет, не ходи, - старший вздохнул, его голос стал тише. - Не нужно ни с кем ругаться. Я уже оставил деньги, пойдём отсюда. Парни держали путь к древнему амфитеатру, но Тэ насупился и помалкивал. Десять евро за стеклянную посуду, серьёзно? Из головы не выходила неприятная ситуация, случившаяся в кафе. - Ты что, так сильно расстроился? – поинтересовался Чонгук. – Хочешь, я тебе эти деньги отдам, мне больше нравится, когда ты весёлый, - попытался зацепить он старшего. И ему это удалось. - Я не из-за денег даже больше расстроился, а из-за обмана! Я же специально спросил, и мне назвали совсем другую цену. И деньги мне, пожалуйста, больше не предлагай. Я сам о себе позабочусь, - прозвучало грубее, чем Тэхен планировал, и он надеялся, что эти слова не задели Чона. - Это бизнес у них такой, на туристах деньги зарабатывать, и обманом в том числе. Не позволяй им испортить твой день, - подбодрил младший, и Ким решил прислушаться. Нельзя тратить драгоценные часы отпуска на глупые обиды и сожаления. Тем более с ним Чонгук, а это уже причина почувствовать себя одним из самых удачливых людей на планете! Тэхену стало не по себе, когда он осознал, что многие люди отдали бы огромные деньги, чтобы оказаться сейчас на его месте. Медленно, но верно парни приблизились к Колизею. Древняя арена поражала своими колоссальными размерами. Тэхену не терпелось поделиться впечатлениями с попутчиком, и он выдавал ему факты один за другим: - Представляешь, Колизей был построен всего за 8 лет – по тем меркам очень быстро! И вмещал он до 60000 зрителей! Гладиаторские бои были по истине всенародным развлечением! Чонгук усмехнулся и поинтересовался: - А гладиатор Максимус, про которого сняли фильм, правда существовал? - Максимуса на самом деле не было, но, вроде как, при Марке Аврелии служил другой гладиатор с похожей историей. Её приукрасили для фильма, разумеется. Они медленно обошли амфитеатр со всех сторон: Ким останавливался каждые пару метров, чтобы сделать фото со всех возможных ракурсов. Даже Чонгук сделал несколько кадров. Вскоре пришло время Тэ заходить внутрь. Парни попрощались, договорившись встретиться через три часа. Старший поспешил занять своё место в очереди: ему не терпелось оказаться на древней арене. Как только Чон ушёл, Тэхен начал чувствовать себя не в своей тарелке: за короткое время он уже успел привыкнуть к компании Гука. Очередь оказалась огромной: парня со всех сторон окружали парочки и семьи, разговаривающие на всех языках мира. Чтобы не выглядеть одиноко, Ким уткнулся в телефон – пересматривал фотографии, чтобы скоротать время. Минуты ползли с черепашьей скоростью, а очередь практически не двигалась. Тэ окончательно залип, разглядывая фотографии, как вдруг почувствовал, что кто-то выдернул из его руки билет. Он резко вскинул голову и увидел, что подошедший к ограждениям мужчина – видимо, работник Колизея – разглядывал его билет. Тэ в недоумении открыл рот, чтобы спросить, что случилось, но не успел: мужчина взял его за предплечье и вывел из очереди. «Неужели он меня выгонит?» - пронеслось в голове у туриста, но произошло всё в точности наоборот: работник подвёл Кима к турникету, приложил его билет к считывающему устройству, и вот Тэ уже оказался внутри. Он растерянно пробормотал благодарное «Grazie» и пошёл внутрь амфитеатра. Кажется, его только что спасли от прозябания в очереди в течение, как минимум, тридцати минут. Колизей, без сомнений, выглядел грандиозно изнутри, но в глубине души Тэхен согласился с Чоном (но он ему не признается, конечно же) – снаружи амфитеатр казался более впечатляющим. Ким обошёл по кругу несколько раз, попросил милую англичанку его сфотографировать, поднялся на верхние ярусы и оценил арену с высоты. Проведя внутри достаточно времени, парень решил направиться к форуму. Пространство, занятое руинами, было воистину огромным, и Ким блуждал по нему несколько часов (успев сфотографировать пожилую пару из Америки, а также попросив их щёлкнуть его). Здесь было просторно и не так много туристов, поэтому Ким больше не ощущал одиночества, а полностью погружался в процесс созерцания окружающей его красоты. Тем не менее, Тэ периодически поглядывал на часы, не забывая и о Гуке, и под конец прогулки ему пришлось ускориться, дабы не заставлять младшего ждать. В итоге ровно в пять Тэхен был на назначенном месте, как и его младший попутчик. - Ты давно ждешь? – поинтересовался Тэ, глянув на часы: он пришёл как раз вовремя. - Нет, минут пять назад подошёл. Как Колизей? - Очень здорово! Но форум мне даже больше понравился! Жаль, что ты не пошёл – там удивительная архитектура! – на восхищения старшего Чонгук лишь пожал плечами. – А ты как провёл время? Где был? - Сначала прогулялся немного, потом посидел в кафе, ничего особенного. - Соскучился без меня? – усмехнулся Ким и, увидев удивлённое лицо Чона, быстро исправился. – Да ладно, шучу я, шучу! – Тэхен и сам был в шоке, как он мог такое сморозить. Если он чувствовал себя немного одиноким, не значит, что Чонгук ощущал то же самое. Может младший наоборот был рад отдохнуть от приставучего компаньона. - Немного странно, на самом деле. Но я уже привык к твоей болтовне, - не остался в долгу Гук. - Ах так! Значит, буду молчать! – наигранно возмутился и нахмурился Тэ, -больше не услышишь ни одного интересного факта о Риме! - Хорош дуться, лучше расскажи, какие у нас дальнейшие планы. Ким тут же забыл обиды, потянулся за картой и поспешил поделиться с Чоном своими идеями. Пока он демонстрировал Гуку, куда хочет направиться, тот нависал над путеводителем и внимательно слушал, а между его бровей залегла маленькая складочка. Младший оказался очень близко к Тэхену, не замечая, что нарушает личное пространство, но старший не отстранялся. Он даже немного растерялся от близости Чонгука, признаться, его тёмные густые кудряшки отвлекали на себя все внимание. Ким едва не спалился, зависнув на том, как эстетично локоны спадали на лоб Чона, без сомнения, отросшие волосы идеально подчёркивали форму лица и линию челюсти молодого человека. Отойдя от секундного наваждения, Тэ продолжил посвящать Гука в план, и тот (какая неожиданность!) покорно согласился. Они долго гуляли, смотрели Пантеон, площадь Навона и удивительный фонтан четырёх рек. Тэ, хоть и чувствовал усталость, не мог не наслаждаться архитектурой и компанией Чонгука. Нельзя сказать, что с младшим было легко: он периодически язвил, а его шуточки нельзя назвать добрыми, но зато он не жаловался и позволял Киму вести, а сам покорно следовал за ним. На одной из улиц им встретилась однополая пара: два высоких симпатичных парня прошли мимо, держась за руки. Тэ аж обернулся с открытым ртом, провожая их взглядом, забыв о правилах приличия. Вот бы и у него когда-нибудь появилась такая возможность – спокойно гулять по улице с любимым парнем, не думая, что люди осудят или, не дай бог, захотят обидеть. На секундочку Тэхен даже представил их с Чонгуком: счастливых, гуляющих по Сеулу, не стыдящихся своей ориентации. Он тут же отмахнулся от глупых мечт: не в этой жизни, не в Корее и уж точно не с Чоном. От мыслей его отвлёк никто иной, как сам объект восхищения: - Рот закрой, муха залетит, - ну и умение опустить с небес на землю. – Ты что, геев никогда не видел? - В Корее, знаешь ли, однополые пары так не гуляют, - немного озлобленно ответил ему Тэ. – А я, в отличие от тебя, по Америкам не разъезжаю, так что может и не видел. Киму стало стыдно за свою беспардонность и грубость, и его лицо быстро приобрело печально-тревожное выражение. Гук трактовал это как-то по-своему и резко спросил: - Тэхен, ты что, гей? Ким повернул голову в его сторону так молниеносно, что шея резко хрустнула, и парень схватился за неё рукой в страхе, что заработал вывих. Но секундная боль быстро прошла, а он просто пялился на Чонгука с изумлённым лицом, офигевая от чужой бестактности. А тот, в свою очередь, был абсолютно спокоен, собран и серьёзен, ничуть не стесняясь своего вопроса. После затянувшегося молчания Ким попытался привести галопом скачущие мысли в божеский вид, но у него получилось лишь: - Я…не думаю, я… Да нет, наверное, в общем, это… - Да не бойся ты уже, скажи по-человечески! – младший ещё и требовал! От возмущения лицо Тэ покраснело, и он выдал: — Это вообще не твоё дело! Я не обязан отчитываться! - Не обязан, - ухмыльнулся Чон, - но я и без того всё понял, - и отвернулся от старшего, смотря прямо перед собой, мол, разговор окончен, чем грозил довести Тэхена до белого каления. - И что ты там в своей гениальной голове понял? - Неважно. Тебя не касается, - не поворачивая головы бросил Гук. - Ах не касается? Это моя ориентация, она меня в первую очередь касается. А тебя как раз-таки нет! - Почему же это нет? Я же провожу с тобой время, а если ты гей, то я могу стать объектом твоих желаний, не так ли? – Чонгук остановился и с разоружающе наглой улыбкой посмотрел на Кима. Тому уже казалось, что его лицо сливалось с кирпично-красной стеной соседнего здания. - Не волнуйся, если ты когда-либо станешь объектом моих желаний, я непременно тебе об этом сообщу! - Тэхен едва нашёл что сказать и на каблуках понёсся вперёд, чтобы закончить этот смущающий разговор. Это действие лишь раззадорило Чона. Он тоже ускорил шаг, следуя за старшим по пятам. - Я думаю, ты боишься признаться мне, потому что сам себе не признаёшься. - Да ты у нас, смотрю, психоаналитик! – взбесился Тэ, а в душе согласился с Чоном: частично он был прав, но не до конца. - Я просто не привык обсуждать личную жизнь с малознакомыми людьми! А если ты у нас такой смелый и тебе нечего скрывать, скажи, ДжейКей, ты гей? – даже в рифму получилось, Ким не знал, откуда в нём столько наглости, наверняка заразился от Чонгука. Младший, казалось, не слишком удивился вопросу – ему удалось сохранить непроницаемое лицо. - Нет, я бисексуал, - он произнёс это так обыденно, как будто сказал, что любит булочки с джемом. - О, так мне тоже стоит опасаться! Помогите, этот тип до меня домогается! –Тэ начал играть на публику, благо, никто вокруг его не понимал. Чона же действия старшего нисколько не смущали, скорее веселили, он лишь бросил колкое «Поберёг бы лучше свою задницу», чем стёр с лица Кима всю спесь и заставил потерять боевой настрой. Их перепалка закончилась, но ненадолго. Отойдя чуть дальше от центра, Тэхен углядел незаметную на первый взгляд кафешку и предложил попутчику зайти – желудок молил о еде, а ноги – об отдыхе. Чонгук препираться не стал, и парни заняли маленький столик в углу. В ожидании карбонары Ким решил подоставать Гука (вообще-то младший первый начал, он поднял эту тему, к тому же вёл себя неуважительно – не называл старшего хёном). - Когда ты в первый раз понял, что тебе нравятся парни? – задал вопрос Тэ, задумчиво грызя трубочку от молочного коктейля. Ответ не сказать, чтобы пришёл незамедлительно, но и не заставил себя долго ждать. - В детстве мне нравились девчонки. Всем пацанам они нравились, я и не думал, что можно по-другому. А классе в восьмом мне впервые стал симпатичен парень. Он был старше на два года, мы вместе ходили на секцию, - Чон, до этого смотревший в окно, перевёл взгляд на Тэхена, а тот молчал, будто ожидая продолжения истории. - И? Ты ему признался? - Тогда, в средней школе, мне казалось, что это любовь навеки, - засмеялся Чонгук. - Я думал признаться хену, когда тот будет выпускаться из школы. Но к тому времени он уже мне разонравился. - А после этого? Чаще парни или девушки? - Больше всё же девушки. С ними проще, – их на минуту прервал официант, принёсший заказ. – Теперь твоя очередь. Когда ты осознал, что по мальчикам? Тэ был уже морально готов к этому вопросу, в конце концов, он сам поднял эту тему. - Моя история банальна – в одиннадцать лет я влюбился в лучшего друга. Возможно, стоило заподозрить что-то и раньше, всем мальчикам нравились одноклассницы, а мне все они были безразличны. Но тогда меня это не сильно волновало. - И что же с другом? Ты сказал ему? - Нет, никогда. Он был натуралом, у меня не было шансов, и я не хотел портить нашу дружбу своим признанием. А в шестнадцать лет он перешёл в другую школу, мы стали реже видеться, и чувства медленно утихли. - Ничего себе! Долго же ты в него был влюблён. - Ага, почти шесть лет. - Даже не знаю, хорошо это или плохо. - Если чувства взаимны, то хорошо. А если нет… - Тэ не продолжил, и так всё понятно. - И всегда у тебя так? Любовь живёт шесть лет? - Нет, после Ханбина всё изменилось. Никогда больше сильно не влюблялся. Так, симпатия, не более, - нарочито холодно ответил Ким. Младший больше не донимал его вопросами и, о чём-то задумавшись, медленно жевал. К десяти часам Тэхен изнемогал от усталости, а ноги отказывались идти. Он торжественно заявил Гуку, что может двигаться лишь ползком или на закорках у младшего, а тот в свою очередь выдал: - Могу отнести тебя к себе в отель. Хоть стой, хоть падай. И как, по-вашему, Ким должен на это реагировать? Есть ли здесь подтекст, или Чонгук по доброте душевной просто пригласил старшего переночевать. Или нет? Это как прийти на чай и обнаружить, что звали тебя совсем не ради чая. Окончательно запутавшись в собственных мыслях, Тэ ответил коротко: - Нет, спасибо. - А что, у меня просторный номер, большая мягкая кровать… - ДжейКей, я слишком устал, чтобы оценить твои подколы, - вздохнул Тэхен. - А я и не шучу, - Чон мигом придал лицу серьёзное выражение. - Ответ всё ещё нет. Такие развлечения не для меня. - Почему нет? Ты молод, красив… - ДжейКей, брось, - перебил Тэ, - То же самое могу сказать и про тебя. Уверен, если тебе захочется найти кого-то на ночь, то проблем не возникнет. - Мне не очень нравятся европейцы. Предпочитаю азиатов, знаешь ли, -усмехнулся Гук. – А они здесь в дефиците. И я спросил не конкретно про отказ мне, я так понял, ты в общем говорил? Или это я один такой неудачник, которого ты опрокинул? Тэхену стало неловко. Чёрт, он только что отказал самому Чон Чонгуку! Поэтому поспешил объясниться: - Дело вовсе не в тебе. Ты правда очень привлекательный. Просто я не могу заниматься сексом с людьми, которым не доверяю, - Ким выпалил это и тут же пожалел. Он слишком открылся, надо было просто сказать, что не свободен и в Корее его ждёт парень. - Так я не заслужил твоё доверие? – брови Гука взлетели вверх. - Ты плохой мальчик, ДжейКей. Такие, как ты, обычно разбивают сердца таким, как я. — Значит, ты, КимТэ, хороший мальчик? – на этот раз улыбка Чона была естественная, не похожая на ухмылку. - Да, - улыбнулся в ответ старший. - I am a good boy.

***

Чонгук опаздывал уже на десять минут, но всё равно шёл умеренным шагом. Никто и ничто не могло заставить его спешить, и если Ким Тэхен захочет его дождаться, то какая разница – три минуты или двадцать три? А если не захочет, то так тому и бывать, Гук не сильно расстроится. Но Тэхен на месте, смиренно ожидал, и Чон уверен – старший волновался и расстроился бы, если б Чонгук его кинул. Старший попытался скрыть облегчение и радость, но удавалось это так себе – он не очень хороший актёр. Тэ вновь трещал о том, куда хочет пойти, а Чон слушал в пол-уха и со всем соглашался. Самому что-то выдумывать лень, а Киму в вопросе планирования путешествий он доверял. Старший хоть и говорил много, всё равно оставался внимательным к Чонгуку: когда они оказывались в толпе туристов, младший чувствовал себя некомфортно, будто все глаза обращены на него. Тэхен замечал неладное и предлагал уйти, Гук с радостью соглашался. Куда-куда, а в Колизей Чону совсем не хотелось, поэтому он не поддался абсолютно ни на какие уговоры старшего. Там сидели римские императоры? Пускай. Сражались сильнейшие гладиаторы? Ну и ладно. Гуку достаточно вида снаружи, и если он упёрся рогом, то никакой Тэхен его не переубедит. Парни решили зайти перекусить, и, чтобы не смущать Кима, Чонгук благородно оставил ему право выбора. За ланчем говорил (как и обычно) в основном Тэ, но, как ни странно, Чона это даже не бесило. Наоборот, ему довольно приятна компания старшего, его забавные студенческие истории (сам Гук никогда в университете не учился) и странноватые, но потешные каламбуры. Старший предрасполагал к общению, и незаметно для себя самого Чон потихонечку открывался собеседнику. Главное, не наговорить лишнего и не спалиться. Когда принесли счёт, обнаружилось, что Тэхену то ли неправильно посчитали, то ли ещё какая-то белиберда – Чонгук сначала не вник, но, увидев расстроенное лицо парня, решил разобраться. Наконец-то пригодились его навыки английского. Кима просто надурили (что не удивило Чонгука), обсчитали, так сказать. Тэхену бы отпустить и забыть, как в мультфильме, но он, видимо, не мог – его расстроенная моська порядком напряглась, поэтому Чонгук спросил: «Ты что, так сильно расстроился?» и даже предложил деньги, для него ведь это сущая мелочь. Ответ же его удивил: Тэ уверял, что огорчился даже не из-за денег, а из-за факта обмана. Боже, и как этот наивный человечек прожил столько лет в этом жестоком, злобном мире? Если бы только видел Тэ, какие люди окружали Чонгука, когда он только дебютировал: завистливые, готовые идти по головам, жестокие; то не печалился бы из-за такой ерунды. Гук всё же выдавил пару ободряющих предложений, и лицо Кима немного просветлело. Младший и сам не знал почему, но грустное лицо Тэ его раздражало, Киму оно совсем не шло. Видимо, Чонгук уже настолько привык к фальшивым улыбкам и эмоциям, что искренняя печаль (пусть и из-за пустяка) вызывала у него отторжение. У них ещё оставалось время пофотографировать (старший, кстати, оказался неплох в этом деле) и посмотреть арену со всех ракурсов под аккомпанемент восторженных возгласов Тэхена и его рассказов о Колизее. Чонгук даже увлёкся и сам задал вопрос, пробуждая в Киме историка: - А все могли пойти посмотреть на сражение? Даже самые бедные? Ответ поступил незамедлительно: - Колизей был создан в основном для простого народа, для людского развлечения. Самые бедные сидели на высоких рядах, а чем богаче ты был – тем ближе к арене положенное тебе место. Не пускали лишь проституток, бывших гладиаторов и актёров – людей, которые торговали своим телом. Чонгук про себя засмеялся. Какая ирония! Не зря он не собирался внутрь, он ведь торгует телом, ему там не место. Вскоре они с Кимом расстались. На улице было жарко, и Гук поймал себя на мысли, что без Тэхена не знает, куда идти. Поэтому решил бесцельно прогуляться и, возможно, зайти в кафешку попить кофе и перекусить. И он наткнулся на такое местечко – милое и немноголюдное, спрятался от всех в тени, ожидая свой заказ. Но долго насладиться тишиной и одиночеством ему не удалось. К нему подсели две девушки (под предлогом, мол, как такой красивый парень грустит в одиночестве). Познакомились, но Гук даже не запомнил их имена. Девушки оказались француженками, и через пять минут общения Чонгук пожалел, что не притворился слепоглухонемым – уж больно навязчиво вела себя одна из них. Её подруга уже, наверное, привыкла и смирилась: молча сидела, потягивая коктейль и думая о небесных кренделях. Зато навязчивая брюнетка трещала за двоих. Гук даже начал скучать по болтовне Тэхена – рассказы старшего почему-то не приносили таких мучений, а наоборот, отвлекали от унылых дум о том, какой тленный этот мир. Сейчас же собеседница вызывала лишь желание сбежать (а если не получится, тогда задушиться). Гук так и поступил (не покончил с жизнью, нет, он сбежал) – сослался на плотный график, наплёл что-то про товарища, который наверняка уже его заждался, и понёсся прочь, всё же захватив номерок настырной девушки, который собирался выбросить в ближайшую урну. У него ещё тьма времени до встречи с Тэхеном, и он приземлился на скамейку в тени деревьев неподалёку от Капитолия в надежде, что никто его здесь не побеспокоит. И когда он успел стать таким социофобом? За пять минут до назначенного времени (но не всегда же ему опаздывать) Чон уже на месте встречи. Старший пришёл минута в минуту, вежливо поинтересовался, как Чонгук провёл время, а потом завёл шарманку о том, сколько потрясающих развалюх видел. Его болтовня больше Гука не раздражала – всё познаётся в сравнении. Родную речь, да ещё и в исполнении мягкого баритона Кима слушать одно удовольствие. Голос Тэхена создавал чарующую ауру спокойствия и безмятежности, и неважно, о чём он повествовал. Они держали путь к очередному пункту из списка старшего, когда заметили идущую навстречу парочку держащихся за руки парней. Ким чуть шею не вывернул, провожая их взглядом, что откровенно позабавило Чонгука. Младший вывел спутника на разговор в попытке открыть правду о его сексуальных предпочтениях. Точнее, Чон хотел убедиться в своей правоте насчёт того, что Тэ - гей. И его абсолютно не смущало, что он ставит несчастного парня в неловкое положение, главное, что Гук своего-таки добился. Он оказался прав. И в ответ, глазом не моргнув, оповестил, что является бисексуалом. Но о том, что с мужчинами отношений длительностью более суток не строил, решил всё же не упоминать. Эту информацию Киму знать совсем не обязательно. Чонгук цеплялся к старшему, посмеивался над ним, и потому удивился, когда тот вновь поднял тему гейства за ужином в кафе – видимо, совсем осмелел. Тэхен поведал свою грустную историю безответной любви, а Чон взял себе на заметку – не влюблять в себя Ким Тэхена, иначе может растянуться на шесть лет. Но всё же не влюблять и не флиртовать - разные вещи. Гук успокаивал себя тем, что даже не старается специально понравиться старшему: если у Тэ появятся чувства, Чонгук тут абсолютно ни при чём. Подумаешь, позвал к себе в номер на второй день знакомства? Это была проверка – поведётся ли старший, но тот не поддался. Гук даже несерьёзно это спросил – так, для прикола. Беспроигрышный вариант: отказали – притворяешься и переводишь всё в шутку. А если бы Тэхен согласился, то Чону перепал бы секс, а что-то подсказывало младшему, что Ким в постели – не такая скромница, как в жизни. В любом случае, у Гука ещё было время, чтобы проверить. Не то чтобы ему так понравился старший, просто проснулся азарт, интерес. Что же нужно сказать Киму или сделать для него, чтобы заслужить его доверие? Откажется ли Тэхен от своих принципов ради стройного тела, безупречного лица и острого язычка Чонгука? Ох, не терпится узнать!