Чрезвычайная ситуация

      Рабочий день, начавшийся с, казалось бы, абсурдно-пустякового вызова, к ужасу Перта продолжился в том же духе.       Возвращаясь от Кхун Пенчай, которую все в части явно знали как родную, напарники недоумённо переглядывались между собой, храня скорбное молчание. В руках у каждого была коробочка с ланчем, заботливо приготовленным старушкой для «любимых мальчиков», которые, однако, остались ни с чем. Стоило женщине увидеть новые лица, как она тут же запричитала, сокрушаясь над худобой «бедных детишек». В мгновение ока еда была отобрана у опешившего Сайнта и заботливо вложена в руки Перта и Марка, которые застыли соляными столбами, открыв рты и заторможенно хлопая ресницами.       Всю дорогу до части Ган явно старательно сдерживал смех, а сидевший возле открыто посмеивающегося Джуна Сайнт однозначно был не в духе. Суппапонг слыл большим фанатом домашней еды, а потому, лишившись лакомства, в раздражении барабанил пальцами по подлокотнику и сердито сопел, отвернувшись к окну.       Перт тяжело вздохнул, недовольно глянув на улыбающегося от уха до уха Марка, который уже успел переварить произошедшее и теперь вместе с остальными смеялся над абсурдностью ситуации. Его явно не заботило то, что, судя по всему, старшие в ближайшее время настроились прикалываться над ними по любому поводу и жёстко троллить при любой возможности. А вот сам Перт этот этап притирки к коллективу, когда приходилось доказывать свою состоятельность и завоёвывать уважение, не любил. Он привык действовать рационально и всегда старался удерживать контроль над ситуацией. И сейчас чувствовал себя не в своей тарелке, не зная, какого подвоха ожидать от веселившихся сослуживцев.       Марк в свою очередь решил не заморачиваться. Ну посмеялись над ними старшие, заставили понервничать, будто действительно случилось что-то серьёзное. Как будто в первой части было по-другому! Сиват искоса глянул на хмурого напарника, сочувственно качая головой. Тогда Перту досталось не меньше, чем ему: им посчастливилось благодаря высоким результатам пройденных тестов попасть по распределению в одну из элитных частей столицы. А у столичной молодёжи и приколы пожёще, и юмор оказался почернее.       Марк тряхнул головой, отгоняя неприятные воспоминания. Нужно было срочно отвлечься, и с этой задачей помог справиться сидящий рядом Ган. Однако стоило ему повернуться к Напату, растянув губы в призывной улыбке, как тот дёрнулся, поспешно отводя взгляд, а затем обратился к Перту, напрочь игнорируя сидящего между ними Сивата.       — Нонг’Перт, ты не думай, что мы подстроили этот вызов или что-то такое, — начал объяснять он, потрепав парня по плечу, при этом старательно избегая контакта с Марком. — Просто Кхун Пенчай одинока, а дети и внуки давно переехали в Штаты. Поэтому она периодически вызывает нас к себе, а мы стараемся помогать ей по мере возможности, раз социальные службы не сильно горят желанием это делать.       — Да? И часто она звонит? — спросил Перт, с лёгким недоверием глядя на старшего товарища. Он не ожидал услышать оправдания, да и звучали они не очень-то правдоподобно. Спасатели ездят к одинокой старушке помогать снимать с дерева кошек? Ну ладно раз или два, но чтобы систематически нарушать правила и закрывать глаза на такие вызовы? А вдруг в это время кому-то действительно понадобится реальная помощь?       — Не очень. Да и мы приезжаем только когда всё спокойно, — пожал плечами Напат. В их тихом районе крайне редко случалось что-то действительно серьёзное. В основном они как раз и занимались такими вот бытовыми вызовами, изредка выезжая тушить загоревшийся бак или неожиданно закоротивший электрочайник.       — Да ладно тебе, бро. Кончай грузиться, — пихнув продолжавшего хмуриться напарника, включился в диалог Марк. С одной стороны он порадовался тому, что старший так откровенно проявил внимание к его другу. С другой же отчётливо кольнуло обидой из-за столь неприкрытого игнора его самого. Однако подавив слабо пискнувшую гордость, Сиват решительно вознамерился поспособствовать развитию отношений потенциальной пары. В конце концов, на его долю оставался ещё красавчик Сайнт. — Лучше уж получить вызов ради милого котика, чем из-за свежезараженного жмурика.       — Типун тебе на язык! — тут же отозвался Сайнт, вздрогнув от малоаппетитной картинки застрявшего на дереве киношного зомби, который оказался подозрительно похож на Мина. В воображении этот самый зомби заунывно выл о том, что «милый львенок» не прощает его слишком долго и даже — о, ужас! — кинул в чёрный список во всех соцсетях, лишив возможности хотя бы написать о своей всепоглощающей любви.       «Больше никаких ужасов на ночь», — пообещал себе Суппапонг, проклиная свою не в меру бурную фантазию, а заодно Мина, из-за которого ему и пришлось смотреть триллеры, дабы стереть из памяти очередную слезливую дораму, над которой страдальчески вздыхал друг, периодически громко сморкаясь в салфетку.       — Ой, да, извините, — в притворном ужасе вскрикнул Марк, прикрывая рот рукой, дабы скрыть предательскую ухмылку.       «А моему языку можно найти более достойное применение, Пи'», — плотоядно облизнувшись, мысленно добавил он, из-под ресниц рассматривая потенциальную жертву своей любовной атаки. Теперь, определив для себя основную цель, Сиват обратил более пристальное внимание на будущего любовника. В том, что ему удастся добиться желаемого, парень нисколько не сомневался. Да и пристроить Перта в руки заинтересованного Гана будет явно проще ожидаемого, раз старший сам первый проявил столь явный интерес.       Между тем Джун плавно заехал в гараж и, едва затих мотор, поспешно выскочил наружу, в мгновение ока скрывшись из поля зрения. Понимающе хмыкнув, Сайнт тоже поспешил выбраться наружу, открывая дверь для напарника и помогая ему выйти. Синхронно махнув рукой наблюдавшему за ними из окна Мью, парни удивлённо обернулись, отмечая, что новички по-прежнему сидят в салоне.       — Вы там уснули что ли? — буркнул Ган, собираясь заглянуть внутрь. Однако, зацепив взглядом развязавшийся шнурок, переключил внимание на другое и на автомате отступил от двери, наклоняясь, чтобы привести обувь в порядок.       В это время возившийся с какой-то непонятной проблемой Марк, нарочито хмурясь, пропустил напарника к выходу первым. Танапон, раздражённо фыркнув, перелез через него, собираясь выбраться наружу, и тут же почувствовал, как носок его ботинка за что-то зацепился. Непроизвольно прижав к груди ланчбокс, как самую большую драгоценность, он обречённо зажмурился, подсознательно готовый столкнуться с твёрдым полом, но к собственному удивлению почувствовал под собой не холодный бетон, а чьё-то тело, застонавшее от неожиданно навалившейся тяжести. Открыв глаза, он с испугом понял, что лежит нос к носу с Сайнтом, который тихо матерится, шипя от боли.       — Пи', прости! — на рефлексах Перт выпустил из рук ланчбокс, приземлившийся на грудь распростёртого под ним парня, и принялся судорожно ощупывать чужую голову и плечи на предмет возможных повреждений. — Я не хотел! Честно. Не понимаю, как такое вообще произошло! Ты цел, Пи'?!       — Цел, — тяжело простонал Сайнт, морщась и отворачивая голову в попытке избежать повторного ощупывания. — Только слезь с меня. Не пушинка.       — Ой, прости! — заёрзав, Перт неуклюже сполз на пол, встав на колени, но попыток подняться не предпринимал. Вместо этого он снова потянулся к пострадавшему и, убрав ланчбокс в сторону, начал ощупывать ранее обделённые вниманием места: грудь и живот Суппапонга. Когда же его пальцы достигли бёдер, Сайнт не сдержался и прервал молчание:       — Если ты и дальше так продолжишь, то нам придётся уединиться, — глядя смущённо замершему новичку прямо в глаза, сказал он, приподнимая уголок губ вверх в едва уловимой, но весьма многозначительной усмешке.       — Ты цел, Пи', — скулы и кончики ушей Перта предательски заалели. Отведя взгляд, он торопливо отдёрнул руки, поспешив занять их многострадальным ланчбоксом. Пальцы, сжавшие пластик, заметно побелели.       Наблюдая за развернувшимся представлением со стороны, Ган сначала удивлённо замер, а потом умилился при виде такой непосредственной реакции Танапона. Он тут же решил спасти донельзя смущённого парня, подав ему руку, чтобы помочь подняться, и решительно потянул его на себя. Всё ещё пребывая в растерянности после падения, а также после откровенного намёка Сайнта, Перт позволил поставить себя на ноги и, не отпуская руки Гана, по инерции сделал шаг вперёд, в очередной раз за последние минуты оказавшись прижатым к чужой груди, только уже другого старшего. Лицо Танапона покраснело уже целиком и, казалось, готово было воспламениться от прилившей горячей крови. Подняв голову вверх, вконец обалдевший от зашкаливающих эмоций парень столкнулся с лисьими глазами Напата.       — Ты сам не пострадал? — тихим мурлыкающим голосом поинтересовался Ган, стараясь не облизываться при виде такой милой реакции Нонг’а. Тот едва дышал, хлопая ресницами, и явно боялся сделать лишнее движение, пребывая в замешательстве.       — Н-нет, Пи', — заикаясь, всё же ответил Перт почти шёпотом. В ушах парня шумела кровь, а в голове было гулко и пусто, как всегда случалось с ним от сильного стресса. Вообще-то он не был таким уж тюфяком и мямлей, но поначалу в незнакомой компании всегда тушевался и вёл себя излишне скованно. А тут столько событий — и все в пределах нескольких минут. К такой вот близости и сокращению личных границ он был однозначно ещё не готов.       — Тогда мы можем идти в комнату отдыха, — губы Гана расползлись в доброжелательной улыбке, а пальцы продолжали сжимать чужую, чуть подрагивающую ладонь.       — Д-да, — немного придя в себя, ответил Танапон и отстранился от Гана, вырывая руку из захвата. Затем он снова обратил внимание на успевшего подняться на ноги Сайнта, который старательно отряхивал штаны и, морщась, ощупывал ушибленный копчик. Протянув ему ланчбокс, Перт жалобно предложил: — Пи', можешь забрать еду в качестве извинения.       — Если ты думаешь, что я откажусь, то даже не надейся, — окинув парня выразительным взглядом, Сайнт забрал подношение и, подмигнув застывшему возле машины Марку, с довольной улыбкой поторопился снять выездную форму, чтобы поскорее приступить к дегустации очередного кулинарного шедевра Кхун Пенчай. Про ноющие ушибы и свою вполне однозначную реакцию на незапланированные обжимания с новичком он тут же благополучно позабыл.       К великому сожалению парня висевшие в комнате отдыха часы не порадовали: обедать было ещё рано. С сожалением поставив ланчбокс в холодильник, Суппапонг успокоил себя тем, что ожидание лишь усилит удовольствие от еды, а пока можно было скоротать время за чашкой кофе. И обязательно в комплекте чего-нибудь сладенького.       Направляясь в комнату отдыха, Марк размышлял над случившимся. Сидя в кабине с Пертом, который толкал его в бок, показывая на выход, парень быстро всё рассчитал. Окликнувший их Ган, готовый заглянуть в машину, был очень кстати, и Марк притворился, будто возится со шнурками, давая возможность своему бро выйти первым. И естественно его нога совершенно «случайно» скользнула по полу перед ногами друга, когда тот, фыркнув, выбирался наружу. Однако то, что Перт в итоге приземлился на Сайнта, в планы точно не входило. Он должен был оказаться в объятиях Напата, который так не вовремя отошёл в сторону. И уж точно в расчёты Марка не входили заигрывания Сайнта с его бро! А то, что смущашка Перт в итоге привлёк внимание и заинтересовал обоих коллег, значительно снижает шансы самого Сивата на более тесный контакт с одним из них.       В комнате отдыха Марк сразу прошёл к кухонному уголку и нажал кнопку на электрочайнике, чтобы вскипятить воды и сделать кофе (что, надо отметить, сразу прибавило ему плюсов в глазах Суппапонга), и потянулся за пачкой печенья, когда зацепил взглядом, как Ган подошёл к Перту и поднял его левую руку.       — У тебя ссадина, — аккуратно держа повреждённую ладонь новичка, пояснил свои действия Напат. — Видимо, поранился при падении. Садись, — жестом указав на стул, продолжил он не терпящим возражения тоном, — я обработаю. С виду ничего страшного, но может попасть какая-нибудь зараза.       — Спасибо за заботу, Пи', — в очередной раз покраснев, Танапон постарался ненавязчиво вырвать руку из захвата и поспешил сесть за стол. — Я сам могу.       — Мне не сложно, — улыбнувшись, Ган подошёл к кухонной зоне и, не обращая внимания на стоявшего рядом Марка, потянулся к одному из верхних шкафчиков, чтобы достать аптечку. От близости Сивата и тонкого, едва уловимого аромата его туалетной воды сердце почему-то сбилось с ритма и застучало быстрее, однако Напат усилием воли отогнал непрошеные мысли и сосредоточил внимание на пострадавшем Перте. Что самое забавное, поинтересоваться состоянием напарника он даже не подумал.       Вернувшись к столу, он поставил аптечку перед Нонг’ом, потратив какое-то время на поиски необходимого, а затем сел на соседний стул и, подняв его повреждённую ладонь, стал обрабатывать небольшую ссадину антисептиком. Сидевший на диване Сайнт и готовящий на всех кофе Марк молча наблюдали за тем, как осторожно прикасаясь ватным тампоном к небольшой ранке, Ган изредка дул на неё, соблазнительно вытянув губы трубочкой, и кидал на покрасневшего Танапона призывно-нежные взгляды.       Такое поведение напарника неожиданно разозлило Суппапонга. Он только сейчас осознал, что его другу понравился Перт. Понятно, что они уже успели обсудить все прелести новичков и даже пришли к выводу, что они оба одинаково хороши, но как-то на словах это всё выглядело совсем по-другому. Сейчас же картина того, как Ган откровенно соблазняет стесняшку Перта, который, кстати, точно был совсем не в его вкусе, Сайнту совершенно не понравилась. Более того, ему вдруг самому захотелось оказаться на месте Напата.        Ужаснувшись подобной мысли, Сайнт, считавший себя хорошим другом, а значит, по собственному убеждению не имевший права заглядываться на возможную пассию напарника, поспешно вскочил с дивана, наконец вспомнив про Марка, который вообще-то успел заинтересовать его первым. Подойдя к разливавшему кипяток по чашкам парню, Суппапонг как бы невзначай придвинулся к нему поближе, потянувшись к пачке печенья.       — Давай я тебе помогу, пока мальчики заняты, — выразительно глядя на едва заметно хмурящегося Сивата, нарочито бодрым тоном предложил он, легкомысленно списав такое странное поведение парня на его беспокойство о пострадавшем напарнике. А потом ещё добавил погромче, чтобы наверняка услышали за столом: — Между прочим, я тоже упал. И, может, тоже нуждаюсь во внимании и заботе!       Марк, следивший, как его другу обрабатывают рану, безуспешно боролся с накатившим раздражением. Тот факт, что Гана больше заинтересовал его друг, он успел осознать, сидя между ними в машине. И да, изначально оба напарника для него были одинаково соблазнительными и горячими. Сделать выбор в пользу кого-то одного лично для себя он не успел. По крайней мере, Марк был в этом уверен до сих пор. А сейчас, несмотря на все попытки рассуждать здраво и воспользоваться логикой, он не мог побороть острое чувство разочарования, неприятно коловшее отравленными иголками необоснованной по сути ревности.       Замечание Сайнта и явное внимание с его стороны помогли Марку отвлечься от неприятных мыслей и самокопаний. Сиват поставил четыре чашки на поднос и повернулся к собеседнику.       — Тебе больно, Пи'? Если что, я могу помочь, а то ведь самому себе мазать спину будет неудобно, — обольстительно улыбнувшись, внёс своё предложение Марк, на что Сайнт лишь хмыкнул и, многозначительно поиграв бровями, взял поднос и направился к столу.       Такой жест Суппапонга можно было без сомнения считать согласием на продолжение флирта, поэтому Марк довольно ухмыльнулся и смело подмигнул в ответ на заигрывание старшего товарища, не заметив, каким напряжённым взглядом смотрел на них Перт.       Повисшую в комнате тишину прервало появление Плана.       — Парни, новый вызов. Девушка застряла в машине и не может выйти. Я, если честно, не очень понял, в чём там дело, — нахмурившись, дёрнул плечом Ратавит. — Она что-то орала в трубку, истеричка, блин. Короче, Мью и Джун уже около машины, адрес они знают.       Подойдя к чайнику и взяв кружку, План стал готовить кофе, недовольно бурча под нос ругательства в адрес капитана, который постоянно отказывается выделить из бюджета деньги на приличную кофеварку. А в итоге ему приходится общаться со всякими неадекватами без жизненно необходимой дозы кофеина, гробя свои и без того расшатанные нервы. Но его уже никто не слушал: напарники, оставив чашки и аптечку на столе, торопливо покинули помещение.