Хана!Монтана

пошлая молли — ханнамонтана       В клубе царит настоящее мракобесие. Половина малолеток объебошены клеем, повсюду дым, свет софитов и множество танцующих тел. Особо безбашенные начинают прелюдию прямо за барной стойкой, не особо стесняясь окружающих людей. Отличительная черта здесь — внешний вид: кожаные куртки под стать ботинкам с шипами, цветные волосы, не менее яркий макияж, ну и, конечно же, узкие штаны, которые подчеркивали пышные задницы и заставляли мужские яйца подпрыгнуть под горло.       Примерно так выглядит типичный концерт студенческой группы Ханнамонтана, во главе которой были Скруджи и Трэш, два солиста, казалось бы, абсолютно разной внешности, не совсем соответствующей канонам панка.       Скруджи всегда был в чёрном, под стать своим коротко стриженным волосам и татуировкам, на семьдесят процентов покрывающим дрыщеватое тело. При всём этом он обладал дьявольски-привлекательными голубыми глазами, которые светили, словно взрыв на фоне его внешней темноты, а так же пухлыми губами, которые мечтали ощутить на себе все приходящие девушки и большая часть парней.       Трэш же татуировок не имел и любил огромные цветные худи, блядски-вызывающе узкие чёрные джинсы, которые ярко очёркивали стояк, сопровождающий певца во время исполнения, кроссовки размером с чью-то голову. На его лице вечным атрибутом была чёрная балаклава, поэтому тайна его личности была покрыта мраком во всех смыслах.       Группе уже было четыре года, посему фанатов появилось достаточно, и они уже привыкли к выкидонам молодых селеб. Во время выступления они могли выйти с бутылкой коньяка на сцену и лакать алкоголь прямо во время исполнения; ничего не стоило вытянуть из толпы фаната(ку), — тут уж как кому повезёт, — и вытрахать языком чужой рот, после чего спокойно продолжить петь песни. Хотя о спокойствии тут речи идти не может — парни выкладывались на все двести. Прыжки, крики, танцы. Трэш даже спускался в толпу, причем все расходились и никто не пытался подойти, ибо все знали, что человек-то он неадекваша и лучше не лезть, но помечтать о ебле с незнакомцем в маске никто не запрещал.       Ещё одной особенностью были фавориты. Фавориты — девушки или парни, которые посетили большинство концертов и узнавались исполнителями. Их могли брать в гримерку после концерта и трахать без обязательств (так думали все, кто туда не попадал).       В отличие от Трэша, у Скруджи был один фаворит среди всех фаворитов — Егор Булаткин, начинающий певец с милым личиком. На концерт он приходил всегда со своей любимой бейби Иришкой Кузнецовой, которая, к слову, была фавориткой Трэша — трахаться не трахались, но пару раз он её смачно засасывал во время проигрыша перед очередным куплетом песни.       На концерт обычно ходили одни и те же личности, поэтому новичков сложно было проглядеть. Как и сегодня, когда сквозь толпу пытались протиснуться два парня — Серёжа Матвиенко и Арсений Попов. Серго был постояльцем на данных тусовках, многие знакомые отбивали ему пять и спрашивали, что за цыпа с ним пришла. А цыпа действительно выделялась — белая рубашка с рукавами, закатанными до локтей, джинсы, рваные на коленях, чёрные очки, прикрывающие огромные голубые глаза, обрамлённые пушистыми ресницами. Короче, большинство из присутствующих готовы были присунуть конфетке, прямо не отходя от кассы.       Попал же сюда Арсений не совсем по своей воле. Он действительно любил песни Ханнымонтаны, но на концерты идти стремался, ибо нечего будущему образцовому хирургу болтаться среди нечисти. Но его лучший друг Серёжа был непоколебим. Заставил пойти с ним развеяться и пускать слюни на Трэша не только через экран ноутбука. Да, Арсению двадцать три, и он, как тупая телка-малолетка, впомидорился в певца, не зная даже его лица и имени. А как ещё жить, когда времени на знакомства нет, а дрочить на кого-то нужно? Вот он и нашёл идеальный вариант: главное, что никакой мозгоебли, минус только, что и ебли-то никакой.       Пока они продвигались сквозь толпу к центру, где их уже ожидали Ира с Егором, Арсений успел раз десять скинуть чьи-то руки со своих задницы и паха, а ещё брезгливо отодрать от себя обдолбанную девицу, которая присосалась к его шее и что-то кричала про гусей и удушение.       Серёжа познакомился с Егором и Ирой на очередном концерте и узнал, что ребята — студенты четвёртого курса филфака и вполне адекватные, в отличие от большинства их окружающих.       Ирина была в кожаных лосинах, кружевном чёрном бра и косухе, накинутой на плечи. Егор же всегда пытался понравиться Скруджи, поэтому его стиль был проще и сексуальнее: обтягивающие чёрные джинсы, полупрозрачная такого же цвета футболка с глубоким круглым вырезом, а худую шею украшал чокер с шипами. Увидев Серёжу, ребята приветливо помахали: — Привет, Сергуль, — улыбнулась Ира, — а это тот самый медик? — спросила она, с ног до головы просканировав внешность незнакомца. Арсений протянул по очереди руку Кузне и Егору: — Я Арсений, приятно познакомиться, — старался скрыть своё напряжение от окружающего Попов. — Привет, привет, — Булаткин так тепло улыбался, будто они сейчас были не на панк-рок концерте, а готовились печь рождественские пряники, поэтому ему невозможно было не улыбнуться в ответ. — Арсений, ты бы в следующий раз одевался попроще. И расслабься ты, мы с бейби не кусаемся, а ещё на Скруджи не засматривайся, тогда мы подружимся. — Никто твоего Выебонского трогать не будет, тем более, он наш одногруппник. Плюс, наша фифочка уже давно пускает слюнки на Трэша, — ответил Сережа, за что получил подзатыльник от Попова. — Не злись, зай, как фаворитка Трэша, могу сказать, что он не прочь будет полакомиться такой конфеткой, особенно если будешь одеваться, как из раздела порно про плохих учеников, — подмигнула Ира, и в этот момент на сцену выбежали солисты и шоу началось.

Джинсовка левайс йоу, тотали спайс йоу Где мои деньги?! Где мои деньги, Грёбаный сукин сын, Оливер Сайкс?! Дома закончился крэк Я пойду прогуляюсь с Майли Сайрус, Майли Сайрус!

      Гитаристы задавали басы, барабанщик уже мокрый от пота. Начался слэм, толпа перемешивалась из раза в раз, потеряться просто, как два пальца обоссать; главное держаться за своих и не ёбнуться на пол, ибо живым не выйти. Из центра четвёрку перекинуло прямо под сцену, где Скруджи сразу же выловил Егора, по-свойски оттягивая чокер и впиваясь в податливую шею. Трэш всё это время общался с толпой, снимал на телефон слэм и поливал первые ряды водой, даже бросил своё полотенце кому-то, что незамедлительно было вознаграждено женским визгом. Он опёрся ногой на одну из колонок, которые стояли вдоль края сцены, и наткнулся взглядом на Попова. пошлая молли — порнхаб крисмас клаб       Когда музыка закончилась, Серёжа с Ирой помогли спуститься шатающемуся Булаткину со сцены, чья шея, ключицы и грудь пестрили алеющими засосами. — Кс, кс, охуенное шоу, народ, — начал Трэш, — особенно оно охуенно для моего бро и его сладкого мальчика. Дай бы им возможность, потрахались бы на сцене. Сечёте? — толпа одобрительно закричала, Трэш подошел к краю сцены, напротив Арсения, и впился глазами в его фигуру, от чего последнего пробрали мурашки. — Я заметил тут новенького в нашем разъёбе. А как мы встречаем новеньких? — Толпа зашумела. — Мне кажется, шо Трэш сегодня кого-то записюрит, — подключился Скруджи, подмигивая Арсению, который, кажется, не дышал вовсе после его слов. — Пиздюк, не пугай киску, — засмеялся в микрофон Трэш, — смотри, какой он правильный, рубашку нахуярил на канц. Короче, новичок, и наши любимые постояльцы, для всех вас звучит наша новая песня! — закричал Трэш, а после встал на колени и наклонился к Попову, — а записюрю я тебя в другой раз, детка, — выдохнул в губы охуевающему от происходящего Попову. В этот момент началась мелодия, и Трэш поднялся к Скруджи. Шоу продолжилось под гул большого количества людей:

От тебя, от тебя уже стартует Дед Мороз А в его, а в его мешке только трусики маленьких Girls, girls, это-это больше, чем любовь Пригласили на MM, не дарите мне чёртов Xbox Love dat com Порнхаб крисмас клаб