Hua hua you long/Фривольные игры лунного дракона

Сперва он думал, что Цзин отвезет его в королевскую резиденцию, построенную где-то в Ханчжоу, но Цзин выбрал ближайшую гостиницу, расположенную недалеко от особняка военного губернатора, куда и втянул стремительно Лу Цана. - Я не видел тебя слишком долго, я не могу больше ждать! Его любовник прошелся юрким язычком под животом Лу Цана, что заставило последнего сразу же напрячься. Не имея времени на смущение, Цзин схватил его и потащил в спальню наверху. - Небеса! Я думал о твоем размере, пока это не свело меня с ума! - возможно, из-за того, что они страдали от долгой разлуки, которая заставила их так сильно тосковать друг о друге, Цзин, нисколько не заботился о том, чтобы скрыть свой вульгарный язык. Он быстро сорвал с себя и Лу Цана одежду. В тот момент, когда их обнаженные тела соприкоснулись, они не смогли удержаться от легкой дрожи. Они сильно переплелись и упали на матрас. Почти без смазки Цзин плавно вошел в Лу Цана. Это вызвало в Лу Цане такие чувства, которые можно было смело назвать смесью удовольствия и боли, они пронзили его прямо до мозга. Это позволило ему бессознательно раскрыть свое тело в еще большей степени, чтобы принять долгожданного Цзина и насладиться стимуляцией возбуждения, которую тот мог дать ему. - Боже… Поскольку был все еще день, Лу Цан отчаянно сдерживал свои стоны изо всех сил, но в конце концов он не смог вынести энергичного ритма Цзина, которывй заводил его все больше и больше. - Умоляю... Пожалуйста... Медленнее... А-а-а... Твердый член Цзина толкался без остановки в самое чувствительное место тела Лу Цана. Даже сдержанный человек не смог бы удержать в себе звуки наслаждения и не поддаваться навстречу. Его бедра были широко разведены в стороны и удерживаемы руками Цзина. У Лу Цана больше не было лишней энергии, чтобы тратить ее на управление собственной позой, какой бы постыдной она ни была. Испытывая запредельное наслаждение от мужского полового органа, который входил и выходил из узкого входа в нижней части его тела, единственное, что Лу Цан мог сделать, это прильнуть к Цзину и крепко его обнять. Это позволяло им раствориться друг в друге в пик наивысшего наслаждения. Не желая причинить боль лежащему под ним любовнику, Цзин после пары энергичных толчков, наконец, освободил свое желание внутрь тела Лу Цана. И почти без паузы, он очень быстро снова стал жестким и твердым в теле Лу Цана. Несмотря на то, что Лу Цан был отлюблен до такой степени, что растерял всякую чувствительность, все же он интуитивно уловил, что сегодняшний Цзин по сравнению с тем, каким он бывал обычно, был более страстным и более пылким. Глубоко внутри его тела какая-то часть Цзина продолжала дергаться. Он отчетливо чувствовал, как его внутренности обнимают член Цзина. Он понятия не имел, сколько раз они занимались сексом, все, что знал Лу Цан – это два человека, которые слились в единый клубок на кровати. Вся нижняя часть его тела уже онемела, как будто он утратил чувствительность. Лу Цан осознал, что его задний вход временно не может закрыться. Кроме того, внутренняя жидкость тела Цзина, которой он щедро окропил тело Лу Цана, выливалась изнутра толчками. Это неловкое, но и ни с чем не сравнимое чувство близости заставило Лу Цана лишь мирно откинуться на спинку кровати. В наступившей тишине они оба прислушивались к дыханию друг друга. Атмосфера была наполнена теплом их гармонии. Через некоторое время Цзин мягко протянул руку, чтобы убрать мокрые от пота волосы, прилипшие ко лбу Лу Цана. Устремил на него свои прекрасные глаза, такие прекрасные, что их невозможно было описать словами. - Ты сожалеешь об этом? - его голос был очень нежным, в нем чувствовалась неуверенность, которую он никогда раньше никому не показывал. - Сожалею о чем? – Лу Цан слегка смутился от того, как восхищенно любовался им Цзин. Он натянул на себя атласное одеяло, намереваясь прикрыть свое тело, но Цзин удержал его. - Не надо... Дай мне посмотреть на тебя! - Цзин, казалось, превратился в другого человека, который без конца демонстрировал десятки тысяч форм нежности. Тонкие длинные пальцы будто касались самых хрупких драгоценных украшений, когда скользили по телу Лу Цана. Те места, по которым проводил Цзин, охватывало огнем, словно их опалял огонь. Хотя прошло много лет с тех пор, когда они впервые встретились, тело Лу Цана все еще было таким же, как в первый раз, когда Цзин обнял его - напряженным и неловким. Пальцы Цзина еще несколько раз пробежались по его коже, пока он вспоминал с ностальгией прошлое, и Лу Цан из-за эротических ласк, не вытерпев, громко застонал. - Ты сожалеешь о том, что остался рядом со мной, отказавшись иметь свою семью? - Цзин нежно погладил длинные растрепанные волосы Лу Цана, а затем неожиданно мягко спросил: - Почему ты так и не обнял Ло Ронг Ронг? - Что?! - услышав это имя, Лу Цан вздрогнул. Его тело тут же напряглось, и он оттолкнул Цзина. - Откуда ты знаешь? Цзин улыбнулся, его улыбка осветила комнату не хуже яркого света. - Глупый мальчишка, не забывай, что я император! Есть много вещей, о которых я не хочу слышать, но есть люди, которые придут и расскажут мне о них. Стоит ли говорить о вещах, которые я действительно хочу знать… Вы думали, что сможете скрыть от меня правду? Лу Цан тяжело вздохнул. Конечно! Учитывая статус Цзина как императора, глупо было бы предполагать, что военный губернатор Ханчжоу не был в курсе того, что они затеяли. Благодаря ему Цзин знал каждое действие и каждое движение Лу Цана и Цао Синя, как пальцы на своей ладони. Неудивительно, что он был так нежен сегодня. - В таком случае ты знал, что болезнь Цао Синя была ненастоящей? - он не мог не задать вслух этот вопрос. Цзин рассмеялся. - Неужели ты так наивен? Для меня это была отличная возможность увидеть, готов ли ты ради меня отказаться от семьи. Лу Цан был ошеломлен. Хоть он уже знал темную сторону натуры Цзина, тем не менее все еще не мог не раздражаться. - А что, если бы я обнял Ло Ронг Ронг? Что бы ты тогда сделал? - Сначала, если бы она забеременела, я оставил бы в живых ребенка, но не его мать. Если бы не было ребенка, ее бы все равно приговорили к смерти... - спокойно произнес Цзин. Его холодный и жестокий тон заставил Лу Цана вздрогнуть. – Но потом я изменил свое решение. Беременна она или нет, но стоит тебе прикоснуться к ней пальцем... - Цзин очень медленно поднял правую руку и провел ею по своему горлу. Его глаза были так серьезны, что Лу Цан поверил, что Цзин непременно, во что бы то ни стало, приговорит соперника кем бы тот ни был к смерти. - А что, если бы она действительно забеременнела? Ведь это был бы мой ребенок, верно? – Лу Цан понимал, что в этой жизни у него, вероятно, никогда больше не будет шанса заиметь собственного ребенка, но он жаждал получить ответ на свой вопрос. - Твой ребенок... - голос Цзина прозвучал эротично, потому что в этот момент он был занят тем, что очень медленно сосал и облизывал пальцы Лу Цана. Постепенно цвет его глаз стал темнее. - Если ты действительно этого хочешь… Я помогу тебе стать отцом. Лу Цан некоторое время ошарашенно смотрел ему в глаза. Он прочел там опасный сигнал. Интуиция заставила тело Лу Цана немедленно напрячься и перестать двигаться. Почувствовав, как пальцы Цзина коснулись самой чувствительной части его тела, Лу Цан не удержался и слегка сморщился. Словно откуда-то издалека он следил за необычными и непостижимыми действиями Цзина. Он задержал дыхание в каком-то предвкушении и тихо лежал. Глаза Цзина излучали невиданное ранее соблазнительное выражение. Его длинные волосы свободно ниспадали по кремовой блестящей коже. Чуть покачав головой, он перевернулся и оседлал тело Лу Цана. - Что ты… Лу Цан вскрикнул от удивления, когда его нижняя часть тела внезапно оказалась в тисках влажного нутра. Он хватал ртом воздух и пытался дотянуться до длинных волос Цзина, которые были близко к его паху. Цзин работал языком недолго, после чего поднял голову. Лу Цан, который пытался изо всех сил не достичь пика наслаждения, не мог этого вынести. Он только чувствовал в своей груди такие чувства, которые было трудно описать словами. Он извивался всем телом, желая найти освобождение, но его держали так крепко, что он не мог сделать этого. Цзин склонился над ним и обольстительно улыбнулся. Цзин вытянул свой ярко-красный язычок и провел им по кончику полового органа Лу Цана. После этого он разместил свое тело так, чтобы сесть на бедра Лу Цана. Он возбудил Лу Цана и направить его естество в нужное русло своего тела... Лу Цану показалось, что в него ударила молния. Он прожил с Цзином более пяти лет, но за все это время, только Цзину дозволялось проникать в него. Хотя в начале он и пытался поменяться ролями, но каждый раз Цзин безжалостно мстил, и Лу Цану доставалось больше обычного, так что в конце он всегда выглядел жалко. Больше Лу Цан не предпринимал подобных попыток. Ему и в голову не приходило, что Цзин когда-нибудь отдаст ему свое тело. Этот высокородный и высокоуважаемый человек, обладающий непомерным самомнением, проявил инициативу и подчинился ему. Прямо сейчас грудь Лу Цана наполнилась счастьем. Наблюдая, как Цзин трудится, слегка нахмурив брови и эротично покачивая бедрами, Лу Цан, наконец, не смог больше сдерживаться и выстрелил всей своей горячей лавой в тело любовника. - Н-г... - тихо простонал Цзин, падая на грудь Лу Цана. Пребывая в блаженстве, он все же не забывал игриво играть с соском своего возлюбленного, который был разложен под ним. - Зачем ты это сделал? - много времени спустя Лу Цан нежно погладил тыльную сторону ладони Цзина, и мягко задал вопрос. Цзин не ответил. Он только оглаживал тело Лу Цана, наслаждаясь им, как хозяин своим любимым домашним питомцем. - Ты ненавидишь, когда я сплю с другими женщинами? Признайся, что ты не хочешь видеть моих детей? – Цзин как будто намеренно отклонился от темы. Лу Цан немного помолчал, а потом медленно кивнул. - ...Тогда почему ты мне не сказал? - Цзин наклонил голову, демонстрируя свое удивление по этому поводу. Лицо Лу Цана мгновенно покраснело. Через некоторое время, запинаясь, он заговорил: - Я боялся, что ты рассердишься... Я боялся, что ты сочтешь меня слишком ревнивым и захочешь, чтобы я ушел. В твоем распоряжении бесчисленные красивые мужчины и женщины, а я… - Ты боялся, что окажешься в немилости? - Лу Цан был длиннословен, много говорил, пытаясь донести свою мысль, а Цзин буквально одним предложением угадал, что у него на уме. Это заставило Лу Цана опустить глаза от смущения. Цзин издал звук "П-ф-ф", а затем громко рассмеялся. - Ты такой дурашка! Я приложил столько усилий и специально не спал с одной и той же женщиной больше одного раза, а ты все еще не видишь моих намерений? После этого мне остается только сдаться! - Но... - Лу Цан заколебался, однако продолжил обвиняющую речь. - …почему только ты можешь иметь других женщин, а я нет? Это совершенно несправедливо! Цзин искоса взглянул на Лу Цана и произнес как ни в чем не бывало: - Как ты не понимаешь! Если я не нанесу визита женщине, если у меня не будет ни одного ребенка, тогда среди людей, которые не любят тебя, наверняка найдется тот, кто поверит, что избран небесами для того, чтобы убить тебя за это. Лу Цан был потрясен словами Цзина. Действительно, Цзин был прав. Если бы у Цзина не было потомства, то государство могло впасть в великое смятение и бедствие. Однако, несмотря на слова Цзина, Лу Цан все еще не мог поверить, что он идет на это ради него. Он осознал, что мысли Цзина о верности и чувстве отличались от его собственных понятий. Хотя было еще много вопросов, которые он хотел задать ему, например, почему он оставил Северную процессию на полпути и отправился на юг, чтобы найти его? Действительно ли он хотел остаться с ним навсегда, и прочее и прочее… Лу Цан также знал, что к Цзину не следует применять общепринятые стандарты. Так как все это было ради него, Лу Цана, ему оставалось лишь принять это, чтобы оставаться рядом с Цзином. - Ты счастлив? - голос Цзина был полон нежности и любви. В этот момент счастья, Лу Цан подумал, что даже если они не могут быть вместе вечно, это все равно того стоит. Потому что сейчас он был абсолютно счастлив. - Послушай, раз нам больше не нужно заботиться о Северной инспекции, давай просто поедем на юг и поиграем в одиночестве... - А как же вершение правосудия? - Лу Цан представил себе кучу старых чиновников и их заумные выражения. - В случае возникновения непредвиденных ситуаций, есть Тонг Синь. Я оставил ему письмо. - Но… Нерешительность Лу Цана окончательно застряла у него в горле от восторженных горячих губ Цзина. Он замолчал, и очень медленно, краешком рта, выдавил улыбку, в которой не было сожаления, только счастье.