The choice

Это прода, о которой меня просили. Как вы понимаете, глава очень маленькая, но все в ней расставлено по местам.

***

      Чуя не знает, сколько времени прошло с тех пор, как он почти умер. Его вытащила Йосано, но даже ей это было сделать непросто, несмотря на ее способность «последнего шанса». Конечно, это было далеко не так лирично, но зато строго и по существу отражало суть.       Это была действительно способность последнего шанса, буквально вытаскивающая почти умерших из лап смерти.       И Накахару Акико спасла, даже если не хотела этого делать.       Рыжик до сих пор не понимает, почему, раз уж она настолько сильно ненавидела Мори и все, что с ним связано.       Он не понимает, почему она спасла его, ведь он был скорее мертв, чем жив.       Он не понимает, но… глядя в абсолютно безумные глаза Дазая, который нежно и трепетно держит его за руку, целуя, он ни на миг не сомневается, что это из-за него. Особенно учитывая то, как именно вздрагивает брюнетка, когда Осаму внимательно смотрит на нее. На шатене почему-то черный костюм и пальто, на которых не видна кровь, и белая рубашка с черным галстуком. Он словно все еще находится в мафии, хотя ему уже давно за двадцать три.       Это настораживает и пугает, но Чуя слишком быстро устает, чтобы размышлять над этим.       Чуя не помнит, что именно произошло, хотя и знает, что оказался смертельно ранен. А шатен… а шатен просто наплевал на все и рванул к нему, а потом доволок до Йосано с ее лечебной способностью, чтобы дать ему возможность жить. Накахара не знает, как именно тот угрожал своим, которые наверняка были против его лечения, но вспоминая его в Портовой мафии…       Рыжик был уверен, что Дазай наплевал на все, чтобы добиться своего.       Правда, почему он хотел его жизни, отдельный вопрос, ответа на который у него нет.       Даже когда он спрашивает Осаму, тот лишь смотрит на него с нежностью, целуя руку и говоря не волноваться.       Не волноваться?       Не волноваться?!!!       Как он может не волноваться?!       Это наоборот усиливает его волнение!       Хотя бы потому, что Чуя совсем не знает, чего ожидать от такого напарника.       Но при этом… — Спи, Чуя. — говорит Дазай, темно и мрачно улыбаясь, когда бросает внимательный и острый взгляд в окно. Накахара этого не замечает и лишь растерянно хлопает ресницами. А потом на секунду замирает и кивает, прикрывая глаза, выдыхая и крепко удерживая руку Осаму так, будто он сейчас исчезнет.       Это походит на самый лучший сон и самый худший кошмар одновременно.       Рыжик пугается и путается, но остается на плаву в теплых и родных объятиях, где ему совершенно ничего не страшно.       Он может продолжать дышать и жить, не беспокоясь ни о чем. — Осаму? — тихо спрашивает мафиози, хмурясь. — Да, малыш? — Что будет дальше? — тихо и растерянно бормочет Чуя. — Я ведь…       Он кусает губы, не в силах произнести «предатель» в слух. Едва ли Мори простит ему то, что он выжил и позвонил именно Дазаю.       А значит, его судьба полностью не определена, и скорее всего его казнят, как предателя.       Пусть не сейчас, а когда он выйдет, но…       Казнят ведь. — Не волнуйся, малыш, все будет хорошо. — обещает шатен, и Чуя не может ему не верить.       Осаму ведь с ним, в конце-то концов.       Именно поэтому Накахара расслабляется и засыпает, отчего его лицо разглаживается, придавая ему вид невинного ребенка. Рыжик всегда выглядел гораздо юнее своего возраста.       Дазай внимательно смотрит на него и выдыхает, с нежностью поглаживая бархатистую щечку. А потом наклоняется и целует в лоб, испытывая прилив нежности.       И тут же, словно всем показалось, снова становится тем Дьявольским вундеркиндом, которого все так боялись. Он оставляет напарника на попечение Кое, которая скорее сдохнет, чем позволит навредить своему воспитаннику, и уходит, хотя больше всего на свете Осаму хочется остаться в чистой и просторной палате, где безмятежно спит его смысл жизни.       Но…       Он не может этого сделать, потому что для начала ему нужно сделать так, чтобы никто и никогда не смели трогать Чую.       Пожалуй, стоит напомнить Мори, почему именно он просил хорошенько следить за рыжиком.       Шатен искренне надеется, что Накахара никогда не узнает, какую именно кровавую баню он устроил.       Впрочем, даже если и узнает…       В конце-то концов, Чуя примет его любым.       А он готов на все, чтобы никогда и ни за что не потерять свое сокровище.