Страшное слово "Не помню"

Время близилось к четырём утра. За окнами падал мелкий снег. В каком-то из дворов голосили подростки. Пели песни и, кажется, выпивали. Их не волновало время, переживания родителей и наказание, которое, вероятнее всего, получат от «предков» за ночные прогулки. А в квартире, находящейся в совершенно другом доме от того двора, была тишина. И только звук трескающегося пластика разрушал молчание, будто кто-то открывает упаковку с тортом. Мужчина проснулся от шума. Повернулся на другой бок и хотел обнять любимую жену, но её половина кровати оказалась пуста. Он сел в кровати и протёр глаза. Надел тапочки и пошёл в гостиную. Там и нашёл женщину. Она стояла у открытого холодильника и вдыхала аромат суши из открытой упаковки. Она обернулась на шорох и виновато посмотрела на мужа, словно её застали за кражей. –Попалась. – Он подошёл и закрыл холодильник. Марина села за стол и стала есть суши руками. –Я есть хочу. Ты же не дал мне возможности покушать вечером. – Жуя, говорила она обиженным голоском. –А мне казалось, что ты была не против. – Олег сел напротив неё. Он наблюдал за ней. Она выглядит такой счастливой лишь от любимого морепродукта. –Хочешь? – Кивнула на коробочку. –Кушай. У нас же с тобой есть бутылочка вина. М? – Не успела Нарочинская ответить на вопрос, как к горлу подступила тошнота. Она не стала ничего объяснять. Выбежала из-за стола в ванную. Спустя некоторое время, когда характерные звуки прекратились, Брагин постучал в дверь. – Мариш, ты как? –Я сейчас. – Олег услышал шум воды и сел обратно за стол. Через две минуты блондинка вышла из комнаты. – Не надо было суши в новом месте покупать. – Она открыла холодильник и достала бутылку минеральной воды. – Что ж это такое... –Плохо? – Олег помог ей сесть на диван. Напоил её водой и поставил бутылку на стол. – Давай я тебе укол сделаю? – Она прижалась к нему. По телу шла дрожь. –Угу. –Ложись, моя сладкая. – Он поцеловал Марину в макушку и пошёл за аптечкой. Нарочинская легла на живот и спустила пижамные штаны. – Потерпи, будет чуточку больно. – Олег ввёл аминазин. Нарочинская недовольно промычала. – Ти-ихо... – Он убрал шприц и ампулы обратно в аптечку. – Сейчас укол подействует и полегчает. – Он сел к Марине на диван и взял за холодные руки. – Живот болит? –Нет. Тошнит. –Пойдём спать? – Марина не ответила. Снова убежала в туалет, прикрывая рот ладонью. Олег зашёл за ней. –Выйди. Прошу тебя. –Давай я тебе волосы подержу? – Улыбнулся Брагин. Блондинка не стала спорить. Сил на это не было. Олег действительно держал ей волосы, когда в очередной раз открылась рвота. – Всё? Иди сюда... – Олег обнимал её, поглаживал по спине. – Пойдём спать? –Не могу. –Я тазик принесу, чтобы ты не бегала. Поднимайся, солнце. –Давай. – Брагин поднял Марину на ноги. Уложил в кровать. Набрал в таз немного воды и поставил со стороны Марининой половины. Нарочинская уснула. Их выходные прошли спокойно. Таких приступов больше не случалось. Бывало, что Марина была бледнее мела по утрам, но как только она плотно завтракала – всё проходило. Брагин чательно следил за ней и за её самочувствием. Утром, перед их первым рабочим днём после выходных, Олег прочитал жене уйму нотаций. Марине было приятно осознавать, что не безразлична любимому человеку, но ей не нравилось, когда её отчитывали, как маленького ребёнка. Нарочинская согласилась со всеми указаниями мужа и пообещала не усердствовать.

***

До Нового Года осталось два дня. Праздничное настроение в Склифе было почти у каждого. Марина, задумавшись об этом в ординаторской, вспомнила забавный шарфик с маленькими эльфами, который увидела у Хромова сегодня утром, когда они встретились на крыльце больницы. Она невольно улыбнулась. Почему-то ей показалось это милым. На посту в приёмном стояла искусственная ёлка, которую Нина старательно украшает каждый год. Это занятие она не доверяет никому. Ординаторская украшена гирляндами и бумажными снежинками. Снежинки вырезали Марина и Таня, а Серёжа и Костя клеили. Саша откуда-то нашла мишуру, которая сейчас красуется на барном столе. А Олег, что вы думаете? Он конечно же проявил фантазию. В выходные Брагины ездили на рынок, чтобы купить продуктов к празднику и украшений. Когда Олег увидел этого фарфорового Деда Мороза, он задёргал Марину за рукав со словами, что ему очень нужно его купить. Она возражать не стала. Если уж Брагин что-то задумал – отговаривать бесполезно. Фигурка представляет собой доброго дедушку с мешком подарков на плече. Другая рука была свободно протянута в сторону. И что же сделал Олег? Слепил из пластилина мини-скальпель и вручил его символу праздника. Нарочинская долго хохотала. Коллеги произнесли множество шуток, когда увидели это творение. И вот, стоит теперь на компьютерном столе. Скрипнула дверь. В ординаторскую зашёл Олег. –С Павловой невозможно договориться! –Отказала? – Брагин сел на стул, а Марина повернулась на диване, чтобы ей было удобно смотреть на мужа. –Отказала. Говорит, что уже подписала график и мы всё узнаем завтра. –Точно придётся с кем-то меняться. Мы в прошлом году не дежурили, хоть и провели здесь половину ночи. –Если что операционный стол накроем. – Олег надел куртку и повесил рюкзак на плечо. Мужчина сел на корточки напротив Нарочинской. –Олег! – Шлёпнула мужа по плечу. –Я домой. Не балуйся здесь. –Постараюсь. – Они поцеловались. Блондинка провела пальцами по щеке Олега. – Пока. – Брагин поцеловал её ладошку и вышел из ординаторской. В дверях он столкнулся с Дубровской. –Пока, Нинуль! –До завтра, Михалыч. Марин, там у твоего фигуриста показатели странные. Сходи и проверь, а? –Иду. – Нина ушла. Нарочинская поднялась с дивана. Она подошла к столу, чтобы взять карточку пациента, которая всё это время лежала здесь. Сегодня утром поступил фигурист с ножевым ранением. И так бывает. – Ой... – Внезапно у женщины потемнело в глазах. Она схватилась за рядом стоящий стул. – "Нарочинская, что с тобой не так?".