Часть 1
17 ноября 2019 г., 00:51
***
— Сэр, я до сих пор не могу поверить, что мы это делаем. Что мы сами создаём людей. Они же… Не будут настоящими, — парень в очках, похожий на студента, в белом халате, немного недоверчиво оглядывал высокие резервуары, оплетенные проводами, подключенные к огромным блокам питания и к отдельным дисплеям. В физрастворе, за толстым, прозрачным стеклом, плавали дети — мальчики, на вид лет шести-семи. Если приглядеться внимательнее, можно было понять, что они все, все десять бледных, почти прозрачных силуэтов, внешне абсолютно идентичны. — Я тоже не верю, Натаниэль. Глаза боятся, разум цепляется за устаревшие нравственные установки, а руки делают, — его собеседник рассеянно покачал головой, сверил данные с очередного дисплея и что-то пометил в блокноте. — Если у нас все получится — это будет настоящим прорывом. Ты должен радоваться, что попал в этот проект. Хотя, я могу тебя понять — мне и самому временами жутковато, что именно я им руковожу. Не ожидал такой чести, — он держался с достоинством, которого хватило бы на пару королевских семей, хоть и выглядел тоже весьма молодо — на вид ему можно было дать от двадцати пяти до тридцати. — Мистер Монтгомери, вы уверены, что вас не хотят подставить? — Натаниэль слегка поежился, снова окидывая взглядом лабораторию. — Если об этом узнают — будет грандиозный скандал, чудовищный удар по репутации корпорации. Самым логичным выходом будет откреститься от этого проекта и от вас. Ну, и от нас. Сделать козлами отпущения. Мистер Монтгомери, он же Тэрренс Фредерик Монтгомери, поморщился, подошёл к следующей колбе и осторожно, почти нежно постучал пальцами по стеклу. — Корпорации в первую очередь нужен результат. Даже если информация уплывет — в случае нашего успеха, нам это нисколько не помешает. Журналисты, хакеры, шпионы, предатели — все они просто люди, в отличие от этих мальчиков, — Тэрри задумчиво погладил колбу. — Правда, образец SLF0? Они боятся боли, у них есть близкие, и тысяча других рычагов для давления. Такие уязвимые. Информационную утечку почти всегда можно скрыть. Я боюсь другого. — Нашей неудачи? — неуверенно предположил молодой ученый. — Нашей неудачи, — машинально подтвердил Тэрри. — Неудач у этого проекта было уже было слишком много. — Но не под вашим руководством. — Дурное дело — нехитрое, — Монтгомери пожал плечами и обратился к дисплею. — Итак, вернёмся к работе. У всех образцов показатели в норме, прогнозируемое время пробуждения — через сутки. Нужно усилить контроль за этой лабораторией, подготовить комнаты для первичной адаптации… Увлеченные разговором и стоящие спиной ученые не заметили, как у одного из образцов дернулось веко. Открылся глаз. И снова закрылся, как ни в чем не бывало.***
У Тэрри были стальные нервы, острый ум, быстрая реакция. Он был отлично образован, прекрасно разбирался в своей специальности — генетике и биотехнологиях, не был отягощен моральными принципами и искренне был уверен в том, что человечество способно на все. И что это единственный верный путь. В общем-то, именно поэтому в таком молодом возрасте он достиг весьма высокого статуса в Корпорации. Желудок у него тоже был крепкий. Но даже его замутило, когда он влетел в лабораторию 102. Сигнализация верещала, оглушая, закладывая уши. Пол залит чем-то розовым — только через пару секунд пришло осознание, что это кровь, щедро разбавленная физраствором. Разбитые резервуары щетинились окровавленным стеклом. Внутри них и на полу, лежали обнаженные мальчики. И их части. Мужчина нервно сглотнул, стараясь не смотреть на варварски перерезанные глотки, разломанные грудные клетки, вываливающиеся лоснящиеся внутренности, торчащие обломки ребер, и лежащие рядом головы. Кровь еще текла, растворяясь в огромной розовой луже. Прикрыв рот рукой, борясь с рвотными позывами он торопливо прошел мимо. Чуть в стороне, за ближайшей колбой он заметил еще одно тело — и по светлым волосам и валяющимся рядом разбитым очкам безошибочно узнал Натаниэля. Его убили не так жестоко — всего лишь воткнули в глаз кусок стекла. Халата на нем почему-то не было. Мужчина прошел дальше. — Не подходите, сэр, — четыре охранника в дальнем конце помещения взяли кого-то в кольцо и держали на прицеле. Тэрри, скрипнув зубами, решительно двинулся к ним. Здравый смысл отчаянно вопил где-то на периферии о том, что все вышло из-под контроля, и тут уже ставка гораздо выше, чем репутация. Вполне вероятно, что на кону не только проект и лаборатория, а его собственная жизнь. Но он должен был своими глазами увидеть то, что они создали. Тэрри не дошел до охранников несколько метров — один просто булькнул и упал, второй успел выстрелить, но тут же с воплем схватился за глаза и отступив, рухнул на пол. Третий стрелял уже прицельно, и даже попал — в маленькую, стремительную, белую тень. Но ему это не слишком помогло — осколок стекла все равно безошибочно нашел путь к его сонной артерии. Терри нервно сглотнул. Где-то сзади, в коридоре, слышался шум — подкрепление спешило, но все равно безнадежно опаздывало. Еще пару секунд — и… — Я не причиню тебе вреда, — скороговоркой выпалил он, медленно поднимая руки и откровенно надеясь только на чудо. Обнаженный мальчик, в небрежно наброшенной белом халате с чужого плеча, щедро забрызганном красным и с осколком стекла на перевес спокойно перешагнул через судорожно хватающего за шею охранника. Казалось бы, кто может быть беззащитнее ребенка? Он подошел еще на несколько шагов, и остановился. Тэрри не сдвинулся с места, хотя от пронзительного взгляда золотистых глаз хотелось бежать без оглядки. Он бы и побежал — если бы не знал, что через пару секунд этот кусок стекла будет у него между лопаток. — Я знаю. Не причинишь. Ты ведь нас вырастил, — мальчик задумчиво склонил голову к плечу. — Я убрал всех ненастоящих. Они были не настоящими. Я — настоящий. Тэрри плавно кивнул. Руки вспотели, а сердце панически плясало под горлом. — Ты нервничаешь. Я не сделаю тебе ничего плохого. Они хотели причинить мне боль, — мальчик как ни в чем не бывало потер плечо, в которое не далее как минуту назад попала пуля. Его регенеративные возможности потрясали. Глубоко вздохнув, Тэрри подошел к нему вплотную. Сделать это уверенно не так уж и легко, когда колени предательски дрожат. — Ты поступил плохо, убив их. — Наверное. — Пообещай больше так не делать. — А я больше не буду. Ведь больше ненастоящих нет, — он спокойно дал забрать свое импровизированное оружие. — Но я хочу попросить кое-что. — Что? — Тэрри нервно оглянулся на топот и отрицательно замахал рукой новоприбывшим охранникам — которых уже было около десятка. — Я хочу настоящее имя. Как у людей, — мальчик обиженно глянул на слегка растерявшихся секьюрити. — И чтоб они ушли. — Сэр, мы… — начал было главный, но Монтгомери категорично его прервал. — Освободите помещение и ждите дальнейших указаний. Быстрым взглядом окинув хаос и мертвые тела, охранник махнул своим. Они медленно отошли к выходу из коридора. — Какое ты хочешь имя? — Тэрри присел на корточки и постарался ободряюще улыбнуться. Хотя, из них двоих, поддержка была нужна скорее ему самому. — Мне нравится имя Натаниэль, — мальчик беззаботно улыбнулся — как умеют только дети, и отодрал бейджик от халата. — На-та-ни-эль. Оно красивое. И правильное. Я не хотел убивать его, но он хотел защитить их. У меня не было выбора, — глубокомысленно потряся беджиком в воздухе, он пришпилил его обратно. — А фамилия? — терпеливо уточнил мужчина. От одного вида этого мальчика у него по коже бежали мурашки и перехватывало дыхание от ужаса. Но если все сделать правильно — им можно будет управлять. Он станет совершенным оружием. Очередной ступенькой вверх по лестнице эволюции. По лестнице власти. И именно это им и нужно. — А фамилия… — образец SLF0 окинул взглядом лабораторию, лужи крови, озера физиологического раствора, изуродованные тела, отчаянно пиликающую технику и искрящие, оборванные провода. Потом вытянул руки и сосредоточенно посмотрел на рукава халата. Они были были скорее красными, чем белыми. — А фамилия… Пусть будет Уайт. — Значит, Натаниэль Уайт? Приятно познакомиться, — Тэрри пытался подавить абсолютно нездоровое, истеричное веселье, напоминая себе, что это просто реакция на стресс, и что сейчас от его хладнокровия зависит все. В итоге, все же получилось не расхохотаться. — Ага. А ты — Тэрри. Ты же не будешь причинять мне боль? — детское, залитое кровью лицо было под стать ангелу. Ангелу, который без труда сможет вырвать ему сердце и выжить после пулеметной очереди в упор. — Я буду объяснять тебе, как все устроено, — мужчина как ни в чем не бывало поправил на нем халат. — И если ты будешь меня слушаться, все будет хорошо. Пойдем отсюда. Здесь не слишком уютно. Угощу тебя пудингом… — А что это такое? — Вот попробуешь, и узнаешь. Пошли.
