Похоть против Морали

      Дима долго не мог заснуть, думая, как бы ему соблазнить Анну Нишикиномию. В голову лезли дурацкие образы, как он падает на девушку подобно Юки Рито из аниме "Любовь и прочие неприятности", утыкается носом ей в грудь или, и того хуже, в трусики, а блондинка пото́м гоняется за ним, как Золотая Тьма из того же аниме, и пытается убить.       Молодой человек понимал, почему ему представлялся именно такой исход. Ведь за подобные выходки любая девушка должна была устроить парню настоящую взбучку. Однако он помнил также, что в аниме, которое он сейчас лично переживал, всё случилось именно благодаря падению и случайному поцелую Анны и Танукичи.       «Блин, но он же тогда ей жизнь спасал, – мысленно вздыхал Дима, – защищал от маньяков-учителей, и обстановка там была особая, героическая… Нет, не сто́ит рисковать, – решил юноша. – Пусть всё идёт так, как идёт. Слишком многое поставлено на карту, слишком много ништяков ждёт меня, чтобы похерить всё это из-за глупой поспешности».       Подумав так, парень наконец уснул и увидел во сне дурацкие события, как он лапает студенток во время медосмотра, пытаясь измерить объём груди, а они хихикают и бьют его по рукам. Пото́м пришла Хёка и стала требовать, чтобы Дима отлизывал у девушек и она могла всё это на камеру записать. Только аппарат её был теперь размером не с пуговицу, а с целое блюдце и порхал по воздуху, как маленькая тарелка пришельцев.       Парень присел на колени, устроившись на полу, и ученицы Токиоки выстроились к нему в очередь. Доктор Маганэ расположилась рядом с секундомером и собиралась засекать время, которое понадобится девушкам, чтобы испытать оргазм. К Диме подошла первая "пациентка", и фигура её показалась очень знакомой. Молодой человек поднял глаза́, узнал Анну, глядящую на него с жаркой похотью в глазах, и дыхание его перехватило волнением.       Но пото́м вдруг раздался звонок, который сигналил и сигналил, никак не прекращаясь. Дима проснулся и сообразил, что слышит будильник.       – Ох, блин, чёртов эмтэ! – горестно вздохнул парень. – Такой сон классный не дал досмотреть.       Но неожиданно ему в голову пришла интересная идея и стала постепенно выкристаллизовываться в эрористический план. События на воскресной линейке должны были стать его первой частью, а работа ассистентом в медкабинете могла существенно помочь осуществить вторую.       «Ого! А это неплохо!» – подумал Дима, рассматривая новую идею и так и эдак под разными углами. Она была очень рискованной, но Поросль-во-снегу в аниме вытворяла и ещё более рисковые дела.       «Как бы только подтолкнуть девушек обратиться ко мне за помощью, – думал парень. – Может, Аямэ придумает что-нибудь? Надо с ней поговорить».       Дима вскочил с постели и стал поспешно собираться, чтобы пораньше прийти в академию.       «Если я такое проверну до голосования, – с удовольствием рассуждал молодой человек, – то никто из студентов Токиоки не станет подписываться за эмтэ нового типа! Надо обсудить этот мой план с Аямэ. Одна голова – хорошо, а две – лучше!»

* * *

      Подходя к академии, Дима почувствовал вибрацию видеовызова, создаваемую браслетом на левом запястье. Подняв руку на уровень глаз, юноша принял вызов и увидел развернувшееся из эмтэ голографическое изображение Маганэ.       – Доброе утро, Танукичи-кун, – поприветствовала его доктор, мило улыбаясь.       – Доброе утро, Маганэ-сэнсэй.       – Ты далеко сейчас?       – Уже возле дверей академии, – ответил молодой человек.       – О! Хорошо! Зайди ко мне, пожалуйста, прямо сейчас. У меня к тебе разговор есть.       – А… ладно, – растерянно ответил Дима.       Просьба Маганэ нарушила планы парня поговорить с Кадзё-сэмпай до уроков, но доктор могла стать его боссом в ближайшее время, поэтому он не рискнул её ослушаться.

* * *

      Постучавшись в медкабинет, Дима услышал шаги, приближающиеся ко входу, и звук отпираемого замка́. Затем дверь отворилась, и парень, к удивлению своему, увидел Хёку в её неизменном белом халате поверх формы академии.       – Заходи, – сказала девушка с нечитаемым выражением на лице и посторонилась, пропуская парня внутрь, пото́м закрыла дверь и вновь заперла её на замок.        Посмотрев вглубь кабинета, Дима увидел Маганэ-сэнсэй, сидящую за своим столом и пристально пялящуюся в экран планшета Хёки. Глаза́ её были широко распахнуты и сверкали от возбуждения, а язык время от времени облизывал влажные гу́бы. Оторвавшись на секунду от экрана, доктор коротко глянула на вошедшего парня и улыбнулась ему.       – Привет, Танукичи, – поздоровалась Маганэ и махнула ему рукой. – Бери стул, присаживайся.       Затем шатенка посмотрела на Фуву и восторженно выдохнула:       – Класс! Такая чёткость! Я каждый волосок на своей кисульке могу рассмотреть!       Зеленовласая девушка тем временем к ней приблизилась и села в кресло, стоящее рядом.       – Мне тоже очень нравится, – ровным голосом сообщила она. – Я вчера много раз смотрела, и мне хотелось вновь и вновь. Даже пожалела потом, что отпустила Танукичи.       Обе девушки одновременно посмотрели на парня, замершего со слегка приоткрытым ртом, и улыбнулись: Маганэ развратно и похотливо, а Хёка – скупо и едва заметно, одними уголками губ.       «Они что?! Порнушку со мной смотрят?!» – не поверил своим глазам юноша.       – Вот сейчас услышала, – сказала вдруг Фува, обращаясь к Маганэ. – Очень тихонько, но отчётливо. А до этого не слышно было ничего.       – Интере-э-э-эсно! – протянула Маганэ. – Значит, мысли, смешанные с сильными эмоциями, ты можешь воспринимать бесконтактно, а обычные – нет.       – Да, скорее всего так.       – А когда касаешься?       – Тогда слышу гораздо громче и чаще. Вчера, пока держала Окуму за руку, хорошо слышала, о чём он думал. Но, вероятно, не всё. Скорее всего, только мысли, чётко произнесённые в уме.       – Понятно, – покивала головой Маганэ. – Здо́рово. Но у тебя, похоже, более сильный дар, чем у сестёр второго поколения. Воспринимать мысли бесконтактно уже на следующий день после повышения. Это что-то новенькое. Хотя, с телепатками я раньше знакома не была. Не с кем сравнивать, – рассмеялась шатенка и дружески сжала ладонь собеседницы.       – Вы зачем позвали меня? – подал голос молодой человек, привлекая к себе внимание.       Врач снова посмотрела на него и улыбнулась шире.       – А ты чего до сих пор стоишь, Танусик? Бери стул, садись. У нас будет важный разговор.       – У меня через пятнадцать минут урок по литературе начинается, – предупредил парень, – так что серьёзно поговорить не успеем, наверное. Может, отложить беседу до конца занятий?       – Литературы не будет, – подала голос Хёка. – Накамура заболела. Студентам назначена самостоятельная работа в часы первой пары.       – О! Какой сюрприз, – обрадовался Дима. – Ну… тогда действительно можно и побеседовать, – согласился он и направился к сидящей за столом парочке, прихватив по пути стул.       Хёка тем временем повернулась к Маганэ и уточнила:       – Значит, я могу сохранить эту запись для себя?       Врач рассмеялась, прикрыв рот рукой.       – Ух, хулиганка, – сказала она. – Нашла способ меня соблазнить. Да уж, удалять такую шедевральную порнушку было бы жалко, особенно в ситуации, когда нормального порева в стране днём с огнём не сыщешь. Да, оставляй. Тот способ защиты информации, который ты показала, меня впечатлил. Ну и тебе само́й, сестрёнка, я доверяю. Только у меня одна просьба. Сделай и мне копию, чтобы я могла тоже смотреть. Защитить видео можно паролем. На моём простеньком планшете не работает чтение отпечатков пальцев, как у тебя.       – Хорошо, я сделаю.       – Вот и договорились, – улыбнулась Маганэ. – Должна же я хоть как-то отблагодарить тебя за моего любимчика, которого ты починила. Правда, сейчас он уже не столь актуален, – шатенка бросила масленый взгляд в сторону Димы и подмигнула ему.       Хёка поёрзала немного в своём кресле.       – Я бы диафрагму ещё хотела получить, – напомнила она.       Врач огорчённо поцокала языком.       – С этим пока сложности. Контрацептивы продают только замужним женщинам, а я со своим бывшим супругом год назад развелась. Но не переживай. Я попрошу подругу, и она достанет. Презики, как я поняла, тебя не устроят? А то у меня до́ма годовой запас, – хихикнула Маганэ.       – Нет, – отрицательно мотнула головой Хёка.       – Ух, какая ты привереда! Ну ладно. Одно задание Рисы было успешно выполнено, так что я могу отчитаться, а попутно и просьбу о диафрагме передать. Правда, придётся подождать какое-то время, дней пять или недельку.       – Я подожду.       – На этом и порешим. А сейчас давай перейдём к делу, а то мальчик наш уже заждался.       Фува кивнула, и врач обратила взгляд на молодого человека.       – Что там у тебя за мутки с Порослью-во-снегу? Выкладывай давай, Танусик. У нас тут серьёзная компания, нам лишние проблемы ни к чему.       – Извините, но отсидеться в сторонке не удастся, – серьёзным тоном ответил Дима. – Миротворцы готовят новый эмтэ, из-за которого писец будет полный. Вас, Маганэ-сэнсэй, это, скорее всего, не коснётся, но нам с Хёкой о пыхе придётся забыть. И меня такая ситуация в корне не устраивает.       – Что за новый эмтэ? – спросила врач.       – Металлические труселя по типу пояса верности, которые закроют от прикосновений самые интимные части тела.       – Блин, действительно засада, – враз помрачнела Маганэ. – Откуда узнал?       – От Кадзё-сэмпай, – не задумываясь ляпнул Дима, забыв, что Аямэ ещё не успела ему ничего рассказать.       Секунду спустя он испугался, что его уличат в неполной правде, но гамма на эту оплошность никак не отреагировала. Видимо, не касаясь собеседника, она не могла узнать, правду тот говорит или лжёт.       – Впрочем, через недельку-другую все узнают, – небрежно добавил юноша. – В академии должен состояться сбор подписей за этот проект.       – Ух, да-а-а, хреново, – озабоченно протянула доктор. – И как СОКс планирует этому помешать? Я сильно сомневаюсь, что эротический спектакль с мушками поможет чего-то добиться.       – Спектакль должен возбудить учеников.       – Сомнительно, но допустим. А дальше?       – А дальше студенты станут искать возможность разрядить избыточное напряжение и нам останется только показать способы, как это сделать. Ну а когда ученики поймут, где расположена главная кнопка для пыха и как она действует, они ни за что не подпишутся за этот эмтэ.       – Наивный ты, – хмыкнула Маганэ. – Подписи можно и угрозами собрать. У дирекции академии есть рычаги для давления. Но… если бездействовать, – вздохнула она, – то точно ничего и не добьёшься. Ладно, осуществляйте свой план. Посмотрим, что выйдет. Мне интересно только, как вы собираетесь проводить своё просвещение в массы?       Дима улыбнулся. На этот вопрос у него уже был ответ, придуманный сегодня утром.       – Желание пыхнуть может восприниматься как недомогание, – сказал он. – А если ученик чувствует себя нехорошо, то он обращается в медкабинет за помощью. Не просто так я рвался на место вашего ассистента, Маганэ-сэнсэй. По крайней мере, девушкам я мог бы помогать с возникшей проблемой. А с юношами… ну не знаю… Может, Вы их на себя возьмёте? Надо просто научить студентов получать разрядку, а потом… они, наверное, смогут уже сами как-нибудь.       Девушки быстро переглянулись друг с другом, как будто у них возникла одна и та же мысль, и Маганэ взволнованно забарабанила пальцами по столу.       – Интересно, интересно, – пробормотала она.       – Думаешь найти катализатора, сестра? – спросила у неё Хёка.       – Да, очень хотелось бы, – взволнованно кивнула доктор. – И последовательный перебор студентов в нашем случае – это пока единственный вариант. Вот только… – она вздохнула и замолчала.       – Презервативами ведь пользоваться нельзя? – полуутвердительно уточнила зеленовласая девушка, понимая затруднения собеседницы.       – Да, нельзя.       – Нужны таблетки? Кстати, от них я бы тоже не отказалась.       – Понимаю, – вздохнула Маганэ. – Но для их приобретения тоже нужно свидетельство о браке. Чёртовы законы, чтобы их!       Хёка промолчала с бесстрастным выражением на лице, и врач тоже о чём-то напряжённо задумалась.       – Когда СОКс запланировала свою акцию? – спросила она у Димы через некоторое время.       – На воскресенье.       – Так. Следовательно, студенты могут начать обращаться к нам уже на следующей неделе.       – Это вполне вероятно, – подтвердила Фува. – Тебе нужно связаться с Оригами-сама заранее. Лучше сегодня. Попроси заодно таблетки и для меня.       – Понимаешь, Хёка-тян, гормональные контрацептивы моментально не действуют. И начинать их принимать следует с начала менструального цикла. У тебя когда последний раз были месячные?       – Девять дней назад.       – Вот и у меня прошло лишь две недели. Поэтому придётся ждать.       Вновь наступила пауза в разговоре. Дима хотел уже воспользоваться ею, чтобы задать вопросы, однако доктор раньше прервала молчание.       – Ладно, есть у меня ещё одно средство для приёма внутрь, – сказала она ворчливо. – Оно очень эффективное и быстрое, действует уже через четыре часа, защищает от двух до пяти суток. К тому же принимать можно в любой день цикла и, что самое крутое, побочных эффектов практически нет. Однако имеется одна загвоздка. Риса дала мне всего десять доз, и четыре я уже израсходовала.       – Ясно. То есть тебе хватит этого на двенадцать дней, верно? – посчитала в уме Фува, явно делая акцент на надёжность.       – Технически да, но фактически… Я вообще не знаю, что будет и как. Сильно сомневаюсь, что ученики прям сразу потянутся в медкабинет. В этом вопросе вели́к фактор случайности, а мне не хотелось бы расходовать средство наугад. Да и спать с каждым страждущим меня не очень-то тянет. Самым идеальным вариантом предохранения были бы стандартные контрацептивы, когда я защищена в любое время и ничего заранее планировать не требуется.       – Тогда закажи их у Рисы-сан.       – Ну да, надо заказать, – вздохнула Маганэ.       – И одного мужчину можно было бы проверить уже сейчас, – подсказала Хёка, – не дожидаясь, пока обратятся другие.       Доктор посмотрела на Диму и усмехнулась.       – Если ты о Танукичи, то я не собираюсь тратить на него одного целую дозу. Может, пото́м как-нибудь между делом его проверю.       – Почему ты уверена, что он не катализатор? – с интересом спросила Фува.       – Да потому, что он слишком уж аморален и неразборчив, – ответила Маганэ. – Ты уж извини меня, Окума, я назвала бы тебя эпитетом, начинающимся на слог "шлю", но, боюсь, мой эмтэ отреагирует плохо.       Дима, который до сих пор слушал, не понимая половины, и терпеливо ждал удобного момента вклиниться в беседу, оскорбился от этих слов и наконец не выдержал.       – Да кто такие эти катализаторы, объясните толком! – воскликнул он. – Или из-за своих свободных взглядов я не достоин этого знать?! Что за манера обсуждать меня в моём присутствии и удерживать в неведении, как будто я пустое место?! Если вы считаете меня этим самым "шлю", Маганэ-сэнсэй, и позволяете себе оскорбления в мой адрес, то не удивляйтесь потом, когда я стану опровергать это мнение, придерживаясь в отношениях с Вами целомудренного подхода! И вообще! Я думаю, что время до окончания первой пары мне лучше использовать с пользой для учёбы.       Обиженный парень порывисто вскочил со стула и нацелился уж было устремиться к выходу из кабинета, благо ключ от него торчал в замочной скважине, но доктор поймала беглеца за руку и, подтянув к себе, обняла руками и ногами. Дима дёрнулся, но гамма явно превосходила его силой.       – Ш-ш-ш, – мягко прошептала она, гладя юношу по голове и покрывая его лицо поцелуями. – Извини, пожалуйста. Я не хотела тебя обижать. Ты у меня очень хороший мальчик. А то самое качество, на которое ты обиделся, я считаю твоим достоинством. Я в тебе его очень ценю. Очень здо́рово, когда мужчина такой безотказный, – Маганэ тихонько хихикнула. – В особенности для столь озабоченной леди, как я.       Пока она успокаивала парня, Хёка сходила к дверям, вынула ключ и положила его в карман, отсекая путь к отступлению. Затем, вернувшись, девушка склонилась к Диме и, взяв его щёки в свои ладошки, нежно поцеловала в гу́бы.       – Ты хороший, Танукичи, – сказала она тёплым голосом. – Мне тоже нравится, что ты "шлю". Столько ценного исследовательского материала можно с твоей помощью собрать, – добавила она мечтательно. – Не обижайся на нас, пожалуйста. Сейчас мы расскажем, кто такие катализаторы. Правда, Маганэ-тян?       – Конечно расскажем, – подтвердила доктор. – Ведь Окума-кун – наш дорогой мальчик. Очень милый и отзывчивый, добрый мужчина, который не бросит бедных девушек на произвол судьбы и согреет их своей лаской.       Дима откровенно балдел и оттаивал в этих объятиях, даже догадываясь, что им сейчас бессовестно манипулируют.       «Как приятно!» – сладко подумал он и ответил на поцелуй Хёки, а пото́м повернул лицо к Маганэ и поймал её гу́бы, давая понять, что конфликт исчерпан.       – Хорошо, – согласился парень. – Я вас слушаю. Расскажите мне, что это за уникумы и в чём состоит их необычность?       Гамма отпустила молодого человека, дождалась, пока он устроится на своём стуле, и стала излагать всё, что узнала о катализаторах от Рисы, поведав и кто они такие, и как появились, и каким даром обладают.       Услышав про то, как альфы реагируют на таких ребят, Дима встрепенулся.       «Я – катализатор!» – мысленно воскликнул он, вспомнив, что в аниме Анна Нишикиномия подобно сексуальной маньячке преследовала Танукичи.       Хёка не касалась юноши, но тут же повернула к нему лицо, как будто услышала, и её бесстрастная мина была поколеблена промелькнувшим удивлением. Вслух бета ничего не сказала, но в глазах её читался вопрос:       «Почему ты так в этом уверен?»       – Значит, катализатор поможет Вам перейти на третий уровень? – уточнил Дима, обращаясь к Маганэ.       – Да, так и есть.       – Но Вы сильно сомневаетесь, что я могу им быть, верно?       Доктор хихикнула.       – Сомневаюсь – это ещё мягко сказано, Танукичи.       Дима подумал немного и вдруг искренне рассмеялся, забавляясь сложившейся ситуацией.       – Что смешного, мой хороший? – поинтересовалась шатенка.       – Да просто вспомнилось одно клише, нередко использующееся в комедиях или романтических фильмах, – пояснил юноша, продолжая хихикать.       – А ты нас просвети, мы тоже хотим посмеяться, правда, Хёка-тян?       – Ну это своеобразный комедийный приём, когда кто-то кого-то ищет и в этом ему помогает другой человек. Проходит множество событий, герои попадают в разные приключения, но главная цель остаётся недостигнутой, потому что не удаётся найти нужного человека. Ну а в са́мом конце истории по какой-то дурацкой случайности выясняется, что объектом поиска был как раз помощник, который повсюду следовал за искателем.       На па́ру секунд в разговоре возникла пауза.       – Маганэ-тян, а я бы проверила Танукичи, – прервала её Хёка со скупой улыбкой на лице. – Мне нравится разрушать клише, и особенно такие глупые. Ты только представь, как всё упростится, если слова́ Окумы окажутся верными и мы с тобой сломаем шаблон, – девушка улыбнулась шире и добавила: – А ещё ты мне дашь одну из своих волшебных таблеток в благодарность за то, что я тебя уговорила.       – Там не таблетки, а леденцы, – возразила гамма и нахмурилась, разглядывая попеременно то парня, то девушку. И, судя по выражению лица, в уме её шла нехилая борьба. В конце концов Маганэ рассмеялась и махнула рукой.       – Ладно, уломали, – сказала она весело. – Мне, конечно, совсем не хочется тратить ценную дозу впустую, но… Если пото́м окажется, что ты, Танукичи, как в воду глядел, я же с потрохами себя сожру от того, что напрасно время потеряла. И твоё неизбежное: «А я же говорил!» – заставит меня повеситься. Но имей в виду, парниша, – хихикнула врач. – Я намерена использовать свой вклад по полному, и если вдруг окажется, дорого́й, что ты не катализатор, то я буду тра… эм… любить тебя всё свободное время, пока препарат действует. Ну ты понимаешь, да? Мне захочется компенсировать свои затраты по максимуму.       – А если я окажусь катализатором?       Глаза́ шатенки возбуждённо сверкнули, и улыбка на её лице стала хищной.       – О, это было бы круто! – ответила она. – Вот только для тебя, Танусик, мало что изменится, кувыркаться с катализатором так клёво, что ты у нас с Хёкой пойдёшь нарасхват.       – Ну, я как бы и не против, – широко ухмыльнулся Дима. – Когда планируете меня проверять? Сегодня или в понедельник, чтобы действия таблетки хватило и на других претендентов?       – Конечно сегодня, мой дорого́й, – елейным голосом проворковала Маганэ. – Ты меня так завёл, что до понедельника мне не дотерпеть.       Она открыла ящик стола и вынула из него пакетик с шестью леденцами тёмно-красного, как спелая черешня, цвета. Один из них девушка забросила себе в рот и стала рассасывать.       – В общем, сегодня после занятий, Танусик, сразу ко мне. Препарат к тому времени уже должен будет подействовать. Не придёшь – зарежу.       – Всё понял, буду как штык, – с улыбкой ответил Дима и поднялся со стула. – Ну что, я могу идти?       – Не так быстро, парниша, – проворковала доктор. – От одной мысли, что ты можешь оказаться катализатором, я намокла.       Маганэ задрала юбку и показала парню свои голубые трусики с потемневшим от влаги низом.       – Как будущий ассистент врача, ты должен уметь оказывать первую помощь страдающей девушке и начнёшь свою медицинскую практику с меня. Возражения есть?       Юноша облизнулся, залипая глазами на столь развратное зрелище, и отрицательно мотнул головой.       – Тогда приступай.