Горынычам вход воспрещен

Смотрела на табличку и решительно не понимала, как себя вести. Нельзя подавать вида, что я знаю об этом селе чуть больше, чем думает Ярослав. Именно Нефёдово стало предметом договора между Змеем и Димитрием, правителем Гардиании. Насколько мне известно, договор вступает в силу только после свадьбы, пока же село принадлежит Аргросу. Украдкой глянула на Ярослава. Князь задумчиво смотрел в сторону села, я чувствовала лишь исходящие от него непонимание и бешеную работу мыслей. Ждала его решения, а самой не терпелось пройти в село и исследовать каждую улицу, каждую избушку. Учитывая то, что нас никто не видит, это будет очень просто и удобно. Не исключено только, что колдун может нас почувствовать, не увидеть, но ощутить чье-то присутствие. Стала понятна причина обрыва следа. Волколак просто в этом месте обернулся человеком, а энергия человека и зверя очень и очень отличается. От колдуна в его первом облике будет идти совершенно другой след. Я хотела было уже настроиться на другую нить, поискать, прислушаться к ощущениям, вроде даже почувствовала что-то, но Змей не дал мне приступить. — Значит, так, — произнес Ярослав решительно, сжимая мою ладонь. — Мы сейчас возвращаемся в замок. Не смотри на меня так, Ир. Сейчас, когда мы оба уже порядком истощены поисками и перемещением, нельзя идти туда. Переместиться я смогу, но не знаю, смогу ли сразиться с этим колдуном. Ты видела, что мои воины бессильны перед этой тварью. Я должен быть полностью готов ко встрече с ним. По крайней мере, мы узнали, где он живет. Это уже очень и очень много. — Понимаю, — кивнула я покорно. — Дальнейшие действия обсудим в замке, — уже мягче сказал князь. — У меня даже есть одна идея, — задумчиво протянула я, кинув последний взгляд на Нефёдово. Уже вернувшись в свое тело, пошевелила руками и ногами, разминаясь. Похоже, за время нашего путешествия прошло несколько часов. Небо уже темнело, солнце клонилось к закату. Посмотрев на князя, тоже приходящего в себя, убедилась: то, что мы обнаружили место жительства волколака, действительно много значит для Змея. Едва не светится, довольный. Бодро подмигнув мне, Горыныч учтиво пропустил меня вперед, вниз по лестнице. — Встретимся за ужином, там обсудим ситуацию и выслушаем твою идею, — кивнул мне на прощание Ярослав. — Пока отдохни. А мне нужно еще кое-что сделать. Улыбнулась князю и, получив ободрящую улыбку в ответ, направилась к себе. Исследование княжества отнимает пусть и не все силы, но их часть. Состояние транса тоже требует определенного уровня возможностей, неподготовленному магу с таким не справиться. Обо всем этом я думала, уже лежа на своей постели и жуя яблоко. Одна я могу находиться в полутрансе, этому меня дедушка научил. Яркий пример — мои видения в оранжерее замка. Закрыв глаза, подумала о том, что до сих пор не знаю, как можно получить информацию о матери Ярослава. Если имя его отца, Александра, ни для кого не является тайной, даже на портрете написано, то имя матери не встречается нигде. От слуг не услышишь и лишнего слова, с Арсением на такие личные темы о жизни Горыныча говорить опасно. Опять же всё сводится к этим проклятым книгам в библиотеке, но надо как-то открыть шкаф. Замкнутый круг. Невольно улыбнулась, подумав о том, что дедушка сейчас мог бы дать какой-нибудь полезный совет. Он всегда помогал мне, а я, похоже, не ценила. Соскучилась уже страшно, но весточку посылать опасно. Если только как-нибудь через лес… Мысли закрутились активнее, и моя до этого зревшая идея приобрела вполне четкие рамки. Осталось изложить её Горынычу и остальным. При мыслях о правителе взгляд невольно метнулся к большому гобелену на стене с изображением трехглавого змея. Вышивка, конечно, не в силах передать истинный вид. Интересно, наверняка ведь каждый из правителей во второй ипостаси выглядел по-разному. Наш Змей был с черной чешуей, что переливалась красным на свету, с зелеными, как в изначальном облике, глазами, только зрачок вытягивался. Невольно сравнила змея на гобелене с Ярославом. Три головы в наличии, хвост тоже был, а крылья… Стоп. Крыльев я у князя не видела, это точно. У такого чудища они должны быть огромными, не просмотришь, не проглядишь. Мои напряженные размышления прервал стук в дверь. Оказалось, Клавдий пришел позвать меня на ужин. Друга я не видела с самого обеда, поэтому обрадовалась ему несказанно. По бегающим глазам Ростова поняла, что ему хочется о чем-то мне рассказать. — Я специально за тобой пораньше зашел, чтобы мы наедине успели поговорить, — тихо произнес он, когда мы усаживались в трапезной, где еще не было Ярослава и Арсения. Слуги приходили и уходили, не особо мешая, и парень продолжил. — Я кое-что прочитал в библиотеке. — Что-то о магии огня? — так же тихо поинтересовалась я. — Нет, — мотнул головой Клавдий, серкая своими серыми глазами. — Про камни. Помнишь, из чего сделаны стол у князя в кабинете и его трон? — Черный оникс, — с готовностью ответила я, пока плохо понимая, к чему клонит советник. — И? — Он мало того, что дорогой, как не знаю что, так еще и силой обладает, — Ростов явно наслаждался моим интересом к его словам, и поэтому тянул, как мог. — Он словно магический источник, только источник живой энергии. Может накапливать её в себе, чистую, первозданную. — Да ну, — ошарашенно выдала я. — Значит, и хранить может? — Возможно, — пожал плечами советник. — Знаешь же, как в этих книгах все туманно написано. Но проверить как-нибудь не помешает. В этот момент в столовую вошли Ярослав и Арсений, что-то обсуждая. Настроение обоих было значительно лучше, чем за обедом, Доргачевский даже шутить изволил по поводу наших с князем поисков. — Вот Мерцана взбесится, когда узнает, что вы вдвоем столько времени проводите, — язвил он, исподтишка наблюдая за реакцией Змея. — Никакой волколак её не остановит. — Наша первостепенная задача сейчас — остановить самого волколака, к чему мы с Ирой постепенно подбираемся, — невозмутимо ответил ему Горыныч, разрезая отбивную у себя в тарелке. — Собственно, мы собираемся вам рассказать о том, что обнаружили сегодня. Перебивая друг друга, рассказали Ростову и Арсению об обнаруженных по пути отрядах, один из которых был с гробом, о месте убийства и, собственно, о самом селе Нефёдово. При его упоминании Доргачевский метнул в сторону князя быстрый взгляд, я же, заканчивая рассказ, сделала вид, что не знаю ничего. — У Иры сразу появилась какая-то идея, но мы решили обсудить её все вместе, — продолжил Ярослав и внимательно посмотрел на меня. — Мы слушаем. Не знаю, как они отнесутся к моему предложению, но иного выхода я пока не вижу. — В общем, — сминая в руках салфетку, начала я, — моя задумка состоит в том, чтобы отправиться куда-нибудь ближе к Нефёдово якобы ради нашего с Клавдием исследования и, например, остановиться в селе на ночь. Так мы сможем без лишнего шума узнать от местных о последних новостях, думаю, князю вряд ли кто-то откажет. Если действительно волколак кто-то из сельчан, там и возьмем его. — Вопрос только в том, — задумчиво произнес Ростов, — есть ли в окрестностях Нефёдово что-то, что могло бы заинтересовать нас? Было бы здорово, двух зайцев одной поездкой: и волколака, и новое интересное место. Как хорошо, что мне попался такой умный напарник! Задал вполне логичный вопрос, избавив меня от этой необходимости, и про поддержание легенды не забыл. Не хотелось сознаваться в том, что знаю чуть больше об этом селе, а так князю и его министру предоставлена возможность самим рассказать нам обо всем. — Есть, — медленно кивнул Доргачевский, получив перед этим от Горыныча молчаливый кивок в качестве дозволения говорить. — Источник мертвой воды. — Точнее, то, что от него осталось, — вступил в разговор, наконец, сам Змей. — Источник не так давно пересох, опоздали вы на пару-тройку лет. А вообще, мысль хорошая. Место всё равно интересное. Одобряю. — Согласен, — кивнул Арсений. — Ирина, мое уважение, задумка стоящая. Главное, чтобы теперь все получилось. И еще, вопрос. Кто поедет туда? На пару минут повисла тишина. Горыныч скользил взглядом по каждому из нас, задумчиво потирая висок длинными пальцами. Смотрела на него и думала о том, как сильно изменилось мое впечатление об этом мужчине за время нашего пребывания здесь. Сначала я боялась Ярослава, считала его высокомерным и заносчивым, властным, язвительным, иногда даже жестоким. Теперь вижу в нем сильного и уверенного в себе человека, в меру «ядовитого», справедливого и честного правителя. В личном общении Змей совершенно не такой, каким предстает при обществе. Вчера ночью он показал себя совсем с другой стороны: такой домашний, мягкий, что ли, общительный и интересный собеседник да и, чего греха таить, просто привлекательный мужчина. — Думаю, факт того, что я еду, даже не обсуждается, — заговорил, наконец, Ярослав, отвлекая меня от сторонних мыслей. — Равно как и то, что Ира едет тоже. Поскольку на время моего отсутствия кто-то должен быть здесь «за старшего», третьим с нами отправится Клавдий. Господин Ростов, вы не против? — Ничуть, Ваше Высочество, — с готовностью ответил советник, улыбаясь. — Безумно интересно посмотреть на этот источник. Не сомневаюсь в ваших способностях и силах Иры, но, думаю, смогу в случае чего быть полезным при поимке волколака. — Вот и отлично, — остался доволен его ответом Змей, после чего повернулся к своему министру. — Давай, говори. Чувствую исходящую от тебя жажду высказаться. — Ваше Высочество, — тут же прорвало Доргачевского, который все время речи князя лишь смотрел на него с мольбой во взгляде, — снова я остаюсь? Помнится, в прошлый раз ваше путешествие ничем хорошим не закончилось. — С нами будет вооруженный отряд, человек десять, — парировал Горыныч, — да и мы втроем не такие слабые. Прошлый раз вообще не бери в голову, случайность, не совсем приятная. А теперь мы целенаправленно идем за шкурой этого колдуна. До Нефёдово верхом два дня пути, перед въездом в село отдохнем, чтобы быть готовыми ко всему. В пять дней обернемся. — Пять дней… — выдохнул Арсений, прикрыв глаза рукой. — Я же с ума сойду. — Твой ум мне еще пригодится, — дружески похлопал его по плечу Ярослав. — Не раскисай, в следующий раз ты с ними поедешь, так и быть. — Я запомнил, — буркнул Доргачевский. Как дети, честное слово! Тянут каждый на себя одеяло, под которым подразумевается сопровождение господ исследователей, то бишь, меня и Клавдия. При всем моем уважении к Арсению, силами со Змеем он вряд ли способен тягаться. — Твои задачи на эти пять дней обсудим чуть позже, — миролюбиво продолжил Змей. — А мы выезжаем завтра же, как рассветет. Все необходимое нам подготовят, после ужина лично отберу воинов, что будут нас сопровождать. Ира, Клавдий, рекомендую хорошо выспаться, ехать далеко и долго, к тому же верхом. — Я слышал, что у Иры теперь тоже есть лошадь, — повел бровью Арсений. — Клавдий, похоже, теперь вам не придется тесниться вдвоем на одном коне. — Завтра все будут смеяться в голос с моих попыток совладать с ней, — отозвалась я, едва не застонав при мысли о том, что придется учиться езде верхом буквально на ходу. — Зато не скучно будет, — хохотнул Ярослав, но, получив от меня укоризненный взгляд, тут же примирительно поднял руки. — Мы ведь будем рядом, поможем, подскажем. Остаток ужина прошел довольно спокойно, за обсуждением деталей предстоящей поездки, примерного плана движения и прочего. Уже на пути в свою комнату я задумалась о том, что мы очень медленно, но приближаемся к разгадке тайны местонахождения Искры и, скорее всего, скоро покинем княжество Аргрос. При мысли о том, что будет чувствовать Ярослав, когда вся правда о нас с Клавдием вскроется — а она обязательно вскроется, иначе никак, — слезы навернулись мне на глаза. Князь стал по-своему дорог мне, это факт. Но договор на крови не позволит отречься от задания Кащея. Простит ли меня Ярослав после всего, что будет?

***

— Ваше Высочество, умоляю, будьте осторожны, — кудахтал Арсений, в сотый раз проверяя крепление княжеского седла, чем уже раздражал Амира. — Сеня, прекращай, — хохотнул Ярослав, откидывая за спину тяжелый темно-зеленый плащ. — Я уже не маленький. — Я в прошлый раз чуть не умер, — угрожающе произнес Доргачевский, — надеюсь, в этот раз обойдется без травм. Змей закатил глаза и шутливо махнул рукой на своего министра. Тот лишь беспомощно посмотрел на нас, на что мне осталось только пожать плечами, мол, ничем не могу помочь. Мне бы кто помог… Когда мы с Клавдием, уже собравшиеся, вышли во двор, к нам буквально сразу же подвели коней. Точнее, к Ростову — его коня, а ко мне — мою Эйлу. Кобыла вела себя спокойно, под седлом стоять не возражала, но залезла я на неё все равно с опаской. Эйла лишь водила ушами, пока я уговаривала её дружить со мной. Грива у неё и правда была как шелковая, очевидно, за неё отменно ухаживали до того, как она стала моей. Пока мужчины проверяли провизию и снаряжение, глубоко вздохнула и принялась вспоминать основы верховой езды, полученные мною в ту страшную ночь. В конце концов, что я, с лошадью не справлюсь? Тем более, путешествовать мы будем явно не галопом, по пути и подучусь. Наконец, мы тронулись с места. Широкая тропа позволяла ехать втроем, отряд воинов в две колонны следовал за нами. Амир, как истинный предводитель, все норовил вырваться вперед, но Ярослав одним движением руки усмирял своего коня, на что тот лишь фыркал, но перечить хозяину не смел. То Ростов, то князь интересовались моими успехами в верховой езде, я же не смела жаловаться на то, что сидячее место уже отвыкло от долгих поездок, да и переживала я сильно. Но Эйла была настоящим подарком — слушалась беспрекословно, хотя и чувствовался скрытый в глубине породы нрав. — В юные годы я часто выбирался на конные прогулки в лес, — неожиданно заговорил Змей, кивая на стену деревьев, к которой мы постепенно приближались. — Я сел на трон достаточно рано, к шестнадцати был уже полноправным правителем, но душа требовала простора. Было тяжело, и эти часы наедине с природой как-то помогали справиться с душевными муками. Не было рядом никого, кто поддержал бы, с кем можно было бы просто поговорить. Не о политике, землях и прочих княжеских делах, а элементарно о погоде, природе, да хоть слухи обсудить. Но едва мне исполнилось восемнадцать, я сделал тайный запрос в вашу Академию. — И вскоре появился Арсений, — усмехнулся Клавдий. — Именно, — улыбка скользнула по губам Ярослава. — Не так скоро, как я хотел бы, прошло несколько лет. Но я обрел друга, советника и правую руку в одном человеке. — И левую голову, — вставила я, вспоминая наше с Доргачевским знакомство. — Ну, это уже его домыслы, — отмахнулся Горыныч. Вдруг наши ряды потеснились и между Ростовым и князем втиснулся командир сопровождающего нас отряда. — Ваше Высочество, разрешите поинтересоваться? — поставленным голосом гаркнул мужчина. — Разрешаю, Семён, — тут же посерьезнел правитель. Эйле, очевидно, не понравилось, что нас сместили с тропы на траву, и кобыла начала показывать характер. Пока я пыталась с ней справиться, Семён задал Змею вопрос, ответ на который против моей воли сорвался с губ. — Изволит ли князь охотиться сегодня? — Поохотился уже один раз, — пробурчала я, натягивая поводья в попытке усмирить Эйлу. — Пустил князь стрелу, и попала она в девушку, что в ручейке умываться изволила. Царевной-лягушкой нарёк несчастную княжеский министр… «А была она на самом деле Лешихой», — мысленно продолжила я, из-за чего замолчала. Только тогда обратила внимание, что все трое мужчин слушают меня. Клавдий откровенно сдерживал хохот, Семен лишь усмехался в завитые усы, а Змей смотрел ехидно, с прищуром и ухмылкой. — Если я правильно помню эту сказку, — вкрадчиво заговорил Ярослав, — то князь потом на этой царевне-лягушке женился. — Ваше Высочество, — ко мне вернулся дар речи, но щеки мои вспыхнули как маков цвет, — моя сказка немного другая. В ней женой князя стала… — Злыдня, маленькая такая тварь, что за печкой прячется и несчастья всякие приносит, — с видом знатока нечисти встрял Клавдий. Увидев наши физиономии, пожал плечами. — Мы же с тобой вместе эту сказку читали, Ирк, ты чего. Не сдержалась и хихикнула. Следом хрюкнул от смеха Семён, подавил смешок Ростов. Наши взгляды были прикованы к Змею, который изо всех сил пытался совладать с собственным лицом и спрятать усмешку, но в итоге не выдержал и расхохотался. Встретилась взглядом с Клавдием, тот, улыбаясь, подмигнул мне. — Ваш дуэт загонит меня в могилу, — отсмеявшись и вытирая слезы, произнес Горыныч. — Вам бы из исследователей сказочниками стать, не пропадете. — Ваше Высочество, — вновь подал голос Семён, — так что? Изволите охотиться? — Нет, — покачал головой Ярослав, окидывая взглядом сумки, что висели у седел. — На сегодня еды точно хватит, а там посмотрим, может, и загоним какого кабана. — Понял, — кивнул Семён и покинул наш строй, вернувшись на пару метров назад, к своим подчиненным. Следующие несколько часов дороги прошли за разговорами и смехом. Лес, окружавший нас, наполнял душу спокойствием, и я даже чувствовала, что он искренне рад присутствию Ярослава, да и меня уже принимал с радушием. Не упускала случая коснуться низко свисающих ветвей, что тут же обнимали листьями мою руку, зелень нашептывала мне последние новости леса, но среди них не было ничего такого, что взволновало бы меня. Бросив взгляд на князя, поняла, что он тоже прислушивается к голосу леса. И вновь в голове мелькнула мысль о тайной, невозможной по сути природе Ярослава. Стихия огня, его родовая сила, и живительная энергия леса, доставшаяся ему от матери-нимфы, уживаются в одном теле, одной сущности. Хотя… Догадка, пришедшая внезапно, ошарашила меня так, что я даже замерла, опустив поводья, но Эйла еще в начале нашего пути покорилась Амиру и следовала за ним, как привязанная, поэтому моя заминка осталась незамеченной. А что, если секрет этого взаимодействия сил в том, что в князе живут две сущности? По сути, оно ведь так и есть: первая личина — Ярослав, правитель Аргроса, а вторая ипостась — Змей Горыныч, огромный трехглавый монстр. Одна сила живет в маге, другая — в звере. Этим можно условно объяснить его природу. Словно почувствовав, что я не свожу с него глаз, князь, до этого занятый разговором с Ростовым, мельком посмотрел на меня и улыбнулся. Осознав, что Ярослав застукал меня за неосознанным разглядыванием его особы, стушевалась и опустила взгляд, с повышенным вниманием изучая складки кожи на своем седле. Надо контролировать себя. Еще пара таких задумчивых ступоров, и Змей решит, что дело нечисто. У него свадьба на носу, а я его разглядываю. «Негоже, Иринка», — словно услышала я голос дедушки. Да знаю, что негоже, но куда от него, чёрта зеленоглазого, денешься? Когда голоса мужчин стихли, решилась, наконец, поднять голову, и неожиданно уличила княжескую особу в своем же грешке — Его Высочество из-под полуопущенных в спокойствии ресниц украдкой наблюдал за мной.